Спаси себя, спаси меня

Они всё ещё сидели на полу в библиотеке, среди разбросанных свитков. Тишина между ними была целебной, наполненной не словами, а принятием. Тэхён, с красными от слёз глазами, смотрел на Чонгука, и в его взгляде уже не было паники — лишь измождённое, хрупкое спокойствие. Он только что позволил кому-то увидеть самое дно своей души, и его не отвергли. Именно в этот момент в пентхаусе сработала магическая сигнализация. Не грубая сирена, а тихий, нарастающий гул, исходящий от самых стен. Тэхён вздрогнул, словно его окатили ледяной водой. Его тело напряглось, а глаза снова стали глазами хищника, учуявшего опасность. — Что это? — тихо спросил Чонгук, инстинктивно придвигаясь ближе. — Периметр, — коротко бросил Тэхён, поднимаясь на ноги. Все следы уязвимости были мгновенно сметены холодной маской готовности к бою. — Кто-то только что прошёл через мои внешние защиты. На уровне улицы. Без приглашения. Он вышел из библиотеки, и Чонгук последовал за ним. В гостиной было пусто, но воздух буквально вибрировал от чужеродной магии. Три размеренных, негромких удара прозвучали во входной двери. Каждый удар был точным и весомым, как приговор. Тэхён замер, его взгляд стал острым. — Спрячься, — резко приказал он Чонгуку. — В потайную комнату за баром. И не выходи, что бы ты ни слышал. — Но… — Сейчас же! — это прозвучало как кнут. Чонгук, видя абсолютную серьёзность в его глазах, кивнул и бесшумно скользнул в укрытие. Тэхён дождался, пока панель за ним закроется, сделал глубокий вдох, распрямил плечи и открыл дверь. На пороге стоял граф Ким. Безупречный, как всегда, в тёмном костюме, с тростью из чёрного дерева. Его взгляд, холодный и всевидящий, медленным лучом прожёг пространство гостиной, прежде чем остановиться на Тэхёне. — Тэхён. — Его голос был ровным и безразличным. — Ты не отвечаешь на официальные вызовы в Совет. Пришлось нанести личный визит. — Ваша светлость. — Тэхён склонил голову ровно настолько, чтобы это не сочли за открытое неуважение. — Я был погружён в исследования. Прошу простить мою невежливость. — Исследования, — граф Ким повторил это слово, будто пробуя его на вкус, и на его тонких губах дрогнула тень улыбки. Он вошёл без приглашения, прошёл к бару и взял в руки дорогой хрустальный графин. — Какие интересные времена. Пропажа такой… значимой реликвии, как Кубок Пробуждения. И почти одновременно в нашем мире объявляется столь необычный артефакт. Он поставил графин и повернулся к Тэхёну. — Артефакт? — Тэхён заставил свой голос звучать бесстрастно. — Не играй с огнём, мальчик, — голос графа оставался тихим, но в нём зазвенела сталь. — Мы не слепы. Мы знаем, что ты прячешь под своим крылом последнего отпрыска Дома Амхран. Прячешь у себя на груди гадюку. Тэхён не дрогнул, но каждый мускул в его теле был напряжён до предела. — Он не представляет для вас угрозы. — Ошибаешься. Само его существование — угроза. Дом Амхран был стёрт с лица земли не из-за предрассудков, Тэхён. Их уничтожили, потому что они нашли способ пожирать саму суть вампира. Они были паразитами, способными поглотить нас всех. И эта способность… Она в его крови. Она дремлет. Но однажды проснётся. Граф сделал шаг вперёд, и его древняя, подавляющая аура обрушилась на Тэхёна. — Ты всегда был амбициозен. Жаждал признания. Но этот путь ведёт к гибели. Твой юный питомец — не ключ к силе. Он — билет на эшафот. И для тебя в том числе. Он подошёл так близко, что Тэхён почувствовал ледяное дыхание старейшины. — Вот тебе мой совет, — прошептал граф, и его слова впивались в сознание, как отравленные иглы. — Используй его. Выжми из него все знания о его роде, пока он тебе доверяет. А потом… избавься от него. Докажи Совету, что твоя лояльность превыше твоих… сомнительных привязанностей. У тебя есть время. Но немного. Не дожидаясь ответа, граф Ким развернулся и вышел. Дверь закрылась, оставив за собой гробовую тишину. Тэхён стоял неподвижно, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони. Страх и ярость боролись в нём. Они знали. Они дали ему ультиматум. Предать Чонгука или умереть. Он услышал тихий щелчок. Из-за бара вышел Чонгук. Его лицо было бледным, глаза — огромными. Он всё слышал. — Тэхён… — его голос дрогнул. Тэхён обернулся. И в его взгляде не было ни страха, ни сомнений. Лишь твёрдая, как сталь, решимость. Ультиматум старейшин не запугал его. Он определил его выбор. Окончательно и бесповоротно. Он подошёл к Чонгуку и взял его лицо в свои руки. — Они ошибаются, — тихо, но чётко произнёс Тэхён. — Ты не угроза. Ты — моё единственное спасение. И я никому не позволю тебя забрать. И в этот раз, когда их губы встретились, в поцелуе была не только страсть и нежность, но и ярость. Ярость против всего мира, который хотел их разлучить. И обещание сражаться до конца.