Bring Me to Life

      Домработница Рана поставила перед ним и его братом по чашке кофе. Братья Кавата предпочли чай. Когда женщина вышла, в кабинете на несколько минут повисла тишина. Она не была гнетущей, скорее, наоборот, настраивающей всех четверых на серьезный лад. Первым заговорил Нахоя. Он опустил фарфоровую чашку на блюдце, не без интереса изучил рисунок — розовые цветы сакуры, — и сказал: — Итак, Ран, ты пригласил нас для разговора. Слушаю тебя. Мне действительно любопытно, на что ты решился. Собраться в пентхаусе было идеей самого Рана. Это место было единственным надежным, без прослушки и камер видеонаблюдения. Здесь можно было чувствовать себя спокойно. И в первую очередь старший Хайтани подошел к сейфу, взял оттуда ту самую папку, которую тогда не забрала Ванесса, и, подойдя к столу, бросил документы перед Нахоей. — И что это? — спросил тот, взглянув на первую страницу. — Это договор — доказательство того, что если Кисаки и Сано превысят свои полномочия, меня и остальных членов «Бонтен» обязуется прикрыть старшее поколение якудза. Тетта и Майки буквально под пристальным вниманием старшего главы. Не знаю, чего вы оба добиваетесь, но вам стоит быть осторожнее. Свергнуть «короля» с престола сложно, почти невыполнимо, и для этого нужно постараться. А то, что ты подослал ко мне женщину, далекую от шпионской деятельности, Нахоя — самое глупое, что можно было придумать. Мог предоставить мне вескую причину, и я тебе поверил бы. Хочешь сотрудничать — будем. Но только мы вчетвером. И никто не должен даже близко знать, о чем мы сегодня договоримся. Это будет нашей скрытой, возможно, последней сделкой. Ран замолчал, взирая на братьев Кавата, которые, обменявшись многозначительными взглядами, синхронно кивнули. — За предательство — смерть, — добавил Ран сухим тоном и протянул Нахое лист бумаги с напечатанным на нем планом. — Изучи на месте. Это то, что успел провернуть Риндо. Будь внимателен. Предоставив братьям Кавата возможность хорошенько ознакомиться с документами, Ран встал и отошел в сторону окна. Через миг рядом появился брат. — Ты уверен в них? — спросил он как можно тише. — Не совсем, но насколько помню, эти двое никогда не были безнадежными. К тому же их терпеть не может Кисаки. Сам понимаешь, что это значит. — Угу. Враги, — согласно кивнул Риндо, потом покосился на брата и еще тише проговорил: — Ты правда вычеркнул Ванессу из этой истории? Взгляд Рана, устремленный вдаль, мгновенно застыл, будто льдом покрылся. На сердце и без того висела непроходящая тяжесть, а стоило услышать это имя, как стало стократ хуже. Старший Хайтани сглотнул и не смог ответить. Конечно ему за прошедшие несколько недель не раз хотелось позвонить Ванессе, но он не позволял себе этого. Даже алкоголь не употреблял, чтобы не поддаться эмоциям. И сказать по правде, это были две недели его ада. Наступил ноябрь, но Хайтани не замечал ни времени, ни перемен погоды, ездил на работу, как робот, ничего не чувствовал кроме тупой боли, которая обострялась по ночам. Он отказался от Ванессы, не спрашивал, как у нее дела, но искренне надеялся, что Нахоя обеспечил ей безопасность, ведь где-то все еще бродила обиженная танцовщица Элиза… — Отлично. Вы сделали хорошую работу, — наконец заговорил Нахоя и встал. — Мы принимаем все условия и обязуемся быть преданными до самого конца. — Не нужно такой официальности, — вздохнул Ран, возвращаясь к столу. — Подписывать ничего не будем, дабы не рыть себе могилы. Так что все остается лишь на словах. Что ж, спасибо за сотрудничество, — протянул он руку Нахое, и тот, пожимая ее, с улыбкой заметил: — Все-таки Ванесса добилась своего. Ран крепко сжал челюсти и не ответил. Через пару минут мужчины попрощались, и первыми комнату покинули Риндо и Соя, понимая, что Нахоя точно захочет поговорить насчет Несс. Так и случилось: он задержался у двери, затем прикрыл ее и обернулся. — Не спросишь, где она и чем занимается? — произнес без тени насмешки. Хайтани, сидя за столом, не поднял глаз. — Зачем? — прозвучал его суровый голос. — Знаешь, — вздохнул Кавата и, вернувшись, сел на диван, — думаю, тебе стоит узнать ее историю. Может, тогда пересмотришь свои принципы… — Ты любишь ее? — перебил его Ран, и Нахоя растерялся, но только на секунду, после чего спокойно ответил: — Конечно. Но моя любовь к Ванессе не имеет ничего общего с твоей любовью. Если бы я посмел переспать с ней, это было бы равносильно тому, что я сплю… с сестрой. Я хочу сказать, что искренне люблю ее и даже хочу в сексуальном плане, но эти мысли запретны для меня и порой даже отвратительны. Я ужасный человек, Хайтани, и сейчас, когда пытаюсь сблизить вас, схожу с ума от ревности. И все же Ванесса не для меня. Она не моя. И никогда моей не будет. Хайтани взглянул на него, задумчиво постукивая пальцами по столу, и кивнул, тем самым говоря, что теперь все понял, а Кавата, вынув сигареты, продолжил: — Ты наверняка знаешь, что в прошлом ее звали Хамада Эйми. История этой девочки достойна экранизации, как пример для тех, кто сдался. Не могу сказать, что Эйми тогда не сдалась, но ее уровень выживаемости был высок. Когда отец зарезал ее мать, Эйми было всего четырнадцать. Она побиралась, шаталась днем и ночью по улице, забросив школу. У нее больше не было родителей. После того как дала показания в суде, эта девчонка скрывалась от полиции. Ей не хотелось в детский дом. Конечно ее поймали. В приюте Эйми получила базовое образование, а в семнадцать умудрилась оттуда сбежать. Тогда ее нашел Соя. Она выглядела уставшей, поэтому доверилась ему сразу. Однако мы подобрали настоящую дикарку. Эйми привыкла к насилию, привыкла защищаться и на любую грубость реагировала агрессией. У нее с детских лет сформирован неправильный шаблон семейных отношений. Она знает, что муж не должен бить жену, но другого видеть ей не довелось. Поэтому Эйми, теперь уже Ванесса, казалось бы, стойкая молодая женщина, на самом деле ни капли никому не доверяет. Так было до недавнего времени… — Кавата потянулся к пепельнице на столе, стряхнул туда пепел и мрачно добавил: — Я видел, как ее ломают отношения с тобой, Ран. Она… полюбила тебя… Это причиняет ей боль. Ванесса ненавидит себя за слабость и за то, что доверилась тебе. Пусть частично, всего немного доверилась, но это случилось. Ты показал ей, что мужчина может быть нормальным. За исключением, конечно, твоих странных отношений с Симидзу Дженни. Тут ты повел себя, как последний мудак. Впрочем, ты наверняка сам это понимаешь. — Кавата затушил сигарету и встал. — Не вини ее, Хайтани. У нее действительно не было выбора. Я сделал все, чтобы она боялась меня. Кавата ушел. Осталось лишь горькое послевкусие. Этот его монолог немало встряхнул Хайтани. Пусть он знал всю историю Ванессы от начала до нынешних дней, услышать это от третьего лица было по-особенному больно. Представилось, как сейчас ее чудесные глаза утратили огонь, как безразлично она на всех смотрит, при этом ей нужно выступать перед пьяными мужиками, излучая сексуальность. У Рана мурашки поползли по коже от накатившей злости. Пора было довести дело с Дженни до логического завершения. Прошло достаточно времени, и ее муж набрал немало долгов. К тому же Риндо подготовил все улики, которые дожидались своего часа. Шансов у четы Симидзу больше не будет — они исчезнут из жизни Рана навсегда.

***

      Акаши не понимала, как вытащить подругу из кокона, в котором та жила в последние несколько недель. Сенджу даже к Такеоми обратилась за помощью, чтобы тот достал для них билеты на какое-нибудь развлекательное шоу, но Ванесса отказывалась от всего. Она танцевала, а потом сразу уезжала домой. Казалось, в ней что-то потухло — какой-то уголек, что тлел всегда, обещая в будущем превратиться в пламя. Теперь это была Ванесса, которая отвечала на вопросы односложно и механическим голосом. Она не хотела контактировать с внешним миром, предпочитая оставаться одиночкой. Именно это, в конце концов, вывело Сенджу из себя, и она просто нагло утащила подругу к себе домой. — Вот! — сказала она грозно и поставила на низкий столик бутылку вина. — Выпьем. — Боже, Сенджу, я не хочу, — поморщилась Ли. — Знаю. Я тоже не хочу. И также знаю, что это плохое средство от тоски и апатии, но ты забудешься хотя бы ненадолго. Может, выйдет даже пореветь. Что скажешь? Ванесса не стала говорить. Сама взяла штопор, вскрыла бутылку, наполнила бокалы и, ни слова не говоря, первый выпила залпом. На самом деле Акаши было не по себе. Они не могли назваться лучшими подругами, но, чем больше времени она проводила в обществе Несс, тем сильнее ее любила. Рядом с ней создавалось ощущение полного спокойствия, ей хотелось доверять, и, наверное, поэтому Сенджу на третьем бокале, после того как уставила стол закусками, вдруг сказала: — Видела же шрамы на лице моего брата? — Ли без особого интереса кивнула, уже охмелев, но Акаши тут же ее ошарашила, заставив включиться в разговор: — Это из-за меня. Поэтому он ненавидит меня с самого детства, а я живу с этим чертовым чувством вины. — Но… как? В каком смысле из-за тебя? — спросила Ванесса, уставившись на подругу изумленным взглядом. — Я сломала игрушку Манджиро… Харучиё и он дружили, и я часто таскалась за ними. В тот день мы тоже пришли к Сано домой. Я взяла его самолетик и нечаянно его сломала, но когда Манджиро попытался выяснить, кто это был… В общем, я свалила вину на Харучиё. Как итог — шрамы. Это было страшно, Несс, самое страшное, что я видела в своей жизни. Хару плакал с окровавленным лицом, а Манджиро стоял над ним и говорил, чтобы тот смеялся. Думаю, в тот день Харучиё от боли и страха перед этим монстром потерял рассудок. Тогда мы были детьми, но, к сожалению, исправить хоть что-то не выходит даже сейчас, когда мы зрелые люди, — закончив рассказ, Сенджу допила вино и вновь взяла бутылку, но, увидев, что она пуста, пошла за второй. — Спасибо, что рассказала, — вымолвила Ванесса, когда подруга вернулась. Они сидели в гостиной. Это была уютная двухкомнатная квартира, где Сенджу обустроилась, после того как ушла от братьев. — На фоне твоей истории моя ситуация выглядит незначительной. — Не преуменьшай, Несс. Я знаю, как тебе плохо. Кажется, ты крепко влипла, не так ли? — Ли кивнула, глядя на дно своего бокала. — Понимаю. Нет, я так не любила, не могу до конца почувствовать то, что чувствуешь ты, но все же понимаю. Может, расскажешь мне все с самого начала? Я хочу быть на твоей стороне, а для этого надо знать, что происходит. Сегодня Несс ничему не сопротивлялась. Она просто взяла и вывалила всю историю от начала до конца. Единственное, на что хватило ума, так это не признаваться, какие планы были у братьев Кавата. Пусть она доверяла Сенджу, но все же та являлась сестрой людей, которые были одними из «Бонтен», то есть подчинялись Сано и Кисаки. Говорить о таком с ней было бы опрометчиво. Поэтому сказав, что у Нахои и Рана были какие-то личные счеты, а она оказалась в это втянута, Ванесса излила душу, как на исповеди, и облегченно свесила голову. Разумеется, обе напились — добились полного забвения. Спустя чуть больше часа подруги лежали на полу, слушая музыку и над чем-то смеясь. Вряд ли они могли бы объяснить, что их так веселит, но это было неважно. Главное, что расслабились и забыли о проблемах, пусть даже временно. — Слушай, ты говоришь… — перекатившись на бок, проговорила Акаши, — что у вас уже было? Так ты до него ни с кем… — Ни с кем. — Ох, тебе, должно быть, сейчас действительно очень паршиво. Зачем Сенджу вновь завела эту тему, неизвестно, возможно, просто взыграло любопытство, но следующие ее слова разозлили Ванессу. — Тогда он должен нести ответственность! — Да с чего вдруг? — всплеснула руками Несс и села. — Я прямо сейчас удалю все сообщения и его номер! — схватила она со стола телефон, разблокировала и тут же его отшвырнула, потому что гаджет ожил. — Кто там? Сенджу, кто написал? — спросила она, притянув колени к груди, и отвернулась от подруги, которая посмеиваясь подняла мобильник. — Это… он? — Нет. Нахоя. — Пошел он. — Так и написать? — Напиши. Акаши, прищурив один глаз, попробовала набрать текст, но вышло нечто абсурдное. Тогда она цокнула и записала голосовое сообщение: — Госпожа Ли посылает вас куда подальше, босс. Отвалите от нее сегодня, ладно? — и расхохотавшись от собственной смелости, отправила это Кавате, и с телефоном ушла в туалет, поскольку Нахоя начал что-то отвечать, а прекращать это не хотелось. Пока Сенджу делала свои дела, Несс, отчаявшаяся и ни черта не соображающая, доплелась до прихожей, обулась, с крючка сорвала свою куртку и вышла из квартиры. Ей вдруг понадобилось вернуться домой. Ни на время не поглядела, ни мобильник с собой не взяла. Просто на «автопилоте» вышла и куда-то побрела. — Он бубнит, потому что мы напились! — смеясь ворвалась в гостиную Акаши, и та встретила ее тишиной. — Ванесса? — снова тишина. — Ох черт… Радуясь, что не заблокировал экран ее телефона, Сенджу, пошатываясь, ринулась обуваться и на ходу набрала номер Хайтани. Не Каваты, потому что тот ей голову снесет, если узнает, что Несс, на которую охотится Керо, вышла на улицу. Одна. Ночью. Пьяная. Это был провал. — Ванесса? — прозвучал удивленный, но бодрый голос Рана. Сенджу поняла, тот не спит, и он за рулем — звук был приглушенный. — В чем дело? — Какое счастье, что вы не кинули ее в черный список! — задыхаясь от быстрой ходьбы, выкрикнула Акаши. — Эм… в общем, извиняться не буду, потому что это случилось из-за вас… — Из-за меня? Что случилось из-за меня? Что-то с Ванессой? Сенджу, это ты? — занервничал Хайтани. — Да, это я. И мы с Несс… напились у меня дома. Пока я была в туалете, она куда-то ушла. Найдите ее, господин Хайтани, но так, чтобы об этом не узнал Нахоя. Иначе нам обеим будет конец. Слышите? — добавила Акаши, крикнув еще громче, потому что выбежала из здания на улицу. Ноябрьская ночь немного привела ее в чувство. Холодный ветер ударил в лицо. Сенджу облегченно вдохнула и шумно выдохнула. — Адрес говори, — отрезал Ран, зазвучав раздраженно. Акаши на ходу назвала адрес и, не сбрасывая вызов, побежала дальше. Она понятия не имела, в каком направлении двигаться, но рассчитывала на ум Хайтани, который точно придумает, как найти Несс. Акаши не простит себе, если с той что-то случится. Несс просто не соображала, что делает, такое бывает. Надо только ее найти, тогда они вместе посмеются и будут потом вспоминать об этом, как о забавном случае из жизни. Только бы найти… Ох как же раскачивалась вся улица. В таком состоянии Ванесса не была никогда. Она превзошла саму себя. Силы были потрачены на поиск метро. Однако то уже оказалось закрыто. Тогда Несс, упав на скамью на входе в какой-то парк, попробовала найти телефон. Его не было. Устало откинувшись на деревянную спинку, Ванесса уставилась в звездное небо и затихла. Было довольно холодно. Ночной воздух понемногу разгонял алкоголь, кровь насыщалась кислородом, и спустя какое-то время девушке стало чуть полегче. Теперь она смогла оглядеться и поняла, что вокруг — ни души. Стало не по себе. Она не спеша поднялась и, все еще шатаясь, поплелась обратно к дороге. Незнакомая улица с перекрестком ничем ей не помогла, даже несмотря на то, что Несс читала названия и пыталась сообразить, откуда она пришла. До этого ей казалось, шла она бесконечно долго. Значит, могла уйти довольно далеко от дома Акаши. Но куда двигаться теперь? Сумочка с кошельком тоже остались у подруги. По крайней мере, Несс надеялась, что не потеряла все эти важные вещи. Интуитивно выбрав для себя путь, Ванесса пошла к перекрестку. Дождалась зеленого сигнала светофора и перешла на другую сторону. Там внимательно огляделась по сторонам, когда заметила приближающуюся патрульную машину. Ладно, она пьяна, к тому же без документов, поэтому, если попадется, ее вполне могут забрать в отделение. Остерегаясь этого, Несс медленно пошла по улице, но полиция все равно притормозила рядом. — Госпожа, вам требуется помощь? Выглядите растерянной, — из приоткрытого окна донесся голос патрульного. — Нет, благодарю вас, офицер, — улыбнулась Ванесса и поклонилась. Тут же ее качнуло, и мужчина вышел из машины. — Вот же, — буркнула она себе под нос. — Вы уверены? — посветил тот фонариком прямо ей в лицо. — Употребляли сегодня алкоголь или запрещенные вещества? — Вино, — сдалась Ванесса. — Я иду к подруге, у которой была в гостях. Забыла сумку и телефон. — Адрес помните? — Не очень… Я была там впервые. — Садитесь в машину, госпожа. — Офицер, я правда в полном порядке и никому не причиню вреда. Просто пойду к подруге… — Госпожа, вред могут причинить вам. Мы отвезем вас в отделение, оттуда вы сможете позвонить кому-то из родных, и вас заберут. Не волнуйтесь, это не задержание. Голос мужчины звучал спокойно и убедительно. К тому же что Несс оставалось? Конечно она подчинилась и села на заднее сиденье машины, прекрасно понимая, что сама стала виновницей происходящего. Перемкнуло от выпитого вина, и теперь она едет в отделение полиции. Как «здорово». С ума сойти. Там ей придется назвать свои личные данные, которые пробьют по базе, и уже меньше, чем через час обо всем этом узнает Нахоя. Клуб «Velvet», как и многие другие клубы, напрямую связан с полицией. Один участок передаст информацию другому, а те — владельцу клуба. Проще говоря, Кавата пришибет Ванессу. Ожидание было долгим. Примерно час Ванесса сидела в одиночестве в коридоре участка, правда ей дали плед и даже стакан горячего кофе, чтобы та пришла в себя. Значит, офицер не соврал — ее не задержали, а действительно забрали пьяную с улицы, дабы та не встряла в проблемы. Извращенцев хватало. Наконец к ней подошел тот же мужчина и подал мобильный телефон. — Госпожа Ли, можете позвонить своему опекуну. — У меня его нет. Я совершеннолетняя, — нахмурилась девушка, принимая мобильник. — Да, кхм, — почему-то смутился полицейский, а потом стало ясно почему. — Вашему… партнеру. Господин Кавата пока не знает, что с вами и где вы. — Прошу, не сообщайте ему! — вскочила Ванесса, роняя плед. — У меня есть… есть… другой человек… Я позвоню. Она отвернулась и отошла от офицера на пару шагов, чтобы дрожащими пальцами быстро набрать номер, который заучила наизусть, но тут ей стало до того стыдно, что, передумав, Несс быстро позвонила Сенджу. Если бы не запоминала номера, и позвонить было бы некому. Память не подвела — на том конце закричала до смерти напуганная подруга: — Господи! Ванесса! Ты жива? Не пострадала? Где ты сейчас? Мы ищем тебя полночи! Несс не стала спрашивать, кто это «мы», просто назвала участок и вернула телефон офицеру. Тот потер затылок и нехотя сообщил: — Если по протоколу, госпожа Ли, мы должны задержать вас до утра. Вы в нетрезвом виде бродили по улице, без документов и явно не понимая, где находитесь, но поскольку вы — одна из людей братьев Каваты, отпускаем вас. И все же в следующий раз не допускайте таких ошибок. — Да, спасибо, офицер, — поклонилась в разы протрезвевшая Ванесса и снова села на место. Мужчина подал ей плед и ушел. Чувствуя себя до жути неловко, даже как-то грязно, Несс сжала пустой стаканчик, затем встала, аккуратно сложила плед и пошла на поиски мусорной урны. Та нашлась в холле участка, и только она избавилась от стакана, как дверь распахнулась. — Сенджу, прости меня! — стыдливо сказала Ванесса, когда, ринувшаяся к ней подруга, заключила ее в объятия. — Не знаю, что на меня нашло. Не помню, как покинула твою квартиру. Это ужасно, знаю… Поэтому… — слова застряли в глотке, когда следом за Акаши в холл вошел Хайтани. Он окинул Ванессу строгим взглядом и направился прямиком к офицерам, что расхаживали по офису. — Откуда он здесь? — шепнула Несс, не сводя с него глаз. Хайтани говорил с тем полицейским, который забрал ее с улицы. — Ты ему позвонила? — А что мне оставалось? Сама знаешь, что сделает Нахоя, если ему доложат, — тоже шепотом проговорила Акаши, и Ванесса хотела ей ответить, но высунувшийся из офиса полицейский вдруг спросил: — Госпожа Ли, господин Хайтани утверждает, что является вашим женихом. Это так? Ванесса встретила взгляд Рана напряженно. Тот смотрел холодно, совсем как в самом начале их отношений. — Да, — нехотя согласилась она и, развернувшись, покинула здание. — Только не злись на меня, — попросила Сенджу, пройдя мимо Ванессы к машине. — Ты не виновата, — ответила та и тоже спустилась с крыльца. На самом деле Несс было невыносимо стыдно перед Раном. Все выглядело так, словно она — глупая малолетка, и задумала такую хитрость, чтобы привлечь его внимание. Поэтому отмалчиваться не собиралась, и едва Хайтани вышел из участка, как девушка тут же обратилась к нему. — Господин, я не знала, что Сенджу позвонит вам. Мой телефон остался у нее. И я прошу прощения за то, что все сложилось таким неприятным образом… Ран не смотрел на нее. Он остановился и, дождавшись, когда она выпрямится из поклона, произнес сухо и безапелляционно: — Садись в машину, Ванесса. Позже поговорим, — а затем, переведя взгляд на нее, добавил: — Думаю, нам есть о чем. Несс с трудом подавила накатившее волнение и покорно направилась к автомобилю, попутно удивляясь тому, что Хайтани открыл для нее переднюю дверь. Он хотел, чтобы она села рядом. Ванесса не знала, чем закончится эта ночь, но была уверена на сто процентов — она ее запомнит навсегда.