Cherry Angel

*** Чонгук избегал его две недели. Две недели он садился на последнюю парту, выходил из класса за минуту до звонка, не поднимал глаз, когда Тэхён вызывал его к доске. Две недели он находил тысячу причин не оставаться после уроков, не подходить ближе, чем на десять метров. Две недели он врал себе, что это правильно. Проект, который им дали, должен был здать чезез два месяца. Тэхён распределил пары сам. Чонгук — с Юнги. Енсун — с Джеймсом. Чонгук выдохнул с облегчением, когда услышал это. Работать в паре с Енсуном было бы пыткой. Но Енсун, кажется, не собирался сдаваться. Он лип к Тэхэну на каждой перемене. Подходил с глупыми вопросами, наклонялся слишком близко, поправлял волосы, смеялся слишком громко над его шутками. Чонгук видел это из дальнего угла класса и чувствовал, как внутри закипает глухая, злая ревность. — Он просто смешной, — сказал Юнги однажды, глядя, как Енсун трется плечом о руку Тэхэна. — Ты видишь? Учитель Ким даже не смотрит на него. — Мне всё равно, — ответил Чонгук, но его пальцы сжали ручку так, что она треснула. Ему не было всё равно. Две недели он думал, что справится. Две недели он убеждал себя, что это просто влечение, что оно пройдёт, что учитель — не его история. Но по ночам он просыпался в мокрой постели, чувствуя запах горького шоколада с коньяком, и понимал, что не пройдёт. Ничего не пройдёт. *** Чонгук всегда одевался вызывающе. Широкие джинсы на низкой посадке, из-под которых виднелись тонкие полоски розовых стрингов с блестящими стразами. Короткие топы, открывающие впалый живот и тонкую талию. Пирсинг в губе и в ушах. Розовые волосы, которые вились у щёк. Он знал, что на него смотрят. Знал, что альфы пожирают его взглядами, что омеги завидуют, что учителя качают головами, но ничего не говорят — потому что его родители спонсируют школу. Он знал, что Чанель не отстанет. Бывший появлялся везде. У его шкафчика, на парковке, у выхода из школы. Он поджидал Чонгука после уроков, звонил с незнакомых номеров, писал сообщения, от которых хотелось вымыть руки. — Отвали, — сказал ему Чонгук в коридоре на третьей неделе проекта. — Я люблю тебя, — ответил Чанель, и его глаза блестели чем-то нездоровым. — Ты вернёшься ко мне. — Никогда. Чонгук развернулся и ушёл, чувствуя на себе тяжелый взгляд. Сзади, у двери класса, стоял Тэхён. Он смотрел на Чанеля, и в его глазах было что-то опасное. Что-то, от чего Чонгуку стало одновременно страшно и... спокойно. *** На восемнадцатый день Чонгук сдался. Он остался после уроков. Проект нужно было сдавать через две недели, и у них с Юнги возникли вопросы по материалу. Юнги ушёл первым — у него была тренировка. Чонгук остался один. Тэхён сидел за учительским столом, проверяя чьи-то работы. Он не поднял головы, когда Чонгук подошёл. — Учитель Ким, — сказал Чонгук, и его голос дрогнул. Тэхён поднял глаза. Тёмные, глубокие, изучающие. Чонгук почувствовал, как колени становятся ватными. — Чонгук-и, — Тэхён отложил ручку и откинулся на спинку стула. — Ты наконец решил ко мне подойти? — У меня вопрос по проекту, — соврал Чонгук, протягивая листы. Тэхён взял их, но даже не посмотрел. Он смотрел на Чонгука. На его розовые волосы, на пирсинг в губе, на тонкую полоску кружева, выглядывающую из-под джинсов. — Две недели, — сказал он тихо. — Две недели ты бегал от меня. А я смотрел, как этот придурок Енсун лезет ко мне, и думал: почему это не ты? Чонгук замер. — Я… — начал он. — Ты нравишься мне, — перебил Тэхён. — Я знаю, что это неправильно. Я учитель, ты ученик. Но я не могу перестать о тебе думать. Каждую ночь. Каждую перемену. Каждый раз, когда ты проходишь мимо, пахнущий вишней. Чонгук почувствовал, как кровь приливает к щекам. Его запах стал резче, кислее — от волнения, от страха, от желания. — Я тоже, — прошептал он. — Я тоже не могу перестать. Тэхён встал. Он обошёл стол и остановился перед Чонгуком. Между ними было меньше метра. Чонгук чувствовал его запах — горький шоколад, коньяк, что-то тёмное и опасное, от чего внутри разгорался огонь. — Тогда перестань бегать, — сказал Тэхён и взял его за подбородок, заставляя поднять голову. — Смотри на меня. Чонгук посмотрел. В тёмных глазах отражался его собственный страх и желание. — Я не буду больше бегать, — сказал он. Тэхён наклонился и поцеловал его. Поцелуй был жадным, голодным, как будто они оба ждали этого годами. Чонгук запустил пальцы в шоколадные волосы Тэхэна, притягивая его ближе, чувствуя, как его тело плавится от прикосновений. — Я хочу тебя, — прошептал Тэхён ему в губы. — Прямо здесь. Прямо сейчас. — Да, — выдохнул Чонгук. — Пожалуйста. Тэхён развернул его, прижимая грудью к учительскому столу. Одной рукой он придержал Чонгука за затылок, другой — скользнул по его бедру, спускаясь к поясу джинсов. — Ты даже не представляешь, что ты со мной делаешь, — прорычал он, расстёгивая пуговицу. — Каждый раз... когда я вижу эти чёртовы стринги, выглядывающие из твоих джинсов, я схожу с ума. — прорычал Тэхен на ухо омеге. — Я знаю, — ответил Чонгук, выгибаясь ему навстречу. — Я специально их надеваю. — сказал с усмешкой на губах. — Маленькая дрянь, — выдохнул Тэхён и стянул джинсы вместе с трусиками вниз, оголяя бёдра и упругую задницу. Чонгук был мокрым. Тэхён провёл пальцами по влажным складкам вагины, чувствуя, как омега дрожит под его рукой, как его дыхание сбивается, как из горла вырываются тихие, сдавленные стоны. — Ты уже готов, — сказал Тэхён, и в его голосе было торжество. — Так сильно меня хотел? — Да, — простонал Чонгук. — Да, да, да. Пожалуйста, Тэхён, не мучай. Тэхён убрал руку и принялся расстёгивать ремень. Ширинка звякнула, и Чонгук услышал, как альфа достаёт свой член — твёрдый, большой, пульсирующий. — Ты уверен? — спросил он, приставляя головку к входу. — Да... — ответил Чонгук и сам подался назад, лёжа на его столе. Тэхён вошёл резко, одним движением. Чонгук вскрикнул, вцепившись пальцами в край стола. Ощущение было острым, почти болезненным — он был узким, а член альфы — большим. Но вместе с тем — таким правильным, что слёзы навернулись на глаза. — Тише, — прошептал Тэхён, замирая внутри неё и давая привыкнуть. — Тише, вишенка. Я здесь. Я с тобой. Он обнял его одной рукой за талию, другой продолжал держать за затылок. Чонгук чувствовал его дыхание на своей шее, его запах, который теперь был везде — на его коже, в его лёгких, в его голове. — Двигайся, — попросил он, и Тэхён начал двигаться. Сначала медленно, глубоко, как будто хотел запомнить каждое движение, каждый вздох, каждый стон, который срывался с губ омеги. Потом быстрее, жёстче, вбиваясь в него с такой силой, что Чонгук почти терял равновесие. — Тэхён, — простонал Чонгук. — Сильнее. Пожалуйста, сильнее. — Ты уверен? — выдохнул альфа, ускоряясь. — Да. Ещё. Ещё. — рвалось из души. Тэхён схватил его за бёдра и вошёл до конца, так глубоко, как только мог. Чонгук закричал — громко, не сдерживаясь. Его тело содрогалось от каждого толчка, внутри нарастало что-то горячее, невыносимое. — Я сейчас, — простонал он, чувствуя, как оргазм накрывает его с головой. — Нет, — приказал Тэхён, замедляясь. — Не сейчас. Я хочу, чтобы ты кончил на моём узле. — Что? — Чонгук не понял. Тэхён вышел из него, перевернул на спину и усадил к себе на колени, лицом к лицу. Чонгук обвил ногами его талию, чувствуя, как член альфы упирается его в живот. — Посмотри на меня, — сказал Тэхён, беря его за подбородок. — Я хочу видеть твоё лицо, когда ты будешь принимать мой узел. Он вошёл в него снова — медленно, глубоко, до самого основания. Чонгук вцепился в его плечи, впиваясь ногтями в ткань рубашки. Тэхён начал двигаться, и каждое движение отдавалось внутри неё волной удовольствия. — Тэхён, — простонал он. — Тэхён, я… я сейчас… — Кончай, — приказал он, и в этот момент его член начал расширяться. Узел. Чонгук почувствовал, как внутри разливается тепло, как альфа наполняет его собой, как его семя заливает его изнутри. Оргазм накрыл его с головой — он выгнулся в руках Тэхэна, впиваясь губами в его шею, кусая, оставляя следы. — Ещё, — прошептал он, когда первая волна схлынула. — Пожалуйста, ещё. — Ты с ума меня сводишь, — выдохнул Тэхён, продолжая двигаться внутри него, даже с узлом, даже когда он кончал снова и снова. Они кончили вместе — в третий раз, в четвёртый, Чонгук сбился со счёта. Его тело дрожало, голова кружилась, а внутри всё ещё пульсировало, всё ещё требовало. — Хватит, — прошептал Тэхён, целуя его в лоб. — Ты устал. — Никогда не устану от тебя, — ответил Чонгук и улыбнулся. *** Они сидели на полу, прижавшись друг к другу. Чонгук чувствовал, как узел постепенно спадает, как тело возвращается в нормальное состояние. Но внутри всё ещё было тепло. Вкусно. — Это было… — начал он. — Неправильно, — закончил за него Тэхён, но улыбался. — Я знаю. — Я не хочу, чтобы это было в последний раз, — тихо сказал Чонгук, глядя ему в глаза. Тэхён взял его лицо в ладони, провёл большими пальцами по скулам, по губам. — И не будет, — ответил он. — Но нам нужно быть осторожными. Если кто-то узнает… — Никто не узнает, — перебил Чонгук. — Я умею хранить секреты. Тэхён улыбнулся — впервые за весь вечер. Не той холодной, сдержанной улыбкой, а настоящей, тёплой, от которой у Чонгука внутри разлилось что-то приятное и щемящее. — Тогда до завтра, вишенка, — сказал он, помогая ему подняться и поправляя его одежду. — И не забудь про проект. Чонгук рассмеялась — тихо, счастливо. — Не забуду. Он развернулся и пошлел к выходу, чувствуя на себе взгляд тёмных глаз. Его тело всё ещё помнило прикосновения альфы, его губы — вкус поцелуев, а внутри, там, где ещё минуту назад был его узел, теперь разгорался маленький огонь. Огонь, который он не хотел тушить. *** Они встречались тайно. После уроков — в пустом классе, в библиотеке, иногда в машине Тэхёна на парковке за школой. Каждый раз — жарко, голодно, как будто в последний раз. Каждый раз — с обещанием, что это не конец. Чонгук знал, что это неправильно. Знал, что если кто-то узнает, Тэхёна уволят, а его саму выгонят из школы. Но он не мог остановиться. — Ты думаешь о нём, — сказал Юнги однажды, когда они сидели на крыше. — О ком? — притворился непонимающим розоволосый. — О новом учителе. Я видел, как вы смотрели друг на друга на уроке. И не говори, что ничего нет. Я чувствую его запах на тебе. Чонгук покраснел до корней волос. — Ничего не было, — солгал он. — Врёшь, — вздохнул Юнги. — Но я не буду лезть. Только будь осторожн. Если узнают… — Не узнают, — перебил Чонгук. — А если узнают? Чонгук посмотрел на заходящее солнце и улыбнулся. — Тогда я скажу, что люблю его. И плевать мне на всё. *** Через месяц их тайну раскрыл Енсун. Он выследил их после уроков, когда Чонгук и Тэхён уединились в пустом классе, и снял всё на телефон. После разразился скандал. Скандал был громким. Директор вызвал родителей, угрожал увольнением и исключением. Но Чонгук не отступил. — Я люблю его, — сказал он отцу и папе прямо в глаза. — И мне плевать, что вы думаете. Тэхён был уволен. Но на следующий день он пришёл к дому Чонгука с чемоданом в руке. — Я не знаю, что будет дальше, — сказал он, глядя на омегу. — Но я знаю, что хочу быть с тобой. Если ты, конечно… — Да, — перебил Чонгук и бросился ему на шею. — Да, да, да. Отец Чонгука, глядя на них из окна, тяжело вздохнул. — Он хотя бы альфа, — сказал он мужу. — И не старый. Уже не так плохо. Чонгук этого не слышал. Он целовал Тэхёна, чувствуя, как его запах смешивается с его собственным, как сердце бьётся в унисон, как мир становится ярче. Это было неправильно. Это было опасно. Но это было их. И они не собирались отпускать это никогда.