100 конфет

      — Извинись немедленно, Коралина, — Другая мама делает выпад головой в сторону маленькой девочки.       — Ни за что, — выпадает в ответ Коралина.       — Я считаю всего до трёх, — выпрямляется женщина. — Раз… Два…       Девочка в испуге смотрит, как женщина, которая так похожа на её маму, превращается в страшное чудище. Черты лица становятся острыми, шея удлиняется, да и сама Другая мама набирает пару метров в росте.       — Три! — противно тянет она, хватая Коралину за нос и утягивая за собой.       — Что ты творишь?! — в отчаянии кричит девочка. Она барахтается, пока её тянут, но костлявые руки держат слишком крепко. — Больно ведь!       Другая мама подходит к зеркалу и за плечи закидывает Коралину за него.       — Выйдешь, когда научишься быть любящей дочерью, — властно произносит женщина, пропадая из виду.       Звонок в дверь резонирует с отчаянными попытками Коралины постучаться в глухую стену. Хёнджун прерывисто выдыхает: он никогда не любил эту сцену. Поэтому он не жалеет, что просмотр прерывается. Он спрыгивает с дивана, выбегая в коридор, где его мама уже открывает дверь.       — Сладость или гадость? — раздаётся три звонких голоса.       — Ух-ты, какие вы красивые, — хлопает в ладоши старшая Хан и прижимает ладони к груди. — У нас тут крольчонок, цыплёнок и волчонок?       Хёнджун аккуратно выглядывает из-за спины матери и инстинктивно улыбается своей слегка беззубой улыбкой. На пороге стоят его друзья. Минхо, Ёнбок и Джуён, который замечает мальчика и начинает ему махать. На это реагирует мать, оборачиваясь к сыну.       — Возьмёте Джуни с собой? А то он весь день только и смотрит телевизор.       — Мы за ним и пришли, — уверенно отвечает Джуён.       — Ну и отлично, — в голосе матери слышится улыбка. — Я сейчас принесу конфеты.       Хёнджун делает шаг в сторону, пропуская мать вглубь по коридору, и подходит ближе к своим друзьям, рассматривая их костюмы.       Лица всех троих разрисованы ярким гримом. У Минхо и Джуёна на ободках вырезанные из плотного картона уши зайца и волка. Старшая сестра мальчиков явно постаралась, прежде чем выпустить их из дома. Правый глаз Джуёна спрятан за длинной чёлкой. Хёнджун уверен, что это была идея Минхо, чтобы не напугать его маму.       — Хёнджун, почему ты привидение? — спрашивает Ёнбок, чуть наклоняя голову набок.       Хёнджун слегка разводит руки в стороны и слегка крутит корпусом, заставляя старую порванную простынь покачиваться.       — Я не хотел просить родителей помогать с костюмом и сделал самое простое, — тихо отвечает он.       В коридор вновь заходит старшая Хан, держа в руках небольшую корзинку и горсть конфет. Корзинку сразу получает в руки Хёнджун, крепко сжимая её, а конфеты в равном количестве отправляются тройняшкам Ли в тыквоподобные корзинки.       — Вот вам по три конфеты каждому, — с улыбкой говорит женщина и оборачивается на сына. — Постарайся вернуться до приезда отца, хорошо?       Хёнджун несколько раз кивает, за что получает от матери поцелуй в висок.       — Всё, развлекайтесь.       — Пока, мам, — машет рукой Хёнджун, выходя из дома.       — До свидания, миссис Хан, — в один голос говорят братья.       Дверь с тихим щелчком закрывается за спиной мальчика и он выдыхает. Наконец-то он смог выбраться из дома. Выдыхает и Джуён, откидывая свою чёлку с глаза. Под ней красуется расцвётший фингал, который мальчик получил в драке пару дней назад.       — Мне кажется, миссис Хан отпустила бы Хёнджуна и с моим фонарём, — ворчит он.       — А был бы мистер Хан — не отпустил бы, — огрызается в ответ Минхо.       — Папа бы меня и без фонаря бы не отпустил с вами, — понуро вздыхает Хёнджун. — Но у нас есть два часа.       — Всего два? — грустно уточняет Ёнбок.       — Значит нужно идти сейчас и на ходу объяснять, — командует Минхо и на правах старшего первый спускается с порога дома.       За ним спускается и Ёнбок, буквально соскакивая со ступенек. Процессию замыкают Джуён и Хёнджун.       — Папа сказал, что в десять лет нужно обязательно на Хэллоуин собрать сто конфет, — серьёзно объясняет Джуён. — Иначе нас всю жизнь будут преследовать духи покойников, которые умерли в переулках между домами.              Хёнджун внимательно слушает рассказ Джуёна и переводит взгляд на свою корзинку. Нельзя сказать, что она была плоская, но маленькое углубление не внушает веру в лучшее.       — Мне кажется, я не смогу собрать сто конфет, — грустно вздыхает мальчик.       Минхо с Ёнбоком быстро оборачиваются назад, оценивая проблему.       — Тогда мы соберём на двадцать пять конфет больше, а потом ты у нас их возьмёшь, — быстро выдаёт вариант Минхо. — В корзинку же тебе влезут двадцать пять конфет?       Хёнджун оценивает вместительность корзинки и кивает.       — А вы сколько успели собрать? — значительно приободрившись, спрашивает он.       — Мы к тебе зашли первым делом, так что три, — говорит Ёнбок.       — Поэтому и нужно спешить, чтобы успеть за два часа, — добавляет Минхо.       Ветер поднимает пыль по пустой дороге, а ветки ближайшего к мальчикам куста начинают шевелиться так неестественно, будто там кто-то сидит.       — Это духи, — икает Джуён.       — Идём, идём, — поторапливает всех Минхо.       Топот четырёх ног по пустынной дороге слышен слишком громко. Рабочие с центра города будут возвращаться только через несколько часов, а сейчас мимо домов не проезжают даже машины. Ощущение, будто они вчетвером — единственные люди в этом тихом районе, которые остались в живых. Сегодня собирать конфеты вышли лишь они. Остальные дети семьи Ли сегодня сидят за уроками, не заинтересовавшись прогулкой с тройняшками, а оставшиеся дети в районе слишком малы, чтобы родители могли их отпускать.       Поэтому многие хозяйки встречают мальчиков с округлыми глазами и грустной улыбкой. Не все были готовы к традиции. Почти никто не отдавал мальчикам больше двух конфет. Одна женщина отдала им пакетированный чай. Ещё одна смогла поделиться лишь пакетиками с сахаром, которые таскает из городской кофейни. Конечно, были и те, кто не смог ничего отдать. Но единственная гадость, которую смогли сделать мальчики — задуть свечку в фонаре Джека.       — У нас остался час, а ещё нужно собрать по шестьдесят конфет, — обречённо говорит Ёнбок, когда дети вчетвером стоят на обочине дороги, пересчитывая конфеты.       — Да тут нет столько домов, — расстраивается Джуён.       — По второму кругу нет смысла идти, — задумчиво произносит Минхо. — Давайте сначала все дома пройдём, потом думать будем.       Мальчики кивают. Ветер поднимается сильнее. Вдали слышен вой, пронизывающий до глубины души. Хёнджун чувствуют, что его запястье с силой сжимают. Он оборачивается и смотрит на распахнутые глаза Джуёна. Ёнбок рядом с ними буквально сжимается.       — Пойдёмте быстрее, — тихо говорит Минхо, похлопывая Ёнбока по плечам.       Теперь же мальчики шли не так бодро. Ветер будто становится холоднее, ком застревает в горле. Становится необъяснимо страшно. Теперь дёргается абсолютно каждый куст. Тихий вой разносится отовсюду. Джуён лишь сильнее цепляется за руку. И Хёнджуна не так пугает окружающая их обстановка, как состояние его друга.       — У тебя как глаз? — пытается он отвлечь его.       — Да видит, — самым храбрым голосом, на который он только сейчас способен, отвечает Джуён.       — Пожалуйста, не лезь больше в драку из-за меня…       Джуён хмурится, но явно не от страха.       — Но тебя же обижают. Я лучше потом от папы выслушаю, что драться плохо, чем буду смотреть, как они отбирают твои тетради.       — Я их вырвать не успел…       — Они вообще не должны их трогать, — строго говорит Джуён.       Откуда-то сбоку в мальчиков прилетает камень. Духи не дремлют и подгоняют, заставляют ускорить сбор конфет. Они быстро доходят до дома семьи Нам и стучат в дверь.       — Сладость или гадость! — кричат Минхо и Хёнджун.       Джуён и Ёнбок просто протягивают корзинки вперёд, не в силах вымолвить и слова. Миссис Нам улыбается и хихикает:       — Вы чего такие испуганные? Сейчас вы получите конфеты. Я специально купила, так и знала, что вы придёте.       Дверь закрывается, оставляя мальчиков в томительном ожидании. Казалось, что духи тоже застывают, вслушиваясь в шаги женщины. Через несколько минут дверь вновь открывается.       — Вот, держите, — миссис Нам передаёт большую миску с маленькими леденцами. — Можете прям миску забрать. Потом передадите, как ваш папа мне часы починит.       Мальчики переглядываются. Уголки губ медленно поднимаются.       — Спасибо! — кричат они в унисон. — Счастливого Хэллоуина.       — И вам, мальчики.       Дети уже не смотрят на закрывающуюся дверь. Они сбегают на обочину, садясь в круг на корточки и ставя миску в середину.       — Считаем внимательно, — наставляет Минхо.       Все в предвкушение кивают. Конфета за конфетой отправляется по очереди в каждую из корзинок. Когда в каждой оказывается сотая, а в миске остаётся ещё несколько, мальчики начинают радостно хлопать в ладоши.       Ветер вновь поднимается, но сквозь вой слышно тихое:       — Молодцы…        25 лет спустя       Джуён отходит на пару шагов внимательно смотря на костюм своей племянницы.       — Джуён, ну Хёнджун же делал костюм, — канючит девочка. — Ты разве ему не доверяешь?       — Я тебе не доверяю, Наён, — смеётся мужчина. — Ладно, всё на месте. Не забудь про сто конфет…       — Иначе духи будут преследовать, — договаривает девочка за дядю. — Я потом напрямую домой. Счастливого Хэллоуина!       — Тебе тоже!       Голос Джуёна становится сильнее за счёт голоса и Хёнджуна. Голоса звучат в унисон, заставляя девочку закатить глаза и выбежать из дома.       — Она явно не верит в духов, — тихо произносит Хёнджун, подходя к Джуёну со спины.       — Умнее Хо в его десять, — подтверждает мужчина, чуть разминая шею.       — Да и в тридцать пять, раз он собрался бегать по кустам, пугая её.       — Ну это же традиция, — закатывает глаза Джуён. — Ты же с нами бегал, чё бубнишь?       — Мне было двенадцать и у меня не болела спина, как у некоторых, — закатывает глаза Хёнджун.       — Ёнбок с Чаном там на подхвате. Разберутся.       — Спасибо, что из вас троих, ребёнок у Минхо только есть…       — И не говори…       Джуён с Хёнджуном переглядываются и одновременно начинают смеяться.       Хэллоуин слишком домашний праздник.