Перевёрнутое зеркало

      Нил Джостен открыл глаза. Воспоминания до сих пор летали в его голове, не позволяя забыть всё через что он прошел. В руках он держал не большую, слегка помятую фотографию. На ней, его отец. Жизнь в его глазах так и пылает. А рядом с ним он. Ещё совсем юный с детской клюшкой к руках и с ссадинами на ногах. Нил перевернул фотографию. На ней, вычурным почерком написано: «Первая тренировка юного чемпиона!». Надпись, да и сама фотография, вызывает тепло в груди и одновременно боль.       Нил посмотрел на небо, однако в мощном свете прожекторов звезды поблекли. Скрип двери вывел его из задумчивости. Нил подтянул спортивную сумку поближе и обернулся. Оставив дверь раздевалки открытой, тренер Эрнандес сел рядом.       — Не заметил на игре твоего отца, — сказал он.       — Он в отъезде, — ответил Нил       — Все еще или снова?       — Он очень занятой человек       — Думал, сегодня он сделает исключение.       — Кто же знал, что эта игра — последняя? — отозвался Нил, спрятав фотографию в карман, не отрывая взгляда от поля.       Милпорт проиграл. А ведь оставалось две игры до финала… ещё бы чуть-чуть… Рабочие уже начали снимать прозрачные щиты из оргстекла и расстилать искусственное травяное покрытие. Когда они закончат, глазам вновь предстанет обычное футбольное поле и ничто не будет напоминать об экси до самой осени. Смотреть на это было больно, однако Нил не отводил взгляда.       Экси — единственная часть его детства, от которой он не смог отказаться.       — Позвоню ему позже, сообщу счет, — добавил он под пристальным взглядом тренера. — Скажу, что ничего интересного он не пропустил.       — Пока, может, и не пропустил, — туманно произнес Эрнандес. — Тут к тебе кое-кто пришел.       Брови Нила тут же нахмурились. Для парня, который уже 8 лет бежит, эти слова звучали как приговор. Нил тут же вскочил на ноги и закинул сумку за спину, но звук шагов сзади подсказал, что драпать поздно. Рывком развернувшись, он увидел в дверном проеме Дэвида Ваймака, тренера самой скандальной и худшей команды Экси.       — Он из университета, — пояснил Эрнандес. — Приехал посмотреть, как ты играешь.       Нил нахмурился сильнее, показывая свое недовольство.       — Чушь, — фыркнул Нил. — Никто не набирает игроков в Милпорте. Люди вообще не знают, где это.       — Есть такая вещь, называется «карта», — подал голос Ваймак. — Может, слышал?       Тренер бросил на Нила предостерегающий взгляд и поднялся.       — Этот человек приехал сюда, потому что я написал ему о тебе. В его команде проблема с нападающими, вот я и решил, что стоит тебя показать-       Тренер Эрнандес не успел договорить как Нил его перебил:       — А разве такое не требует разрешения от игрока? А вдруг я не хочу чтобы вы меня показывали? Вдруг я не хочу переезжать? Вы вообще знаете что такое чужое мнение?       Слова Нила удивили обоих тренеров. Эрнандес сразу начал оправдываться:       — Я думал ты захочешь, чтобы крупные команды заметили тебя. У тебя ведь такой талант. Ты один из самых лучших в команде, Нил.       — И что? Это не даёт вам право отправлять МОИ анкеты, без МОЕГО ведома каким-то чужакам. Вы нарушаете-       Кто-то перебил Нила. Из тени вышел мужчина. Светлая макушка, низкий рост, пирсинг брови. Увидишь его — значит здесь кто-то умрет или как минимум пострадает. Эндрю Джозеф Миньярд. Низкорослый парень усмехнулся и сказал:       —Не тяфкай, пёсик.       За ним вышел второй. Сын Экси. Второй король поля. Кевин-мать-его-Дэй.       —Решил за свои права качать?       Нил насторожился. Осторожно осмотрев обоих парней, он понял, что Кевин его кажется не узнал, но все же сжал лямку сумки покрепче.       — Я больше не могу ждать. — Ваймак подошел и встал рядом с Эрнандесом. — Разумеется, глупо набирать игроков под конец сезона, но у нас возникли технические трудности с последним новобранцем. Тренер Эрнандес сказал, ты еще не определился с выбором учебного заведения на следующий год, так что все складывается как нельзя лучше, а? Мне нужен нападающий, тебе — команда. Подписываешь бумаги, и на ближайшие пять лет ты в моем распоряжении.       Нил молчал.       — К тому же дико тороплюсь. — Дэвид бросил свою папку на трибуну, где до этого сидел Нил, но парень даже не взглянул. Он уставился на Ваймака. Студент поднял одну бровь и посмотрел на мужчину взглядом, мол «ты серьезно?»       — Я уже сказал, я отказываюсь. Не надо было вам приезжать, — сказал он.       — И все же мы здесь, — парировал Ваймак. — Ручку дать?       — Нет, — ответил Нил. — Я не буду играть за «Лисов».       — Я ослышался?       — Вы взяли Кевина.       Кевин всё ещё стоявший рядом сказал:       — А я предложил взять тебя, так что…       Дальше Нил слушать не стал — рванул вверх по трибунам к раздевалке. На лице Эндрю расплылась клыкастая ухмылка. Он со смехом побежал в обход.       Дребезжание металла под ногами не заглушило удивленного оклика Эрнандеса. Бросились ли тренеры за ним вдогонку? Нил не оглядывался. К черту окончание школы, к черту Нила Джостена. Он удерет сегодня и будет бежать, покуда слова, сказанные Ваймаком, полностью не выветрятся из его головы.       Выход уже недалеко. Стоило Нилу завернуть за угол, и открыть выход как за дверью оказался запыхавшийся Миньярд преградив ему дорогу с широким оскалом. Он усмехнулся и сказал:       — Куда это ты собрался, пёсик?       Он грубо толкнул Нила снова внутрь помещения. Ноги Нила все ещё болели от вчерашнего проигрышного матча, а из-за недавнего быстрого бега они и вовсе ныли, в итоге — студент упал на холодный пол. Нил уже слышал топот остальных, которые быстро приближались к ним. Он устало вздохнул и бросил гневный взгляд на Эндрю, что заставило блондина улыбнуться ещё шире.       — Миньярд! — крикнул Ваймак, который подошёл первее всех. Эндрю усмехнулся и пожал плечами:       — Да ладно вам! Не сахарный, не растает.       Блондин с усмешкой посмотрел на Нила и отсолютовал ему.       — В следующий раз повезет, пёсик.       Ваймак встал рядом с Нилом.       — И что это было? — в недоумении спросил Дэвид. Нил встал с пола отряхиваясь и поправляя сумку на плече:       — Мое ярое нежелание слушать вас и ваше предложение.       Кевин подошёл вторым:       — Прекрати вести себя как ребенок. Просто подпиши контракт, и не трать наше время.       Самым последним пришел Тренер Эрнандес, и положил руку на плечо Джостена.       — Раз он не хочет, давайте не будем на него давить. Прости, Нил. Стоило спросить твоего разрешения на отправку твоей анкеты.       Нил отряхнул руку Эрнандеса и грубо буркнул.       — Неважно. Нет смысла уже просить прощения. Тренер, мне нужно идти. Пустите.       — Мы ещё не закончили — возразил Ваймак.       — Тренер Ваймак… — начал было Эрнандес, но тот его перебил:       — Я недолго, хорошо?       Эрнандес перевел взгляд с коллеги на подопечного, затем отпустил его.       — Подожду снаружи.       Нил прислушался к удаляющимся шагам.       — Я уже дал ответ. Я не буду подписывать контракт.       — Ты даже не выслушал мое предложение полностью, — сказал Ваймак. — Раз уж я заплатил за троих, чтобы прилететь сюда и посмотреть на тебя, ты мог бы, по крайней мере, уделить мне пять минут, а?       — Я не могу играть с Кевином Дэем.       Ваймак устало вздохнул и спросил:       — Почему?       Открыть правду Нил не мог, поэтому сказал:       — Я недостоин играть на одном поле с чемпионом страны.       — Вот именно, хотя сейчас это не важно, — встрял в разговор Кевин. Он устроился на телевизионной тумбе у задней стены. Телевизор сдвинул на край, чтобы освободить для себя побольше места, и с обеих сторон обложился бумагами. Судя по невозмутимому взгляду, с которым Кевин наблюдал за спектаклем, его не впечатлили слова Нила.       — Слушай, тысячи нападающих только и мечтают о таком предложении. Может, лучше к ним обратитесь?       — Мы просмотрели все анкеты, — вступил в разговор Ваймак, — и выбрали тебя.       — Я не буду играть с Кевином, — пробурчал Нил.       Ваймак уже повышал голос:       — Боже, да почему нет?       Нил не сдержался и все-таки сказал:       — Да потому что он мудак!       Эндрю стоящий в стороне разразился смехом, а лицо Кевина скривилось от раздражения. Услышав слова Нила, Дэвид тяжело вздохнул, и начал массировать свои виски.       — Ну… Допустим он мудак…       Кевин обиженно воскликнул:       — Тренер!       Ваймак проигнорировал и продолжил:       — Как это вообще связано с контрактом?       Нил помолчал немного придумывая причину не подписывать.       — …Он приносит неприятную атмосферу в команду. Я не играю с такой негативной персоной.       Нил подумал: «Что блять? Неприятная атмосфера? Абрам, ты тупой? Чем ты думаешь?!»       Лицо Ваймака показывало непонимание, в то время как лицо Кевина почти покраснело от гнева. На фоне Эндрю чуть ли не падал на пол от смеха, пока Нил стоял с серьезным лицом. Ваймак наконец заговорил.       — …Парень, ты что дурь курил?       Нил прокошлялся.       — Нет, я не употребляю.       Кевин встрял в разговор.       — Что ты мелишь? Ты вообще в своем уме? Я не мудак, ясно?! Я-       Кевина прервал Миньярд, через смех проговаривая:       — Да подпиши ты уже эти сраные документы!       Нил помолчал и подумал о том какой цирк устроил. Дэвид уже в третий раз вздохнул, у Кевина уже горела задница, а Эндрю умерал от смеха. М-да… Неловко вышло.       Ваймак устало произнес:       — Ты, наверное, не понял, но мы не уйдем отсюда, пока не добьемся твоего согласия. Кевин считает, что ты нужен команде, и он прав.       — По-хорошему надо было сжечь письмо твоего тренера не читая, — продолжал Кевин, все ещё раздраженный. — Твоя анкета — полное убожество, и мне салага в команде не нужен. Это идет вразрез с нашими планами на новый сезон. По счастью, твоему тренеру хватило ума прислать не статистику, а видеозапись игры, так что мы увидели тебя в деле. На поле ты бьешься не на жизнь, а на смерть.       Салага? Что за тупое слово? Звучит словно вылезло из типичного диснеевского сериала про Ханну Монтану. Лицо Нила скривилось от неприязни к Кевину.       — На самом деле нам даже на руку, что ты из такой глуши, — заметил Ваймак. — Ни в команде, ни в твоей школе никто не знает, что мы здесь. Мы не хотим, чтобы этим летом твоя фамилия мелькала в новостях. На ближайшее время у нас своих забот по горло, и мы не собираемся тебя во все это втягивать, пока не устроишься в общежитии. В контракте есть пункт о конфиденциальности — поэтому до начала сезона в августе ты обязан молчать о том, что вошел в состав «Лисов».       — Это плохая идея, — сказал Нил.       — Твое мнение принято к сведению, — сухо сообщил Ваймак. — Еще вопросы или подпишем уже наконец бумаги?       Это точно плохая идея. Нилу определенно нельзя выходить в медийную сферу. До этого команда «Лисов», и так была на слуху из-за своих постоянных скандалов и проблем, с приходом Кевина СМИ не отводят от них глаз. Нилу не просто опасно находится рядом с ними, для Нила это смертельный приговор, это лишь вопрос времени, когда Хэтворды заметят в его непремичательной внешности того самого малыша Абрама.       Он всю жизнь занимался только бегством и выживанием. Жил ради отца. Чтобы весь его труд, вся его вера в людей осталась в нем, в его сыне..... Нилу надоело бежать. Надоело пугаться каждого скрипа, и держать под подушкой пистолет. Надоело бегать из города в город, из штата в штат, из страны в страну, что бы что? Продлить свое жалкое существование? Ну уж нет. Абраму надоело. Быть может он поступает как псих, быть может его найдут и убьют, но зато он наконец проживет хотя бы год для себя. Если повезёт может даже и больше — полтора или два года.       — Ну так что? — поторопил Ваймак. Вина и долг выжить ожесточенно боролись с желанием, и эта борьба повергала Нила в бессильную панику.       — Мне надо поговорить с папой, — сказал он просто потому, что не нашел другого ответа.       — Зачем? — не понял Ваймак. — Ты ведь совершеннолетний, так? В личном деле указано, что тебе девятнадцать.       На самом деле восемнадцать, но раз в фальшивой анкете написано девятнадцать, пусть так и будет.       — Все равно надо посоветоваться.       — Он за тебя порадуется.       — Наверное, — тихо согласился Нил. Мысль об отце заставило его сердце сжаться.       — До дома подбросить?       — Не надо, я сам.       Ваймак обернулся к Кевину и Эндрю.       — Ждите меня в машине.       Кевин раздраженно фыркнул и вышел, а за ним и Эндрю со своей фирменной ухмылкой.       — Хочешь, мы побеседуем с твоим отцом? — предложил он.       — Не надо, я сам, — снова сказал Нил. Следующий вопрос прозвучал с убийственной прямолинейностью.       — Он тебя бьет?       Нил уставился на него в полнейшем недоумении. Для него это прозвучало ужасно, как клевета. Вот кто-кто, а отец его точно не бил. Парень напряг челюсть.       — Мой отец не такой человек, — сказал Нил, защищая честь покойного родителя. Ваймак продолжил:       — Давай-ка все проясним. Тренер Эрнандес подозревает, что несколько раз в неделю ты ночуешь здесь. Он думает, у тебя дома не все ладно, поскольку ты не уходишь вместе со всеми и не позволяешь никому встретиться с отцом. Поэтому он и написал про тебя — решил, что ты мне подойдешь. Понимаешь, да? Тебе известно, каких ребят я отбираю в команду. Не знаю, прав ли Эрнандес в своих догадках, но что-то мне подсказывает, что он недалек от истины. В любом случае, раздевалку на лето закроют. Если у тебя проблемы с отцом, мы можем устроить твой переезд в Южную Каролину пораньше.       — В смысле? — не понял Нил.       — Эндрю с братьями на каникулах остаются в городе. Они живут у Эбби, нашего командного медика. Лишнего места у нее нет, но в июне открывается общежитие, а до тех пор можешь перекантоваться у меня. Квартирка, конечно, тесная, зато есть диван — на нем всяко мягче, чем на голой земле. Скажем, что ты на испытательном сроке. Половина поверит, половина — нет, но это и неважно. В «Лисы» кого зря не берут, и всем понятно, что, будь ты посредственностью, мы бы с тобой не связывались. Подробности твоей жизни никого не касаются, а сам я не стану приставать к тебе с расспросами и, уж поверь, не стану трепаться.       Обрести голос Нилу удалось лишь со второй попытки:       — Зачем это вам?       Ваймак с минуту молчал.       — Думаешь, я сколотил эту команду ради пиара? Нет. Просто я готов дать человеку второй шанс. Второй, третий, четвертый, да хоть двадцатый — главное, на один больше, чем тебе дадут все остальные. Выждав короткую паузу, Ваймак спросил, — Так с отцом все-таки проблемы?       Нил вздохнул и опустил взгляд.       — Не совсем… Просто он очень занят. Из-за этого мы отдаляемся друг от друга… В этом вся проблема.       Нилу пришлось соврать. Желание снова почувствовать себя живым выиграло.       — Твой тренер сказал, выпускной у вас назначен на одиннадцатое мая, — наконец прервал молчание Ваймак. — В пятницу, двенадцатого, я пришлю кого-нибудь встретить тебя в аэропорту.       Нил едва не брякнул, что ни на что не соглашался, но слова застряли у него в горле: он вдруг осознал, что всё решено.       — Оставь бумаги у себя. — Ваймак снова протянул ему папку, и на этот раз Нил ее взял. — В понедельник тренер Эрнандес вышлет мне подписанные копии факсом. Добро пожаловать в команду.       Ваймак не стал дожидаться ответа и пошел искать Эрнандеса.       Задняя дверь с лязгом захлопнулась, и плечи Нила расслабились. Нащупав в кармане фотографию с отцом, Нил не выдержал. Губы скривило от горечи, и он пошел в уборную, закрывшись в кабинке, он устало кинул сумку на пол, закрыл крышку и сел на толчок. Дав волю слезам, Джостен заплакал. Воспоминания всплывали одно за другим, словно нож в сердце. Может Нил и сильный. Может и пережил много всего. Но в сердце. В глубине души. Он остался ребенком.       Просидев в кабинке 15 минут, парень одел на плечи рюкзак и наконец вышел. Он умыл лицо, и посмотрел в зеркало. На него уставился уставший студент, с красными от слез и нервов глазами, в старой выцветшей одежде, и таким же старым рюкзаком на спине. Выглядит жалко. Нил нахмурился от этой мысли, и умыл лицо снова, ледяной водой.       В раздевалке его ждали оба тренера. Не проронив ни слова, он направился к выходу. Когда он шел мимо парковки, из задней двери внедорожника Эрнандеса высунулся Эндрю Миньярд, губы которого растянулись в издевательской улыбочке.       — Слишком крут для таких, как мы? Даже в одну тачку с нами не сядешь?       Нил скользнул по нему взглядом и ускорил шаг, а дойдя до конца парковки, перешел на бег.       Эндрю смотрел студенту вслед и хмыкнув сказал:       — Походу реально крут…