Между строк

«Полетели в Марокко, познакомимся с Богом

И придумаем сами поцелуй под часами

Все случится впервые, мы уснем на рассвете

Обессилив от счастья, очумевшие дети»

Сезон закончился. Офис на Октябрьской опустел. Туристы разъехались, автобусы стоят в гараже, телефоны молчат. Даже принтер замолчал — будто и он выдохнул после летнего марафона. Я пришла не по работе. Просто… проверить. Убедиться, что всё на месте. За столом сидела Натали — наш бухгалтер, эмоциональная, но добрая, с вечным кофе в кружке и глазами, которые видят всё, но никогда не осуждают. — А, Ульяна! — обрадовалась она, как будто ждала. — Я как раз твои отчёты сверяла. Всё идеально, как всегда. — Спасибо, Натали. Она посмотрела на меня — не как на сотрудницу, а как на человека, которого давно знает. — Вы с Русланом Геннадьевичем… не ушли, да? Я замерла. — Нет. — Я так и думала, — она улыбнулась. — Он вчера заходил. Сидел здесь, смотрел в окно. Потом сказал: «Пока не время. Но скоро». — Мы не можем просто уйти. Не сейчас. — Конечно, не можете, — мягко сказала она. — Потому что вы — сердце этого офиса. А сердце не уходит. Оно остаётся — и держит всех на плаву. Она положила мне на стол маленькую коробочку. — От него. Сказал: «Пусть будет у неё. На случай, если решит, что время пришло». Внутри — флешка. На ней надпись: «Резерв. Осень». Я не открыла её. Просто положила в сумку. Натали кивнула, будто всё поняла. — Когда решите — я первой поздравлю. А пока… держитесь. Мир ещё не готов к вашей честности. Но мы – готовы. Она ушла, оставив за собой запах кофе с ноткой её любимого сиропа «Амаретто» и тёплого света. Я осталась одна. Руслан вошёл без стука — как всегда. В руках — две кружки с чаем. — Знал, что ты здесь, — сказал он, ставя одну передо мной. Я улыбнулась. — Я рад, что ты осталась, — сказал он тихо, опускаясь на стул напротив. — Не испугалась. Без тебя этот сезон был бы невозможен. — А без тебя — бессмысленным, — ответила я, почти шёпотом. Он улыбнулся. Но как-то грустно. Встал, прошёлся по комнате, остановился у окна, где за стеклом медленно падали последние капли дождя, и уже проявлялась радуга. — Отдыхай, — сказал он, поворачиваясь к двери. — Ты это заслужила. — А ты? — спросила я. Он пожал плечами. — Я попробую. Может, съезжу на море. — С доской? Он рассмеялся — впервые за долгое время по-настоящему, без маски, без усталости в голосе. — Ты уже знаешь все мои привычки, Ульяна. — Не все, — сказала я. — Но хочу узнать. Он замер у двери. Посмотрел на меня — долго, пристально, как будто взвешивал каждое слово. — Тогда поедем вместе, — сказал он. — На Балтику. Там тихо. — Хорошо. Он не двинулся. Помолчал. Потом, почти шёпотом, добавил: — Хотя… в этом году я впервые забронировал билеты не для туристов. Я подняла глаза. — Куда? — В Марракеш. Трансфер до Тагазута. В ноябре. — Ты… едешь? — Забронировал. Не купил. Жду… подтверждения. — От кого? Он посмотрел прямо. — От тебя. — Я никогда не сёрфировала. — Я научу, — сказал он просто. — Там волны другие. Медленные. Как будто дают время подумать… прежде чем упасть. Я улыбнулась. — А если я упаду? — Я буду рядом. Как всегда. Только… без офисной рубашки. Мы оба засмеялись — тихо, выдохом. — Значит, — сказала я, — сначала Балтика. Потом — Марокко? — Сначала — ты скажешь «да». Остальное — детали.