Мой Даня

ДАНИЭЛЬ: Ну и какого хуя, господа? Почему мы смотрим друг на друга в течение 15 секунд абсолютно не моргая? Другие, как я слышу поглащены диалогом. До меня долетают остатки фраз: — ...да, все верно. — ...это вы обсудите позже. — ... можно и так. Все общались, а я как дурак смотрю на Чонгука и закипает кровь. Надо включаться в диалог, а не сидеть и пялить. Но тогда я проиграю, а этого не хотелось. Через пару секунд решаю, что так будет правильно, и отвожу взгляд с явным: «Если такая игра будет еще раз, ты проиграешь, Куки». Ухмылка сама появляется, когда я перевожу взгляд на директора, который уже во всю обсуждает позиции моей группы. — Тед - лидер. Он будет контролировать всю группу, так же вокалист- одобрительно кивает директор парню из стаффа, который непонятно откуда взялся, - Луис у на нас ведущий танцор и вокалист, Эйден - репер и танцор, а Даниэль - ведущий репер, вокалист и танцор - его навыки удивительны. Все взгляды обрушиваются на меня. Я мельком смотрю на своих и обвожу взглядом каждого участника BTS. Они с нескрываемым любопытством смотрят на меня. И снова я останавливаюсь взглядом на нем. На долбанном Чонгуке, который просто смотрит и все. Без любопытства, без восхищения, без удивления. Что за хуйня? Почему так? Видимо по моему выражению лица было ясно, что он меня озадачил, поэтому он ухмыльнулся. Всем своим видом я показываю, что мне похуй на эту трусоснимательную ухмылку, и перевожу взгляд на директора. — Если ты помнишь, Даниэль, озвучь, пожалуйста, свои баллы по каждому навыку. — Вокал - 98, Реп - 100, Танцы - 99, - отчеканиваю я, как правило «жи-ши». — Не дурно, - говорит Чонгук, - но можно лучше. Можно лучше? Можно лучше?! Я задохнулся от возмущения буквально на пару секунд, но быстро взял себя в руки: — О, поверьте мне, я могу намного больше и лучше, и обязательно это докажу, - говорю одновременно всем и никому. Беседа продолжалась еще минут 20-25, из которых стало ясно, что прийти в компанию нужно через два дня к 8:00 и плотно заниматься. Наша первая песня уже написана, осталось ее записать и отрепетировать хорягу. После, мы поднялись, попрощались с директором и группой, и начали покидать комнату, как нас остановил голос директора: — Ребят, ещё момент: завтра отдохните по максимуму, потому что дальше свободного времени от работы будет мало, это надо понимать и быть готовым. На голос мы обернулись синхронно. Но взгляд почему-то я направил не на директора, а на Чонгука, который с каменным лицом рассматривал мою задницу. А так как я стоял в пол оборота, то вид открывался шикарный. Что за нахуй? Разворачиваюсь всем корпусом к директору, а на Чонгука бросаю взгляд полный: «Съебал нахуй». Чонгук увидел его, и отвел взгляд. На его лице появилась улыбка. Забавно ему. Я ему еще устрою. Через два дня мы с группой находились в звукозаписывающей студии, где из наших голосов собирали крутую песню, с которой мы дебютируем уже через две недели. Ребята, видимо, понимали всю серьёзность и записывались буквально с одного раза. Мне действительно хватило одного для всех моих партий, не пришлось перезаписывать. Запись контролировали Намджун, который ебался с аппаратурой, Техэн, который следил за звучанием, и Чонгук, который просто сидел на диване. На вполне резонный вопрос Намджуна - хули он тут забыл, Чонгук лишь пожал плечами и хитро посмотрел на меня. Он начинает меня бесить. Что за игра, в которой я не знаю правил? Но его красивое лицо и тело говорили о том, что я должен его умолять взять меня, а не беситься. Я провожу рукой по волосам и отворачиваюсь к окну, где записывается Тед. Успел ли я проследить за тем, как хищно Чонгук посмотрел на мои действия с волосами? Успел. Успел ли я увидеть как разворачиваясь, он ухватился взглядом на мою задницу? Успел. Я начинаю понимать. Я тупо стою и слушаю как записывается Тед. У него замечательный вокал, да и ноты высокие он берет вообще шикарно. Раздумываю о том, смогу ли я так? Конечно смогу. Но тут вдруг моё плечо подсказывает мне, что кто-то стоит сзади. Я поворачиваю голову и вижу Чонгука, который стоит почти вплотную, в опасной близости от моей задницы и нюхает меня. Меня отшвыривает от него. Потому что я видел его глаза. Зрачок почти закрыл радужку, делая его глаза почти черными. Вау. ЧОНГУК: Играть с ним безумно весело. Это доставляет удовольствие. Я смотрю на него слишком долго для простого взгляда. Я не проиграю тебе, Даниэль. И тут он отводит взгляд, а на моём лице показывается неконтролируемая улыбка. Бедный, маленький Даниэль, зря ты попался мне на глаза. Желание трахнуть тебя увеличивается с каждой секундой. Я все же стараюсь подавить стояк, который тоже увидел Даниэля, но отворачивается. Я почти все время молчу, так как тяжело. Но вот мучение подходит к концу. Они встают, прощаются с директором и нами, отправляясь к выходу. Я скидываю взглядом спину Даниэля, отмечая контраст его талии и задницы, как он останавливается на последней. Она подтянутая, и на вид, невероятно мягкая. Мне даже подумалось, что если ткнуть в нее пальцем, на ней останутся глубокие отпечатки. Я залип, и стояк мой залип. Да и в принципе время остановилось. Я изо всех сил сдерживаю бешеный порыв встать и пощупать ее, а потом подхватить его за руки и унести туда, где нам не будут мешать. Но здравый смысл еще имеется, поэтому мы с моим стояком обходим возможные проблемы стороной. И тут он разворачивается всем корпусом к нам лицом, и аппетитная задница ускользает от моего взора. Грустно. А от самого Даниэля исходит устращая аура, типа: «Не влезай, убьет». Приходится сдержать рвущийся наружу хохот и дождаться, когда группа покинет комнату. Все больше извращенные мысли посещают меня. Мне до безумия хочется ощутить его прикосновения и губы. В таких мыслях проходит несколько дней, и я сам не понимаю, что делаю в звукозаписывающей студии. Он делает все идеально. Даже записался с первого раза, чудеса. Не смотреть не могу, не получается. Он нужен мне как воздух. Держать дистанцию сложно, но хотя бы могу смотреть. Я сижу на диване и слежу за каждым его шагом. Вот он выходит. Вот он стоит. Вот он проводит руками по своим блядским белым кудряшкам и оттягивает их, оголяя шею. Не кинуться на него стоило огромных нечеловеческих усилий. И тут он отворачивается к стеклу, и стоит спиной. Вновь взгляд устремляется туда, куда нормальный мужик не смотрит. Туда, на что нормальный мужик не посмотрит у мужика. Кулаки сжимаются сами, мне нужно подойти. Так как мозг еще может проорать, что трогать его мягкую жопку нельзя, то мне надо понюхать. Чем он пахнет? На задворках создания вспоминается, что это должен быть белый шоколад. Я бесшумно, как леопард встаю рядом, он даже не понял. Становлюсь настолько близко, насколько могу. Опасная дистанция, потому что хочется вжаться в него. И тут я вдыхаю аромат, и я начинаю гореть. Ваниль. Ебучая ваниль, сука. Возбуждение накатило огромной волной, обездвижив меня. Он что-то видит во мне и стремительно отходит. Мне нужно уйти, нужно убежать. Я выхожу из комнаты и несусь в туалет. Умываю лицо, мне нужно перестать заниматься этим. Это неправильно, но чертовски хорошо. Мне нужно в полной мере ощутить его, мне нужно потрогать. С этими невозможными мыслями проходят две недели. И я просто держусь, чтобы не кинуться и не убить его. А хотелось страшно. Началось все с подножки, которую он поставил якобы случайно. Я чуть не упал, вызвав смех группы: — Чонгук, давай ты будешь аккуратнее идти, мы конечно, понимаем, что они все красивые и все такое, но держи себя в руках, - покалывает меня Юнги и я вспоминаю про заветный поджопник, который я мысленно ему обещал. Отдаю ему должное, а он дарит мне подзатыльник. Вот и решили. Но на этом не закончилось. Я решил мстить этому волку в овечьей шкуре. Он купил кофе - я ему туда забабахал две полные столовые ложки соли. Его ор на весь этаж было слышно. Я чуть не сдох от смеха. На что он выливает кофе в раковину, и швыряет в меня пустой стаканчик. — Какого хуя? Это не я, - ору я ему, потому что капли попали на одежду, стафф меня убьет. Я зло зыркаю на него. — Пизди больше, - прилетает рядом со мной. Он уходит быстро, а меня обдает запахом ванили. Война значит? Хорошо. За эти две недели было все: от подколов до закрытий в комнатах на подумать о жизни. Но точка невозврата случилась после их дебюта. Они замечательно дебютировали. Песня била чарты, а от поклонников не было отбоя. Мне не нравилось, что я видел в комментах. Слишком пошло, а вы, уважаемые подписчики, права на это не имели. Содержание было примерно такое: — Какой Даниэль горячий... — Вот это красавчик, я бы в лифте с ним застрял. — А какая у него ориентация? Может он по мальчикам? Тогда бы я выдвинул свою кандидатуру. Закрываю глаза и откидываюсь на спинку дивана в комнате общего отдыха. Бесит блять. Я знаю, что он привлекательный, но чтобы писать такое... Дверь в комнату открывается и кто-то заходит. Глаза не открыааю, думая, что кто-то из наших. У нас должен через пару минут состояться перфоманс с группой Даниэля под песню bigbang "bang bang bang". Готовились мы долго, поэтому все должно пройти идеально. Пора прогоняю в голове хореографию и само выступление, слышу до боли знакомый голос и распахиваю глаза: — Что, страшно?, - спрашивает Даниэль. Он стоит пиджаке красно-черного цвета и черных классических приталенных брюках. Идеальный, как чертенок. На лице едва заметный макияж, но как же подходило. Эта была чистая похоть в виде человека. — С чего ты это взял? — взгляд прирос к нему смертельно и теперь я смотрю за каждой его реакцией. — По тебе видно, не бойся, думаю, что хотя бы 5% твоих фанатов с тобой останутся, и не перебегут на нашу сторону, — говорит Даниэль и ухмыляется, как мразь. Сил больше нет. Я не знаю, как подлетел к нему буквально за три секунды, но убить его хочется страшно. Так как он стоял спиной к столу, и из-за моего появления он просто вжался в него и поднял не меня свои блядские глаза. Я прижимаюсь вплотную и говорю прямо ему в губы: — Дохуя смелый?, - голос вышел ниже, чем я думал. — Оставь это для фанаток, Чонгук, - ему похуй, ему не страшно. Он смотрит на губы. Держись, Чонгук, это сложно но ты держись, пожалуйста. ДАНИЭЛЬ: Он просто заебал меня за этот месяц. Он достает меня по любой мелочи. Ебучий Чон Чонгук. Последняя капля была тогда, когда он закрыл меня в туалете. Я убью его. Сегодня день x. Сегодня долгожданный перфоманс с BTS. Мы готовились каждый день. И все должно было пройти идеально. Захожу в комнату общего отдыха, нужно было попить, чтобы лучше работал голос. Вижу его. Вид, как будто заебался. Так и надо тебе. Но подъеб вырывается сам собой: — Что страшно? Что я несу? Говорю что-то про фанаток и проценты. Я беспросветный идиот. Но как только он оказывается рядом, сердце останавливается. Я дышу им, я ощущаю его. Душа кричит о том, что он мой. Смотрю на его губы и пирсинг в них. Хочу ощутить губами. Я ничего не успеваю сделать, как меня разворачивают. Теперь я стою, опираясь руками о стол, к нему спиной. И тут я ощущаю задницей его стояк. Боже, спасите. Еще немного, и я не сдержусь. Чувствую, как он одной рукой сжимает мое запястье, в другой оттягивает волосы, и рычит в ухо: — Ты совсем ахуел, барашек?, - Он зол. Я это чувствую. И тут он делает ошибку. Ощутимо проводит пахом по моей заднице хорошим таким стояком, и я издаю рваный вздох. То, что нужно перед выступлением, молодец, Чонгук. Я понял. Мы замираем в этой странной позе и слушаем рваное и быстрое дыхание друг друга. Надо что-то делать. Но я не успеваю. Кто-то оттаскивает его от меня. Прихожу в себя, когда мне на плечо опускается рука. Кто это? Поднимаю глаза - Чимин. Он спрашивает: — Все нормально? Он ничего не сделал? — Нет, все хорошо, просто недопоняли друг друга, - говорю я, и смотрю на сцену между Намджуном и Чонгуком. Они орут друг на друга. — Ты совсем ахуел? Что ты творишь?, — Намджун стоит и сжимает кулаки. — Отъебись, брат, ты ничего не понимаешь, — говорит Чонгук, смотря на меня. У меня подкашиваются ноги. Это было хорошо. Через время мы уже стоим на сцене. Выступили на 10/10. Все прошло по плану. Мы стоим на сцене и Эйден обнимает меня за талию для фото. Краем глаза замечаю, что Чонгук смотрит на его руку, а потом на меня. Отводит взгляд и больше не смотрит на меня. Ревнует? Забавно. В конце дня мы засобирались домой. Подвезти меня вызвался Тед и мы вышли на улицу. Прохладный воздух приятно окутал тело. Было уже довольно темно, и свет всех возможных огноньков придал городу красивое свечение. На стоянке замечаю движение. Чонгук. Он садится на мотоцикл и надевает шлем. Я не знал, что он у него есть. Мотоцикл такой же черный, как одежда его хозяина. Вместе они выглядят сногсшибательно. Он замечает нас. Вскидывает фак и уезжает. Козлина. Добравшись до дома, снимаю одежду и в душ. После, иду на кухню сделать ромашковый чай для успокоения. И слышу звонок в дверь. — Кого нахуй принесло? - я открываю дверь, и не верю глазам. Курьер заносит в квартиру корзину с ромашками. На вид - 1001. Просто огромный букет. Курьер говорит, что он оплачен. Пожелав приятного вечера, он уходит, а я замечаю записку. Наклоняюсь, чтобы прочитать ее. Руки немного трясутся. На ней всего два слова, и последнее написано подчерком в стиле фильмов ужасов: «Нравится, Даня?»