Во тьме вижу цвет семи огней

      Мы шли обратно по коридору в сторону места, где остался Дьюс, и чем дальше мы отходили от ряда окон, тем сильнее ощущалась смена атмосферы, потому что рабочая тишина постепенно снова превращалась в обычную жизнь академии, где где-то вдали уже слышались приглушённые голоса и редкие шаги студентов, возвращающихся между занятиями.       Я шла чуть впереди, уже не торопясь, потому что мысль о коротком перерыве приятно отвлекала от усталости в руках, а также давала ощущение, что этот бесконечный день всё-таки можно разделить на небольшие, более терпимые части, а не воспринимать как одно сплошное наказание без пауз.       Эйс шёл рядом, засунув руки в карманы, и периодически бросал на меня короткие взгляды, будто всё ещё пытался понять, как мы вообще так спокойно дошли до идеи «перерыва» после всего произошедшего, но при этом уже не спорил и не возмущался, что было почти удивительно. — Знаешь, — наконец протянул он, нарушая тишину, — ты как будто вообще не умеешь психовать.       Я слегка повернула голову в его сторону, не замедляя шаг. — А кто тебе сказал, что девушки должны психовать, — спокойно ответила я, поправляя очки, — я просто стараюсь не тратить силы на то, что всё равно не изменит ситуацию.       Он тихо хмыкнул, будто обдумывая услышанное, и отвёл взгляд вперёд, где уже начинал появляться знакомый участок коридора, ведущий обратно к статуе и месту работы Дьюса.       Когда мы подошли ближе, стало слышно лёгкое плескание воды и тихие, сосредоточенные движения, и вскоре перед нами снова появился синеволосый, который продолжал отмывать поверхность, явно стараясь выполнить задачу максимально тщательно, будто от этого зависела его дальнейшая судьба в академии.       Парень заметил нас почти сразу и выпрямился, вытирая руки о ткань, хотя на лице всё ещё оставалось сосредоточенное выражение. — Вы уже закончили окна? — спросил он, слегка удивлённо переводя взгляд между нами. — Не совсем, — ответила я, останавливаясь рядом, — мы просто решили сделать перерыв и взять что-нибудь выпить.       Дьюс моргнул, явно не сразу переключаясь с режима «уборка статуи» на идею отдыха, но потом слегка выдохнул, будто сам только сейчас понял, что работает без остановки уже довольно долго. — Перерыв звучит… неплохо, — признался тот, выпрямляясь полностью.       Я кивнула и слегка наклонила голову в сторону коридора. — Пойдём вместе, ты тоже заслужил паузу.       Спейд на секунду замялся, будто всё ещё внутренне спорил с мыслью о том, что можно оставить работу незавершённой даже на короткое время, но затем всё-таки кивнул, соглашаясь. — Ладно… только недолго, — добавил он уже привычно серьёзным тоном.       Морковка тихо фыркнул рядом. — Смотри-ка, наш идеалист тоже умеет отдыхать, — пробормотал он, но без злости, скорее с привычной насмешкой.       Я ничего не ответила, лишь развернулась в сторону дорожки, ощущая, как внутри постепенно появляется лёгкое чувство облегчения. Даже такой странный и насыщенный день иногда нуждался в паузе, пусть и очень короткой, прежде чем снова вернуться к реальности академии и её бесконечным обязанностям.

***

      Мы всё-таки дошли до места, где можно было взять напитки и немного еды, и я почти сразу почувствовала, как голод, который до этого терпелся на фоне всей этой беготни и уборки, резко напомнил о себе с такой настойчивостью, что игнорировать его уже не получалось.       Я взяла себе что-то простое и быстрое, не особо вникая в выбор, потому что сейчас главным было просто восстановить силы, да и личный бюджет ограничен. Может, как остепенюсь найду какую-то подработку в этом мире. Не хочу висеть на шее у директора, и тут дело даже не в доверии, хотя она тоже присувтвует. Я в принципе, не имею делания просиживать штаны и ждать озарения. Лучше все делать самой. От своих раздумий по планам на будущее, я заметила, что рядом с одной из статуй, мимо которой мы остановились раньше, я оставила свой сэндвич, который каким-то образом полностью выпал из головы из-за всей суматохи.       На секунду я остановилась, затем тихо выругалась себе под нос и резко развернулась, уже на ходу бросая парням: — Ребят. Я быстро отойду, я кое-что забыла! - махнула я, от движение которого дух-хранитель дернулся, и тому пришлось взлететь, дабы проследовать за мной.       И прежде чем кто-то успел что-то сказать, я уже почти бегом направилась обратно по коридору, на выход к улице, стараясь не расплескать напиток и одновременно не потерять направление, потому что в этой академии одинаковые повороты начинали раздражать всё сильнее.       И в следующую секунду я врезалась в кого-то довольно резко, плечом и корпусом, теряя равновесие. Я мчалась по коридору, сосредоточившись на цели, и, конечно же, именно в этот момент умудрилась не вписаться в поворот и врезаться в кого-то с той самой точностью, которая уже начинала становиться дурной привычкой.       Удар был достаточно сильным, чтобы я потеряла равновесие и рухнула на пол, пятой точкой шмякнулась, но при этом каким-то чудом удержала стакан с напитком, вытянув руку так, что он остался почти идеально ровным, не пролив ни капли.       Я нахмуренно подняла взгляд вверх, всё ещё сидя на полу, и уже собиралась высказать всё, что думаю о людях, которые стоят посреди дороги, как вдруг слова застряли где-то на уровне горла.       Передо мной стоял высокий парень со светлыми волосами до плеч и фиалковыми глазами, и его внешний вид был настолько безупречным, что на секунду казалось, будто я столкнулась не с человеком, а с чем-то… слишком идеальным для реальности или же с кинозвездой, что более вероятно, видя его осанку.       Форма академии сидела на нём так, будто была сшита лично под него, а пурпурная ленточка на руке пиджака выделялась на фоне остального так же чётко, как и его присутствие в целом, полностью отличаясь от тех красных, к которым я уже успела привыкнуть у Эйса и Дьюса.       Столкнувшийся смотрел на меня сверху вниз с тем выражением, в котором не было ни удивления, ни растерянности, только холодная, оценивающая внимательность, будто я была не человеком, а объектом, внезапно нарушившим его идеально выстроенную картину мира. — Кто ты такая, чтобы так неуклюже носиться по коридорам? — произнёс блондин ровно, однако с явной ноткой недовольства, слегка приподняв подбородок.       Его взгляд скользнул по мне медленно, почти сканируя каждую деталь, от одежды до позы, в которой я сидела на полу, и чем дольше он смотрел, тем более явным становилось его внутреннее заключение. — Совершенно никакой координации, тебе стоит больше следить за своей походкой и движениями, — продолжил тот с тихим раздражением, словно озвучивал диагноз, — и внешний вид…       Незнакомец сделал короткую паузу, после чего чуть прищурился и произнёс уже почти без эмоций, но с ощутимой колкостью: — Ты напоминаешь маленькую, безвкусную картошку. Такая же непримечательная… и, увы, столь же непривлекательная. Неужели таких девушек, как ты, совсем не умеют за собой следить… И вообще, что в это академии делает девушка, что пару дней назад устроила погром на церемонии поступления?       На секунду повисла тишина. Я медленно моргнула, переваривая услышанное, и внутри что-то резко щёлкнуло. — «Он что…долбанутый? Я знаю, что не писаная красотка, однако не культурно говорить кому-то такие грубости. Да и тем более, ему что, чешется раз так интересно, что я здесь делаю.»       Я аккуратно поставила стакан на пол рядом, поднялась на ноги, стряхнула с себя пыль и выпрямилась, чувствуя, как раздражение начинает подниматься волной, уже не сдерживаемой ни голодом, ни усталостью. — Слущай, а ты случаем не… — начала я, уже готовая высказать всё, что думаю о его «оценках» и послать куда подальше, но не успела договорить.       Потому что в этот момент к нам подбежал ещё один блондин с зелёными глазами, в шляпе, который резко остановился рядом и с заметной поспешностью обратился к негодяю: — Король яда, вы так быстро пришли!       Второй блондин с зелёными глазами, заметив напряжение, быстро перевёл взгляд со своего знакомого на меня, словно наконец уловил, что ситуация начала выходить за рамки обычного разговора. И неловко кашлянул, пытаясь смягчить атмосферу своим вмешательством, пока виновник демонстративно отвернулся от меня и отошел уверенной походкой. — Прошу прощения, — произнёс зеленоглазый уже спокойнее, шагнув чуть ближе ко мне и явно стараясь сгладить впечатление от слов своего спутника, — Король яда не хотел вас задеть, он просто… слишком внимателен к деталям.       Я даже не сразу отреагировала, ибо желание просто развернуться и уйти уже перевешивало любую вежливость. В этот момент я сделала шаг в сторону, намереваясь закончить этот разговор своим молчанием и наконец добраться до своего сэндвича, который уже казался куда важнее всех королев яда и идеальных манер.       Однако блондин со шляпой неожиданно мягко, но уверенно остановил меня, чуть подняв руку в жесте, который не был грубым, скорее наоборот — слишком вежливым, почти церемониальным, и от этого даже немного сбивающим с толку. — Подождите, — сказал парень спокойно, и в его голосе впервые прозвучала искренняя нота уважения, — позвольте мне извиниться за его слова.       Он снял шляпу с головы и прижал её к груди, слегка наклонившись вперёд так, будто действительно воспринимал это как вопрос чести, а не просто случайную ситуацию в коридоре академии. И в какой-то момент он даже попытался аккуратно перехватить мою руку, словно собирался сделать жест, больше похожий на рыцарское приветствие или старомодный знак уважения. Однако я почти сразу отдёрнула руку, не позволяя этому продолжиться, потому что всё это внимание уже начинало казаться излишним.       Я спокойно посмотрела на него, без раздражения, но и без особого интереса, и ровным голосом сказала: — Всё нормально, я пойду.       Без эмоций, без попытки развивать тему, просто как факт, после чего сделала шаг назад, мягко разрывая контакт и дистанцию между нами, и развернулась, чтобы уйти.       Я уже не слушала, что происходило дальше, только краем слуха уловила лёгкое, почти недовольное фырканье фиолетовоглазого позади, как будто его раздражало не само столкновение, а то, что ситуация закончилась не так, как он бы, возможно, её «идеально» оформил в своей голове.       Но я уже не остановилась, потому что единственное, что сейчас имело значение, это найти свой сэндвич и наконец вернуть себе хотя бы иллюзию нормального перерыва в этом слишком странном дне.

***

      Я наконец добралась до того места у статуи, где оставила свой сэндвич, уже почти предвкушая нормальный перерыв и мысленно ругая себя за то, что вообще умудрилась его забыть, потому что голод к этому моменту стал настолько навязчивым, что затмевал всё остальное.       Я наклонилась вперёд, уже протягивая руку к еде, как вдруг в последний момент кто-то быстрее меня перехватил сэндвич прямо из-под пальцев/ И он оказался в чужих руках настолько уверенно и естественно, будто это было не случайное похищение, а давно отрепетированное действие. — ЭЙ! Моё! — резко вырвалось у меня, и я мгновенно выпрямилась, уставившись на того, кто посмел это сделать.       Передо мной стоял парень с короткими растрёпанными тёмно-русыми волосами и полуприкрытыми серо-зелёными глазами, в которых читалось спокойное, почти ленивое любопытство, будто он вообще не считал происходящее чем-то серьёзным. И только спустя секунду я заметила у него на голове самые настоящие коричневые уши, а чуть ниже — короткий хвост с тёмным кончиком, который едва заметно двигался, выдавая его настроение сильнее любых слов. — «Он что, зверь?..» — мелькнуло у меня в голове, но голод и раздражение оказались сильнее удивления, поэтому я быстро отодвинула этот факт на второй план.       Вор тем временем спокойно посмотрел на сэндвич в своей руке, будто оценивая его, и даже не сразу отреагировал на мой возглас, словно я просто нарушила его личное пространство, а не поймала его на краже еды. — Верни, воришка! — добавила я уже громче, делая шаг вперёд и протягивая руку.       Зверочеловек наконец перевёл взгляд на меня, слегка приподняв бровь, и в его выражении появилось что-то лениво-насмешливое, будто ситуация его скорее развлекала, чем вызывала хоть какое-то чувство вины. — Воришка? — повторил тот медленно, чуть наклонив голову набок, и хвост за его спиной едва заметно качнулся.       Парень чуть наклонил голову, будто всерьёз обдумывая мои слова, а потом вдруг тихо, почти по-гиенячьи захихикал, явно находя ситуацию куда более забавной, чем она была для меня. — Еда, оставленная без присмотра, — протянул воришка лениво, покачивая сэндвич в руке так, будто это не чужой обед, а случайная находка, — автоматически теряет право собственности.       Я замерла на секунду, не сразу веря в услышанное, и уже открыла рот, чтобы возразить, но он даже не дал мне шанса вставить слово, продолжая крутить мой сэндвич между пальцами с откровенно довольным видом. Его уши чуть дёрнулись, хвост за спиной качнулся, и в его серо-зелёных глазах мелькнуло что-то абсолютно довольное собой, будто он только что выиграл какую-то очень простую, но важную для него игру. — Так что я забираю его себе, — сказал гиена с лёгкой, наглой уверенностью, после чего чуть наклонился в мою сторону и добавил почти насмешливо: — Спасибо и бывай, кроха —       Однако договорить он не успел, я даже не стала его догонять словами. Вместо этого одним быстрым движением скинула с ноги туфлю, даже не задумываясь о том, как это выглядит со стороны, и, не давая себе времени на сомнения, с размаху запустила её ему вслед.       Траектория получилась на удивление точной. Туфля с глухим «тук» прилетела ему прямо в затылок, и удар оказался настолько неожиданным, что парень не просто споткнулся, а буквально потерял равновесие на бегу. — АЙ! — вырвалось у него, и в следующую секунду он навернулся вперёд, не удержавшись на ногах, с характерным шорохом прокатившись по полу и врезавшись лицом в землю.       Я уже спокойно подошла ближе, даже не ускоряясь, потому что бежать теперь не было смысла — он лежал там, где и должен был. Секунда тишины, а потом я чуть наклонила голову, глядя на него сверху вниз, и ровно произнесла: — Верни.       Без повышения голоса, без лишних эмоций, но с таким тоном, в котором даже не предполагался вариант отказа. Дариус все время наблюдал со стороны и по его довольному лицу, удовлетворительно оказывал реакцию на мой поступок.       Вор с трудом приподнялся, морщась и потирая затылок, куда пришёлся мой удар, и на секунду действительно показалось, что сейчас он сдастся и просто вернёт сэндвич, но вместо этого парень только хмуро зыркнул на меня исподлобья, в глазах мелькнуло упрямство, смешанное с тем самым наглым азартом, который у него, похоже, был по умолчанию.       Я в это время спокойно подошла ближе, поправляя очки на переносице, уже почти уверенная, что сейчас всё закончится нормально, потому что логика подсказывала: упал, получил — верни чужое и живи дальше. Но, как оказалось, логика в этом мире работала не у всех. Упавший резко дёрнул ухом, сжал сэндвич покрепче и, даже не вставая нормально, вдруг рванул в сторону, ловко перекатившись и вскочив на ноги так быстро, будто падение вообще не имело значения. — Эй! — вырвалось у меня, но тот уже снова набрал скорость, удирая прочь в кусты, будто только что не лежал лицом в полу.       Я на секунду замерла, потом стиснула зубы и раздражённо выдохнула, чувствуя, как остатки терпения окончательно испаряются. — Убью, паразит-объедальщик! — сорвалось у меня уже вслух, с таким спокойным, но ледяным раздражением, что даже собственный голос прозвучал чуть тише, чем ожидалось.       Я сделала шаг вперёд, но уже понимала, что догонять его сейчас бесполезно — этот хвостатый явно знал, куда бежать и как исчезать, и в этот момент оставалось только одно: запомнить его лицо… и когда-нибудь вернуть долг.

***

      Я ещё несколько секунд стояла на месте, глядя в пустой коридор туда, где только что исчез мой сэндвич вместе с чужими шагами и наглым «спасибо и бывай», и в голове медленно, но очень уверенно формировалась единственная мысль, которая в нормальных условиях звучала бы как угроза. Но сейчас больше напоминала тихое внутреннее признание полного жизненного провала.       Хотелось кого-то убить.       Не в каком-то красивом драматическом смысле, а максимально честно и бытово, как реакцию организма на несправедливость, голод и усталость одновременно. Сил даже на это не было, потому что желудок настойчиво напоминал, что приоритеты сейчас совершенно другие, и любые революционные планы откладываются до момента, когда появится хотя бы минимальная энергия.       Я медленно выдохнула, опустила взгляд на собственные руки и только сейчас заметила, что напиток, который я всё это время держала, уже не выглядел как спасение, потому что часть его успела пролиться, оставив неприятные следы, на каменной дорожке, и ощущение, что даже он решил предать меня в самый неподходящий момент. — Отлично… — тихо произнесла я без эмоций, как человек, который уже смирился с уровнем абсурда происходящего.       Еды нет. Воды почти нет. Настроение где-то на уровне пола, и то с риском провалиться ниже. Я на секунду прикрыла глаза, будто это могло помочь перезагрузить ситуацию, но реальность, к сожалению, не обладала такой функцией, и вместо улучшения стало только яснее, насколько всё сейчас максимально не в мою пользу.       Пришлось развернуться обратно, медленно и без энтузиазма, возвращаясь тем же маршрутом, по которому я только что бежала с надеждой на перерыв, который так и не состоялся, а вместо него получился очередной маленький жизненный урок в духе «не оставляй еду без присмотра в мире, где еду могут стырить в любой момент и никого это не будет колышить».       Я шла обратно уже без спешки, чуть опустив плечи, с наполовину пустым стаканом в руке и ощущением полной несправедливости мира, где даже короткая попытка поесть превращается в приключение с побочными потерями. И где-то на фоне этой усталости мелькнула мысль, что если сегодняшний день продолжится в таком же темпе, то я либо окончательно привыкну ко всему этому, либо очень быстро начну воспринимать любые странности как норму, что, честно говоря, пугало даже больше, чем украденный сэндвич.

***

      Я вернулась к месту, где должны были быть Эйс и Дьюс, уже заметно уставшая, с наполовину пустым напитком в руке и выражением лица, которое, вероятно, не требовало дополнительных объяснений, потому что настроение у меня было настолько «ровным», что даже обсуждать его не хотелось.       Они оба сразу заметили моё появление: Эйс поднял взгляд первым, слегка прищурившись, а Дьюс выпрямился, будто проверяя, всё ли прошло нормально, но уже по моему виду стало понятно, что история явно не ограничилась простым «сходила и вернулась». — Ты чего так долго? — спросил Эйс с привычной смесью любопытства и лёгкого раздражения, словно он уже мысленно прикидывал, во что я снова успела вляпаться.       Я остановилась рядом, на секунду задержала взгляд на новых знакомых и устало выдохнула, не утруждая себя длинными объяснениями. Ибо пересказ всего в деталях у меня уже не осталось. — Столкновение с красавчиком, украденный сэндвич мелким полу-зверёнышем, — произнесла я одним ровным предложением, настолько сухо и безэмоционально, что оно само по себе звучало как краткий отчёт о катастрофе.       На секунду повисла тишина. Рыжий моргнул, будто пытаясь понять, как вообще эти три вещи могли уместиться в один мой короткий поход, а его товарищ слегка нахмурился, явно пытаясь мысленно восстановить цепочку событий и понять, где именно всё пошло не так. — …Подожди, — первым не выдержал Траппола, чуть наклонив голову, — «красавчик» это что ещё за часть истории?       Я только устало посмотрела на него, не собираясь вдаваться в подробности, и слегка пожала плечами, как будто это было самой незначительной деталью из всего произошедшего. — Тот, в кого я врезалась был недурен собой, блонди какой-то, — спокойно уточнила я, делая глоток напитка, который уже тоже не особо радовал. — А мой сэндвич, стащил какой-то парень с очертанием гиены. Я не смогла его поймать, шустрый проныра.       Синеволосый медленно перевёл взгляд в сторону коридора, будто ожидая, что сейчас оттуда выйдет целая делегация объяснений. А морковка тихо фыркнул, но в этот раз без привычной насмешки, скорее с лёгким неверием в масштаб происходящего.       Я же просто стояла рядом, ощущая, как усталость постепенно садится где-то глубже, чем просто в руках или ногах, и понимала, что этот «перерыв» закончился максимально логично для этого дня — без еды, почти без воды и с очередным подтверждением того, что спокойствие в этой академии явно не предусмотрено по умолчанию.       Спейд немного замялся, словно всё ещё обдумывал, стоит ли вообще вмешиваться в ситуацию. Однако затем всё-таки шагнул ближе и неловко протянул мне свой бутерброд, явно не до конца уверенный в том, что это хорошая идея, но, судя по выражению лица, голод у меня был настолько очевиден, что игнорировать его уже было невозможно. Пусть и лицо оставалось нейтральным. — Эм… если хочешь, можешь взять, — сказал парень чуть тише обычного, слегка отводя взгляд в сторону, будто это было что-то слишком личное для простой еды. — Я уже поел…так что…       Я на секунду зависла, а затем незаметно для знакомых просияла, потому что организм мгновенно решил за меня все моральные дилеммы. И прежде чем бирюзовоглазый успел хоть как-то отреагировать или отломать кусок сам, я уже приблизилась слишком близко, быстро откусив часть булки прямо у него из руки.       Всё произошло слишком быстро и естественно, чтобы кто-то успел среагировать нормально, и в следующий момент я невольно задела пальцы Дьюса, слегка коснувшись губами и языком большого пальца, на котором остался соус от бутерброда, потому что в этот момент вообще не думала о дистанции или аккуратности.       Буся резко дёрнулся, словно его неожиданно вывели из равновесия не физически, а скорее морально, и на секунду застыл с выражением полного ступора. Затем его щеки заметно порозовели, и тот поспешно убрал руку, будто не знал, куда её теперь вообще деть.       Я, не особо придавая этому значения, спокойно отстранилась обратно, уже пережёвывая кусок еды, и машинально заправила прядь волос за ухо, ибо не хотелось ещё и их случайно испачкать в соусе или крошках. — Ты чего? — спокойно спросила я, чуть наклонив голову и провела подушечкой указательного пальца по губам.       Вообще не до конца понимая, почему вокруг вдруг стало так неловко, и продолжила есть, будто ничего особенного не произошло.       Спейд всё ещё выглядел немного растерянным, казалось что тот пытался одновременно понять, что именно сейчас произошло, и убедить себя, что это было не так странно, как ему показалось. Парень неловко замялся на секунду, потом всё же собрался и протянул мне оставшийся кусок своего бутерброда, явно решив, что лучше просто закончить начатое и не усложнять ситуацию ещё сильнее.       Я спокойно приняла еду и держала остаток бутерброда в руках, как будто это было самое естественное развитие событий, и коротко кивнула ему в знак благодарности, продолжая жевать, не придавая этому особого значения.       Синеволосый же в этот момент выглядел так, словно его внутренний баланс слегка пошатнулся: он прижал ладонь к груди, сделал странный, чуть резкий вдох и замер, небось пытался проверить, всё ли с ним в порядке после всего произошедшего.       Я мельком посмотрела на него и спокойно подумала: — «Не привык к общению с девушками, что ли? Зеленый какой-то, но бусей пусть и остается.»       В этот момент в голове мягко отозвался знакомый голос Дариуса, появившийся по телепатической связи, спокойный и чуть ленивый, наблюдал за всей ситуацией со стороны уже довольно давно. — «Ты слишком легко принимаешь чужую еду,» — прозвучало у меня в мыслях с лёгкой насмешкой. — «В этом мире это может восприниматься куда более… неоднозначно.»       Я чуть прищурилась, продолжая жевать, и так же мысленно ответила ему, не меняя выражения лица: — «Я не умираю с голода ради этикета. И вообще, это была его инициатива поделится.»       Дариус в моей голове тихо усмехнулся, будто его это даже позабавило, и его голос стал чуть мягче, но всё ещё с той же спокойной уверенностью. — «Инициатива не отменяет последствий, но ты быстро учишься адаптироваться, это радует.»       Я на секунду отвела взгляд в сторону, продолжая есть, и уже чуть спокойнее добавила: — «Если бы я не адаптировалась, я бы уже давно лежала где-нибудь без сил после этого дня.»       Грифон на мгновение замолчал, словно обдумывая мои слова, а затем снова откликнулся, уже без прежней иронии, более ровно и спокойно: — «Справедливо. Но всё же будь внимательнее к людям вокруг. Не все реагируют так… спокойно, как ты.»       Я слегка выдохнула и чуть наклонила голову, заканчивая разговор так же просто, как он начался: — «Учту. Но обещаний не даю.»       Я ещё раззадержалась в этом внутреннем диалоге с Дариусом, словно привыкая к тому, как легко теперь мысли разделяются между реальностью и телепатическим голосом. А дальше вернулась вниманием к происходящему вокруг, где ситуация постепенно снова становилась обычной… насколько вообще это слово применимо к этому дню.