Там, где растут ландыши...

      Извилистая тропинка петляла между сосен и ясеней. Яркое весеннее солнце освещало его путь, пробивалось среди деревьев. Человек двигался неспеша, потому что спешить ему было уже некуда. Это живым нужна спешка, мертвые же терпеливо ждут, когда к ним кто-то придет и навестит. Он не был тут примерно лет пять. Просто не мог найти в себе силы на это. Где же это его носило? Да в том-то и дело, что не так далеко, как кажется. Тогда здесь цвели ландыши, сейчас поляна тоже вся в этих красивых весенних цветах. Мужчина навсегда запомнил это место и держал его в голове в самые трудные моменты своей жизни. Подойдя к холмику с крестом, он потрогал его, как бы убеждая себя, что это реальность, что он материальный, деревянный и стоит тут, а не в каком-нибудь другом месте. Потом отошел немного от могилы и присел на большой трухлявый пень. Воспоминания обрушились на него. Все, что он пытался прятать, подавлять и с чем боролся, сейчас шевелилось под кожей и выползало из темных закоулков души. Мозг начал свой неутешительный анализ.       Депрессия после потери не просто брата, а друга и части мира, мучила его очень долго. До тех самых пор, пока жена не сказала, что беременна и не родился Дин-младший. Все годы до он помнил смутно, как в тумане.       Дни без брата для Сэма превратились в пытку. Ему хотелось вернуть тот момент, когда брат погиб так глупо. Они же побывали везде и всюду: Рай, Ад, между, под землёй, в самых неожиданных местах, объяснить которые невозможно обычными понятиями… И сражались. Как же они сражались. Там были и демоны, и призраки, и ангелы и даже такие твари, о существовании которых никто даже не догадывался. Бывало, что попадали и совершенно новые виды, вернее, гибриды нечисти. И вдруг — это? Простые вилы в спину. Даже шальная пуля не была бы такой неожиданностью. Такова судьба, и небеса им больше не помогли. Финиш, конец, финал — все едино.       Младший Винчестер долго не мог свыкнуться с мыслью, что его бессмертный брат таки умер. Первый год он продолжал охотиться на всякую мелкую хрень: вампиров, лича, ведьм, дýхов. Ему нужно было продолжать дело отца и брата во что бы то ни стало. Так продолжалось очень долго. Самостоятельные дела изматывали тело и не давали болеть душе. Вскоре он потерял к этому интерес, потому что уже не смог увидеть смысл в семейном деле Винчестеров. Один в поле не воин.       Умирая, Дин просил его бросить все и жить, как хочется — завести жену, собаку, ребенка и дом с пресловутым белым заборчиком. Сэм думал об этом, но спустя столько лет дороги и приключений не смог вот так сразу изменить себя и свою жизнь.       После провальной попытки остаться охотником был жесткий запой. Никогда еще Сэм так не издевался над собой. Создавалось такое впечатление, что в желании заглушить душевную боль и тоску, он выпил склад алкоголя. Очнулся через два дня в какой-то больнице, а рядом с ним очень красивая девушка с зелеными глазами и ангельским личиком.       Люси. Она стала тем малым якорем, за который он смог зацепиться. Пусть это и не было настоящей любовью, пусть он и мотал ей нервы своим характером, своим занудством, своей депрессией, в конце концов. Терпению этого ангела мог бы позавидовать даже святой. Никогда эта хрупкая, маленькая женщина не позволила себе грубость или жестокие слова. Даже когда Сэм этого полностью заслуживал своим поведением. Запоев было еще два. Потом был стыд и даже лечение от последствий. Незаметно у него с ней прошли целых два года. Его возобновление учебы после стольких лет и ее признание, что в положении. Сэм даже не мог понять, почему вел себя с ней как последний засранец.       Ведь он уже хоронил Дина однажды, когда Адская гончая утащила его в Ад. Тогда ему казалось, что это все, конец пути. Потом он хоронил Дина еще много раз, а брат тоже самое делал в ответ. А еще был Кас, вот уж кого они оплакивали вместе. Ангел стал для них практически родственником. Ну, с его братом у них точно была особая связь. Об этом младший знал, вопреки отрицаниям брата. Потерь и болей, что отрицал и с которыми сросся с годами, становилось все больше. Накопились слова, которые стоило наконец сказать. И решившись, как перед прыжком в воду, Сэм начал свой непростой монолог.       — Привет, брат. Долго собирался сюда. Я знаю, что здесь лежат только твои кости, но я все равно надеюсь, что ты меня услышишь даже в Раю. После того как Джек стал Богом небеса тоже сильно изменились. Возможно, что это не те глупые комнатки с персональным счастьем. А может ты уже родился опять. Знаешь, а у моего сына твои глаза, он вообще очень похож… Гм… даже характер как у тебя. Ему всего-то два года, а он невыносимый егоза и уже умеет стрелять из водяного пистолета. Он взрывной, шумный, и у него уже веснушки на носу. Он не похож на меня и не похож на Люси. Такой весь свой, собственный, прям как ты. Иногда мне даже страшно от того, что ты и есть его воплощение. Когда я впервые его взял на руки и посмотрел в его глазки, то как будто увидел тебя. Дин, мне тебя будет не хватать всю жизнь, а она у меня еще достаточно долгая. Невозможность поговорить с тобой и обнять продлится до самого конца. Поэтому я буду обнимать своего Дина-младшего. Он мое личное сокровище, и я дам ему все то, что не дал нам Джон. Люси — хорошая мать, даже лучшая в мире. Она терпела все мои закидоны больше года. Толкала к жизни, давала время на боль и помогала. Она настояла на том, чтобы я окончил колледж. Посадила за парту, как первоклашку. Я сопротивлялся, но она добилась своего, и перед тобой сейчас самый настоящий юрист. Думаю, ты был бы рад эт…       Резкий порыв ветра прервал его и растрепал волосы, он словно погладил по голове и обнял собой. Было в этом что-то особенное, сверхъестественное, как если бы брат подал знак на спиритическом сеансе. Только не было тут ни медиума, ни магического шара и прочей лабуды. Зато было нечто намного большее.       Сэм замолчал и посмотрел вокруг. Он почувствовал, что окончательно очнулся от своего затяжного сна. Смирился и принял. На душе стало легко и хорошо, в груди разжалась невидимая жесткая пружина. Молодой мужчина смог окончательно отпустить прошлое, отпустить боль. По щекам против воли потекли слезы. Рука тут же смахнула их, и Сэм понял, что Дин не здесь, Дин дома с мамой. А еще он понял, что больше сюда не стоит приходить, так шепчет ему ветер в ветвях деревьев, так ему подсказывает сердце. Повернувшись к могиле спиной, он молча, не прощаясь, ушел по той же тропинке между деревьев.