Карточка в кармане

      Гром ввалился в кабинет к доктору, держась за ручку двери, чтобы не встретиться в очередной раз лицом с полом. Весь его вид говорил о том, что перед визитом майор выпил хорошее количество спиртного и сейчас вёл себя несколько неадекватно. Повиснув на массивной двери, он поднял стеклянные глаза на психиатра и расплылся в кошачей улыбке. - Доооок! Как я рад вас видеть!       Сказать, что Вениамин Самуйлович был удивлён — ничего не сказать. Он сразу же отложил скрепленные скрепкой бумажки на край стола и внимательно посмотрел на гостя, как профессор на студента, которого чудом ещё не отчислии из ВУЗа. Оставалось только догадываться, откуда у Игоря взялось столько наглости заявиться к нему в таком виде. Хотя, как известно, алкоголь смывает множество границ, особенно границ приличия.       Игорь нарочито аккуратно постарался закрыть дверь, всё равно издав громкий стук, неровной походкой прошёл к креслу для посетителей и плюхнулся в него, сразу же удобно откинувшись на спинку. - П-простите, что я вот так... Без приглашения. - Гром развёл руками, - Но вы сами дали мне визитку, - он кинул на столик, что стоял по-близости, чёрную карточку. - так что... вот он я! - голос был максимально расслабленный, добрый и пьяный, слова чуть неразборчивые.       Доктор надел очки и снова осмотрел Грома с ног до головы. - Здравствуйте, Игорь Константинович. - наконец сказал он, - Не думал, что следующая наша встреча произойдёт, когда вы будете в таком интересном состоянии. - Рубинштейн улыбнулся. Игорь нахмурил брови на пару секунд, поджал губы и снова, как-то по детски, развёл руками. - Каюсь, грешен. Так паршиво на душе было, док. Не представляете. - он скривился, - Бутылку за десять... Не-ет. 8 минут приг-говорил. Гулять пошёл, а тут ваша картёжка в кармане, представляете? - Игорь тихо засмеялся, засунув руки в карманы куртки. - Тут вон ещё фантик какой-то... - Вы ко мне с чем пожаловали, Игорь Константинович? - прервал его увлекательный рассказ доктор, облакотившись о стол локтями. Его взгляд бегал по всей фигуре Игоря, ни на секунду не переключаясь на что-то иное. - Пожаловал? Да, с чем-то... Шёл, шёл, вот карточку нашёл. И-и-и зашёл. Поговорить нескем совсем. - мужчина тяжело вздохнул, - Юлька на работе, Димка тоже где-то ходит. А я целый день дома, на работу нельзя. Не пускают. Черти... - И о чём вы хотите поговорить? - Я? - Игорь уставился на доктора взглядом невинного ребёнка. - Ну, не я же. - Рубинштейн снова мягко улыбнулся и вышел из-за стола. - Вам одиноко. После того, как шумиха вокруг вас утихла, вам стало скучно. Друзья заняты, а вы один, как я вижу, развлекаться умеете только с помощью алкоголя. Это же не первый раз, так?       Игорь надул губы, но всё же кивнул. Доктор зашёл за спинку кресла, на котором сидел Гром. - Думаю, вы пробовали перключаться на что-то другое, но вышло скверно. Иначе бы вы не вернулись к бутылке.       Снова недовольное выражение лица и кивок головой. - Бесит всё. - буркнул майор, - Не хочу ничего. - он скрестил руки на груди, сжавшись. - Я бы советовал вам расслабиться. Тогда уйдут недовольство и агрессия. - Вениамин Самуйлович положил руки на напряжённые плечи Игоря, начиная слегка массировать мышцы и гладить выпирающие ключицы. - Угу. Расслабишься тут. - всё ещё недовольный Гром, но на приятные прикосновения отозвался выпримившейся спиной, подставившись под сильные пальцы, - Юлька бегает сутками, ночью приходит и спать. В пять утра опять уходит. Я её могу н-несколько дней не видеть. - И как давно вы не живёте с ней половой жизнью? - руки стали массировать активнее, от чего Игорь совсем размяк, чуть сполз и даже прикрыл веки. - Пару месяцев. Может... Больше. Не знаю. - Не пробовали сами снять стресс?       Гром уже совсем закрыл глаза и растёкся по креслу, похоже уже не слыша доктора. Рубинштейн запустил пальцы одной руки в волосы на чужой макушке, оттягивая и мягко нажимая, а другими залез под футболку и провёл по груди. В ответ послышался тихий протяжный стон удовольствия и на лице майора засияла улыбка. Казалось, ещё чуть-чуть и он начнёт мурчать. Доктор наклонился к шее, отклонив чуть назад голову мужчины и мазнул на пробу по коже губами. Игорь тут же выгнулся навстречу прикосновению, снова протяжно простонав. Высокий процент алкоголя в крови и долгое отсутствие секса играли с Громом злую шутку. Ему до одури нравились такие ласки психиатра. - Вижу, что не пробовали. - горячий шёпот обжёг ухо и по телу сразу пронёсся табун приятных мурашек. - Игорь Константинович, вы весь горите.       Гром и правда успел вспотеть, его кожа пылала огнём. Словно девственник, он был готов раздеться прямо здесь и сейчас, лишь бы эта сладкая пытка не заканчивалась. Рубинштейн видел состояние своего пациента и не собирался останавливаться. Он начал с поцелуев за ухом, потом спустился на шею, прикусывая в некоторых местах кожу и тут же целуя след от зубов. Руки уже стягивали с майора куртку, а после футболку. Гром и не думал сопротивляться, даже старался помочь избавить себя от одежды.       Рубинштейн уже вышел из-за спинки кресла, сняв с себя халат, и потянул Игоря наверх, заставляя встать. Тот послушно поднялся, всё ещё с закрытими глазами и неожиданно для доктора потянулся своими губами к губам прихиатра. Первый поцелуй вышел коротким и смазанным, но поседующие выходили всё дольше и профессиональнее. Игорь уже откровенно вылизывал чужой рот, когда его копчик уткнулся в край рабочего стола. Вышло это довольно сильно и ощутимо. Мужчина аж поморщился. Рубинштейн тут же отвлёк внимание, запустив руку в джинсы Грома, обхватив почти полностью вставший член. Майор ахнул и наконец распахнул глаза, обнаружив перед собой неплохо сложенное тело доктора. Долго им любоваться ему не позволили и утянули в очередной поцелуй, попутно высвобождая его член из оков джинс и нижнего белья. Розовая головка уже была мокрой от предэкулятора и манила всем своим видом. Виниамин Самуйлович поддался искушению, опустился на колени и втянул её губами в рот, посасывая. У Грома всё было идеально: мышцы пресса, бицепса, идеально ровный член, упругая задница и сладкие хрипловатые стоны, которые он заглушал покусыванием идеальных губ. Игорь плохо соображал, насколько был идеален психиатр, но его рот превосходно насаживался на его член — это он знал точно. Майор чуть ли не падал на стол от умелых и таких правильных ласк, держась трясущимися руками из последних сил за деревянный край.       Когда Рубинштейн поднялся на ноги, Игорь увидел растрёпанные волосы и алые губы, что пару секунд назад растягивались вокруг его полового органа. Не поцелолвать их было бы преступлением. Снова терроризируя рот Грома, психиатр обхватил оба их члена и стал надрачивать, постепенно наращивая темп под прерывистые стоны и короткие вдохи.       Кончая, Игорь прокусил чужую губу до крови, за что получил сильный шлепок по заднице. Никогда ещё он не испытывал такого яркого оргазма от простой дрочки. Шокированный и удовлетворённый он не выдержал и обмяк на пол, пялясь взглядом в какую-то, одному ему известную точку. Гром даже не заметил, как быстро привёл себя в порядок доктор, хотя у него оргазм был не хуже.       Голова наконец начала разясневаться и стало приходить осознание случившегося. - Как вы, Игорь Константинович? - Мы... Только что... - Вам стало лучше, Игорь Константинович? - Рубинштейн присел на корточки рядом с отрешённым Громом. Тот был как будто не здесь. Психиатр аккуратно дотронулся до его плеча, на что Игорь резко дёрнулся. - Тихо, тихо, тихо. - Виниамин самуйлович убрал руку, - Ничего страшного не произошло. Вам нужно одется и поехать домой. Примите душ и лягте спать, а завтра обо всём подумаете. Игорь был не в силах что-либо ответить, поэтому кивнул, с трудом поднялся и натянул на себя одежду, не без помощи доктора.       Нажав на ручку двери Гром услышал позади себя голос: - Игорь Константинович, если снова будете скучать — заходите. Карточка у вас в кармане.