юность – мы

«Когда он успел так вырасти?» Сону сидел, погружённый в недоумение, его взгляд был прикован к младшему, который внезапно предстал перед ним в новом свете. Казалось, что всего лишь вчера Рики был тем самым мальчишкой-подростком, за которым все старшие старались приглядывать, и в их числе был и Сону. Он, как никто другой, прикладывал усилия, чтобы поддерживать связь с Рики, стараясь сделать так, чтобы тот не чувствовал себя не в своей тарелке среди старших. Сону искренне желал, чтобы этот юный парень знал, что всегда может рассчитывать на его поддержку. Несмотря на то, что все парни проводили много времени вместе, Сону понимал, что для младшего этого может быть недостаточно. Каждому человеку нужен кто-то, с кем можно поговорить по душам, поделиться своими слабостями и тревогами или просто рассказать о прошедшем дне. И невольно Сону стал таким человеком для Рики. В уютной атмосфере своей комнаты, где они часто сидели вдвоем, Рики мог делиться с Сону всем, что его волновало: он рассказывал смешные моменты, делился грустными историями, а иногда открывал даже самое сокровенное. Именно в Сону младший нашёл свою родственную душу, и это было видно — он всегда выделял его перед другими старшими самым тёплым приветствием и крепкими объятиями, которые говорили о многом. Остальные ребята, как правило, лишь радовались, наблюдая за тем, как младший находит утешение и поддержку у одного из хёнов. Однако время шло, и Рики подростал. С каждым днём он всё реже обнимал Сону, а вскоре и вовсе перестал это делать. Их совместные разговоры свелись к минимуму, и теперь их времяпрепровождение заключалось лишь в коротких приветствиях и тишине. В глазах Сону эти кардинальные изменения были особенно заметны. Сейчас этот мальчишка, с которым он когда-то так близко общался, предстал перед ним как рослый парень, полностью слившийся с остальными в группе. Теперь Рики обходил когда-то любимого хёна стороной и смеялся с другими парнями, что вызывало у Сону море горькой обиды, ведь он уже успел привыкнуть быть приоритетом для младшего. Теперь всё стало иначе. Очередная тренировка подошла к концу, и все парни разбежались по своим делам. Сону с трудом добрался до своей комнаты, его тело всё ещё ощущало усталость от физической нагрузки. Как только он сел на кровать, раздался стук в дверь. Это заставило его снова встать, сдерживая боль, и подойти, чтобы отворить двери. — Рики? — произнёс он, слегка удивлённый появлению младшего. — Держи, — всё тот же низкий голос и холодный взгляд. Младший протянул пакет со льдом. — Зачем? — Сону забегал глазами, смотрел то на пакет, то на Рики, ожидая, что тот тоже удосужится взглянуть на него, а не куда-то выше или в сторону. — Ты ногу подвернул, иди приложи скорее, — Рики не хотел задерживаться, но Сону не спешил принимать помощь. — Ты вспомнил о существовании своего хёна, — в голосе играла былая обида. Хотя Сону уже давно принял Рики таким, каким он есть, но не дать волю эмоциям было невозможно. — Приятно. Но не стоит... Рики вопросительно посмотрел на хёна, он хотел что-то сказать, но старший продолжил быстрее: — Не стоит делать вид, что тебе не всё равно. — Взгляд Сону непроизвольно погрустнел и устремился вниз. Он не хотел произносить эти слова вслух и теперь сожалел о том, что не сдержался. Младший нервно сглотнул, внимательно всматриваясь на Сону. Несколько секунд ошарашенного молчания пронеслись, словно длительные минуты, отчего напряжение только нарастало. Но, кажется, Рики это ни чуть не смутило, ведь за всё время он научился скрывать эмоции довольно умело. Вот только сам он не ожидал, что его холодная выдержка даст трещину перед старшим именно сейчас. — Я никогда не делал вида... — начал тихо Рики, застигнутый врасплох заявлением Сону. Его глаза округлились, когда он осознал всю глубину обиды, скрытых за словами старшего. Но тут же вновь нахмурился, будто борясь с самим собой. Сердце бешено колотилось в груди, словно предостерегая его от признания в чувствах. Ведь в глубине души Рики давно понял, что привязанность к Сону переросла рамки простой симпатии младшего к своему старшему хёну. Вздохнув глубоко, он сделал шаг назад, намереваясь уйти, но рука Сону неожиданно схватила его за рукав футболки. — Подожди... Голос старшего прозвучал чуть тише обычного, в нём слышалась неуверенность, но он вовремя решил взять себя в руки. Увидев замешательство Рики, Сону почувствовал необходимость объяснить своё поведение. — Я... Прости меня, хорошо? Просто раньше мы были ближе друг к другу, а потом ты вдруг отдалился. Мне казалось, что я больше не важен тебе, — проговорил старший мягко, стараясь вернуть былую лёгкость, как тогда, когда они могли обсуждать всё открыто и без стеснения. Сону легонько притянул младшего и завёл в комнату, чувствуя, что поговорить об этом стоило уже давно. Рики тяжело сглотнул, пытаясь справиться с охватившими его чувствами. Было трудно признаться, что причина отчуждения крылась именно в любви, которую он испытывал к Сону. Боясь, что любовь сделает их отношения неудобными, он решил держаться подальше, надеясь сохранить дружбу, пусть и менее близкую. — Всё совсем не так, как кажется, — наконец ответил Рики, подняв взгляд на Сону. — Твоя поддержка значила для меня гораздо больше, чем ты думаешь. Но однажды я понял, что мои чувства ко всему этому выросли сильнее, чем я ожидал. И тогда я испугался... Голос дрогнул, а сердце билось всё громче, передавая волнение по всему телу. Осознавая серьёзность ситуации, Рики осторожно положил руку на плечо Сону, решая для себя, что деваться уже некуда. Сону вопросительно смотрел на младшего. Молчаливый диалог продолжался бесконечно долго, пока, наконец, губы Рики медленно не приблизились к губам Сону, мягко касаясь их в нежном поцелуе. Затем, так же медленно отстраняясь, он продолжил: — Почему бы нам не обсудить это спокойно? Мы можем остаться друзьями, но я хочу, чтобы мой хён знал правду обо всём, что происходит внутри меня. Глаза Сону увлажнились; впервые он почувствовал, насколько сильно изменилось отношение младшего парня к нему. Комната погрузилась в тяжёлое молчание. Оба стояли неподвижно, глядя друг на друга сквозь толщу эмоций. Наконец, Сону первым решился нарушить тишину: — Значит, всё это время ты держал дистанцию из-за любви? Ему хотелось услышать подтверждение прямо сейчас, несмотря на страх ошибиться. Когда Рики кивнул, выражение лица Сону заметно смягчилось. Он заметил, как руки младшего дрожали от напряжения, и ощутил глубокую жалость к тому, что пришлось пережить его любимому мальчику. Подняв руку, Сону нежно коснулся щеки Рики, проведя большим пальцем по линии подбородка. Он впервые позволил себе расслабиться и раскрыть свои истинные чувства. — Я люблю тебя, Сону, — прошептал Рики, уткнувшись лицом в ладонь старшего. Голос звучал всё так же уверенно, возможно, он хотел показать, что больше не неуверенный маленький мальчик. Сердце Сону радостно дрогнуло, услышав признание, которого он ждал так долго. Чувства, казавшиеся потерянными годами ранее, вспыхнули с новой силой, заливая каждую клеточку тела счастьем. Обнимая Рики обеими руками, он прижался к нему, шепча еле слышимо: — Я тоже тебя люблю, Рики. Всегда любил и буду любить. Вечно. — Сону-хён... ты даже не представляешь, как долго я тебя желал и как долго при этом сдерживался. — Мой маленький Рики умело скрывал свои чувства всё это время, — улыбчиво промолвил Сону, нежно перебирая пряди волос младшего, как делал это раньше. — Я так соскучился… — Но я больше не ребёнок, которым ты привык меня видеть, — резко поднял голову Рики, встретившись взглядом со старшим. — Теперь я чётко понимаю, чего хочу, и готов нести ответственность за свои поступки. Ещё прежде чем Сону успел произнести хоть слово, губы Рики пылко прижались к губам старшего, исполняя столь страстный поцелуй, будто изголодавшийся до безумия, он не мог найти в себе сил, чтобы оторваться. Дыхание у обоих сбилось, и в тот же миг поцелуй перерос в нечто более глубокое. Сону вновь оказался в замешательстве. «Откуда этот проказник научился так хорошо целоваться?»