Мнимое правосудие

Се Лянь пошатнулся и рухнул на пол. В немом крике раскрыл рот и безотрывно смотрел на мать. Висит под потолком. Медленно и размеренно покачивается. Вдруг ему на миг показалось, что она ещё дышит. Он быстро поднялся, подхватил её под ноги и попытался снять с её шеи верёвку. Всё происходило в суматохе, будто в пьяном бреду или аффекте. Се Лянь ничего не понимал. Только чувствовал холод от тела, но не прекращал попытки вытащить мать из петли. — Мама! Скажи хоть что-нибудь! Открой глаза! Посмотри на меня! Но женщина молчала. Её губы посинели, кожа побледнела, а лицо неестественно опухло. — Мама, почему ты молчишь?. . . Внезапно до него дошла ужасающая мысль. Он не хотел в неё верить. Всячески отвергал, опровергал, торговался с самим собой. И всё за несколько секунд. Глаза Се Ляня резко остекленели, будто у мертвеца. Он медленно отпустил труп и сделал шаг назад. Тело вновь начало раскачиваться из стороны в сторону. Медленно и размеренно. Будто она, наконец, обрела покой. *** Хэ Сюань кое-как унял дрожь в своих руках и подошёл к чемодану ближе. Дыхание замерло, а в горле ком. Он надел перчатки, чудаковатую шапочку, маску и начал проводить первичный осмотр. Под пристальным надзором всех присутствующих. Криминалист чувствовал на себе их взгляды. Они были как что-то липкое и противное, словно патока. Он расстегнул молнию чемодана и перед его взором предстал труп. А точнее то, что от него осталось. Синий. Холодный. Изуродованный. Щелчок. Он сделал снимок. Вновь вспышка. Сделал фотографию крупным планом. — Принесите пакеты, — командовал Хуа Чэн. — Для вещдоков и трупа. — Не забудь сделать запрос в бюро судебно-медицинской экспертизы, — сказал Фэн Синь. — Я помню. Хэ Сюань, возьми с трупа образцы, — хмыкнул следователь и вновь повернул голову на девушку. — Уж Ши Цинсюань разберётся в этом деле, — серьёзно сказал оперуполномоченный, ссылаясь на профессионализм судебного медика. Хуа Чэн, который расспрашивал девушку, на миг замолчал, а затем вновь продолжил разговор. Старался выглядеть естественно. Не привлекать внимания. Не дать другим ничего заподозрить. Для Хэ Сюаня это было последней каплей. Он медленно опустил руки и прикрыл глаза. — Вам опять плохо? — с беспокойством поинтересовался участковый и подошёл к криминалисту ближе. — Нет, — отмахнулся он. Его взгляд бегло скользнул вдоль чемодана и остановился на его внутренней части. Прямо из-под отпиленной ноги торчал уголок то ли бумаги, то ли чека. Хэ Сюань распахнул глаза, посмотрел участковому в глаза и испуганно сказал: — Идите к свидетелю. — Зачем? — с недоумением ответил мужчина. — Помогите следователю. Спросите о чём-нибудь свидетеля. В общем делайте свою работу. Не стойте у меня над душой, — рявкнул он. Участковый ничего не ответил. Лишь злобно посмотрел на криминалиста, недовольно вздёрнул бровь и пошёл к девушке. Хэ Сюань огляделся и убедился, что все присутствующие здесь заняты своими делами. Он резко, но в то же время аккуратно схватился за край бумажки и быстро сунул её себе в карман. Он не знал, что на ней было. Просто решил перестраховаться. Когда первичный осмотр места происшествия был произведён, вся следственно оперативная группа направилась в отдел. Машина, к всеобщему счастью, стояла припаркованная возле завода. Хуа Чэн был очень рад, что они не нашли никаких следов, которые указывали бы на их причастность к делу. Но он не отрицал, что вся ситуация может в корне измениться. Из-за какой-нибудь мелочи, ерунды или лишнего слова. Следователь не верил в Бога или какие-то сверхъестественные силы. Но сейчас, когда их положение шаткое до безумия, он молился каждый день. Его "железные" принципы отступили. Муки совести, наконец, закончились. Он просто свыкся с мыслью, что уже ничего не изменишь. И сейчас приоритетной целью для Хуа Чэна является только одно — не быть пойманным. Может именно так и становятся убийцами? *** Хэ Сюань вышел покурить. На город опустилась тьма. Мокрый снег больно бил в лицо. Около входа в здание следственного комитета мигала лампочка. Жёлтым и противным светом. Криминалист зажал сигарету меж зубов и медленно сунул руку в карман. Кончики пальцев наткнулись на небольшой липкий квадратик. Он посмотрел на неё и обомлел. Хэ Сюань поджал губы и быстро сунул бумажку обратно в карман. Решил, что когда придёт домой, обязательно сожжёт её дотла. Нет. Он пойдёт разбираться. Изобьёт того, кто решил подставить. Спустит шкуру. Убьёт. — Ублюдок. Се Лянь, сукин сын, — процедил Хэ Сюань и кинул сигарету на землю. Решительно шагнул на неё и втоптал в снег. Он также поступит и с Се Лянем. Прямо сейчас. Криминалист не помнил, как оказался подле двери в кабинет следователя. Как сначала громко постучался, а спустя секунду влетел в помещение. Как поймал на себе настороженные взгляды Хуа Чэна и Се Ляня, которые занимались бумажной волокитой. Как злость кипела в венах. Как ярость затуманивала сознание. — Что с тобой? — следователь озадаченно выгнул бровь и выглянул из-за монитора. Он слегка оттолкнулся ногой и плавно подкатился ближе к столу помощника. — Се Лянь, сучара! Решил нас подставить?! — крикнул он и за секунду оказался подле помощника. Хэ Сюань схватил его за грудки и без особых усилий приподнял тело. Се Лянь чуть удивился, распахнул глаза и шикнул: — Отпусти меня. — Эй, тихо, спокойно, — Хуа Чэн встрепенулся, быстро встал со стула и начал разнимать коллег. — Повторю ещё раз. Отпусти, — без тени испуга процедил Се Лянь и пристально, даже угрожающе, посмотрел криминалисту в глаза. Но Хэ Сюань не подчинился. Сильнее сжал ткань, едва не до треска и рявнул: — Зачем подсунул в чемодан нашу с Цинсюанем фотографию?! Подставить нас решил?! Так вот знай, вместе под суд пойдём, скотина! Ты. . . Не успел Хэ Сюань договорить, как Се Лянь ухватился за пластмассовый органайзер для канцелярии, который стоял на столе. Он замахнулся и со всей силы ударил им ему по голове. Ручки, карандаши, скрепки — всё упало на пол. Разлетелось в хаотичном и безумном порядке. Криминалист пошатнулся, схватился за висок и инстинктивно отпустил помощника. — Да вы что творите?! — недовольно ругался следователь. Но Се Лянь не думал останавливаться. Теперь уже он схватил Хэ Сюаня за волосы, оттянул голову слегка назад и вновь ударил пластмассой. Удар. Ещё удар. Сердце бешено бьётся. В воздухе витает лёгкий металлический аромат. Губы волнительно поджимаются. Глаза загораются нездоровым азартом. В голове Се Ляня витал один вопрос: «А сколько ударов он ещё выдержит?» Хуа Чэн на миг застыл. В ужасе смотрел на коллег и не мог пошевелиться. Он мотнул головой, подбежал к Се Ляню со спины и попытался заломать ему руки. Но помощник быстро отмахнулся от своего начальника. Хэ Сюань упал на спину. Се Лянь, не теряя ни секунды, оседлал его. Он решил отбросить бесполезный кусок сломанного пластика и продолжить избиение руками. Им опять руководило нездоровое желание. Если бы криминалист не довёл помощника, то ничего бы и не было. Он бы выпустил пар ночью. Убил того, на кого указал Цзюнь У. Во имя правосудия, а не низменного желания. — Сам виноват. Убью и глазом не моргну, — голос Се Ляня стал не таким, как прежде. Тон намного ниже, злее, появилась хрипота. Будто в него вселился демон или злой дух. — Ты убьёшь его! Слезь! — кричал следователь. Тут Хуа Чэн решил действовать кардинально. Он буквально запрыгнул на Се Ляня со спины, обвил рукой его шею и надавил предплечьем ему на горло. Сильно и решительно. Не ослабевая хватку и на миг. Се Лянь резко переключился с Хэ Сюаня на Хуа Чэна. Бил его по рукам, пытался вырваться. Но всё было тщетно. Лицо помощника покраснело, словно помидор. В глазах потемнело, а в ушах запищало. Се Лянь ногтями впился в руку следователя, царапал и пытался говорить: — Ты . . . меня . . . задушишь. . . Хуа Чэн отпустил своего помощника лишь тогда, когда тот заметно ослаб и больше не брыкался. Следователь, придерживая его за затылок, аккуратно положил Се Ляня на пол. — Ублюдок, — шикнул Хэ Сюань и схватился за опухшую щёку. Сплюнул кровь прямо на линолеум и попытался встать. Тут он увидел протянутую руку Хуа Чэна. Подумав, криминалист схватился за неё и, наконец, встал. Сознание его было затуманенным. Всё было как в бреду. Или под градусом. Голова неистово болела, а лицо сильно опухло. Как будто его покусал рой пчёл. — Зачем набросился на него? — шикнул Хуа Чэн. — Он подложил в чемодан нашу с Цинсюанем фотографию, — и достал из кармана смятую бумажку. — С чего ты взял? — следователь взял в руки фотографию и начал её осматривать. Внимательно, стараясь не упустить ни одной детали. — С чего ты взял, что это был именно он? — Он был последний, кто избавлялся от тела. Хуа Чэн резко перевёл взгляд с фотографии на Се Ляня. Затем нахмурился и поджал губы. — Может это вы её там забыли? — высказал предположение он. Тут Хэ Сюань нахмурился и задумался. Может быть он действительно забыл фотографию там? Тогда, получается, он не прав? Придётся извиняться? — Я. . . Не помню. — Прежде чем махать кулаками, нужно было подумать. Какой ему прок творить такую херню? Он, ты, я, Ши Цинсюань, Ши Уду — все замешаны в этом деле. Предать кого-то будет равносильным предать себя. Хэ Сюань ничего не ответил. Лишь бросил презрительный взгляд на Се Ляня, тихо ругнулся и покинул кабинет. *** Се Лянь медленно открыл глаза и непроизвольно зашипел. Он не понимал, что происходит. Почему лежит на полу? Почему голова так раскалывается? Почему прежде светлое помещение находится во мраке? Глаза резало только жёлтое свечение настольной лампы. — Очнулся? — послышался уставший голос. — Нет, — недовольно процедил Се Лянь и медленно встал с пола, приняв сидячее положение. — Значит не придушил, — усмехнулся Хуа Чэн и подошёл к помощнику. — Время уже за полночь, думал, ты не проснёшься. Се Лянь округлил глаза и принялся похлопывать себя по карманам в поисках телефона. Он взял его в руки, включил и стиснул зубы. Пятнадцать пропущенных от Цзюнь У. — Блять, — шикнул Се Лянь и направился к двери. — Ну куда же ты? Я что, зря ждал, пока ты очнёшься? — Не душил бы, идиот, — и выбежал из кабинета. Хуа Чэн, конечно же, последовал за ним. — Зачем идёшь за мной? — Интересно, куда ты так бежишь. Время позднее, а у тебя видимо дела. — Тебя это не касается. Иди домой, — Се Лянь дрожащими пальцами начал набирать номер Цзюнь У. Гудок. Ещё гудок. Не отвечает. Помощник закатил глаза и чуть ли не взвыл. Он не удовлетворил своё желание, подвёл Цзюнь У, не дал правосудию свершится. И всё из-за двух идиотов, которых Се Лянь проклинает уже не в первый раз! «Нужно было осмелиться и убить Хуа Чэна тогда», — думал про себя он. Помощник вышел на улицу и хотел было побежать домой, как вдруг увидел припаркованную возле здания машину. Свет фар прорезался сквозь тьму и снег, слепил и заставлял Се Ляня щуриться. Он медленно подошёл к чёрному автомобилю, открыл дверь и сел на пассажирское сиденье. Его встретил холодный взгляд, направленный в пустоту, руки, крепко сжимающие руль и запах сигарет вперемешку с ароматизатором для машины. У Се Ляня невольно напряглось тело, будто в неком оцепенении. Когда Цзюнь У молчит, значит, он недоволен. — Прости, — помощник сказал лишь это и уставился на свои ботинки. Пошарпанные, старые. Их ему купили родители, а было это очень давно. Лет семь назад или больше. — Не извиняйся, — холодно процедил Цзюнь У и глубоко вздохнул. Затем медленно повернул голову на Се Ляня и начал смотреть. Словно отец на сына, который принёс двойку из школы. В его глазах читалось разочарование, и это раздражало помощника. — Хуа Чэн и Хэ Сюань мне помешали. Я чуть не умер, вот и не ответил. Мне жаль. — Я уже обо всём знаю, — протянул руководитель и закурил. — Откуда? — с искренним интересом и удивлением спросил он. — У меня везде есть глаза и уши, — Цзюнь У приоткрыл окно и смахнул пепел. Тут его лицо из напряжённого стало расслабленным. Появилась даже лёгкая улыбка. Се Лянь не понял, что послужило такой резкой смене настроения руководителя. Как вдруг раздался слабый стук и открылась дверь. На заднее сиденье запрыгнул Хуа Чэн и улыбнувшись, сказал: — Чего стоишь? О, Се Лянь, и ты тут. — Ждал вас, чтобы развести по домам, — с улыбкой ответил Цзюнь У и выкинул окурок. — М, спасибо, — хмыкнул Хуа Чэн и не стал задавать лишних вопросов. В эти дни всё казалось странным и не таким, так что лучше не придавать этому значения. Проблем итак хватает, чтобы забивать голову глупостями и лишними размышлениями. Машина тронулась. Они направились в путь. Следователь устало откинулся на спинку сиденья и начал смотреть в тёмное окно. Видел своё отражение. Оно так изменилось за эти несколько дней. Будто он постарел на тысячи лет. Оно стало похожим на отражение отца. Такое же серьёзное, угрюмое и хранящее смертельные тайны.