Не тот Уизли
29 октября 2025 г., 01:12
Примечания:
Писалось под песню Надо улыбаться — Asper X
— Уизли, Гаррет!
Рыжий коренастый недокормыш с неуверенной улыбкой покинул изрядно порядевшее стадо первокурсников, нервно толпившиеся в проходе у дверей Большого зала. Среди двух оставшихся рыжела ещё одна макушка, подсказывающая, что в этом году Хогвартс обогатился на целых два новых представителей многочисленного семейства. Ходили слухи, что в следующем году будет поступать последний ребенок — единственная дочь.
— Пуффендуй!
По залу пошли шёпотки. Это был первый раз за последние двадцать лет, когда Уизли попал не на Гриффиндор. Огненно-рыжий мальчишка аккуратно снял шляпу и медленно, даже осторожно направился к единственному хлопающему столу. Его старшие братья молчали, то ли не зная, как реагировать, то ли просто не сочтя это необходимым.
— Уизли, Рональд!
Мальчишка с золотистыми прядками более уверенно отделился от группки и направился к табуретки. Расправленные плечи, упрямый взгляд... По его виду можно было сказать, что настал час его триумфа. Можно было, потому что через несколько мгновений, когда Рон обводил зал взглядом, Шляпа закричала:
— Слизерин!
Рыжий слизеринец подскочил, сбрасывая старинный артефакт.
В зале стояла тишина. Увы, церемонию нельзя было прервать из-за такой мелочи, как разрушение ожиданий.
— Забини, Блейз!
— Слизерин!
Люди постепенно отходили от потрясения, и зал наполнился тихими, но нарастающими аплодисментами в адрес последнего первокурсника.
Рональд был готов рвать и метать. Он не мог представить себя настолько опозоренным чёртовым стартьем и проклятым отребьем. Выблядок поступил на другой факультет, и он слишком рано обрадовался, потеряв контроль. По словам Перси, с гадской Шляпой можно было договориться, но он упустил эту возможность, как и свое будущее. Кем он мог стать учась на факультете Пожирателей? Что скажут братья? Родители?
Рональд был настолько переполнен эмоциями, что праздничный ужин прошел мимо него. Скривившиеся лица одноклассников остались вне его внимания, невольно спасая его от драки. Да что там, старосте пришлось не раз обратиться к нему, чтобы тот пришел в себя от "радости" и отправился вместе с остальными перваками в Морганово подземелье.
Гаррет наслаждался трапезой, наблюдая как его братишка сходит с ума. Это был самый лучший день в его жизни.
* * *
— Ты отребье, запомнил, ублюдок? — Рональд впихивая одну за другой гигантские личинки в рот своему младшему близнецу. Он терпеть не мог саму мысль о том, что вынужден считаться близнецом этому. Они были совершенно разные, не такие как Фред и Джордж, выглядящие на одно лицо и способные понимать друг друга без слов, быть одним целым. Они не были отражениями: один коренастый, другой высокий, слишком разные для близнецов, у которых даже волосы разного оттенка. Они даже братьями не являлись — однажды давным-давно Билл проговорился, что раньше Гарри не было. Он был взят словно бездомный котенок со свалки и мог снова отправиться туда, освободив место для тех, кто его заслуживает. Его. Он не собирается ничем делиться с этой мразью. — Ты не мой брат, у тебя даже имени нет, ничтожество! Медноволосый мальчишка сжался, спрятав взгляд, и Рон довольно усмехнулся, наслаждаясь результатом. На последок он резко дёрнул "близнеца" за волосы на затылке этого чертово темно-рыжего цвета: — Если моя мать об этом узнает, я тебя прикончу, выродок.* * *
Рональд сидел перед своим деканом боясь пошевелиться — тот был не в восторге даже от самого появления Уизли в Хогвартсе: Уизли на Факультете Змей был для него настоящей трагедией. — Я надеюсь, что вы, Уизли, примете распределение и не станете позорить своим поведением честь вашего второго дома, как вы сделали это на церемонии. Рон смиренно склонил голову, сжимаясь под взглядом черных глаз: — Да, профессор. Гаррету доставляло немалое удовольствия наблюдения за тем, как его братец сжимается под взглядом зельевара в коридорах, на занятиях и в Большом зале. Отработок, к слову, у старшего близнеца от такого поведения не убавлялось: подобное смирение мешало сосредоточиться на рецептах зелий. Впрочем, жизнь Гаррета от этого легче не становилась — всегда находились люди, желавшие ему отнюдь не добра: — Съешь это, Чердак*. *Garret Настоящие близнецы Уизли, уже давно стали проверять разработки на самого младшего брата, который хранил в тайне все розыгрыши и откровенные издевательства — Рон подобным не отличался, не желая испытывать из раза в раз неприятные последствия. В руках у Фреда и Джорджа были зажаты палочки, но те знали, что они не понадобятся. Прикрыв веки, Гаррет проглотил ириску в простой бумажной обёртке. В его глазах, близнецы были немного лучше братца, по крайней мере тем, что не пытались его унижать, заставляя есть с пола, не меняли его ужин на порцию слизней. Не хотели убить. Для них он был просто подопытной свинкой.* * *
Укрыться от людей, в библиотеке было проще простого — никого не интересовали ни очередной безликий мальчишка, даром, что пуффендуец, ни (Упаси, Мерлин!) хранилище пыли. Зато здесь было вполне достаточно возможностей для поиска — архив газет был буквально под рукой. Ребенок, день рождение летом, возраст больше года, 81. Разрозненно, но вполне подходяще для поисков. Спустя полгода поисков одна из газет наконец оказалась полезной, хотя другие люди и могли счесть её пустышкой. Статья в ней называлась «Мальчик, который выжил». «Осенью этого года, в одном из старинных родов произошла трагедия. Чета Поттеров входившая в организацию Орден Феникса, была убита во время выполнения задания. В живых остался их полуторагодовалый сын, судьба которого ещё не решена.» В других газетах об этом инциденте не было ни слова. Вероятно, потому что накануне этого события, Пожиратели Смерти наведалась в семейство Лонгботтомов. О смерти Поттеров, как и о их сыне больше не было ни слова. Пешки всегда покидали доску без лишнего шума.* * *
— Мистер Уизли! — Недовольный окрик Макгонагалл разнёсся по каменному коридору, заставляя оглянуться всех близь стоящих учеников. — Минус двадцать баллов за оскорбление преподавателя! Мальчишка неловкой статуей застыл, не в силах понять за что лишился баллов. — За что?! — Возмущённо завопил он, сумев совладать с чувствами. — Я ничего не делал! — Минус десять баллов со Слизерина за неуважительное отношение к преподавателю и минус пятнадцать за наглую ложь. Если вы продолжите так себя вести я буду вынуждена отправить вас к директору, — строго отчеканила женщина. От раздражения и злости на её лице уже выступили желваки. — Не ожидала, что в вашей семье допустимо такое поведение. Отвернувшись она направилась прочь по коридору, бросив под ноги застывшему слизеринцу свой крайне нелицеприятный портрет, запечатливший женщину обнаженной в форме промежуточной трансформации, под первым листком обнаружилось ещё десяток, в которых были изображены школьные красавицы, в крайне привлекательном для подростка виде. Что ещё хуже рядом с каждым рисунком были комментарии, написанные его рукой. Самые любопытные зеваки уже успели заглянуть в бумаги и отпрянуть в задние ряды, делясь увиденным и пропуская следующих. Когда Рональд поднял голову было уже поздно: переговариваться начали в полный голос. Окружающие даже не пытались скрыть свое отвращение и презрение. Лицо Рона мгновенно покрылось багрянцем, переходящим на шею. Миг и скомканные рисунки спрятались вначале в кулаке, а секунду спустя пару секунд в кармане мантии. Для детей это крайне бесполезное действие стало признанием вины, разорвавшем напряженое ожидание. Первым от безликой толпы отлепился Драко Малфой, сильно толкнув Рональда, проходя мимо по коридору. Возмущенный окрик был проигнорирован, как и озвученные в спину ругательства. Следом за блондином потянулись и другие, все как один, задевая рыжеволосого. Коридор быстро опустел. Рональд стоял посередине коридора, склонив голову и пытаясь скрыть застывшую на лице злость. Палочка по прежнему была зажата в его руке, но ни одно заклятье так и не было использовано. Он мог сражаться против одного или нескольких людей, но ничего не мог сделать со всей школой.* * *
Гаррет тяжело откинулся на спинку кресла, привлекая взгляды. Гостиная Пуффендуя была как всегда приветлива, а старосты в попытках создать дружелюбную атмосферу легко могли быть съедены змеёй — Всё в порядке, Гарри? Выглядишь уставшим, — поинтересовался Седрик, не прерывая игру в плюй-камни. — Просто столько всего навалилось, — попытался улыбнуться Гаррет, но его губы дрогнули, делая натянутую улыбку слишком очевидной. Игра была прервана, и всё внимание перешло на первокурсника, ещё вчера помогавшему старостам проверять порядок в комнатах, а несколько дней назад с эссе по зельям паре второкурсников. «Верность Пуффендуя» — фраза, всегда звучавшая как шутка. Дружелюбные пуффендуйцы, очень редко занимали чью-то сторону, избегали любых споров и делали всё только исходя из собственного чувства правильности. Домашние дети, неспособные принять несовершенство мира. Для Гаррета эта шутка была решающей силой. Для начала игры ему нужно было заполучить сторонников.* * *
— Что там? — Фред и Джордж Уизли обвиняются в умышленном причинении вреда триста восьми ученикам от одиннадцати до семнадцати лет и попытке отравления преподавателя ядом акромантула. — Как такое возможно?! — Мисс Уизли с праведным гневом возилась на листок с министерской печатью. — Да кто вообще посмел такое написать? Под уведомлением о слушании стояли обезличенные строчки: «С пожеланием законопослушной жизни, искренне ваш Габриэль Труман. Сектор борьбы с неправомерным использованием магии. Министерство магии.» Близнецы бледные и не жизнерадостные сжались в углу дивана, Гаррет, стоящий за ними, успокаивающе сжал их плечи, молча выражая свою поддержку. Джинни была занята наверху и не имела ни малейшего представления о происходящем. Старшие дети прислали успокаивающие строчки, занятые работой, а Перси, устроившийся в отдел магического правопорядка, пообещал сделать всё, что сможет, по всей вероятности не желая запятнать свою репутацию. — Труман, — задумчиво произнёс Мистер Уизли, пытаясь понять о ком ведётся речь. — Он закончил Хогвартс семь лет назад, — осторожно проговорил один из близнецов. — Вы вместе учились? — Облегчённый выдох непроизвольно вырвался из груди рыжеволосого мужчины. — Так свяжитесь с ним, попробуйте разрешить дело в частном порядке.* * *
— Рекомендуется применить пять лет заключения на среднем уровне Азкабана и ограничение магии в течение следующих шести лет, — Габриэль Труман отстраненно озвучил ожидаемый приговор, словно никогда раньше не видел стоящих в зале суда юношей. — Представитель защиты, есть ли смягчающие обстоятельства, способные повлиять на решение суда? Молчание повисло в воздухе. У — Ваша честь, позвольте попросить о смягчении приговора в связи с возрастом подсудимых... — Вы просите это как глава Визенгамота или как друг семьи Уизли? Дамблдор замолчал, не договорив. Молот ударил, утверждая приговор. Перси дрожащей рукой пытался закончить протокол. Провалились.* * *
— Мистер Артур Уизли вы обвиняетесь в подстрекательстве к нарушению закона. Было зафиксировано, что по вашей рекомендации ваши сыновья связались с действующим главой Магического правопорядка с целью урегулирования нарушения частным образом. В связи с этим вы лишены права работать в министерстве магии. — Но как же... — Вы уволены. Радуйтесь, что обошлось без штрафа, одним дисциплинарным взысканием. — Зарплата... — Вы всё ещё хотите спокойно разрешить ситуацию, мистер Уизли?* * *
— Они словно нацелились на нашу семью, — мисс Уизли беспокойно перебирала бусы на шее, сидя в штаб квартире ордена Феникса. Впервые за много лет, события вновь заставили собрать эту организацию. — Не только на вас, — покачал головой Дамблдор, — но не спорю, что вас это коснулось больше всех. Я слышал, Перси понизили? — Ему назначили испытательный срок! — вспылила рыжеволосая женщина. Под её глазами залегли тяжёлые тени. Это год ей дался очень нелегко, поэтому никто не стал упрекать её за излишне эмоциональную реакцию. — Хагрида уволили из-за несоответствия квалификации, Грюм отправлен в психиатрическое отделение Мунго. Мистера Лонгботтома... — Состояние Невилла ухудшилось, он больше не может выходить из дома, — холодно оборвала мисс Лонгботтом. Августа слишком устала терять родственников, чтобы терпеть словесные игры. — Когда вы с этим закончите? Это давно вышло за рамки! Седовласый старец снял очки и помасировал глаза, являя редкий момент слабости. Подобные призывы он слышал в своей жизни, даже не неоднократно, а десятками, сотнями раз, но в этот раз он не знал, что делать. — Мы не знаем, кто наш враг, — хрипло проговорил Дамблдор. — Не знаем кто он, что хочет. Мы можем лишь объединиться. — Есть ли в этом смысл? — Позволил себе усомниться Кингсли. — Когда-то нас было достаточно много, чтобы сражаться с Воландемортом! А теперь нас так мало, что легче разойтись, чем пытаться изображать непобедимую армию. Дамблдор промолчал. Один за другим десять магов покинули штаб квартиру. Минервы Макгонагалл и Северуса Снейпа среди них уже не было.* * *
— Хэй, я слышал, что они сдались, ты доволен? — Седрик уверенно прикоснулся к чужим плечам, разминая их. Рыжая макушка качнулась из стороны в сторону, выражая несогласие. — Они должны почувствовать отчаяние. Узнать, что сами вырастили победившие их зло. Раздался заливистый смех. Тени начали исчезать, возвращаясь к своим обязанностям: совещание закончилось, и встреча друзей не требовала их участия. — Прости уж, но на Темного лорда ты не тянет, ни по внешности, ни по...* * *
Летом 1998 года Министром Магии был назначен Гаррет Томас Уизли, так и не забывший судьбу своей семьи. Титул Темного лорда был оставлен — оккупанту он не потребовался. Народ и без этого с нетерпением ждал грядущих перемен. Разве можно ждать чего-то плохого от Барсука? — Это мой подарок, братишка, — криво усмехнулся отражению рыжеволосый Темный лорд. Теперь он наконец останется в чужой памяти надолго.
