Тропа за гранью

Ночь опустилась на Глэйд тяжёлой пеленой. Нелли — или Лёля, как теперь мысленно называл её Минхо, — лежала на койке, уставившись в потолок. В голове крутились обрывки воспоминаний, словно осколки разбитого зеркала: неясные лица, приглушённые голоса, ощущение холода и… страха. За окном послышались шаги. Она резко села, вглядываясь в темноту. Дверь барака приоткрылась, и внутрь скользнула знакомая фигура. — Минхо? — прошептала она. Он прикрыл за собой дверь, подошёл ближе. В полумраке его лицо казалось резче, черты — напряжённее. — Не спишь? — тихо спросил он. — Не могу. — Она подтянула колени к груди. — Всё думаю… о том, что видела вчера. Тень в Лабиринте. Ты ведь знаешь, что это было, да? Минхо помолчал, потом опустился на край её койки. — Может, и знаю. Но это не значит, что хочу говорить об этом. — Почему? — Она повернулась к нему, глаза блеснули в темноте. — Если это опасно… — *Всё* здесь опасно, Лёля. — Он провёл рукой по лицу. — Но есть вещи, о которых лучше не знать. Пока не время. — «Не время» — это твой ответ на всё, — пробормотала она, но без злости. — А если оно никогда не наступит? Он не ответил. Вместо этого достал из кармана небольшой предмет, завернутый в тряпицу. Развернул — на ладони блеснул металлический осколок, неровный, с зазубренными краями. — Нашёл сегодня, когда проверял маршрут. — Минхо повертел его в пальцах. — Это… не из Лабиринта. И не из Глэйда. Лёля осторожно коснулась осколка. Холодный, но будто пульсирующий едва уловимой энергией. — Откуда тогда? — Помнишь, я говорил, что мы все что‑то забыли? — Он сжал осколок в кулаке. — Возможно, это часть того, что нам *следует* вспомнить. Она хотела спросить ещё, но снаружи раздался резкий звук — скрежет металла, будто кто‑то царапал ворота. Оба замерли. — Опять… — выдохнула Лёля. Минхо вскочил, подбежал к окну. За стеклом, в глубине Лабиринта, мерцали тусклые огни — не такие, как у Гриверов. Другие. Более… осмысленные. — Они следят, — прошептал он. — Уже несколько ночей. — Кто?! — Лёля подошла ближе, вцепившись в его руку. — Те, кто создал это место. — Он обернулся к ней, глаза горели странным светом. — И они знают, что ты здесь. Тишину разорвал крик — далёкий, но отчётливый. Минхо резко выдохнул. — Ньют. Не раздумывая, он рванулся к двери. Лёля бросилась за ним. *** Во дворе Глэйда царил хаос. Глэйдеры выбегали из бараков, сбиваясь в кучки. В центре площадки стоял Ньют, бледный, с расширенными от ужаса глазами. Он указывал на ворота. — Оно… оно говорило со мной, — прошептал он, когда Минхо и Лёля подбежали ближе. — Что именно? — резко спросил Минхо. — Голос. — Ньют сглотнул. — Сказал: «Она должна вспомнить. Иначе всё напрасно». Лёля пошатнулась. Минхо подхватил её под локоть. — Кого «она»? — спросил он, глядя на Ньюта. Но тот только покачал головой, будто сам не верил в то, что сказал. — Я не знаю. Но голос… он был *знакомым*. В этот момент ворота содрогнулись от мощного удара. Все замерли. За стеной Лабиринта что‑то зашевелилось — огромное, нечеловеческое. — В укрытие! — рявкнул Минхо, толкая Лёлю к баракам. — Все внутрь! Глэйдеры бросились врассыпную. Только Лёля остановилась на пороге, обернувшись. В щели между воротами мелькнул силуэт — высокий, стройный, с глазами, горящими холодным светом. И тогда она *вспомнила*. Обрывок видения: лаборатория, белые стены, люди в масках. Голос — тот самый, что слышал Ньют: *«Она — ключ. Но пока спит».* — Минхо… — прошептала она, чувствуя, как сердце колотится о рёбра. — Я знаю, кто это. Он обернулся, брови сошлись на переносице. — Кто? — Это… — она сглотнула, — это был *учёный*. Один из тех, кто нас сюда отправил. Минхо побледнел. — Ты уверена? — Да. — Она сжала кулаки. — И он прав. Я должна вспомнить всё. Иначе… — она посмотрела на ворота, содрогающиеся от новых ударов, — иначе мы все погибнем. Где‑то в глубине Лабиринта раздался смех — тихий, леденящий, будто эхо из прошлого.