Невинный и дикий

В глуши лесов, там тень одна вечно бродит, Который куст таит немой укор, Среди теней, что в сумерках находит Свой дом, живёт свирепый хищный волк, Волк властелин, гроза опушки, В глазах огонь, в душе тоска, В тьму идёт, не ведая усушки, Его судьба нелёгкий, горький клад... Клыки, острые кинжалы, Рык, гром, рушит тишину. Он жаждет крови, жаждет дикой славы! Волчара рвётся в бой, не ведая вину. Но в той же чаще, царит угроза, Страх и смерть плетут свой извечный круг, Пасутся мирно, не зная дикого исхода, Беззащитные, невинные, как испуг. Барашек белый, снег весенний, С очами, полными наивной веры, Не знает зла, не ведает сомнений, Ему неведом ужас тёмной сферы... Он щиплет травку, смотрит в небо ясно, Его душа точно чист родник. Он верит, мир это добро и ласка, Что каждый день как светлый, чудесный миг! Но волк уж близко, чует запах нежный, Его инстинкт ведёт сквозь мрак и тень. Он хочет съесть, он жаждет плоти свежей, Его душа это голод-страсть-огонь. Он крадётся тихо, Животные глаза горят, как два костра. Он знает, миг и жертва будет съедена, И в этом суть его земного «да». Но что же движет им? Что заставляет Преследовать, терзать, не знать пощады? Ведь в глубине, где тьма, Есть вполне иные взгляды. Волк дитя природы, её дитя, Его дикость зов её корней. Он не злодей, волчара часть великого круга, Где каждый жертва, каждый хищник злее. Ну, а барашек? Символ чистоты, Он свет, что пробивается в эту тень. Его невинность как луч золотой, Что греет душу, дарит нам покой. И вот они сошлись два полюса, две грани, Два мира, две судьбы, два разных «я». Волк смотрит на барашка, и в его взгляде Промелькнул отблеск странного «прощай». Может, в час роковой, Он понял, мир не только кровь и боль. Что есть другое, свет, любовь, покой, Что можно жить, не зная всей борьбы. Но инстинкт берёт верх, и волк рычит, Прыгает вперёд, забыв про всё. Барашек смотрит, не поймёт, Почему мир вдруг стал так жесток и зол? А в этот миг, когда клыки вонзились, Когда кровь пролилась на траву, Мир умер, точно время остановилось, И в тишине раздался влажный звук. Это был вздох, не волка, не барашка, А самой природы, что скорбит о том, Как дикость и невинность, столкнувшись, Рождают боль, что не стереть потом. Так в вечном круге жизни и борьбы, Где хищники и жертвы вечны, Мы ищем смысл, мы ищем путь к себе, Чтоб обрести покой, любовь и лад! И пусть волк символ дикости и силы, А барашек невинности да света, В каждом из нас есть и то, и это. Как день и ночь, как лето и зима. В борьбе и согласии этих сил Рождается сущность человечья.