МЕРИЛИН: Тени Камелота

Эпизод I. Голоса

Ночь в Эльдоре была слишком спокойной. Тучи висели низко, а ветер сладко и тихо завывал в щелях старого дома, словно убаюкивая. Мерилин крепко спала, свернувшись калачиком под тонким одеялом, щека прижата к прохладной подушке. Сон был глубоким, но постепенно стал рваться: тревожными вспышками, обрывками видений, запахом дыма и чьим-то далёким криком. И вдруг — голос. Тонкий, детский, но с такой стальной ноткой, что по спине пробежал озноб. — Быстрее, — прошептал он прямо в голове девушки, — Моргана, они идут. Мерилин дёрнулась во сне. Сердце ударило так сильно, что она начала просыпаться от этого гнетущего толчка. Она узнала голос — Мордред. Мальчик-друид с ясными голубыми глазами, сбежавший из Камелота несколько месяцев назад. Но почему он зовёт Моргану? — Покои Артура там. Нам туда, — ответил второй голос — женский, холодный и уверенный. Елена. Точнее, та, кто себя за неё выдавала. Та самая ведьма, что обманула принца. Колокол Камелота ударил — низко, глухо, разрывая ночь, как нож рвёт ткань. Один удар. Второй. Третий. Мерилин резко села, шерстяное одеяло соскользнуло на пол. Грудь вздымалась часто и тяжело. Комната вокруг казалась чужой — тёмные балки, запах сухих трав от матери, слабый лунный свет в щели ставен. Всё это вдруг стало невыносимо далёким и ненужным. — Мама! — крикнула она. Голос сорвался. Волшебница босиком вбежала в соседнюю комнату. Свечи зажглись по её воле — мягко, почти робко. Хунит уже сидела на кровати, глаза широко раскрыты, волосы растрёпаны. — Что случилось, дорогая? — прошептала она, протягивая руку в полумраке. Мерилин упала на колени у кровати и схватила тонкую ладонь матери. — Я должна вернуться в Камелот. Прямо сейчас. Там… там что-то происходит. Хунит молчала секунду, потом погладила дочь по волосам — жестом, полным боли и понимания. — Поезжай, Мерилин. Береги себя и помни, что ты не одна. Я всегда буду ждать тебя здесь. Девушка кивнула — горло сжалось от внезапной обиды за это резкое, неизбежное прощание. Но она быстро собрала сумку: плащ, пару кинжалов, которые стащила у принца перед уходом, флягу с водой и кусок белого хлеба. Затем выбежала на улицу — пылая решимостью вернуться в замок.

***

К рассвету она уже стояла у ворот верхнего города. Лошадь, зачарованная, чтобы не фыркать и не привлекать внимания, послушно замерла. Мерилин спрыгнула, сбросила капюшон. Небо над башнями было грязно-серым, как старый пергамент. Стражники у ворот узнали её. Один кивнул, второй — молодой, с веснушками — напрягся. — Назовись. — кинул он. — Мерилин, — ответила она, стараясь дышать ровно. — Ты же меня знаешь, Томас. Он поморщился, опустил копьё чуть ниже. — Списки слуг обновили. Тебе запрещено входить без пропуска. Приказ короля. Комендантский час. Слова ударили, как пощёчина. Она больше не служанка. Не часть этого замка. Просто гостья. Незваная. Без права пройти. — Пожалуйста, — тихо сказала она, вызывая к жалости. — Мне нужно к Гаюсу. Это важно. — Не могу, — отрезал он, но в глазах мелькнуло сочувствие. — Колокол бил всю ночь. Друиды в городе. Замок на осадном положении. Мерилин стиснула зубы и накинула плащ на голову, развернулась и сделала вид, что спускается обратно вниз, а вовсе не идёт к секретному входу в туннели.

Эпизод II. Тени заговора

Утро пришло хмурое, тяжёлое. В покоях Гаюса было тихо. Мерилин сидела за столом, пальцы нервно крошили хлеб в крошки. Кружка с остывшим отваром стояла нетронутой. Старик, с тёмными кругами под глазами, помешивал что-то в котелке над очагом. Он не спал почти всю ночь — сначала от бесконечных расспросов стражников, рыщущих в поисках друидов, а затем от перепуганной Мерилин, что появилась на пороге с первыми лучами и разбудила его. — Ты уверен, что Артур в порядке? — в сотый раз спросила она, поднимая глаза. Гаюс вздохнул, не оборачиваясь. — Абсолютно. Я настоял на осмотре. Ни царапины. Ни следов магии. Королевские покои обыскали трижды. Мерилин опустила плечи, но напряжение не ушло — оно сидело где-то под рёбрами, острое, как игла. — Ночь была тяжёлой, — продолжил Гаюс тише. — Утер в ярости. Говорит, друиды проникли в город. Или кто-то ещё. Надеюсь, что ты в этом не замешана. Она кивнула. — Нет, меня здесь не было. Я была в Эльдоре. Но… я слышала их. В голове. Мордред звал Моргану. А с ней была та ведьма. Они спешили к покоям Артура. Гаюс тяжело выдохнул, скрещивая руки перед собой. Он медленно наклонил голову, глаза сузились. — Моргана? — переспросил он очень тихо. — Как это было? — Да. Это было… как видение. Но настоящее. Я чувствовала их страх. Их спешку. Они рисковали всем, Гаюс. Но если ничего не пропало, а принц цел, зачем им покои Артура? Старик отложил ложку, подошёл ближе. Его лицо стало серым. — Если это правда… Моргана пошла против Утера открыто. Я видел её сегодня — она выглядела напуганной, но позволила осмотреть свою комнату. Мерилин подняла взгляд — Я не знаю, что они искали. Но если они были там… если они хотели навредить Артуру… Дверь скрипнула. Вошёл Гвен — туника помятая, волосы растрёпаны, под глазами тени. Он выглядел так, будто не спал неделю. — Гаюс, — сказал он хрипло, — король зовёт тебя. Срочно. Что-то случилось в подземельях. Мерилин вскочила. Гвен посмотрел на неё — в его взгляде смешались тревога и облегчение. — Ты вернулась, — тихо сказал он, и в голосе мелькнула улыбка. Она только кивнула. В груди всё сжалось. Король не стал бы вызывать Гаюса без повода.

***

Подземелья Камелота неприятно отдавали страхом. Мерилин спускалась следом за Гаюсом, ступени были противно-скользкими от влаги. Стражник впереди остановился. У входа в сокровищницу лежали двое — тела неподвижные, лица застыли в гримасе ужаса, глаза широко раскрыты, но пусты, словно кто-то вычерпал из них жизнь. Кровь растеклась тонкой тёмной лужей, уже подсохшей по краям. Мерилин замерла на последней ступеньке. А потом увидела его. Артур стоял чуть в стороне, в полном доспехе, меч на поясе, но руки опущены, а плечи напряжены. Свет факела играл на его волосах, высвечивал резкую линию скул. Когда их взгляды встретились, время на миг остановилось. Она не видела Артура со дня его несостоявшейся свадьбы — того дня, когда чары Елены спали, а она уехала, так и не сказав ни слова. И вот теперь — Мерилин снова здесь. Он не улыбнулся. Но губы дрогнули — едва заметно, как будто принц хотел многое сказать, но не смел. Глаза — те самые, синие, упрямые — на секунду расширились, будто он не верил, что она здесь. Настоящая. Не видение, не сон, не воспоминание. Мерилин почувствовала, как время упиралось бежать дальше. Хотелось осмотреть принца, убедиться, что он жив, цел и дышит. Он тоже подмечал изменения на её лице, волосах, плечах, словно искал следы усталости, боли или — хуже, новой раны. Артур медленно кивнул — почти незаметно, убедившись, что с Мерилин все в порядке. Она отвела взгляд в сторону. Утер шагнул вперёд, лицо багровое, вены на шее вздулись. — Гаюс, осмотри их, — рявкнул он, указывая на мертвецов. Взгляд короля скользнул по Мерилин, как по ненужной вещи. Король сделал вид, что только сейчас её заметил. — Зачем здесь девчонка? Гаюс ответил спокойно, но твёрдо, — Она учится, мой господин. Моя помощница. Моё здоровье уже не то… Утер фыркнул, но промолчал — видимо, был слишком зол, чтобы тратить слова. Мерилин опустилась на колени рядом с телами. Холод камня пробрался сквозь платье. Она коснулась шеи первого стражника — кожа была ледяной, сердце не билось. Она заглянула в его глаза, затем осмотрела руки и грудь. Магия скользнула по венам, как холодный ток, — и волшебница ощутила след: тонкую, злую нить чужой силы. — Они погибли от магии, — сказала девушка, поднимаясь. Голос дрогнул только на последнем слове. — Заклинание остановило сердца. Глаза… пустые. Как будто душу вырвали. Это не болезнь. Артур сделал полшага к ней — инстинктивно, но остановился. Мерилин почувствовала его взгляд на своей спине — тяжёлый, горячий, полный невысказанного. Она не обернулась. Боялась, что если посмотрит, то случится что-то непоправимое. — Что-то пропало? — спросил Гаюс, оглядывая ломящиеся от золота ларцы и полные драгоценностей ниши. Утер стиснул кулаки так, что кольца впились в кожу. — Кристалл Ниатида, — произнёс он, каждое слово было горьким. — Огромная потеря. Мерилин и Артур одновременно повернулись к нему. — Что это? — спросили они в один голос. Голоса слились идеально. На миг в подземелье повисла тишина. Принц и девушка переглянулись — резко, удивлённо. Мерилин почувствовала, как щёки вспыхивают. Она быстро отвела взгляд, чтобы скрыть невольную улыбку. Артур кашлянул, отвернулся к отцу, но уголки его рта дрогнули — почти улыбка, спрятанная под маской серьёзности. — Так что же это? — спросил он. Утер посмотрел на них обоих — глаза сузились, но он предпочёл не задаваться лишними вопросами. — Мы не знаем точно, чем он ценен, — ответил король глухо. — Но во времена Великой чистки за него гибли сотни магов. Они защищали его, как святыню. Если он попадёт к врагам… последствия могут быть катастрофическими. Артур выпрямился. Голос его стал твёрдым, как сталь. — Обыщем город. Каждый угол. Каждого, кто мог знать. Они не могли уйти далеко. Утер шагнул ближе к сыну, положил тяжёлую руку ему на плечо. — Артур. Этот кристалл не должен достаться врагу. Любой, кто покрывает воров, должен быть казнён. Никакой пощады. Даже если это кто-то… близкий, — король невольно покосился на Мерилин. Принц кивнул, но челюсть напряглась. — Да, сэр. Девушка стояла чуть в стороне, глядя на Артура. Эхо пророчества дракона вспыхнуло в голове: «Отдалишься — он будет жить». Она сжала кулаки под плащом. Артур вдруг повернулся к ней — резко, будто почувствовал её взгляд. Их глаза встретились снова. На этот раз легко и без толики стеснения. Как и раньше. — Я помогу Гаюсу, — сказала она, обратившись к королю. — Если мы что-то узнаем, сразу же сообщим, сэр. Утер хмыкнул, но не возразил. Артур молчал. Только смотрел ей вслед, пока она и Гаюс не скрылись в тени коридора. В груди у него что-то болезненно сжалось — не от потери кристалла, а от того, что она снова была рядом. И снова — на расстоянии вытянутой руки, которую он мог бы протянуть.

Эпизод III. Слухи

В покоях Гаюса было тепло от очага, пахло свежим жарким, углём и чуть горьковатым отваром. Мерилин сидела за столом, сжимая кружку в ладонях. Гаюс накладывал себе вторую порцию обеда — движения неторопливые, взгляд задумчивый и отвлечённый. — Друиды искали кристалл, — тихо сказала Мерилин, водя пальцем по краю кружки. — Моргана была с ними. Я это знаю. Гаюс поднял глаза. — У тебя нет никаких доказательств. — Их и не будет. — она опустила взгляд в тёмную поверхность настоя. — Но это точно она. Я чувствую. Я видела. Старик отложил ложку. — Если ты обвинишь Моргану без улик — Утер снимет с тебя голову. Тебя ничто не спасёт, даже слово Артура или моё. Мерилин быстро кивнула, глаза блестели пониманием. — Я знаю, я буду молчать. Но… чем так важен этот кристалл? Если Моргана так рисковала… Гаюс вздохнул, потёр виски. — Маги прошлого считали, что в нём заперта тайна времени, — он говорил спокойно. — Кристалл Ниатида — одна из последних реликвий Старой Религии. Совершенно точно, где-то в книгах я видел намёк: кристалл может показывать прошлое и будущее. Это — оружие. Когда я найду нужный фолиант, смогу сказать точнее. Утер прав. Если кристалл попадёт в чужие руки, это не закончится ничем хорошим. Гаюс вдруг встрепенулся и перевёл тему. — А пока ешь! Я придумал тебе задание! Тебе понравится, — добавил он с заметной неуверенностью.

***

Дверь дома Гаюса скрипнула. Артур вошёл — в простой тунике, без доспехов, но осанка выдавала принца. Мерилин стояла у стола, препарируя крысу в качестве урока анатомии. Запах был тяжёлый, металлический. Она подняла голову — брови взлетели от удивления. Артур замер на пороге. Взгляд скользнул по столу, по ножу в её руке, по маленькому тельцу — и он явно сглотнул. Помедлил. Сделал шаг вперёд, но неуверенно и робко, понимая, что забыл спросить разрешение войти… и вообще всё то, что хотел спросить. — Принц Камелота решил изучать внутренности грызунов? — спросила она с лёгкой насмешкой, разбивая его неловкость. Он слабо улыбнулся — уголки губ едва шевельнулись. Принц посмотрел мимо стола, будто боялся снова взглянуть на крысу, и заговорил привычным тоном, — В таверне «Весёлый конь», на границе с Сенредом, говорили о кристалле. Разведчики донесли, — он замолчал, переступил с ноги на ногу, а потом тихо добавил, — Мне нужна твоя помощь, Мерилин. Девушка отложила нож, вытерла руки о тряпку. Глаза загорелись интересом. — И чем я могу помочь принцу? — сузив глаза, спросила она. — «Весёлый конь»? Тот, что в Тиле? Это уже не Камелот, — продолжала Мерилин. — Это владения Сенреда. Вас узнают, как только вы переступите порог. Начнётся война! Артур шагнул ближе. Голос стал мягче, почти умоляющим, — Я не пойду один. Нужно идти с кем-то, кому я доверяю. Чтобы обеспечить прикрытие, — он активно жестикулировал, словно подкрепляя свою мысль хоть какими-то действиями, — Я доверяю тебе, Мерилин, — проговорил принц, — Мы переоденемся в торговцев, никто не узнает. Если ты, конечно, не занята… Принц покосился на испачканный ножик и тут же отвёл взгляд. Мерилин смотрела на него долго — сначала не могла поверить в его слова о доверии, а потом оценивала их шансы вернуться с этого задания живыми. Затем скрестила руки на груди, делая вид, будто размышляет, хотя уже решила. — Что ж, будет интересно посмотреть на вас в роли простого торговца. Артур выдохнул — почти с облегчением. — Тогда собирайся! — он просиял, не в силах скрывать радость.

***

Они переоделись в крестьянскую одежду: Мерилин — в потёртый плащ и серое платье, Артур — в грубую тунику и плащ с капюшоном. В конюшне выбрали двух самых невзрачных лошадей — хромых, с тусклой шерстью. Артур нервно поправлял поводья, но в глазах мелькала искра — он был рад, что она рядом, хоть и скрывал это за деловым тоном. По дороге он заговорил первым, хотя хотел сделать это намного раньше. — Как учёба у Гаюса? Мерилин хмыкнула, глядя на тропу впереди. — Надеюсь, что не скоро перейду от крыс к принцам, — она покосилась на него, тоже обдумывавшая вопросы заранее. — Как Итон? Я выбрала его из трёх дюжин человек. Он показался самым надёжным. Артур помолчал. Итон был неплохим малым, но он не мог заменить Мерилин. Принц постарался отбросить настоящие мысли, сухо отвечая, — Хорошо. Он справляется. Хотя сам Пендрагон уже несколько раз едва не уволил слугу в порыве очередного своего раздражения. Тучи быстро сгущались, где-то далеко пророкотал гром. Мерилин украдкой посмотрела на принца — проверяя, не болит ли старый шрам на плече от укуса гаргульи. Артур сидел в седле прямо, пальцы крепко сжимали поводья, рука его больше не беспокоила. Городок Тиль показался на горизонте к обеду. Аккуратные домики под толстыми шапками соломенных крыш теснились вдоль мощёной дороги, дым из труб поднимался ровными столбами. Через Тиль проходили торговые пути — поэтому улицы были чистыми, лавки полными, а люди выглядели сытыми и спокойными. Вероятно, это был самый процветающий и богатый город королевства Сенреда. «Весёлый конь» стоял на самом подходе к городу — таверна с яркой вывеской и гостиницей на втором этаже для уставших путников. Внутри пахло элем, жареным мясом и потом. Столы липкие, пол устлан землей, что приносили с улицы. Артур, едва они вошли, шепнул, — Здесь я не принц, а ты не моя служанка. Мы везём шелка в Камелот. Не говори лишнего. Мерилин фыркнула. — Я не ваша служанка, сэр. Принц замер на пороге — будто слова ударили под дых, если бы она обернулась, это бы легко считалось с его лица. Но Мерилин шагнула вперёд, уверенно занимая места у стены. К ней сразу подошёл молодой человек с тёмными волосами и быстрыми глазами — молодой официант. — Что будете, красавица? — улыбнулся он Мерилин, не скрывая своего восхищения. Взгляд скользнул по её лицу, задержался на глазах. — Этот с вами? — он кивнул на Артура, что медлил сесть к ней за стол. Мерилин прищурилась, губы дрогнули в усмешке. — Да, со мной. Мой друг и я, мы везём шёлк в Камелот. Два эля, пожалуйста. Парень понимающе кивнул, а затем подмигнул. — Такой красоте — наши фирменные пышки за мой счёт. И даже «пожалуйста» сказала… Здесь это редкость. — Он глянул на Артура с лёгкой насмешкой, тот занял место напротив Мерилин. — А вам, приятель, эль по полной стоимости. Пышки? — Несите всё, — хлопнула в ладоши Мерилин, без зазрения совести наслаждаясь происходящим. — Мой друг заплатит. — она перевела взгляд на принца. Тот поджал губы, а затем кивнул. Официант замер, прищурился, глядя то на неё, то на Артура. — Ваш друг умеет разговаривать? — спросил он с хитрой улыбкой. — Друг ведь? Мерилин спокойно встретила его взгляд, — Да. Просто друг. — она все силы приложила, чтобы не уставится на принца. Официант кивнул, но улыбка стала шире. — Как скажете, мисс. Он уже начал отходить, когда дверь таверны хлопнула. Вошёл мужчина в татуировках, с ожерельем из волчьих клыков. Шаги тяжёлые, взгляд наглый. Незнакомец подошёл к стойке, где тучная женщина с розовым румянцем чистила стаканы полотенцем, и одним движением смахнул поднос с чистыми тряпками. Официант напрягся, а все в таверне замолчали, заглушённые звуком разбившихся стаканов. — Мэри, как дела идут? — прорычал здоровяк. — Не забываешь мою долю? Женщина задрожала. — Было и лучше… — она попятилась назад. — Тогда заплатишь сверху, — нахал схватил хозяйку таверны за талию и притянул к себе. Она пискнула, пытаясь оттолкнуть его в сторону. Мерилин напряглась, но Артур уже вскочил первым. — Убери руки, — голос его был ровным и стальным. Татуированный обернулся медленно. Глаза сузились. — А ты кто такой смелый? — он оглядел принца в простецком одеянии, а затем довольно свистнул. Из теней вышли ещё пятеро, в руках они держали ножи и дубинки. Артур бросил взгляд на Мерилин, голос стал резче, — Спрячься. Быстро. — велел он. Она огляделась, бежать было некуда. — Всё занято, мой друг. — ответила Мерилин с ухмылкой. Девушка озиралась по сторонам: люди пригнулись, кто-то успел выйти, кто-то спрятался под стол. Все готовились к началу драки. Артур стиснул зубы, но времени спорить не было. Официант шагнул вперёд, заслоняя собой гостей. Кулаки сжаты. — Шестеро против троих, — присвистнул он. — Всё равно нечестно. Бой вспыхнул мгновенно. Артур дрался точно, экономно, отточеным на тренировках ударами. Мерилин уклонялась, использовала стул как щит. В какой-то момент здоровяк рванул на неё, замахиваясь кулаком — и вдруг замер. Официант таверны перехватил руку нападавшего и заломил её. — Гвейн, — представился он Мерилин, глядя на неё через плечо, на потном лице сверкнула очаровательная улыбка. — Вы пришли не вовремя. Головорезы решили стрясти сегодня дополнительную дань. Прошу прощение за этот бардак. Разбойники падали один за другим. Когда последний рухнул, Мерилин и Артур переглянулись — Ты в порядке? — спросил принц. Она тут же закивала. — А ты ранен, — произнёс Артур, указывая на ногу официанта. Гвейн словно очнулся и ахнул, почувствовав боль. Он опустился на колено — нож прошёл по бедру, кровь текла на пол. Мерилин мгновенно оказалась рядом, доставая из сумки чистые ленты, — Держись, герой. — сказала она, перевязывая рану быстрыми, точными движениями. Официант слабо улыбнулся, тёмные волосы прилипли ко лбу от пота, — Спасибо, миледи. И тебе спасибо, — кивнул он Артуру, глядя на него с уважением. — Без твоих ударов я бы уже лежал. Я — Гвейн. — он протянул ему руку. Принц коротко кивнул, принимая рукопожатие. — Ты тоже отлично показал себя в бою. — едва Мерилин перевязала ногу Гвейна, Артур заговорил ей в ухо. — Нам нужно уходить. Девушка подняла глаза и обернулась. — Но мы ничего не узнали о кристалле. — шёпотом ответила она. Гвейн оживился. — Кристалле? — Да, — кивнула Мерилин. — Нет, — отрезал Артур одновременно. Гвейн усмехнулся, глядя то на неё, то на него. — Некоторые из наших посетителей, когда напьются, болтают без умолку. — пояснил он. — Вчера вечером здесь были бродячие друиды. Хвастались, что выкрали кристалл у какого-то Бароля. Сказали, идут к пещерам Ритена. Мерилин и Артур переглянулись. Кристалл был так близко. Как и Бароль, друид, которого они собственноручно выпустили из заточения Утера. Гвейн смотрел на них с неподдельным интересом. — Если вам нужно туда… возьмите меня с собой. Я знаю эти тропы. А вы наткнётесь на головорезов — и что будете делать? Мерилин улыбнулась — коротко, но тепло. — Спасибо, Гвейн. Но сначала встань на ноги. Артур молчал. Он смотрел на неё — и в его взгляде было всё: облегчение, тревога, нежность, которую он не смел показать. Но Мерилин уже думала только об одном. Кристалл.

Эпизод IV. Склоны горы Ритена

Пещера на склоне горы Ритена зияла, как пасть зверя. Уже наступил вечер. — Ты уверен, что всё ещё хочешь идти с нами? — спросил принц, глядя на хромающего Гвейна. Тот старался держаться бодро, но иногда морщился от боли, и лицо его кисло кривилось на несколько секунд. — Мне интересно. Если я как-то могу насолить друидам, я в деле! Они как напьются, начинают демонстрировать свои умения. Однажды они учинили пожар, и Мэри пришлось перестраивать всю таверну. Тем более, здесь не так уж и страшно. И кажется, пусто, — ответил Гвейн, держа меч наготове. Он храбро шагнул вглубь пещеры, держа наготове факел, который они разожгли несколько минут назад. Внутри было сыро, стены блестели влагой, воздух пах землёй и чем-то древним. Огонь трёх факелов разрывал темноту. Мерилин шла позади, нервно сжимая свою сумку. — Ты, кстати, так и не представился, — сказал Гвейн и обернулся, обратившись к принцу. Тот замер, раздумывая, — Артур, — честно ответил он. — Тшш, — вдруг шикнула Мерилин, прислушиваясь. Капли воды эхом падали в глубине. Девушка шагнула вперёд, голос лёгкий, — А, нет, показалось! Может, нам правда повезло, и здесь нет никого, кто хочет нашей смерти, — сказала она, взглянув на Артура, напряжённо вслушивавшегося в темноту. Ей не показалось. Тишину разорвал шорох, словно чешуя скользнула по камню. Холодное дыхание коснулось их лиц, из мрака выступило существо. Длинный змеиный хвост извивался, птичьи лапы с когтями царапали пол, глаза горели ядовитым зелёным светом. Василиск. Артур и Гвейн шагнули вперёд, заслоняя Мерилин. Тварь раскинула крылья, похожие на петушиные, и бросилась вперёд. Воздух наполнился скрежетом когтей и свистом перьев. Артур рубанул мечом, но клинок лишь скользнул по чешуе. Гвейн, морщась от боли в ноге, ударил по крылу, но василиск увернулся. Мерилин отступила, глаза вспыхнули золотом. Она шепнула заклинание, и земля под ногами твари треснула, заставив её споткнуться. Артур ранил василиска в бок. Тварь взревела, когти полоснули воздух, задевая принца. Он отлетел к стене, ударяясь головой, кровь тут же потекла по виску. — Артур! — крикнула Мерилин, бросаясь к нему. — В сторону! — рявкнул Гвейн, замахиваясь мечом. Девушка замерла, глядя на существо, разделявшее её и принца. Гвейн выждал, пока василиск приблизится, а затем прыгнул на него и вонзил клинок в глаз. Тварь взвыла, ослепнув, и закружилась, царапая стены. Гвейн ударил снова, попав во второй глаз, и ловко отскочил в сторону. Василиск, обезумев, отступил в тень, рёв затих. Мерилин склонилась над Артуром, руки дрожали, касаясь его лица. Кровь текла по его волосам, глаза были закрыты. — Только не отключайся, — прошептала она, голос дрогнул. — Кто вы? — раздался хриплый голос из темноты, заставивший её прийти в чувство. Мерилин обернулась. Старуха с белыми, как снег, волосами и полуслепыми глазами вышла из тени, опираясь на посох. За ней плёлся василиск, скованный цепями, глаза кровоточили. — Интереснее, кто вы? Почему вы пришли в мой дом и ранили моего друга? — незнакомка говорила лёгким и глубоким голосом. Её белоснежный плащ ярко освещал всё вокруг. — Друга? — переспросил Гвейн, подходя ближе к Мерилин и вновь хватаясь за меч. — Вы про эту тварь? Вы друид? — Верно, — женщина медленно осмотрела девушку, державшую раненого за голову. — Вы можете ему помочь? — мысленно спросила Мерилин. Старуха дрогнула. — А вы не так просты, как кажетесь, — она обошла Гвейна, подняв руку и заставив его замереть. Юноша попытался сопротивляться, но ничего не вышло. Старуха наклонилась к земле и осмотрела Артура, — Хммм. Думаю, могу помочь. Но с чего бы мне это делать? Мерилин взмахнула руками и накинула зачарованные кандалы на кисти старухи. Сумка на плечах заметно полегчала, а Гвейн снова был свободен от чар. — Ты поможешь ему. — грозно проревела девушка. — Иначе мне придётся тебя заставить, — она вскочила и уставилась на друидку. — Это существо ранило его! Василиск, верно? — Мерилин жаждала быстрых ответов. — Впечатляюще, — старуха уставилась на кандалы. — Как тебя зовут, девушка, яро угрожающая столетней старухе? — Я — Эмрис, — честно ответила Мерилин. — Я — Айла, — друидка поднялась на ноги. — Я помогу Артуру Пендрагону, взамен ты снимешь кандалы. Гвейн поперхнулся, пошатнулся и уставился на принца, что лежал без чувств.

Эпизод V. Лагерь друидов

Пещеры дышали холодом и сыростью, но внутри лагеря друидов воздух был живым: пахло дымом костров и сладковатым мхом. Палатки из оленьих шкур теснились вокруг центрального очага, где потрескивали поленья, отбрасывая золотистые блики на лица людей. Дети бегали босиком по каменному полу, их смех отражался от сводов, старики тихо переговаривались, плетя корзины из ивовых прутьев. Где-то неподалёку журчала подземная река, подобно артерии. Айла — сухая седая старуха с глазами цвета старого янтаря — вела Мерилин и Гвейна через этот скрытый мир. Артура сразу подхватили несколько друидов. Гвейн с улыбкой уступил принца, явно впечатлённый всем вокруг. В отдельной палатке, отгороженной тяжёлой шкурой, раненного Артура уложили на низкую деревянную лежанку. Свет единственной глиняной лампы дрожал на его лице, подчёркивая тени под глазами и впалые щёки. Айла скрестила руки, нависнув над ним, — Он выживет, — произнесла она спокойно, — Но кандалы нужно снять. Я не могу колдовать с этими рунами на запястьях. И лучше, чтобы в лагере никто не знал, что здесь Пендрагон. Кто-то спросит, вы должны ответить, что это ваш друг, и ни слова более. Мерилин быстро кивнула, достала ключ, украденный у Гаюса ещё в Камелоте, и открыла замок. Кандалы упали на пол с глухим стуком. Артур дёрнулся во сне, но не проснулся. Друидка опустилась рядом, положила ладони принцу на грудь. Её руки засветились мягким тёплым светом — глубоким, как угли под пеплом. Она шептала что-то на древнем языке: слова текли медленно, обволакивая и успокаивая. — Значит, вот так живут друиды? — Гвейн нашёл лавочку в темноте и уселся. — Не все друиды так живут, — ответила Мерилин без особого воодушевления. Айла опустила руки. Свет угас. — Кристалл Ниатида? — спросила старуха, не глядя на Мерилин. — Это из-за него вы здесь? Гвейн изменился в лице, на нём отразилась озадаченность. Мерилин кивнула, — Его украли из Камелота. Мы должны вернуть, иначе он попадёт не в те руки. Это приказ короля. Утер не остановится, пока не найдёт кристалл. Гвейн поджал губы, словно разгадал загадку. Айла коротко фыркнула, но без злобы, — Кристалл не был украден. Он был возвращён. Один из немногих. Идём, Эмрис. — она вдруг схватила Мерилин за руку, — Твою ногу тоже нужно обработать! Я позову лекаря, — добавила старуха, обращаясь к Гвейну. — Но Артур… — упрямилась девушка. — Он в порядке. Обещаю. Ему нужен покой, а тебе — ответы. — Я скоро вернусь, — Мерилин кивнула Гвейну, и они с Айлой вышли наружу.

***

Туннели уходили всё глубже. Камень под ногами был холодным и влажным, воздух густел, наполняясь запахом мокрого кварца и древней магии. — Мой отец, а до него его отец, хранили эти кристаллы, — Айла говорила тихо, но голос её разносился далеко. — Оберегали их ценой жизни. Каждый из нас знал: если хоть один попадёт в чужие руки — наш мир даст трещину, — она помолчала, прислушиваясь к темноте. — Пендрагон в этой пещере… Если кто-то узнает, наш век закончится. Надеюсь, ваш друг умеет держать язык за зубами, — с укором посмотрела она на Мерилин. Та не нашла, что ответить — о Гвейне она знала ровным счётом ничего. Они дошли до тупика. Стена выглядела монолитной: гладкий чёрный базальт, испещрённый тонкими серебристыми прожилками. Айла положила ладонь на камень, закрыла глаза и прошептала несколько слов на старом языке — низких, вибрирующих, как гул далёкого грома. Стена дрогнула. Камень разошёлся без звука, словно вода, открывая проход. Они шагнули внутрь. Мерилин остановилась. Пещера была огромной — свод уходил вверх, теряясь в полумраке, стены, пол и потолок покрыты тысячами кристаллов. Они росли гроздьями, пульсируя светом: холодным голубым, тёплым золотым, фиолетовым и зелёным, как северное сияние. Свет струился мягко, перетекая из одного кристалла в другой, и вся пещера дышала. Воздух дрожал от низкого, почти неслышного гула — будто тысячи голосов шептались одновременно. Мерилин медленно повернулась вокруг своей оси. Горло сжалось. — Их… — выдохнула она. — Больше тысячи, — ответила Айла спокойно. — Каждый — осколок времени. Каждый хранит воспоминание или то, чему предрешено сбыться. Кристаллы судьбы. Что ты видишь, Эмрис? Мерилин шагнула вперёд. Протянула руку — пальцы задрожали, едва коснувшись ближайшего кристалла размером с кулак. Поверхность была тёплой, живой. Сначала она увидела своё отражение — усталое лицо, растрёпанные волосы, глаза, полные тревоги. А потом кристалл раскрылся. Образы хлынули потоком. Артур в цепях, на коленях перед троном. Камелот в огне — башни рушатся, люди кричат. Моргана на высоком престоле, глаза горят золотом. Она сама — на эшафоте, верёвка на шее, топор уже поднимается. Сенред — его армия врывается в пещеру, кристаллы трескаются, свет гаснет, дети кричат, Айла падает с ножом в груди. Рядом Гвейн, храбро сражающийся, но теряющий силы. Мерилин ахнула, задохнувшись от увиденного. Кристалл чуть не выпал из пальцев — она поймала его в последний момент. Айла шагнула ближе, положила руку ей на плечо. — Что ты видела? Мерилин сглотнула, голос дрожал. — Сенред… Он придёт сюда. Очень скоро. Ваши люди… дети… всё в огне. Сенред завладеет кристаллами. Айла не дрогнула. Только лицо стало старше, жёстче. — Ты видела будущее, — тихо сказала она, едва сдерживая восхищение. — Не все могут. Даже среди нас это редкость. Мерилин повернулась к ней. — Вы слышите меня? Нужно уходить, сейчас же. Возьмите детей, стариков, кристаллы — всё, что сможете унести. Сенред близко. Я видела его знамёна. Волшебница сунула кристалл себе в карман. Айла долго молчала. Потом растерянно покачала головой. — Мы охраняли эти кристаллы веками. Если мы уйдём — они попадут в руки врага, — грусть заставила её оглядеть пещеру. — А если останемся… возможно, мы сможем их защитить. — Вы погибнете, — отчеканила Мерилин, не веря своим ушам. — Возможно, — ответила Айла на удивление спокойно. — Но иногда смерть — это тоже выбор. Мерилин смотрела на неё, сердце разрывалось. Мысленно она обратилась к Артуру: что бы сказал он, если бы нужно было убедить Утера увести своих людей в укрытие. Она незаметно сжала маленький кристалл в кармане. Он был тёплым, слабо пульсировал, как второе сердце. — Я найду способ, — сказала Мерилин, решая взять всё в свои руки. — Я не дам Сенреду уничтожить вас. Я не буду просто смотреть, как вы проигрываете эту битву. Ваши люди достойны жить. Айла посмотрела на неё — долго, внимательно, — Ты веришь, что Артур Пендрагон способен жить в гармонии с магией? С друидами? — Да, — тут же ответила Мерилин, ни на секунду не задумавшись. — Почему вы спрашиваете? — Очень сложно выбирать себе друзей и союзников, Эмрис… — голос старухи дрогнул от усталой горечи, — Друидов предавали множество раз, поэтому мы и скитаемся, прячемся по углам… — она опустила взгляд, в глазах мелькнула тень старой боли, — Судьба предрешена. И тебе суждено совершать великие вещи, ровно как и Пендрагону. Вот только… — Айла тяжело вздохнула, в голосе проступил скепсис. — моей веры в него недостаточно. Увы, я не могу поверить в то, что сын Утера способен на милосердие, — она подняла глаза, и в них мелькнула слабая искра надежды, — Но если эта вера есть у тебя, то я готова дать принцу шанс. Иди, Эмрис. Мои люди послушаются тебя. Они знают, кто ты. Они знают о пророчестве. Многие из них верят, их надежда в твоих руках. — А вы? А как же вы? — лицо Мерилин скривилось от боли. — Я останусь здесь. Я буду защищать кристаллы, как всегда делала, — старуха отступила назад и расправила плечи. — Я надеюсь, мы ещё встретимся. Мерилин помедлила. — Берегите себя, — она с горечью кивнула, развернулась и побежала обратно — к выходу, к Артуру, к Гвейну, к тем, кого ещё можно было спасти.

Эпизод VI. Тень в ночи

Ночь в Камелоте была неспокойной. Стражник у восточных ворот заметил тень, скользнувшую за стены. Женская фигура в плаще мелькнула в лунном свете, шаги её были бесшумны. Он поднял тревогу, но тень быстро исчезла, словно растворилась. Утер, разбуженный утром, рявкнул охраннику, — Найдите её! Кто-то нарушил комендантский час! Должно быть, это та ведьма! На завтраке король был нервным, — Артура давно не видно! — Утер не притронулся к еде. — Уверена, с ним всё в порядке. Ты же сам отправил его на это задание… Каким бы оно ни было, — откинула прядь со лба Моргана. — Не беспокойся. — Я не только за него беспокоюсь, — поднял взгляд Утер. — Всё королевство в опасности. Их прервали. — Ваше величество! — один из рыцарей стоял в проходе. — Гончие взяли след в лесу за городом! На земле обнаружены несколько следов! Мы скоро найдём тех, кто проник в замок! Моргана сорвалась с места, но быстро опомнилась и села обратно. — День становится лучше. Нарушителей найдут! — король ударил по столу и подбежал к стражнику, раздавая советы и указания. — Следы приведут нас к их лагерю. Наконец-то! Моргана воспользовалась моментом, коснулась своего кулона и прошептала очень тихо: «Бароль». — Ты что-то сказала? — король обернулся и вернулся за стол. — Да… — Моргана прокашлялась и стала говорить громче обычного. — Так значит, вы нашли лагерь друидов в лесу? Сообщение достигло адресата. Бароль остановился посреди деревьев в тёмном лесу и принялся слушать. Через несколько часов королю доложили радостную новость. Логово бродячих друидов нашли в ущелье, скрытом папоротниками. Те маги, которым удалось спастись, попытались бежать. Отряды Камелота ведут преследование. Моргана успела предупредить Бароля, многим удалось спастись бегством. Но самого колдуна схватили. Кандалы с рунами звенели, пока стража тащила его в знакомую темницу.

Эпизод VII. Желание

Тем временем в другом лагере друидов, что скрывались в пещерах, царила паника. Мерилин отдавала приказы, готовая сражаться за жизнь тех, кому была уготована страшная судьба. — Усильте охрану! Соберите отряд разведчиков! Собирайте провизию! — стража сразу же поддержала намерение девушки дать отпор. Мерилин ворвалась в палатку, где Гвейн сидел у кровати Артура. — Он бормочет, но не очнулся, — сказал юноша, жуя очередной пирог. — Ты знала, что друиды так восхитительно готовят? — вопросил он, не нарадуясь своему счастью. — Сенред идёт, — отрезала она. — Нужно вынести Артура. Отряд ищеек вышел заметать следы, надеюсь, этого времени хватит, чтобы вывести людей. — А где загадочная старуха? — спросил Гвейн, уже пытаясь затащить на своё плечо принца. — Она… будет в другом месте, — растерялась Мерилин. — Так и кто командует лагерем? — спросил он, стоя твёрдо на ногах. — Эмрис! — в палатку ворвался юный друид в зелёном камуфляжном плаще. — Отряд ищеек заметает следы, как вы и приказали. Через час остальные будут готовы отправиться в путь. — Отлично! Есть колесница для раненого? — спросила тут же она, глядя на Артура. Вдруг заговорил Гвейн, случайно озвучивая свои мысли вслух, — Я уверен, что командующая девушка пробуждает во мне определённые чувства. — Он поперхнулся. — То есть это очень… впечатляюще, — промямлил юноша, пытаясь скрыть восхищённый взгляд. Через час обоз друидов стоял во мраке леса. — Всё готово! — кивнул стражник-друид. — Подождите, — вдруг раздался знакомый голос. Мерилин обернулась и увидела у входа в пещеру Айлу. Та стояла со слезами на глазах, что отражались в лучах факела. — Айла! — радостно ахнули друиды, что собирались в путь. Два десятка магов, несколько десятилетий прячущихся в пещере, были готовы покинуть дом. Мерилин подошла к старухе, широко улыбаясь, — Вы передумали? — спросила она. — Кристаллы ему не достанутся, — сказала Айла, двигаясь к главе колонны. — Пещера завалена ловушками для Сенреда. Сегодня вечером его ждёт много сюрпризов. — Друидка подмигнула стражникам, они покорно склонили головы. — Отряду ищеек удалось увести людей Сендреда в другую сторону. Но нужно поспешить, с ними маги, они поймут обман, — рассказала Мерилин, пройдя мимо телеги с Артуром, которую вёл Гвейн. — Зачем Сенреду кристаллы? — Власть, — сказала Айла. Она властно махнула рукой, и к ней подбежал её статный конь, заметно отличающийся ото всех остальных. — Сенред верит, что кристаллы даруют ему секрет старой религии. Он глупец. Такой же, как и Утер — боится, но хочет владеть. Они очень похожи друг на друга. Вот только Сенред опаснее. Его придворные маги талантливые, боюсь, что если бы кристаллы попали им в руки, кто-то да смог бы овладеть навыком предвидения. — А Бароль? — спросила Мерилин. — Это ведь он выкрал кристалл у Утера. — Девушка вспомнила образы Морганы, Елены и Мордреда. Айла нахмурилась. — Бароль — отшельник, — сказала она. — Украл кристалл у Пендрагона, думая, что разгадает секрет. Бароль амбициозен, великолепный оратор, но никогда не был дальновиден. Мы забрали кристалл, но было уже поздно. Бароль навлёк беду на свой лагерь, он собственноручно принёс хаос своим людям. Его следы привели людей Утера в их убежище. — Откуда вы знаете? — спросила Мерилин, широко раскрыв глаза. Айла резко обернулась. Она держала в руках кристалл, её глаза наполнились слезой, — Кристалл показал мне это. Я видела, как погибли невинные друиды. Впервые за многие годы чары предвидения открылись мне. Это знак. — Старуха медлила. — Поэтому я изменила своё решение. Я не могу допустить, чтобы моих людей преследовали. Без кристаллов мы представляем малый интерес для Сенреда. У нас будет шанс начать всё сначала. Мы отправимся в горы. Мерилин кивнула, мысли путались. Обоз вдруг остановился. — Нам с нашим раненым другом лучше свернуть здесь! — Гвейн спешился с лошадей и догнал их. — Обойдём кругом, чтобы не встретиться с людьми Сенреда. Было приятно познакомиться. Айла кивнула Гвейну. — Вы повели себя храбро, хоть и напали на моего василиска, — проговорила старуха, глядя назад, где позади всех плёлся скованный в ошейник василиск. — Можете загадать желание. — Желание? — переспросила Мерилин. Гвейн покачал головой, глаза твёрдые. — Мне не нужно, — фыркнул он, шарахнувшись назад. Мерилин молчала, взгляд невольно упал на Артура, что спал крепким сном позади. Она вспомнила его тепло, улыбку. И горькое пророчество. — Мне тоже, — скривила губы девушка. Как только Гвейн отошёл, Мерилин заговорила шёпотом, — Один человек сказал, что пророчества — тени, показывающие путь, но не выбор, — шептала Мерилин. — Ты говоришь, судьба предрешена. Какой смысл? — Смысл — жить по совести, — ответила Айла. — Делай, что считаешь верным, даже если веришь, что исход один. Мерилин сглотнула, поднимая глаза в пустое чёрное небо, словно там мог быть какой-то ответ. — Как работает желание? — спросила она, тяжело выдыхая. — Это односторонняя сделка, если тебя это волнует. Ты помогла мне, а я исполню твоё желание. Это не магия Жизни и Смерти, Мерилин, — уточнила Айла. — Это просто… магия. — И что же люди обычно просят? — девушка посмотрела, как Гвейн вывел из ровного строя телегу и двух лошадей. — Редко кому выпадает такое предложение. Те, кому выпадает, предпочитают золото… или любовь. — старуха внимательно наблюдала за ней. Мерилин оторопела. — Любовь? А если наоборот? — Ты хочешь стереть любовь? — удивилась Айла, приподняв подбородок. — Я хочу не чувствовать ничего к нему, — мысленно прошептала девушка, обернувшись на принца. — К Артуру. — просьбу слышала только старуха. Айла помедлила, а затем согласно кивнула, — Верю, что ты знаешь, что делаешь. Моя вера дорогого стоит, — друидка подняла ладонь к воздуху, и магия коснулась Мерилин невидимой нитью. Холод пронзил душу, а затем пришла блаженная лёгкость. Бремя чувств исчезло, но сердце сжалось, словно часть её пропала. Мерилин улыбнулась беззаботной детской улыбкой. — Нам пора! — выдохнула она. Слёзы высохли. — Не будем вас задерживать! — сказала она, не глядя на Артура. — Спасибо вам. За всё! Волшебница распрощалась с Айлой, и быстро вернулась к Гвейну, запрыгивая на скамью рядом. Лошади развернулись, уводя их телегу от друидов в сторону. Мерилин сжала кристалл в кармане, погружаясь в свои мысли. Гвейн был внимательным и следил за дорогой. Они уходили все глубже в лес, освещая путь лишь несколькими фонарями, на всякий случай, заметая и путая следы, чтобы ни один сыщик Сенреда не смог отыскать друидов, покинувших сегодня свой дом.

Эпизод VIII. Привал

Утро было прохладным. Артур был ещё слаб, но уже сидел у костра, опираясь спиной на дерево. Лицо его было мрачное, глаза тонули в тенях, в руках он нервно вертел кусок кристалла, который Мерилин выкрала для него в пещере. Сама девушка устроилась рядом — улыбка лёгкая, почти беззаботная, будто она действительно сбросила с плеч все тревоги. — Почему ты согласилась помочь? — спросил он тихо, голос хриплый от усталости и чего-то ещё. Мерилин встретила его взгляд ровно, без дрожи, — Эти друиды совершенно безвредны, они… Артур перебил её, резко, почти с болью в голосе, — Не друидам. Мне. Ты помогла отыскать кристалл. Она пожала плечами, но улыбка чуть дрогнула, — Кто-то же должен вас спасать, пока вы падаете от василисков, — сказала она шутливо, пытаясь разрядить воздух. — Да и Гаюс будет доволен. Он был крайне озабочен пропажей этого кристалла. Артур посмотрел на неё — взгляд тяжёлый, полный вины, — Ты могла умереть, — произнёс он тихо, и в этих словах сквозило сожаление, почти раскаяние. — Это была глупая идея — позволить тебе поехать со мной. Мерилин только сильнее улыбнулась, но в глазах мелькнула тень, — Зато кристалл у нас, — твердила она, пожимая плечами. — Победа, да? Он кивнул, но его лицо осталось мрачным, словно внутри всё ещё боролась тревога, — Гвейн сказал, ты была храброй, — добавил принц после паузы, голос стал чуть мягче. — Руководила друидами, раздавала приказы. — Приходилось, пока вы отдыхали, — подмигнула она, гордо поднимая голову. — Вы можете удивиться, но кое-чему я научилась и от вас. — Мерилин коснулась его плеча своим дружеским жестом, пытаясь приободрить. Артур слабо улыбнулся — в глазах мелькнула благодарность, смешанная с виной и чем-то тёплым, почти нежным, что он не решался назвать. Мерилин легла на землю, взгляд скользнул к кристаллу в его руках. Она закрыла глаза и тут же уснула.

***

Через двое суток они добрались до Камелота. — Король поймал Бароля! — встретил их Гаюс, едва Мерилин, Гвейн и Артур подъехали к воротам замка. — О, нет… — протянула девушка, хватаясь за голову. — Тот самый Бароль, что выкрал кристалл? — удивился Гвейн. — Почему «о, нет»? — он уставился на неё и принца. Мерилин и Артур переглянулись — словно мысленно разговаривали. Однажды они спасли его. Если Утер узнает, обоим не поздоровится. — Собаки взяли след в лесу, — продолжал лекарь, лицо его становилось всё угрюмее. — Друиды Бароля прятались в нашем лесу, Утер отправил лучших рыцарей. Те застали магов врасплох, но многие скрылись. — Что он рассказал? — Артур вцепился в Гаюса. — Этот Бароль, — добавил наигранно принц. — Насколько мне известно, Бароль нем как рыба, сэр, — холодно ответил старик. — Мерилин! — Артур обернулся к ней. — Возвращайтесь с Гвейном в Тиль. Если отец узнает… — он прикусил губу и очень тихо заговорил, — тебя повесят сразу, меня — на следующий день. — Хорошо, — кивнула Мерилин, не споря. — Только заберу несколько вещей из дома. Вы тоже постарайтесь не умереть. — Я пришлю вести, — кивнул Пендрагон. — Гвейн, — он обратился к юноше рядом. — Пригляди за ней. Этого должно хватить. Артур протянул мешок денег — изрядно тяжёлый. Глаза Гвейна расширились: никогда ранее он не держал столько монет в своих руках.

Эпизод IX. Уроки меча

Дни для принца в Камелоте наступили напряжёнными. Утер допрашивал Бароля день и ночь, кристалл похоронили в сокровищнице, но мысли короля о нём не утихали. Мерилин же проводила время с Гвейном, задержавшись у него в гостях. На заднем дворе, в колодце, окружённом домами с соломенными шляпками, он учил её драться на мечах. Движения его были лёгкие, несмотря на хромоту. — Держи клинок выше, — сказал он, поправляя её руку. — Ты быстрая, но сила в плечах. Мерилин хмыкнула, глаза сверкнули. — Быстрее, чем ты, герой, — сказала она, делая выпад. Гвейн рассмеялся, тёмные глаза встретились с её. Он отбил удар, мечи скрестились. Их лица оказались близко, Мерилин почувствовала тепло его дыхания. Она отступила, щёки порозовели. — Неплохо, миледи, — сказал он, улыбка дерзкая. — Ещё пара уроков, и ты побьёшь самого Артура Пендрагона. Мерилин усмехнулась, но сердце сжалось. Она не чувствовала к Артуру ничего — желание сработало. Но Гвейн… его смех и поддержка заставляли её чувствовать себя особенной.

***

Таверна «Весёлый конь» гудела, как развороченный улей. Пьяные голоса сливались в хриплый рёв, кружки стучали по липким столам, кто-то горланил песню про деву и дракона. Усталые путники дремали в углах, их лица блестели от пота и грязи. В дальнем углу, у потрёпанной шахматной доски, Мерилин и Гвейн сидели друг напротив друга. Деревянные фигуры стояли в свете масляной лампы, её пламя дрожало, как и их взгляды. — Твой ход, миледи, — сказал Гвейн, его голос был низким, с дерзкой ноткой. Тёмные глаза блестели, пока он подпирал щёку рукой, волосы спадали на лоб.  Мерилин прищурилась, её пальцы замерли над слоном, — Не торопи, герой, — ответила она, улыбка игривая, но в её глазах мелькнула искра. — Ты уже и так без всех пешек. Гвейн хмыкнул, отпивая эль. Его взгляд скользнул по её лицу, задержался на губах, — Ты жульничаешь, — сказал он, наклоняясь ближе. — Эти глаза… они сбивают с верной мысли.   Мерилин рассмеялась, её щёки вспыхнули. Она двинула фигуру, поставив его короля под удар, — Шах, — сказала она, её голос был тёплым, почти шёпотом.   Толпа вокруг плыла в пьяном угаре, кто-то уронил кувшин, другой храпел, уткнувшись в стол. Их мир крутился вокруг доски, до перестуков фигур и взглядов, которые сегодня говорили больше слов. Часы текли, жаркая таверна затихала, лампа мигала, угрожая погаснуть.   — Шах, — сказал Гвейн, когда её конь загнал его короля в угол. — И мат. — Он встал, протянув руку, его пальцы были тёплыми и чуть дрожали. — Миледи. Это был честный проигрыш. — он поцеловал её кисть. Мерилин кивнула в реверансе, её сердце заколотилось. Они поднялись на второй этаж, где таверна дышала иначе — тише и интимнее, слышался лёгкий скрип половиц, хихиканья и жаркие стоны за дверьми. В коридоре они наткнулись на парочку, прижавшуюся к стене, — мужчина шептал что-то, женщина смеялась, её платье сползло с плеча. Мерилин отвела взгляд, щёки горели, но Гвейн лишь ухмыльнулся, сжав её руку крепче.   Их комнатка была тесной, пропахшей сеном и воском. Зелёный балдахин над кроватью отбрасывал изумрудный свет, соломенный матрас шуршал под ветхим покрывалом. Мир плыл, как в тумане — их взгляды встретились, и молчаливое понимание того, что будет дальше повисло в воздухе. Мерилин сбросила плащ, её волосы рассыпались по плечам. Гвейн шагнул ближе, его пальцы коснулись её щеки, — Мерилин, — прошептал он, его голос дрогнул, глаза искали её согласия.  Она кивнула, её дыхание сбилось. Их губы встретились — медленно, нерешительно, затем с жаром, который стёр весь окружающий мир. Его руки скользнули по её талии, её пальцы запутались в его волосах. Зелёный свет обволакивал их, как лесной полог, матрас скрипел, их одежда падала на пол. Они растворились друг в друге, их движения были смесью нежности и голода, словно они искали спасение в этой ночи. Стонов в коридоре стало больше.

***

Утром дверь сотряслась от стука. Мерилин вздрогнула — глаза распахнулись, и она сразу почувствовала на себе тепло руки Гвейна. Он лежал рядом, волосы растрепались. Звук заставил его проснуться: он вскочил, хватаясь за меч у кровати. — Мерилин! — протянул знакомый голос из коридора. — Ты там? — это был рыцарь Леон. Девушка вскочила, натягивая на себя простыню и подбегая к двери. Она приоткрыла засов, глядя на Леона через небольшую щель. Рыцарь стоял в проёме, лицо суровое, хотя обстановка вокруг ему явно была не по нраву. — Принц требует тебя. Сейчас же, — заявил он, а потом стал говорить чуть тише. — Сказал, что ты можешь вернуться, и вам нужно поговорить. — Иду! — тут же выдала она без раздумий и захлопнула дверь, а затем расстроенно взглянула на Гвейна. — Артур, значит, — процедил он. Голос был холодным, как утренний воздух, в нём сквозила обида и что-то похожее на ревность. — Вот кто будит тебя по утрам. Всегда в приоритете? Мерилин замерла. Взгляд метнулся к нему. Она шагнула ближе, рука легла на его грудь — голос твёрдый, но мягкий, с ноткой вины. — Я не думала, что его весточка будет такой… Грозной. — усмехнулась она, но улыбка вышла вымученной. — И это неправда, Гвейн. Артур не в приоритете. — её глаза блестели искренностью, но в них мелькнула тень тревоги. — Артур — это Камелот, он мой принц. Ты же знаешь. Гвейн отвёл взгляд. Щёки вспыхнули, но он кивнул — коротко, резко. — Ты же не служишь ему больше. Ты можешь остаться здесь, — предложил он, довольно поглядев на кровать. — Моя жизнь в Камелоте. Там мой дом. Там Гаюс… — проговорила она, выжидая его ответа, и в этих словах сквозила тоска. — Иди, я понял, — буркнул он. Голос смягчился, но обида осталась, как заноза. — Но я не привык быть вторым. Не так. Он поднял палец вверх и рассмеялся — коротко, горько, пытаясь скрыть укол в груди. — Ты не второй, — шепнула она и поцеловала его на прощание — быстро и нежно, с лёгкой дрожью в губах. Мерилин собралась и вышла за дверь, а Гвейн лениво вернулся в кровать, наблюдая за тем, как задрожал зелёный балдахин, задетый порывом ветра, что успел забежать внутрь комнаты из коридора.