Маленький секрет

На песочном берегу чистого синего моря всегда так спокойно, особенно в закат, особенно с любимым человеком рядом. И как прекрасно, что этот любимый человек у Феликса есть, и он разделяют любовь Феликса к морю и историям о встречах с мифическими существами в нём. Феликс верил в эти истории с самого детства. Он рисовал картинки со сногсшибательными русалками, зловещими сиренами и даже опасным Ктулху. Иногда казалось, что Феликс жил там, в этих рассказах, а не в реальном мире. Поэтому-то его считали странным и сторонились, высмеивая за спиной. У Феликса никогда не было близких друзей, даже его родственники не понимали его. И как же повезло, что он встретил Хёнджина — принца во плоти. Хотя он и не является частью королевской семьи, но явно превосходит каждого из них по красоте и манерам. Хёнджин не считал себя мечтателем, как Феликс, он художник с тонким чувством прекрасного. Мало кто может увидеть красоту в торчащем из перил гвозде, грязной луже на истоптанной земле, море, которое окружает корейский полуостров с трёх сторон… — Ликс, милый, — тихо зовёт его Хёнджин, зная, что Феликс услышит. — Мне нужно кое-что тебе рассказать. Феликс поворачивается к Хёнджину с внимающим выражением лица и влюбленным взглядом. Хёнджин аж теряет дар речи на несколько секунд, любуясь своим возлюбленным. Феликс не обделён красотой не меньше Хёнджина, хотя сам Феликс так не считает. То, как ветер развевает белоснежные волосы Ликса похоже на завораживающую магию, а те голубые глаза такие светлые, отражающие всю суть Феликса — доброту, чувственность, мечтательность. — Что-то случилось? — откликается Феликс, слегка наклоняя голову в бок, как щеночек. В этот момент Хёнджин отмерает, хоть и не без промедления. Он переводит взгляд обратно, на точку, где морская гладь превращается в горизонт. Выдерживает паузу, так задумчиво, собираясь смелости. Встречаться они стали не сразу, хотя при первой из встрече было предельно ясно — эти двое созданы друг для друга. Впервые встретились они, как ни странно, в литературном клубе, созданном по рекомендациям Минобразования для большего распространения литературы среди населения, особенно школьников. Хёнджин был новеньким в этом клубе и сразу подсел к Феликсу. Феликс ожидал, что их общение продлится недолго, как это происходило сотни раз до этого, но не тут-то было. Они могли болтать часами напролет, обсуждая какую-нибудь ерундовую книгу, картину неизвестного художника, случайный пейзаж, который они застали, прогуливаясь до своих домов… Их общение складывалось настолько гладко и настолько правильно, что нормальному человеку показалось бы это подозрительным. Встречаться, как говорилось ранее, стали они не сразу. Их отношения развивались постепенно — сначала случайные знакомые по интересам, потом хорошие приятели, затем друзья, затем близкие друзья, а вот парой они стали только через четыре-пять лет общения, уже окончив школу, что их объединила. Первый шаг сделал Феликс — пришел в гости к Хёнджину, что не было необыденностью, и подарил букет его любимых цветов с милой запиской с предложением стать папой. Хёнджин согласился не раздумывая. На самом деле чувства к Феликсу были у него ещё с той самой первой встречи, но он боялся отпугнуть его своим признанием. И вот, прошло ещё два года. Ровно два года назад они начали свои отношения. Они сидят на песке, любуясь их любимым морем, таким завораживающим и неизведанным. Пора признаться. — Помнишь ведь, как мы оба залипали в книжки с рассказами о мифических морских созданиях? — начинает слегка издалека. — Конечно! Я и сейчас не против залипнуть в подобную книжонку, разве что только если ты хочешь тоже, — Феликс отвечает сразу же, не отводя взгляд от Хёнджина и расплываясь в улыбке. Хёнджин поворачивается к Феликсу снова, улыбается ему так нежно, что Феликсу кажется, что сейчас сердце из груди выскочит. — А что, если я скажу, что ты лично знаешь одно такое создание? — спрашивает Хёнджин полуигривым тоном, отчего непонятно, шутит он или говорит серьёзно. Феликс конкретно задумывается, отводя взгляд куда-то вверх и нахмуривая брови. Сама возможность существования подобных существ, что обычно называют мифическими, будоражило сознание Феликса, заставляло изучать бедные затертые книги до потери пульса. Конечно, он бы очень хотел, чтобы они были действительно настоящими, а не просто легендами пьющих моряков. Эти прекрасные создания... Если бы Феликс увидел их хоть раз - он бы запомнил на всю жизнь, рассказал бы всему миру. — Чтож, я был бы очень рад такой новости, но я, к сожалению, не знаком ни с одним таким созданием, — Феликс пожимает плечами, снова расплываясь в улыбке, глядя на Хёнджина. Как бы печально ни звучал ответ Феликса, но это правда. Он уже почти смирился, что не встретит никогда волшебное своей красотой морское существо, не поддающееся объяснению наукой. Может, раньше из-за этого было очень грустно, но сейчас нет. Больше нет. Рядом с Хёнджином грусть просто отказывалась брать вверх, а оно и не удивительно. — Ликс, — Хёнджин с трудом выговаривает имя своего любимого через смех. — Милый, ты знаком с одним таким. Ты знаком со мной. Феликс недоуменно выгибает брови, не понимая, почему его Хёнджин так смеётся. — Я русал, Ликс, — подуспокоившись, объясняет Хёнджин. — Я могу показать тебе. Только тебе. Феликс смотрит на Хёнджина оторопело, не зная, как реагировать, пока Хёнджин встаёт с песка и заходит в воду. Морская вода действует на него по-другому, нежели вода из-под крана — такая пресная и совершенно не такая красивая, как в море. Ноги Хёнджина покрываются чешуей, а как только он заходит в море по пояс, то его ноги плавно превращаются в прекраснейший русалий хвост. Феликс смотрит на это обомлело, прикрыв рот рукой. Когда Хёнджин выходит из воды и снимает промокшие штаны, чтобы выжать из них воду, то Феликс неверяще разглядывает икры Хёнджина, видя полупрозрачную рыбью чешую. Мозг отказывается верить, что то, что только что произошло, что Феликс видел сейчас своими глазами - реально. Почему? Что? Как? - слишком много вопросов... Неужели Хёнджин всё это время был русалом? Как Феликс мог это не заметить?! Чёрт возьми, не заметить, что человек, которым Феликс почти семь дней в неделю и двадцать четыре часа в сутки, с которым они обсуждают и рассказывают друг другу всё, что угодно и о чем угодно! Как это могло уйти от внимания Феликса?! — Скажи мне, тебе хоть понравилось? — спрашивает Хёнджин, усаживаясь снова рядом с Феликсом. Феликс только и может, что кивнуть, всё ещё не оправившись от шока, чтобы что-то сказать. Хёнджин лишь кратко усмехается, умиляясь реакции Феликса, а затем кладёт голову ему на плечо и прикрывает глаза. — Я так люблю тебя… Прости, что скрывал это, — шепчет Хёнджин, — Это будет нашим маленьким секретом.