нашёл тебя

      — ты стал каким-то дёрганным.       анакса это знает. он и сам замечает за собой, что вздрагивает от резких звуков. шарахается подозрительных на вид людей. не задерживается в университете допоздна и заходит в свой подъезд, сжимая пальцами в кармане перцовый баллончик. анакса думает обзавестись чем-то посерьёзнее. например, электрошокером, потому что им можно бить хоть в пятку, в отличии от перцовки, которая сработает только если попасть в глаза. анакса сомневается, что в ситуации, когда это понадобиться, у него будет время прицелиться.       — тебе показалось, — аглая только жмёт плечами и уходит из деканата по своим делам. анаксе бы тоже хотелось думать, что уставший во время сессии мозг играет с его воображением. хотелось и самому верить, что сверлящий спину взгляд в полупустом коридоре ему кажется. как и взгляд на полной людьми улице по дороге к остановке. да даже сейчас хотелось верить, что ему кажется это сверло в затылке.       да только чувство, словно он лабораторная крыса, за которой постоянно наблюдают в ходе эксперимента, ему определённо не кажется. первый раз — случайность, второй — совпадение, третий — система. и эта «система» терроризирует его нервы на протяжении нескольких месяцев. анакса бы не обращал на это внимания, спихивая всё на усталость. диссертации, исследования, лекции, проверка работ студентов, аттестации, сессия… любой бы на его месте решил, что паранойя лишь следствие переработок.       любой, кому не приходят анонимные сообщения.

профессор, вам следует питаться нормально,

а не в ближайшей булочной.

профессор, вы сегодня поздно.

будьте осторожнее в такое время.

профессор, если будете пить столько кофе,

то у вас начнутся проблемы с сердцем.

      сначала анакса не обращал на них никакого внимания. игнорировал любое уведомление. отключил их, когда постоянный звук телефона начал раздражать. думал, что кто-то из студентов решил отомстить за очередной неуд по его предмету, доведя преподавателя до нервного срыва. через неделю таких сообщений — добавил номер в чёрный список. мол, побаловался и хватит.       только у этого уникума было другое мнение и с мнением анаксы оно не совпадало. через пару дней сообщений стало только больше, а номер всё также оставался анонимным.

профессор, ну за что вы так? т_т

       профессор, а вы жестоки. тот студент был

так близок к зачёту.

            профессор, вам не кажется, что ваша ассистентка

слишком пытается с вами сблизиться?

      профессор, так вам нравятся геозавры из мультфильма?

неожиданно, но мило. (o^ ^o)

      анакса честно пытался игнорировать эту эпопею и дальше. гиацина как-то сказала, что будь такой вид спорта, то он имел бы чёрный пояс по игнорированию раздражающих факторов. то есть всего окружения. только теперь анакса думает, что с обладателем чёрного пояса по сталкингу ему не тягаться. тот сам тягается за ним по всюду. неважно, выходной, рабочий, командировка… этот ненормальный знает о каждом его чихе.       кажется, у чёртового сталкера полно свободного времени, чтобы доводить анаксу до нервного тика и заставить поменять номер телефона. лучше оповестить все нужные контакты о новом номере, чем позволять кормить развившуюся паранойю и дальше.       только и такой ход оказался лишь передышкой в несколько дней.       сидя на диване с допотопной ручной приставкой, анакса кидал взгляд на горящий экран телефона, но даже не думал брать его в руки. они у него заняты комбо ударами и исполнением желания оторвать конкретному хомосапиенсу голову. у каждого есть способ расслабления и анакса выбрал самый, на его взгляд, рабочий. вымещать злость и раздражение на пикселях куда эффективнее, чем травить себя табаком или алкоголем.       по крайней мере, он работал, пока, отложив приставку с «win» на весь экран, анакса не взял в руки чёртов телефон.

профессор, вы заставили меня попотеть,

чтобы найти ваш новый номер (ಡ‸ಡ)

      — да что ж это такое? — раздражение, которое только отпустило, начало бурлить по новой с каждой строчкой.

       вау, так профессор тоже играет в игры?

а мне казалось, что я уже всё про вас знаю.

      сообщение было отправлено пять минут назад.       анакса нервно зачесал волосы, осматривая собственную гостиную. он будто ждал, что главная причина его головной боли выпрыгнет из-за угла и он сможет, наконец, хорошенько треснуть по бедовой голове. и только во вторую очередь перед здоровым глазом красным неоном загорелся вопрос:       «а как он узнал?»       этой ночью анакса так и не смог заснуть. он перерыл всю квартиру: вытащил из шкафа одежду, скинул с полок книги, разбил большую часть посуды, пока второпях доставал её из шкафчиков. лишь бы найти хотя бы намёк на скрытую камеру или прослушку. да всё, что угодно, чего в его квартире не должно быть.       но ничего. абсолютно ничего подозрительного, за что можно было бы зацепиться. в тишине спальни раздалась вибрация, от которой анакса вздрогнул.

профессор, вам надо поспать, ведь уже сегодня зачёт.

      заблокировав экран, анакса зацепился взглядом за несколько плюшевых геозавров. ножницы со стола быстро оказались в руке, а несчастные игрушки по частям валялись на кровати, пока плюш из них разлетелся по всей комнате.       н и ч е г о.       сидя посреди бардака, который он же и развёл, анакса не слышал звон будильника сквозь набатом стучащее в ушах сердце. его квартира, которая казалась едва ли не крепостью не смотря на все новости про грабежи, теперь не внушала той безопасности, которая была раньше.       наоборот. анакса будто чувствовал кожей чужой взгляд. справа, слева, снизу, сверху. с запада, с востока, с юга, с севера. этот взгляд облизывал его отовсюду, заставляя ногтями счесывать с себя эту липкость. содрать вместе с кожей до самых костей, просто чтобы сделать полноценный вздох без лишних на стенах глаз.       впервые профессор анаксагор не пришёл в университет без уважительной причины. другие преподаватели не могли дозвониться на выключенный телефон. аглая, которая знала его адрес, не смогла достучаться. никто из студентов не знал, куда мог подеваться их профессор.       и только один человек точно знал. в темноте улицы он крепко держал пропавшего профессора за руку. тот и не пытался вырваться, чувствуя, как от страха, заполнившего каждую вену, каждую артерию и каждую мышцу, тело отказывалось слушать сигналы мозга. а ведь каждая извилина кричала одно и то же:       «беги!»       — я нашёл тебя, профессор.