Бальзам

      - Я умираю, - со всей ответственностью заявил Ангелус.       - Нет, не умираешь, - возразила Баффи, никогда не возлагавшая больших надежд на его ответственность.       - Умираю! – стоял на своём Ангелус. Точнее, лежал на своём. Ещё точнее: лежал на своей кровати. А если уж совсем точно, то лежал на кровати, принадлежащей Баффи и находящейся в комнате, где раньше жила Дон, а теперь обитал Ангелус. (Баффи и Ангелус спали вместе исключительно в смысле секса, в смысле непосредственно сна спали они в разных комнатах, обоим так было спокойнее.) – У меня всё тело болит! Я разваливаюсь на кусочки! Даже не могу нормально шевельнуться! Я умираю!       - Ты не умираешь. – Стоящая подле постели Баффи скрестила руки на груди. – У тебя просто болят мышцы после тяжёлой физической работы, с непривычки.       Ангелус хотел было наградить её оскорблённо-злобным взглядом и укоризненно спросить: «А кто отправил меня на эту работу?!» Но понадобилось бы немного приподняться и повернуть голову, а такое сейчас было выше его сил. Вдобавок Баффи не останется в долгу и напомнит, что даже эту работу она нашла для него с трудом, так что пускай радуется, а не возмущается.       Готовности Баффи содержать Ангелуса хватило ненадолго. Каким бы потрясающим любовником он ни был, уже через месяц Баффи заявила, что он ей слишком дорого обходится, в буквальном - материальном смысле. Она не отказывается предоставлять ему жильё, но пускай он начинает зарабатывать сам на долю в оплате продуктов и коммунальных услуг.       Зарабатывать. Работать и получать зарплату. Сама мысль о подобном была Ангелусу противна до глубины… того, что заменяло ему душу. Однако деваться некуда, Истребительница не шутила. Пришлось искать работу.       Ангелус был уверен, что его, такого талантливого, охотно возьмут художником – в галерею, в издательство, в рекламное агентство, на худой конец. Но оказалось, что: а) рабочих мест для художников (искусствоведов/знатоков истории/специалистов по монастырям/полиглотов) значительно меньше, чем самих художников (искусствоведов/знатоков истории/специалистов по монастырям/полиглотов), даже талантливых, б) не такой уж он и талантливый, по мнению потенциальных работодателей. Ангелус аж онемел, когда, просмотрев его наброски, ему заявили, что способности у него определённо есть, но ещё более определённо он их никогда толком не развивал - его рисунки весьма посредственны.       По итогам поисков работы выяснилось не только, что ничего полезного Ангелус делать, в общем-то, не умеет, но и что даже тем, кто умеет, найти место не слишком просто, особенно если хочется, чтобы на этом месте платили столько, чтобы хватало на жильё, еду, медстраховку и какие-никакие развлечения.       Был вариант со сферой обслуживания – работа курьером, официантом и так далее; плата не ахти, но люди нужны, и берут почти всех. Однако обслуживаемые зачастую вели себя настолько по-свински, что Ангелус в первый же, максимум во второй же день срывался, и даже страх не удерживал его от ответов хамством на хамство.       Не видя других вариантов, Баффи спросила у Ксандера, не найдётся ли для Ангелуса какая-нибудь работа на стройке. «Только не на моём объекте!» - выпалил Ксандер. Потом подумал и сказал, что может посоветовать пару объектов, где нужны рабочие, где возьмут без опыта, и где такой неопытный - и зловредный - рабочий как Ангелус не причинит большого ущерба ни объекту, ни другим рабочим, если, конечно, не решится – а он не решится - открыто выйти за рамки уголовно-правовых норм.       Работа была вроде простая в плане самих по себе обязанностей, но очень, очень сложная в плане их количества и интенсивности. Копать землю лопатой или перевозить кирпичи на тачке – процесс, казалось бы, незамысловатый, но попробуйте делать это часами и часами напролёт, с минимальным отдыхом или без отдыха вовсе, и ваше мнение насчёт незамысловатости поменяется радикально. Вдобавок, как оказалось, даже у копания лопатой, перевозки кирпичей и прочих «строительных» действий есть нюансы, о которых сторонний человек никогда в жизни не догадается.       Уже после первого рабочего дня у Ангелуса болели все мышцы, особенно наутро. Отлежаться бы в тёплой постели, но надо было снова идти на работу (на работу – какой позор, брр!!!). После второго рабочего дня Ангелус, не иначе как чудом доковылявший до дома и до постели, был абсолютно уверен, что прямо сейчас сдохнет.       - Ты голоден? – мягко спросила Баффи, похоже, проникшаяся его страданиями.       Голоден? «Голоден» - не то слово! Ему хотелось даже не есть, а жрать, но для исполнения сего желания надо было встать с кровати, а Ангелус и лежал-то с трудом.       - А что у нас на ужин? – поинтересовался он преувеличенно слабым голосом, надеясь, что Баффи предложит принести еду ему в комнату.       - Пицца, - отрапортовала Баффи. – Я только что заказала, скоро должны доставить.       Ангелус застонал. Нет, сейчас мысль о жирной калорийной еде, с сыром и мясом, была более чем заманчивой. Но это же так вредно! А он теперь не бессмертный, надо заботиться о здоровье. Чёрт, видимо, придётся начинать самому готовить, а то Баффи уморит его этой своей едой. Вернее, не своей едой.       Его стон Баффи истолковала совершенно правильно.       - Эй, я тоже весь день работала, мне некогда разготавливать всякие обеды-ужины.       Ангелус ничего не ответил, но всей своей позой и даже затылком выразил недовольство.       Вздохнув, Баффи присела на постель и осторожно-осторожно провела ладонью по плечу Ангелуса.       - Сходи прими душ. Только не очень горячий. От тёплой воды мышцам будет полегче.       Ангелус снова застонал.       - Давай-давай, - Баффи поднялась и уже не погладила, а похлопала его по плечу, впрочем, тоже осторожно. – Вставай, иди в душ. Чистую одежду я тебе принесу. – Почувствовав, как Ангелус напрягся, она усмехнулась. – Не волнуйся, эротических подвигов в дУше я от тебя сегодня не жду, я не настолько безжалостна.       Пока он мылся, привезли пиццу, так что из душа Ангелус отправился прямиком на кухню, где они с Баффи и поужинали.       Затем Ангелус вернулся в постель. После душа впрямь стало получше, но всё равно было плохо, и он с ужасом думал о том, что скоро придётся вернуться на стройку…       - Сделать тебе массаж? – предложила Баффи.       Звучало заманчиво, и он согласился. Она сбегала к себе в комнату, принесла баночку бальзама, привезённую из путешествия по Таиланду.       - Тут всё на тайском, - повертев баночку, Баффи отвинтила крышку, - но продавец говорил, что это от боли и напряжения в мышцах. Идеально подойдёт.       - Если продавец не наврал.       - Зачем ему врать?       - Из вредности.       Но бальзам приятно пахнул ментолом и ещё чем-то остро-свежим, посему Ангелус не сопротивлялся. Он кое-как снял футболку, джинсы, оставшись в одних боксерах, и снова растянулся на кровати, приготовившись расслабляться и получать удовольствие от массажа.       Однако нескольких прикосновений Баффи хватило, чтобы Ангелус, вопреки протестам всех мышц тела, подскочил как ужаленный и взвыл:       - А-а-а-а!       - Что? – Баффи удивлённо моргнула.       - Я тоже хочу знать: что? – взревел Ангелус, после подскакивания принявший сидячее положение. – Что это такое? Что ты делала?       - Массаж…       - Массаж?! Бафф, это не массаж, это пытка из арсенала средневековой инквизиции!       - Ну, знаешь ли, - Баффи сердито фыркнула, - я не виновата, если ты такой чувствительный. До тебя никто не жаловался.       - И кому ты делала массаж до меня? Гаргульям?!       - Никому, - призналась Баффи. – Собственно, потому никто и не жаловался. – Она посмотрела на свои ладони, блестящие от бальзама. – Да ладно, это не может быть так сложно.       - Баффи Саммерс, ради себя самого и всего человечества заклинаю: никогда, никогда больше не пытайся делать массаж! По крайней мере, пока не пройдёшь хоть какие-то обучающие курсы. Да и после них сперва потренируйся на гаргульях, а уж потом берись за людей, только сразу предупреждаю, что я не буду первым, хочу сначала посмотреть, выживут ли другие.       Баффи захотелось наорать на Ангелуса и уйти, но она снова посмотрела на бальзам у себя на ладонях. Недешёвый, между прочим, бальзам. Обидно будет тупо смыть его.       - Хорошо, - скрипнув зубами, сказала Баффи. – Никакого массажа. Давай я просто поглажу тебя, чтоб бальзам не пропал зря.       - Просто погладишь? – переспросил Ангелус со смесью настороженности и надежды. – Никаких попыток массажа?       - Никаких.       - Обещаешь?       - Обещаю.       - Тогда давай.       Первые минуты Ангелус не мог не напрягаться, всё боялся, что Баффи нарушит обещание. Но она больше не сделала ни одной попытки раздавить его мышцы в кашу, она впрямь только гладила его – в основном по спине, плечам и рукам, - иногда совсем легонько, иногда понапористее, но тоже безболезненно. Это было реально приятно. В конце концов он расслабился.       - Знаешь, - заговорила Баффи, для которой окутывающая их тишина в какой-то момент стала чересчур странной, - любая работа сначала кажется тяжелее, чем она есть на самом деле. Хотя, конечно, это не значит, что она не тяжёлая. Но потом будет проще.       Ангелус собрался поинтересоваться, сколько кубометров земли перекопала и сколько тачек перевезла Истребительница, чтобы делать подобные заявления. Однако решил не конфликтовать и лишь выдал политически нейтральное:       - М-м-м-м…       - И я считаю, что ты занят полезным делом.       - М-м-м-м? – Нейтралитета стало чуточку меньше. – Издеваешься?       - В кои-то веки нет, нисколько. Художник – хорошая профессия, которая может принести немало пользы. Но если бы мне было суждено очутиться на необитаемом острове и я могла выбрать, оказаться там вместе с художником или вместе со строителем, я выбрала бы того, кто может построить дом, а не нарисовать его на пейзаже.       - М-м-м-м, - выдал Ангелус уже несколько встревоженно. – Ты что, собралась на необитаемый остров?       - Нет, - успокоила Баффи и коварно добавила: - Но кто знает, как сложится жизнь.       - М-м-м-м, - протянул Ангелус вновь нейтрально. И очень, очень сонно.       Бальзам уже впитался в его кожу, она была практически сухой, как и ладони Баффи.       - Сеанс немассажа закончен, - объявила Баффи. – Отдыхай. - Она мысленно задалась вопросом, придётся ли завтра менять-стирать постельное бельё, на котором явно останутся следы бальзама, особенно если Ангелус заберётся под одеяло; но решила, что это проблема Ангелуса. – Спокойной ночи.       На сей раз Ангелус ничего не промычал – он уже крепко спал.

Конец

(27–28 октября 2025 г.)