Время, когда любовь остановилась.

Он спал. Наверное, впервые за последние десять лет так крепко, без каких либо сновидений. Мерный гул двигателей самолёта убаюкивал, расслаблял своей простотой и не навязчивостью, что вводило в подобие транса. Конечно если у вас нет аэрофобии. Но вошедшего по траппу самолёта мужчины, фобий не было вообще. Его страхи остались очень далеко в детских годах, когда родители его пугали за непослушание или в шутку байками о привидениях и пауках под кроватью. Он и родителей то давно забыл, забыл как выглядят их лица, какие обои были наклеены в его детской, даже воспоминания о детских годах затерлись словно ластиком. Вся его жизнь похожа на иссушенную жарой пустыню, где очень редко встречаются островки оазисов или далекий караван проходящий по вершинам барханов мелькнёт за горизонтом, напоминая о том, что где - то есть другая жизнь. Нормальная. Так и с его воспоминаниями, давно ушедшие и иссушенные временем. Мужчина одними губами улыбнулся стюардессе и протянул свой посадочный талон. Народ только начинал скапливаться в проходе, но он уже шёл вперёд, в самый нос лайнера не обращая внимания на заинтересованные взгляды стюардов. Солнечные очки от “Hugo Boss", скрывали холодные, безразличные к окружающему миру — глаза зверя. Что - то было в его походке грациозное, плавное, — словно снежный барс готовился к прыжку, движения тягучие, но четко выверенные без каких либо огрехов. Что неумолимо притягивало к себе взгляды окружающих. И он часто ловил их на себе, вызывая к своей персоне интерес. Чем мужчина пользовался как для личных целей так и для служебных. — Мсье, желаете что нибудь?..- мальчишка лет восемнадцати, с открытым лицом и слащавой улыбкой немного нагнулся вперёд и подал на подносе бутылку минеральной воды. Мужчина смотрел в иллюминатор, где лайнеры разных авиакомпаний выруливали на взлетки или садились вдалеке. Повернув голову на вопрос парня, мужчина снял очки. — Виски…- низким, почти шипящим голосом произнёс пассажир, и посмотрел в глаза стюарду. — Да, мсье..- стиснув губы парень метнулся в отсек для персонала и задёрнул штору. Его руки тряслись и по спине гулял непонятный холод. Что - то было страшное во взгляде пассажира, мертвое и свирепое. Но от этого не менее волнующее. Выпив воды и успокоив своё дыхание парень налил “Macallan", нервно поправил форменную бабочку вернулся к пассажиру. — Ваш виски, мсье…- мужчина взял бокал с подноса и не поворачиваясь от окна качнул головой в знак благодарности. Полёт должен был длится несколько часов и мужчина устало выдохнув, расстегнул верхние пуговицы рубашки. Откинув голову на подголовник, он закрыл глаза и замер. Бокал с виски так и остался стоять на столике у кресла. Все же хорошо, что он летел vip- классом, иначе вся эта ходьба пассажиров, детские крики не дали бы ему такого нужного сейчас сна. Время от времени стюард незаметно наблюдал за вверенным ему пассажиром и старался вообще не шуметь. Даже когда девчонки до жути любопытные приходили в его зону ответсвенности, он шипел на них и выталкивал за шторку. Но те, хихикали и пытались посмотреть на спящего мужчину. — Да что вы с ума посходили что ли, что вы уставились, пошли отсюда, сороки…- шёпотом говорил он расставив руки по сторонам и не давая отдернуть занавеску, разделяющую их и пассажира. Девчонки надували губки и подмигивая парню уходили к своим пассажирам, а парень заглядывал в салон и тихо вздыхал. Давно он не видел таких мужчин на борту. Высокий, идеально сложенный, будто выточен рукой скульптора. Острые скулы, идеальные черты лица. Парень разбирался в этом, учась на первом курсе художественной академии. Он взял свой блокнот для скетчинга и прислонившись спиной к панели стал делать наброски пассажира. Вот только глаза, они пугали до дрожи своей глубиной и арктическим холодом. От них так веяло стужей, что парень вновь почувствовал как холодные лапы страха опоясывают его поясницу. Листки с набросками тихо переворачивались один за другим. Губы. Твёрдые на вид, чуть опущенные уголки, с мелкими трещинками. Но идеально правильной формы. Тёплые. Должны быть тёплыми. Несомненно. Нос. Такой точеный, что хотелось провести по нему пальцем и остановиться между нахмуренными во сне бровями. Сгладить эту морщинку, что делала незнакомца старше. Ресницы. Выгоревшие кончики, разлетающиеся в стороны пики копий. Словно спартанские клинки в бою, разящие смертельными уколами. Глаза. Голубые, серьезные, с точками зрачков, миндалевидной, правильной формы, что смотрели сейчас неотрывно на парня. Ээээ…что? Карандаш замер в дрожащей руке и блокнот вывалился из онемевших от страха пальцев. Одно моргание и мужчина уже нависает над ним громадной скалой мышц из титана. Заикаясь, стюард прижал ладони к груди, смотрел на мужчину и от страха не мог произнести ни слова. Пассажир бросил взгляд на блокнот и подняв его пролистал изрисованные листки. Отдельные фактурные, графические наброски лица, карандаш полностью отразил на бумаге. Мужчина все еще хмурился, но взглянув вновь на парня, отдал ему блокнот. — Отличные работы, только надо проработать тени и штриховку, углы не те. Парень растерялся ещё больше и посмотрел на протянутый блокнот, потом медленно поднял глаза на своего пассажира. — Сссспасибо, мсье. Вы художник? Мужчина уже отошёл все так же быстро, и вновь посмотрел в иллюминатор, где виднелись пушистые облака и солнце заходило за горизонт. — В какой то степени..- он замолчал и парень больше не тревожил его. Когда шасси коснулись взлётной полосы, мужчина включил телефон. Тихим звоном пришло оповещение о паре смс и пропущенном звонке. Стюард принёс чашку чёрного кофе и поставил на столик рядом с нетронутым виски, когда услышал тихий баритон. Пассажир говорил на странном языке, медленно, тягуче, словно вливая через шприц дозу героина, от чего рука парня вздрогнула и он закусив сильно губу, быстро вышел из салона. Носовая дверь самолёта тяжело отходила в сторону и парень, оповестив пассажиров, отошёл от неё, давая проход для людей. Сложив руки за спиной он смотрел через проем двери на улицу. Мужчина достал свои вещи и в пару глотков допив кофе, пошёл на выход. Проходя мимо парня, остановился и протянул теснённую серебром визитку. "Себастьян Моран. Генеральный директор Rewers.grup & Moran”. 8906……. Мальчишка сжал дорогой пластик и смотрел как мужчина быстро спускался по траппу к подъехавшему лимузину. Сглотнув комок в горле, положил визитку в карман. — Себастьян…- и дыхание сорвалось. Как давно он здесь не был, мчась по вечернему Лондону думал мужчина. Прохлада туманного Альбиона закрадывалась под дорогой пиджак и рубашку. Он давно отвык от сырости и промозглости мостовых и скверов этого города, забыл яркие краски осени и серость Вестминстерского аббатства, его глаза вновь привыкали к мелькавшим вдоль дорог ярким огням бутиков и фонарей. Он был дома. Хотя и это он тоже давно забыл и отпустил. Кадиллак мчал его в Кенсингтон, в небольшой дом в респектабельном районе столицы, в котором он тоже не был очень давно. Приоткрыв окно, в салон тот час залетели капли начавшегося дождя. Они падали на загорелое лицо, как влага в пустыне. Вздохнув свежий, озоновый воздух мужчина удивился тому, что он оказывается скучал. Скучал по дождю. hth: С прибытием, мистер Моран. Время и место без изменений. Гласила пришедшая смс и мужчина поморщился. Благодаря этому человеку, он сейчас едет по этому городу, а не глотает пески Кандагара. hth: Принял. Ответил мужчина и убрал телефон. Они были знакомы давно, но судьба редко сталкивала их, и это было весьма удобно и правильно. В последнюю их встречу Моран оставил отправителю огнестрельную рану в боку и ни на йоту не пожалел об этом. Хотя проклятий услышал в свой адрес немало. Лишь туже перебинтовывал худой бок эластичными жгутами, после того, как сам же и вытащил пулю, зашив рану. Холодный взгляд скользнул по длинному футляру, что лежал рядом с ним и ухмыльнувшись, он погладил его любовно, с какой - то трепетной нежностью. "Даже питоны умеют просить". Старый дом встретил его на удивление не такой разрухой как ожидал мужчина. Пыли внутри накопилось не столько много, лишь заросший сад и пруд с фонтаном позади дома говорили о том, что дом безлюден. Он дома, скинув сумку с плеча и убрав футляр в шкаф, мужчина огляделся. Скорей всего он здесь не задержится надолго, поэтому смысла приводить все с порядок он не видел. Пройдя неспешна по комнатам, и заглядывая в каждую из них, он остановился на той, в которой был камин, и зачехлённый в ткань большой диван, несколько кресел и столик. Небольшая кухня в викторианском стиле с огромными мозаичными окнами, тоже пришлась по душе и открыв кран он удовлетворенно отметил наличие и холодной и горячей воды. — Что ж, добро пожаловать Себ…- убрав чехол с дивана, Моран осмотрелся и присев на корточки заглянув в камин. Воздухоотвод вроде был в порядке и решив запалить огонь достал из кармана зажигалку. Старые брёвна затрещали, огонь все ярче окутывал поленья, наполняя гостиную теплом. Погрев у огня замёрзшие руки, мужчина сел на диван и достал телефон. — Доставка?…- тихо проговорил он, делая заказ. Проснувшись от утреннего солнца, что било в запылённое от времени окно, Моран поморщился и отвернулся к спинке дивана. До встречи оставалось ещё четыре часа и он мог спокойно позавтракать и приехать вовремя. Опаздывать он не любил, да и ждать себя тоже, ведь человек с которым он встречался был до мозга костей пунктуален и честолюбив. Хотя Морану было абсолютно наплевать на его пунктуальность и другие регалии, сейчас его больше интересовал сам человек которого он не видел без малого восемь лет. Темно - серые джинсы, чёрная водолазка и пальто, как же он отвык от такой повседневной одежды, предпочитая по роду деятельности, совершенно другую и более удобную форму. Когда лимузин присланный за ним подъехал к дому, Моран присвистнул. Отполированный до идеала чёрный “Bentley” поражал своей роскошью. Не дожидаясь пока водитель выйдет из салона, Моран сел на пассажирское сиденье и автомобиль рванул вперёд. Бежевая обивка салона, ручной работы стежки на подголовниках, ценные породы дерева на дверях. "Как был пижоном, так ничего с тех пор не изменилось" . Усмехнулся мужчина и посмотрел вперёд, где за тонированным стеклом, разделяющими салон на пополам, сидел водитель. Гравий зашуршал под колёсами лимузина и Моран посмотрел в окно. Они взъезжали через основные ворота резиденции. Лимузин притормозил и несколько охранников с металоискателями проверили машину, открывая багажник и давая добро по рации ехать дальше. Архитектурный монстр в виде готического замка предстал перед Мораном. Он задрал голову вверх и посмотрел на острые шпили башен. — Как же ты высоко забралась принцесса…- пробормотал мужчина себе под нос. Парадная дверь распахнулась и все тот же безликий охранник с рацией пригласил его внутрь. — Располагайтесь, сэр, сейчас к вам спустятся. Моран прошёл внутрь, снимая перчатки с рук и оглядываясь. Все в стиле королевских особ, картины, гардины, портьеры. Сморщившись от убранства резиденции, сжал переносицу пальцами. — Что, не нравится интерьер, полковник?…- тихий с усмешкой голос прозвучал откуда - то сверху. Подняв голову, мужчина увидел хозяина этого теремка. — Холмс, не думал, что тебе по душе жить в пряничном домике..- вернул он иголку в ответ и ехидно оскалил губы. Майкрофт спускался по лестнице, а Моран следил за ним не разрывая контакт взглядов. Все такой же чванливый, холёный от кончика ногтей до рыжеватых волос на макушке. Когда Холмс поравнялся с ним и протянул руку для приветствия, Моран отметил, что и забыл, что они почти одного роста. Крепкое, на первый взгляд мягкой, даже женской руки Майкрофта рукопожатие, которое многих ошибочно вводило в ступор. Такой весь из себя медленный и тягучий Майкрофт, мог в мгновение ока сломать шею любому кто попадётся ему на пути. Его спокойный, и на первый взгляд вид многих сгубил, но Моран знал его достаточно, что бы не попасть под влияние этих синих глаз. — Пряники сейчас не в моде, полковник, все больше бургеры да фри…- он холодно растянул губы в подобие улыбки и пригласил в гостиную. Рука выскользнула из ладони и Моран засунув за петлицы джинс большие пальцы рук, остался стоять. Майкрофт сел в кресло и закинув нога на ногу с интересом разглядывал своего гостя. Тот ходил по гостиной, рассматривал стеллажи книг, картины на стенах и проведя кончиками пальцев по роялю, снял пальто. — Так чем обязан, Холмс, твои настойчивые звонки меня порядком утомили, но по старой дружбе, я все же выслушаю тебя…- и уперевшись плечом об один из стеллажей посмотрел на политика. Тот разлил по бокалам виски и отведя взгляд от собеседника, посмотрел через стекло на янтарный напиток. — Дружбе говорите, в последнюю встречу вы прострелили мне бок, милейший…- улыбнувшись Холмс сделав небольшой глоток и достал сигареты. Моран пожал плечами…— Сам виноват, тебя никто не просил влезать в ту заварушку, Майк. — Усмехнулся Моран. — Пришлось подстрелить тебя как гуся, чтобы ты пулю в лоб не схватил, я думал ты будешь благодарен. Майкрофт стиснул сигарету зубами, пропуская мимо ушей и фамильярный тон, и издевательский юмор полковника, он по другому не умеет, да и не желает. Да и прав он по сути, ведь тогда это был единственный выход спасти его шкуру. — Ладно, давай отбросим лирику, что тебе нужно?..- закурив, вновь повторил Моран. Майкрофт встал с кресла и прошёл к одной из стен, отодвигая картину в сторону, набрал код в сейфе. — Почему я, Холмс, неужели в твоём безмозглом отделе нет никого, кто может заняться этим делом…- Моран взял в руки протянутую папку и пробежал взглядом по первой странице, присвистнув от имени в нем. Пока он изучал бумаги, выпуская дым сквозь зубы, Майкрофт отошёл к окну и сомкнув руки на груди, ждал. Как давно он не видел его, стараясь лишний раз не попадаться в поле зрения этого человека. Он как хищник за версту чуял слежку и любое движение за своей спиной могло привести к максимальным жертвам. Ещё в учебке, где они в первый раз встретились Холмс понял, что этот мужчина навсегда войдёт в его жизнь. Спустя годы, он ни разу не пожалел о знакомстве с ним. Лишь раз, когда по стечению обстоятельств полковник Моран оказался тем стрелком, что держал на прицеле его брата, Майкрофт был разочарован. А ещё, он был неприятно удивлён, что такой профессионал как Моран связался с консультирующим психом, купившись на легкие деньги. Хотя, он тогда уже был вольным наемником и мог выбирать на своё усмотрение клиентов. И все же, глухая боль разочарования грызла где - то глубоко - глубоко. Холмс задумчиво смотрел вдаль, вспоминая каких же усилий ему пришлось приложить чтобы выдернуть Морана из лап афганской пыли. Он хотел его видеть, а остальное ему знать было не нужно. А та рана, что напоминала политику о их давней встрече все еще ныла, особенно на погоду, как сейчас, но Майкрофт давно его простил. Не мог не простить. — Заманчиво…- хмыкнул наёмник и закрыл документы. — Почему не привлечёшь брата к этой робатенке, ему нравятся такие дела. — Он будет работать параллельно, полковник, у него другие задачи, и он не в курсе, что вы тоже будете работать над делом. Моран вскинул удивленно бровь..— Не понял, твой ручной зверёк и его верный докторишка, уже не так тебе внушают доверие, что ты выдернул меня для исполнения этого заговора? — Да перестаньте, полковник, Шерлок будет работать один, правда я не могу дать гарантии, что он не влезет куда ему не следует влезать. — Я не нянька, Майкрофт, и если только почувствую подвох в твоих играх, ты знаешь чем это обернётся…- Моран резко встал с кресла и подошел к обернувшемуся на окрик мужчине. — Спрячьте когти, Моран…- два взгляда скрестились не уступая друг другу ни дюйма. Играя желваками, полковник нависал над Холмсом. — Твои эксперименты и манипуляции на меня не действуют, Майкрофт, будешь их на своих псах практиковать…- взяв папку, полковник повернулся и пошёл к двери. Холмс смотрел вслед уходящему мужчине, все еще ощущая жар его злого дыхания на своём лице. "Это будет намного тяжелей, чем я думал",- вздохнул политик и дал охране распоряжение выпустить из резиденции Морана. — Чертов ублюдок…- шипел Моран, скручивая папку в трубку и набирая в телефоне нужные номера. Холмс всегда действовал на него как красная тряпка на быка. Хотелось взять его за шею и сжать так сильно, чтобы тот захрипел и вцепился своими пальцами в запястье, чтобы умолял отпустить, чтобы стонал. ”Господи, ты все ещё болен им". Полковник сжал голову ладонями. Вся эта напускная бравада и агрессия, разбивалась в пух и прах, стоило только этому напыщенному петуху, ехидно улыбнуться и сложить руки на груди. И тогда в Кабуле, где пришлось подстрелить его, Моран помнил тепло и мягкость его кожи, родинку у пупка и исхудавшее в плену тело. Возбуждение, горячей патокой спустилось в пах и Моран зарычал от злости на себя. Он давно смирился с тем, что этот человек всегда будет преследовать его в снах, но он никак не предполагал, что это случится вот так просто лишь увидев его, в этом изобилие роскоши. Откинув голову на подголовник сиденья, он дышал глубже через нос, это всегда помогало успокоить либидо, помогло и сейчас. Нужно срочно вылетать в Рим, хотя на подготовку и даётся месяц, но Моран не собирается испытывать судьбу и ходить по лезвию каждый раз, когда Холмс будет в поле зрения его взгляда. У него слишком давно никого не было, чтобы сейчас не сорваться и не взять его силой, а потом жалеть об этом отсиживаясь в одной из тюрем Гуантанамо. Сколько ночей он представлял его, стоящим на коленях, полирующим его ствол губами, как он втягивая головку давится ей, когда она ритмично бьет и упирается в стенки его глотки. "Блядь. Хватит". Полковник вылетел из лимузина и пошёл пешком. Дождь лил все сильней, стекая с загорелого лица холодными струйками прям за ворот пальто. Мужчина морщился, но все же шёл навстречу ветру, лишь бы не думать, чтобы хоть немного остудить свои желания. Он не предполагал, что спустя столько лет они вновь вылезут наружу и будут издеваться над ним. Как тогда в далеком прошлом. Холмс не поймёт, не испачкает свою репутацию связью с ним. Никогда. И все же, как это было волнительно, поддаться своей страсти и множеству уговоров, вернуться сюда и увидеть его надменный и все такой же безразличный взгляд. /// Гибкая спина с округлыми позвонками изгибалась в полутьме старого дома. Кровать нещадно скрипела, отдаваясь на каждый мощный толчок все новым скрипом. Упругие ягодницы горели от шлепков и сжимающих их сильных рук мужчины. Член входил в тугое кольцо ануса, погружаясь все глубже и глубже. Наклонившись вперёд мужчина взял за волосы любовника и выгнул того к себе, обхватывая под грудь и дроча тонкий, твёрдый член. В сравнении с собой, его любовник был как ребёнок, тонкий, хрупкий, стонущий так громко и звонко, что хотелось трахать его бесконечно. Вцепившись в шею горячими губами, мужчина двигался резко, размашисто вбивая паренька в кровать. Резко выйдя из задницы, мужчина развернул его к себе лицом и приподняв ноги, вновь вошёл. Парень вскрикнул и забился всем телом, обильно кончая. А мужчина продолжал втираться членом в его дрожащий и горячий вход , проезжая по простате твёрдой головкой. Любовник закинул над головой руки, выгибался под мужчиной, извивался и скулил. Его член все еще стоял, отзываясь на каждое движение мужчины. Подсадив его себе на колени и сжав ягодицы, мужчина рычал от желания и давления на член узких стенок ануса. — Даа, ещё Себастьян, возьми меня, кончи, дааа…- парень закинув голову, кричал и скакал на члене мужчины, начиная тонко всхлипывать и царапать взмокшие сильные плечи. Опрокинув парня на кровать и закинув его ноги на плечи, стал вбиваться так глубоко, что парнишка уже выл и кричал во все горло. Когда дёрнувшись в последний раз, мужчина вжался в податливое тело юнца, тот открыл в беззвучие рот и заскреб простыни ногтями. — Не подумай только, что я такой доступный…- парень вышел из душа и вытираясь полотенцем подошел сзади к мужчине, который стоял у окна и курил. Он прижался к его спине лбом, оглаживая мускулистые плечи. — Ты не похож на других, не знаю, что с тобой не так, но спасибо за эту ночь…- он как маленький кот терся щекой о влажную кожу и обхватив мужчину за талию, вздохнул. Себастьян положил поверх его небольшой руки свою ладонь и повернулся к парню, с которым виделся сегодня в самолёте. — Нам обоим это было нужно, Анри..- и взяв парня за подбородок втянул того в глубокий, чувственный поцелуй. Открыв резко глаза, полковник посмотрел на спящего парня. Его тонкая спина и округлые ягодицы, манили к себе. Просили о прикосновении. Коснувшись плеча губами, мужчина провёл пальцами между ягодиц. Припухший анус впустил один из них и парень зашевелился. Тёплый и гладкий, такой страстный, что Моран толкнулся в расслабленную с бурной ночи дырочку и стал медленно толкаться вперёд. Парень закинув руку за шею мужчины, прогнулся в спине принимая весь член целиком и судорожно вздохнул…- Сееееб… — Тсссс, вот так…- сжав член любовника, Моран в такт медленным движениям распалял парня все сильней и сильней. Пока тот не повернул голову и не прижался губами к его рту, жарко дыша и умоляя двигаться быстрей. Они стояли на пороге. Моран, как сытый довольный кот, грелся на солнце, подставляя своё лицо осенним тёплым лучам. Паренёк же приподнявшись на носки и обняв его за шею, целовал мужчину в искусанные губы. Когда кэб остановился у ворот, они попрощались и парень поднеся руку к лицу, крикнул…- Звони… Сел в такси и уехал. Чёрный лимузин стоял на соседней улице, среди других припаркованных машин. Что делало его не таким заметным среди потока немногочисленного в это утро транспорта. Мужчина, наблюдавший эту картину крутил трость зонта, и смотрел как на пороге дома стоял полковник и медленно курил. — Парламент, Гарри…- отчеканил он, и автомобиль вальяжно выехал с парковки, тронулся вперёд. Майкрофт старался вообще не думать о том, чему стал свидетелем. Он просто запретил себе даже мысленно нарисовать, как и в каких позах, Моран имел этого незнакомца. Закрыв лицо ладонью и стянув злосчастную перчатку, набрал смс. hth: Доброе утро, полковник. Дополнительные сведения по делу, Вам доставит курьер в 14:00. Будут вопросы, обращайтесь. МН. Оповещение о смс застало Морана в душе, он отодвинул шторку и разблокировал телефон. — Конечно, не царское же это дело приехать к простым смертным самому…- пробубнил мужчина и вылил шампунь на губку, стал взбивать его в пену. За несколько лет это была первая ночь, которую он провёл с любовником вот так в кровати, в тишине дома. Наслаждаясь его телом и криками, первая в которой он чувствовал себя живым. Не ожидая совершенно звонка от парня, он был очень удивлён когда тот позвонил. Всё было так стремительно, что раздевать он его начал уже с порога, хотя тот не уступал ему ни в чем. Разговор с Холмсом распалил его либидо и он готов был сам снять себе первую попавшуюся шлюху, лишь бы выбить из головы мысли о нем. Он трахал молодое, отзывчивое тело, стонал и блуждая руками по худой белёсой спине, представлял как это Майкрофт выгибается, все глубже и глубже впуская его член в себя. Пена ручьями стекала к ногам и Моран, задрав голову ласкал себя, мысленно рисуя как тонкие губы политика сжимают его головку, как сосут член и как синие глаза снизу смотрят на него. — Сука..- изогнувшись и задрожав, мужчина сжал в ладони набухшую головку, кончил болезненно и с протяжным стоном. Рука ударила в кафель и сжалась в кулак. Потом ещё. И ещё раз. Пока кровавые потеки не стали стекать по узорчатой стене. hth: В 12:00, Холмс. Вылетаю завтра в 07.15 SM Полковник не собирался плясать под дудку политика. Он откинул от себя телефон и помешал ложкой в медной турке. Запах арабского, чёрного кофе витал в воздухе, наполняя легкие приятным ароматом. Сделав себе омлет с грибами и сыром, мужчина сел за стойку и включил телевизор. Медленно пережевывая еду, он отстранённо смотрел на экран, не вникая совсем в происходящее. Телефон засветился новым сообщением. hth: Вам обязательно надо мне противоречить, полковник? Что ж, раз вам так угодно, документы привезут сегодня в 12:00. МН Моран искоса посмотрел на сообщение и перевернул очередную страницу дела, внимательно вчитываясь в данные. Отправив последнее сообщение, Холмс тяжело вздохнул. Надо было съездить к брату и так же внести коррективы по делу. Но желания бодаться с Шерлком вообще не было, как и настроения как такового. Перед глазами все еще стояла утренняя картина молодого парня, целующего Морана. — Ну что ты опять приехал, Майкрофт…- буркнул себе под нос Шерлок и уткнулся в мензурку с каким - то раствором. — Ты что, не мог прислать кого - нибудь из своих шестёрок, чтобы передать мне эти бумажки?..- он посмотрел поверх стеклянных колб на стоящего в пороге Майкрофта, вдруг нахмурился. — Кто - то умер, сдохла собачка ее величества, ты что такой кислый, братец…- детектив продолжил записывать данные с компьютера в свой блокнот, ожидая ответа. Закатив глаза политик, положил документы на стол и так же молча вышел в проем двери. — Эй, стой…- младший из Холмсов рванул из - за стола и перегородил брату спуск с лестницы. — Шерлок, я не хочу выслушивать очередной поток ребячества с твоей стороны, отойди…- он положил на преграждающую ему дорогу руку ладонь, и мягко ее отвёл в сторону. В кармане завибрировал телефон и Майкрофт вскинул взгляд на брата. — Дела, будут вопросы звони. Брат закусил губу, но промолчал. Майкрофт что - то скрывал, это было видно и дураку. Он чем - то расстроен. hth: Мои документы готовы? SM hth: Рано, полковник, остались детали. Документы и разрешения готовы. МН hth: Тогда детали доработаете сами, без меня. SM hth: Почему с вами так тяжело? МН Моран сидел в пабе, и думал над этим "почему? Он медленно потягивал ирландский эль, и рассматривал завсегдатаев заведения. Он так отвык от людей и шумных компаний, что сейчас просто наслаждался этой пьяной возней, удивляясь, что за столько лет ничего не поменялось. Пиво все такое же дрянное, бабы развратные, и чувства все такие же тлеющие где - то глубоко. Ему 41, и он больше половины жизни отдал богу войны - Марсу. В его теле было три пули, несколько ножевых и с пару десятков контузий, что иногда давали о себе знать, головной болью и неконтролируемой яростью. Он никогда не жил для себя, он не знает что такое долго быть в социуме, его просто не привлекают все эти сказания о чувствах и отношениях. Майкрофт совсем иное. К нему Моран испытывал в первую очередь уважение, как к умному стратегу, хитрому сопернику и просто человеку, у которого слова никогда не расходились с делом. Лишь единожды полковник почувствовал на себе горечь разочарования Майкрофта Холмса. Когда он связался с Джеймсом Мориарти и направил свою "детку" против тех, кто был дорог Серому кардиналу. "Я дал бы Вам намного больше, полковник". Бросил тогда политик в мимолетной встрече, когда Моран поспешно улетал в Азию. Он ещё долго вспоминал ту боль, что проскользнула в глазах мужчины, но изменить уже ничего не мог. И тогда в первые он подумал, что возможно Майкрофт говорил далеко не о деньгах. Он вновь бежал от него, настаивая на скором отбытие в Рим. Ведь соблазн написать ему, был так велик, что Моран уничтожал себя изнутри такими словами, которые постеснялся бы сказать вслух. Опустив голову на сложённые вместе руки, он проклинал свою прожжённую в войнах жизнь и давно упущенные моменты. А сейчас, да в принципе и раньше Майкрофту не нужна была его кочевая жизнь. Так что теперь посыпать голову пеплом. Закончит дела в Риме и исчезнет вновь на долгие годы. Сверхзвуковой самолёт разогревал свои мощные двигатели и регулировщики выгоняли белоснежную птичку на взлётную полосу. Моран стоял на площадке и смотрел на прекрасное детище инженерной мысли. Рядом остановился лимузин Майкрофта, и тот выйдя из салона, проследил за взглядом голубых глаз. — Когда - то вы тоже летали, полковник. Майкрофт протянул кейс с инструкциями и документами. Моран лишь пожал плечами.— Это было в другой жизни, Холмс. Он поднял с асфальта спортивную сумку, длинный футляр и протянул руку для рукопожатия. — Через час отпишусь, не чахни Майкрофт. Политик сощурил глаза и посмотрел на мужчину. — Будьте благоразумны, полковник. Пока Моран шёл к траппу, он чувствовал на себе взгляд политика. Уже сев в небольшом, но максимально комфортном салоне, он посмотрел в иллюминатор, Майкрофт все стоял на взлётном поле. И Моран вдруг с ужасом подумал, что бы он почувствовал если видел бы его в последний раз. hth: Я вернусь, Холмс. SM Он видел как политик достал мобильный телефон и прочитал смс. Его пальцы набирали ответ, а Моран кусая губы ждал ответа. hth: Лет так через 10. МН Самолёт вырулил на взлётную полосу, но полковник все смотрел как удаляется чёрный лимузин. Понимая сейчас лишь одно, что этот человек всегда знал все его шаги наперёд, знал и все же не мешал его выбору. "И не держал". Добавил про себя и отключил телефон. — Отвали, Моран, справлюсь без тебя…- Детектив пытался освободиться от наручников, но все больше стесывал кожу рук на запястьях. — Если ты будешь так орать, то тебя ещё накачают снотворным, и тогда твоя тушка останется здесь на неопределенное время, а твой братец будет страдать и отстегивать им деньги, чтобы они ненароком не отрезали тебе какую нибудь важную часть тела. — Я думал ты сдох, вместе со своих психом Мориарти, но ты живучий как я посмотрю…- шипел детектив. — Сперва я подумал, что Джон обознался увидев тебя в пабе, но это все же был ты, мразь. Ты хотел их убить!! Полковник пропускал мимо ушей все то, что говорил этот идиот. Но Шерлок, ерзая на полу, лишь мешал его работе и пытался дотянуться до мужчины. — Только приблизься к брату и пойдёшь на корм рыбам, я тебя везде найду, слышишь? Моран, подсветил себе фонарем и оценил низкое, грязное помещение. Видимо здесь раньше держали заключённых или пытали неугодных папскому престолу еретиков. Как и предсказывал Майкрофт, его братец, вразрез всем планам пошёл наперекор старшему и более умному брату, вляпался в дерьмо по самую свою вихрастую макушку. Но когда он перестал выходить на связь в течении трёх недель, волнение все же перебороло безразличие к этому идиоту и полковник сдался. — Как можно отправлять бывшего наркомана внедряться в наркокортель. Ругался под нос мужчина, и врезав Холмсу под дых, вырубил его одним ударом. — Да слышу я тебя и походу не только я. Он обернулся на своего человека, который жестом показывал, что пора сваливать. — Все потом Шерлок. Взъерошив спутанные волосы, Моран позвал на быстром итальянском. — Альендо, Стефанно в машину его, я и Марко прикроем. Пока они пробирались по подземным лабиринтам, люди Морана отцепляли периметр, чтобы их неожиданно не накрыли оба клана наркомафии. Провал ещё стоило оценить, и посчитать как убытки так и жертвы , но это уже будет не его дело. Он отправит тушку Холмса младшего в Лондон и поминай как звали. Офшорный счёт уже был пополнен десятизначным числом, и ему в этой части света оставаться не было смысла. Влажный воздух Италии, а верней острова Сицилия ему нравился все меньше. Пробыв здесь без малого три месяца, раскручивая и внедряясь в мафиозные кланы, мужчина уже готов был сдать Британии всех агентов работавших на Коза - Ностру, как все планы полетели к черту, когда в одном из казино он увидел — Шерлока Холмса. Но все счета закрыты, отчеты отправлены, факты и доказательства собраны. Майкрофт может сверлить себе дырочку для очередного ордена. И не раздумывая отправил смс. hth: Подрежь язык брату. Прощай. SM Спустя 8 лет. SNN News. Сегодня в 09: 24 по Гринвичу, было совершено покушение на одного высокопоставленного чиновника Министерства иностранных дел Великобритании. Фамилия не разглашается в интересах следствия, как и его состояние. Щёлкая каналы в одном из номеров отеля в Кейптауне, мужчина сел резко в кровати и нажал на громкость. Слетев с кровати, он достал из шкафа сумку и найдя телефон вставил аккумулятор и симку. hth: Полковник вы о чем? МН hth: Ответьте мне, Себастьян. Я не знаю как Вас благодарить за его спасение. МН Пожалуйста, Себастьян. Напишите мне, хотя бы что с Вами все в порядке. МН Вы как всегда превосходно научились заметать следы. Превзошли своего учителя. МН Главарей взяли, как и агентов. И все благодаря Вам и вашим людям. Вы представлены к награде. Прошу, возвращайтесь, Себастьян. МН Ты, идиот, что ты сделал с моим братом и почему он поднял на уши все разведки. Что происходит, Моран? SH Сочельник. С Наступающим, полковник. МН Лондон засыпало снегом, руки онемели от холода, сижу в парке недалеко от твоего дома. Виски палённый походу. С Новым Годом, Себастьян. Майкрофт. Майкрофт надрался. Ну ты и скотина слепая. Даже не возвращайся, я сам лично тебя освежую и закопаю. SH Приезжай к нему. Мне уже плевать. Он просто невыносим. SH Сегодня увидел человека похожего на тебя и не удержавшись пожал ему руку. Глупо? Наверно я схожу с ума. Конечно же нет. МН Первая весна, когда я не знаю в какой точке мира вы находитесь, полковник. Я бессилен. МН Вы хотите чтобы я умолял? Так вот я молю, ответьте мне, Себастьян. Мысли о Вас не дают мне уснуть без снотворного. МН Забудьте обо всём, что я Вам писал. МН Спасибо, что не прислали мне смс в мой день рождения. Да Вы и не знали в какой он день? Так ведь? МН Я люблю Вас, Себастьян. Прощайте. МН Последнее смс написано год назад. Моран пустыми глазами смотрел в стену не веря в прочитанное. Ведь он искренне думал, что делает правильно, если исчезнет навсегда. Навсегда из жизни Холмса. Он все набирал и вновь удалял текст, не зная как подобрать правильные слова, как все объяснить. Как исправить, вернуть все эти годы безмолвия. Всё так неправильно в этих буквах. Мужчина снимает трубку в номере и заказывает билет на ближайший рейс до Лондона. /// Он долго сидит в кафе у его дома, не решаясь набрать номер. Положив руки на стол, клянёт себя в трусости, но больше всего боится, что он приехал слишком поздно. В пабе шумно. Предновогодняя суета. Моран выходит на улицу и согревая ладони дыханием, набирает смс. hth: Сочельник. Я так и не смог забыть, как выглядит твоя чертова родинка, Холмс. SM Зажмурившись, мужчина считает секунды и удары своего сердца. Раз…два… три… Сердце стучит так сильно, что он не слышит ничего вокруг. Но телефон мертвым пластиком лежит в замёрзшей ладони. И тишина. Пустая, как вся его жизнь. Он смотрит вдаль, на окна, шпили, крышу дома. И понимает, что одинокий дракон так и останется один, ибо слишком поздно. Подняв ворот он кутается сильней в шарф и бредёт вдоль домов. — Себастьян…- звучит откуда - то из другой жизни, такой родной голос. Моран резко оборачивается и видит как Холмс в одном лишь костюме бежит к нему, ловко лавируя между идущими людьми. Он хмурится, почти врезается в полковника успевая выставить вперёд ладони. Дорогие туфли скользят на мокром снегу, но мужчина цепляется за его руки и смотрит. Смотрит так, как тогда в далеком прошлом с надеждой и болью. — Живой…- шепчет Холмс и кусает тонкие губы, не зная что ещё сказать. Лимузин притормаживает рядом с ними и открыв дверь двое мужчин садятся в салон. Седые нитки на висках полковника, как штрихи на карте его жизни. Майкрофт тянет к волосам ладонь и стряхивает снежинки с волос, касаясь пальцами седины. Моран смотрит, боясь оторвать от него взгляд. Горькая складка у губ Майкрофта совсем свежая, исхудавшее лицо, сделало его ещё более угловатым. Все такой же прищур, именно таким помнит его всю жизнь Майкрофт. Холмс ведёт ладонью по воздуху, не смея коснуться лица полковника, но тот сам поворачивает его ладонь и мягко целует в середину. Сглатывает тугой комок в горле и чувствует как Холмс прижимается к его волосам губами. — Мой зверь…- шепчет Холмс и закрыв глаза, прижимает другой рукой к себе. — Господи, Майкрофт….что же ты творишь…- шепчет мужчина, когда опуская глаза видит Холмса на коленях. Тот трется щекой о его член, лаская языком натянутую уздечку. Язык гладит кончик и проникая внутрь замирает. — Шшшшш, пхххх ах ещё Майк…ро…фф, глубже..- полковник толкается вперёд и податливые губы политика уступая напору раскрываются и втягивают член. Освобождают его и вновь насаживаются глубоко до самой глотки. Моран цепляется за все что можно, ибо пол под ногами шатается и кренится в сторону. От желания и такого стонущего Майкрофта, у него сносит крышу и он пытается оторвать его от себя. — Притормози, я же сейчас солью тебе в рот…- Стой, черт возьми…- он поднимает все еще одетого в костюм политика на ноги и толкает того на кровать. Холмс рычит и тянет его на себя, заваливая и целуя влажными губами, шепчет…- Давай, чтобы я почувствовал тебя, что бы поверил, что это не очередной сон…- Майкрофта ведёт, он вертит головой из стороны в сторону и помогая снять с себя одежду почти воет. Лишь когда его горячее тело вжимается в грудь и бёдра Морана, он откидывает голову и шипит… — Дааааа, боже, столько лет, столько ебучих лет…- мужчина обнимает Морана руками и ведёт по груди и соскам пальцами, царапает кожу и стонет от крепости рук под своими ладонями. Толкает Морана вниз, просит, умоляет взять его и полковник не может ему отказать ни в чем. Заглатывает текущий член мужчины, прижимая его бьющееся в конвульсиях тело к кровати. Майкрофт рвётся бёдрами вперёд, в горячий плен рта. Запоминая такого Морана…- Ты… — Я с тобой Майк, слышишь с тобой..- и целует Холмса в нежный живот, проводит языком по шраму в боку. По родинке, что снилась ему все эти годы. Оглаживает ее пальцами и накрывает любовника своим телом. Члены трутся друг о друга, дыхание срывается в галоп. Они смотрят в глаза и проваливаются каждый в свой оттенок синего. — Господи... Холмс обнимает его лицо ладонями и с рыком впивается в губы зубами, до крови прикусывая их…- Давай…же. Разводит в стороны длинные ноги и поджимая их к груди. Моран нащупывает на одеяле тюбик со смазкой и грея его в руке наносит на ладонь. Скользкие пальцы по одному растягивают узкое кольцо мышц. От чего Холмс дышит чаще, кусает губы, рычит. Полковник целует эти губы и уже три пальца осторожно двигаются внутри Холмса, четко проезжаясь по простате. Майкрофт плывет, не понимая где он, лишь насаживается на пальцы и стонет. Моран смазывает член и приставив головку ко входу одним толчком заполняет узкое нутро. Майкрофт с шипением стонет, но Моран не даёт ему привыкнуть к себе, раздвигая внутренние стенки членом. Мышцы сжимаются кольцом вокруг его ствола и Майкрофт подаётся вперёд насаживается сам. Кричит, срывая голос. — Тише, какой же ты узкий и горячий там, Майк, тише…- меняя угол проникновения, шепчет Моран и наращивает темп сильней и сильней. — Хочу тебя сзади…- стонет он в губы Холмса и тот переворачивается и задрав задницу кверху раздвигает ягодицы. — Возьми, там только твоё всегда было… - тихо шепчет Майкрофт и прячет в одеяле своё пунцовое от стыда лицо. — Боже…- Моран целует между ягодиц, слизывая смазку с яиц, оглаживает упругие половинки. Смотрит и входит языком внутрь, разминая нежные складки. Холмс скулит, сжимая зубами кончик одеяла и подаётся постанывая насаживаясь на язык Морана. От такого вида полковник шалеет, и встав на колени входит в раскрытый анус. Почти падая на Майкрофта сверху, разводит шире ноги и резкими шлепками бьется о его ягодицы бёдрами. — Как давно я хотел тебя, Холмс, еще в той учебке… — и надавив на спину ладонью, врывается и замирает насаживаясь членом до упора. Политика колотит так, что он не может упираться коленями в кровать и они просто разъезжаются. Полковник кладёт его на бок и обняв за грудь начинает трахать все резче и жёстче, дроча каменный член Майкрофта. Холмс сосет пальцы мужчины и кладёт ладонь на свой член наращивая движения… — Я больше не выдержу, прошу, сильней, …ты видишь как я….. от тебя…- бормочет несвязно Холмс и Моран срывается, вскинув того на колени, начинает трахать так быстро и жестко, кусая загривок мужчины. Выворачивая твёрдые соски. Несколько движений и Майкрофт бьется в его руках, хрипя его имя. Его все еще сжимающееся тело Моран вбивает в матрас, разводя руками ягодицы в стороны, видя как растянутый вокруг члена анус впускает его в себя. — Мааайк…- валится на него сверху Моран и продолжает двигаться, обливая спермой сжимающиеся в оргазме мышцы внутри мужчины.. Легкими поцелуями Майкрофт покрывает влажную от пота спину мужчины, что лежит раскинувшись на его кровати. Он не верит, что эта ночь проведённая с ним реальность. Что он вот так может жаться у нему всем телом, тереться о бедро вставшим членом и дрожать от желания любить его до утра, а потом ещё и ещё. — Себастьян..- шепчет он, нежно прикусывая на пояснице нежную кожу. Облизывает места ранений и шрамов. Его член стоит так, что больно, что хочется кричать и толкаться. Он течёт пачкая простынь смазкой, и Майкрофт сжимает яйца в ладони, тихо стонет. Полковник спит на животе, вырубившись после долгой ночи, где Майкрофт просто был так оттрахан, что сейчас болела и поясница и припухший анус. Но желание и тот огонь, что пробудил в нем Моран ещё больше распалило его и он ерзая и потираясь о мужчину бедром, шепчет в ухо… — Полковник, мистер Моран…- он кусает того за шею, нежно посасывая кожу смеется и Моран открывает сонные глаза. — Ебтвоюжмать..- он видит как текущий член таранит его бедро и подминая под себя мужчину раздвигает ноги. Розовая дырочка подрагивает от желания и течёт, Моран вылизывает ее языком дурея от запаха секса. — Как же ты прекрасен Холмс в своей страсти и похоти…- и приставив головку к жаждущей дырочке входит по самые яйца. Медленно, толкаясь, делая нерезкие движения, доводя Майкрофта до безумия. — Ещё, какой же ты сука, твердый …- скулит Майкрофт и нетерпеливо вращает бёдрами, закатывая глаза, насаживаясь все глубже. — Весь твой, только твой, Холмс..- и палец скользит параллельно стволу, растягивая и без того сладкую дырочку. Холмс распахивает глаза и стонет…- О да, как хорошо, двигайся прошу, только не останавливайся… И закинув его ноги себе на плечи, Моран вдалбливается в его анус, тараня головкой простату. Опустошенные, усталые мужчины, один гладит другого по спине, проходит подушечками пальцев по ягодицам и между ними, а второй выгибается навстречу и тихо стонет. — Мне всегда тебя будет мало…- шепчет в висок мужчина и прихватывая мочку уха зубами оттягивает ее. — Сейчас, я только чуть посплю и снова в бой Майкрофт…- Холмс смеётся куда то в его лопатки. И накрывает одеялом. — Спи, отвоевался уже. Сегодня он точно больше не сможет, задница горит так, что политик еле встаёт с кровати и идёт в ванную. Смотрит на себя в зеркале и присвистнув трогает багряные пятна на шее и бёдрах. Ягодицам досталось не меньше. Он набирает горячую ванную и добавив пены ложиться со стоном откидывая голову на бортик. Прикрыв глаза он опускает руку под воду и поглаживает между ягодиц, сморщившись от боли, он все же довольно улыбается и пытается все занести в свои чертоги, чтобы никогда не забыть каждую секунду этой ночи. Когда он выходит из ванной, Моран ещё спит, распластавшись на кровати в виде морской звезды. Его обнаженность все еще смущает политика и ведя пальцами по ноге и к плечам, Холмс чувствует как волна желания поднимается откуда - то из глубин его естества. Когда пришло вчерашнее смс, он уже отчаялся. Перестал ждать, что полковник ответит. Ходили слухи, что на его поимку отправили кого - то из мафии Коза - ностра, но после поимки главарей эта информация так и не подтвердилась. Конечно Майкрофт надеялся, что опыт и профессионализм Морана сделают своё дело и отсидевшись пол года в тени, тот вернулся бы домой. И когда он увидел сообщение, Майкрофт тут же пробил его местоположение по GPS, удивленно обнаружив, что он тут чуть ли не под окнами его дома. Бегающим так быстро его точно охрана ещё не видела и переполошив их, он успел вовремя. Сгорбленный, замёрзший мужчина удалялся от него, вновь из его жизни. И на тот момент Майкрофту стало страшно как никогда, ему стало плевать на всех, он хотел быть рядом с ним всегда и окрикнув его словно снял груз со своих плеч. Теперь вот он щеголяет по его спальне голышом, курит сигарету как всегда зажав ее зубами и ворчит, что не помнит куда забросил свои боксеры. Майкрофт при параде сидит в кресле попивая изумительный кофе, просматривая новостные ленты в газетах и щурится на солнечные лучи бьющие из окна. Сегодня Новый год и он точно знает какое загадает желание, хотя оно и так уже сбылось, но все же. Вон разгуливает по комнате и расшатывает спокойствие политика. — Майк, где они…- Моран злится, и от этого у мужчины все горит изнутри адским огнём. В брюках становится тесно и он дёргает узел шейного платка. — Да накинь ты хотя бы халат, Бога ради, что б тебя Себастьян, возьми в гардеробной новые …- Майкрофт прикрывает пылающее лицо газетой и вздрагивает когда она начинает уплывать из его рук. Полковник стоит перед ним, весь такой горячий после душа, с бисеринками воды на плечах и все такой же голый. — Господи, не искушай меня…- Моран тянет его за руки на себя, заставляя встать с кресла и оценив устроенный им хаос Холмса в брюках, довольно улыбается. — Не стесняйся своих желаний, Холмс…- он опускает руку политика на свой вставший член и они начинают водить по нему сжатыми в единое руками. — Сожми его сильней, вот так…- обнимая Холмса за шею и снимая завязанный платок, обводит языком тёмные отметины засосов. Майкрофта шатает от наполнености и тяжести в руке, от горячего члена, что толкается в его ладонь. Ему уже больно, его член упирается в ширинку брюк и Моран толкает его на развороченную кровать. Медленно расстёгивая рубашку, целуя тут же вставшие соски. Холмс рычит и закрывает лицо руками, ощущая на головке обжигающие губы Морана. — Мммм, ты течёшь опять, это так сладко Майкрофт…- слизывая густые капли мужчина выдавливает немного смазки и заводит руку за спину, смазывая себя. Холмс смотрит, приподнимаясь на локтях и приоткрывает рот, когда полковник медленно опускается на его член. Замирает на мгновение, морщится от боли и немного отдышавшись двигается вперёд. Его руки упираются в грудь политика и Холмс поглаживает каменные бицепсы своего любовника, ревностно целуя того в губы. — Что ж ты творишь со мной, чертов ублюдок…- уткнувшись в шею мужчине шепчет Майкрофт и сжимает в ладонях ягодицы. Пальцы соскальзывают между ними поглаживая девственный вход, приподнимают и вновь насаживают как можно глубже. Моран дрожит, его хриплые стоны наполняют комнату, он движется то вниз, то вверх насаживаясь все яростней. Морщится от боли, стонет сильно тараня рот Майкрофта языком. А тот мимолетно думает, что ещё большой вопрос — кто сейчас сверху, и опрокинув мужчину на кровать сгибает его ноги в коленях, прижимает их к груди. Рукой направляет на раскрывшийся анус, проникает на головку и вновь выходит, доводя Морана до мата. Холмс улыбается и целует того в шею. Когда они достигают пика, Моран кричит насаживаясь на член. Майкрофт оглаживает его спину и не отводит взгляда от натянутой кожи дырочки вокруг его члена. — Горячо…- шепчет политик и кусает мужчину в районе шеи бурно кончая. Из дырочки Морана вытекает сперма, но Майкрофт продолжает вбиваться в него, дроча толстый ствол любовника. И повернув его к себе берет в рот припухшую головку и начинает ритмично сосать, трахая мужчину пальцами. Моран цепляется за плечи и сгибается вперёд все быстрее двигаясь в открытый и такой жаркий рот Майкрофта. — Глубже…- он водит по языку и губам головкой и вновь входит тараня глотку Майкрофта, врывается пальцами в рыжеватые волосы и входит в глотку, с рыком кричит. /// Когда празднование на Бейкер - стрит входит в свой апогей, и Шерлок со своими друзьями собираются обмениваться подарками, дверь в гостиную со скрипом открывается. И напряжение повисает в воздухе. Холмс старший важно входит и снимая перчатки, стряхивает с лацкана пальто белое крошево снега, следом пригибаясь, чтобы не задеть головой проем двери входит ещё один гость. Его капюшон глубоко сидит на голове и опушка почти прикрывает лицо, но даже этого хватило, чтобы мужчины собравшиеся здесь напряглись и почувствовали себя не комфортно. Шерлок один из первых метнул на брата яростный взгляд и опустил, поднятый было с шампанским бокал. — Вас никто не звал сюда Майкрофт, и тем более его…- детектив наблюдает как Моран снимает капюшон и краем глаза видит как Джон напрягается и отходит к столу, где в тайнике лежит его пистолет. Инспектор бледнеет и его ладони сжимаются в кулаки, он готов к прыжку и команде "Ватиканские камеи". Но политик лишь оглядывается на полковника и пожимает плечами. Моран сжимает челюсти и сквозь зубы отвечает…— А я тебе говорил, Майк, плохая это идея, но тебя же не переубедишь…- и снимая капюшон, ерошит волосы. Политик переводит взгляд на компанию и обращается к брату…— И вам Счастливого Рождества. Все молчат, будто одним взглядом Моран парализовал всех вокруг, его льдистый, колючий взгляд был сейчас сосредоточен и это реально пугало. — Идем, Майкрофт, нас ждут. И хрустнув позвонками шеи, Моран скалит идеально очерченные губы и в последний раз кидает взгляд на окружающих. И лишь Хомсу младшему он салютует пальцем у виска. И его блеск холодных глаз пробирает того воной ледяных мурашек по телу. Холмс старший ухмыляется в ответ и смотрит брату в глаза, — Жаль, что ты так ничего и не понял, Шерлок. И двое мужчин уходят, оставляя повисшую тяжелую паузу и когда в стену летит хрустальный бокал с шампанским, все вздрагивают. Шерлок влетает в свою комнату и схватив пальто уходит так быстро, что никто не успевает окрикнуть его. Двое мужчин толкаясь и смеясь шли поодаль от Шерлока, он видел их силуэты, они то и дело останавливались и Моран схватит за лацканы пальто Майкрофта прижимал к себе и смотрел тому в глаза. А старший из Холмсов закатывал их и прыскал от смеха запрокидывая голову обнажая белесую шею. Шерлок знал, верней догадывался об их связи, но не такой, черт возьми, сейчас же видел все воочию и это поразило его. Чувство ревности нахлынуло так внезапно, что он остановился и замер. У него никогда не было чего - то подобного, сильного, пронесенного сквозь года и боль. Он гнал от себя всех, ища неосознанно, что - то пламенное, смертельно опасное, жаждущее его целиком. Но каждый раз, разочаровывался в сантиментах, принимая то, — что сам никого не любил и не позволял себя любить. Так что он теперь трепещет от вида этих двоих. От крепких рук и льдистого взгляда, шороха глубокого смеха. От одной только мысли, что вытворяют эти двое оставаясь наедине с друг другом его пронзает непонятное чувство. Ревности… зависти? Желании оказаться на месте одного из них? Детектив дышит так часто, что пугается своего возбуждения. Накатившего адреналина. Другого, не похожего на прочие. Порочного желания. Того чувства, которое сейчас рвется наружу. А снег крупными хлопьями заметает следы мужчин, и лишь когда смех тонет в салоне дорого автомобиля, Шерлок отводит взгляд. Уходит прочь, — И лампа не горит, и врут календари, и если ты хотел сказать тогда…