Оказывается, пазлы ведут дневники

      "Двадцать восьмое октября, 2290 год (213 год после Великой атомной войны).       Первое правило хорошего выживальщика — не поддаваться панике. Запаниковал — и ты сразу же труп на том же самом месте. От волнения и без того до предела уставшие руки дрожат, прицел из-за этого сбивается окончательно, попасть нормально ни во что не можешь от слова совсем, из пальцев всё вываливается к херам собачьим, даже магазин не получается сменить по-человечески.       Когда на тебя со всей скорости бежит сраный рейдер, или ползёт рад-таракан, или даже рад-скорпион, или кротокрыс вылезает, ещё ладно, можно как-то отбиться и попытаться выжить, если ты везунчик по жизни и удача повернулась к тебе своей фортуной. Убежать, в конце-то концов, заныкаться куда-то, переждать, потянуть время, может, кто-то рядом будет проходить или ещё что случится и спасёт твою бренную тушу. А вот если сам Его Величество Коготь Смерти пожаловал по твою чёрную пропащую душонку — тут уж поминай как звали. Наделать в штаны от страха ещё ничего, но коль тебя заковал в свои крепкие кандалы Мистер Ужас и связала по обеим рукам и ногам (если у тебя их не три, конечно) Мисс Паника, хана тебе тогда, фраерок. Пропал. Можешь сколько угодно быть первоклассным паладином, но самое главное в бою это вовсе не умение в силовой броне топать да пулемётом размахивать не глядя, как думают многие из Братства, а способность держать себя в руках и не давать волю эмоциям. Как говорится, в настоящей драке ты не поднимаешься до своих лучших результатов, а опускаешься до уровня самых базовых инстинктов и рефлексов. И это самая что ни на есть чистая и неприятная правда. Сколько раз мне доводилось видеть, как лучшие мои бойцы погибали, просто потому что испугались до усрачки (буквально) — не сосчитать, друг ты мой, уж поверь. И это весьма и весьма печально. В общем, не ссы и выживешь. Наверное. Либо ссы, но так, чтобы это не мешало тебе убивать врагов".       "Тридцатое ноября, 2290 год (213 год после Великой атомной войны).       Второе правило хорошего выживальщика — экономь пресную и чистую воду. Хотя любой живой выживальщик старше двадцати пяти уже по определению хороший. В условиях постапокалипсиса хер достанешь где-нибудь бутылку дистиллированной водички. Фильтровать дождевую — занятие такое себе, а искать водоём, который не заражен радиацией, ну, или не слишком сильно, ещё более поганое и неблагодарное дельце. Ну а что ж вы хотели-то, на то у нас и постапокалипсис, как его сейчас Институтские величают. В общем, дерьмовая у нас ситуация с экологией щас, сынок. Нет, ну если у тебя в запасе есть херова туча антирадина и жопой жуй стимпаков, можешь, конечно, хоть из ближайшей канавы пить, да хоть ссули свои. Но упаси боже потом тебя кому-то откачивать. На кой это надо? Умнее будь. Грабь, воруй, убивай — девиз выжившего. Встретил какой-нибудь караван, и давай его на лут растаскивать. Выживает сильнейший. Не буду говорить тебе запомнить это, потому что, раз ты это читаешь, ты уже это давным давно понял".       "Первое января, 2291 год (214 год после Великой атомной войны)       Снова здравствуй, дружок. Третье правило выживальщика — умей ориентироваться на местности. Компас и прочие приборы бесполезны — вся техника сбита напрочь. Да и по мху попробуй что найди. Используй карты, рисуй их самостоятельно или при первой же подвернувшейся возможности своруй откуда-нибудь. На самый крайний случай купи. Но без карты лучше не ходить, помяни моё слово, когда с одной стороны на тебя будут идти рейдеры, сзади логово кротокрысов, с другой стороны дутни какие-то летят, а тебе нужно найти, где отсидеться, пока эти твари друг с другом сами будут разбираться. Короче говоря, карта — вещь. И вещь незаменимая. Делай маленькие пометки для себя, но такие, чтобы их можно было быстро убрать, если есть риск, что твоя карта может попасть не в те загребущие руки. Старайся запоминать, где ходишь, примечай ориентиры. Мёртвый яо-гай на обочине, памятное место первой драки с болотником, кусок дерьма рад-оленя на пути — всё это отлично запоминается. И помогает тебе не потеряться в однотипных пейзажах нашего прогнившего умирающего мирка".       "Седьмое февраля, 2291 год (214 год после Великой атомной войны.       Четвёртое правило выживальщика в условиях постапокалипсиса, пожалуй, чуть ли не самое главное — отказ от ностальгии и сожалений о прошлом. Мир изменился навсегда, и попытки удержать ускользающую реальность обречены на провал. Эффективнее всего направить энергию на изучение условий и поиск возможностей в них. Просто прими как данность тот факт, что жизнь говно, мир гниёт, а счастливой жизни ни у кого на этой долбанной планете больше никогда не будет, как ни крути. Говорят, жизнь и раньше, до войны, была не шоколад, но тоже коричневого цвета. Правда тогда хоть был какой-то мизерный шанс прожить её не в вечном состоянии сжавшегося очка.       Чёрт возьми, подумать только: ещё мои прапрабабка с прапрадедом жили себе припеваючи и подумать не могли о том, что их далёкий потомок с механическим железным протезом ноги будет сидеть сейчас на трупе двухголовой коровы и писать огрызком грифеля на украденной у кого-то из белых институтских халатов записной книжке, в которой половина страниц запачкана кровью, а от второй ощутимо несёт блевотиной".       "Десятое февраля, 2291 год (214 год после Великой атомной войны).       Привет, приятель. Это — пятое правило выживальщика и, пожалуй, последнее в этом подобии дневника. Ну, по крайней мере от моего имени. Возможно, ты захочешь продолжить сию бесполезную трату времени и станешь новым владельцем этой стопки бумаги. Почему это последнее правило? Потому что я сейчас сижу на мине, и стоит мне стать, как — бум! От меня останется весёлый кровавый пазл. Ну, я не горюю. Надоело так жить, если честно.       Так вот, вернёмся к нашим баранам. Пятое правило — никому не доверять. Никому на свете. Даже если это твоя мать родная. За упаковку стимпака иногда и сам себя продашь. Если будешь кому-то верить, рано или поздно сдохнешь. Точнее, все мы рано или поздно так кончим, но скорее всего у тебя это произойдёт в разы быстрее с подачки того, кому ты рискнул поверить. Даже мне не верь, слышишь? Все мои правила — херня собачья. Это мои правила, а у тебя свои. И раз ты нашёл этот дневник, значит прожил подольше меня (ну, мы же скорее всего все сейчас одного возраста, молодёжи в наше время нет — кто будет заводить детей в здравом уме? Точнее, кому из этих несчастных не повезёт и они выживут). У тебя другие законы жизни, и кто знает, может, именно это — золотой секрет выживания. А я был всё это время лишь самонадеянным зазнавшимся придурком с раздутым эго.       На этом всё, читатель моих последних записок. Бывай, друг, удачи тебе. Через минуту я отброшу эту книжку как можно дальше, а сам сделаю шаг вперёд. Увидимся в следующей жизни".