Забытые расы

Джон глубоко вздохнул, устало проведя рукой по лицу. Несмотря на внешнюю показушную энергичность, которую он старательно демонстрировал окружающим, изнутри его постепенно разъедала накопившаяся усталость. Каждый день — бесконечная череда дел, встреч, притворных улыбок и вынужденной бодрости. Порой ему казалось, что эта маска прилипла к нему намертво, и снять её уже не получится. С трудом переставив ноги, он добрёл до массивного кожаного кресла, стоявшего у окна, и с громким стоном плюхнулся в его мягкие объятия. Спинка скрипнула под весом его тела, а пружины едва слышно застонали, принимая новую нагрузку. На столике рядом громоздилась неупорядоченная стопка книг — результат хаотичных поисков в течение последних дней. Не глядя, он вытянул руку и наугад вытащил один из томов. Книга оказалась увесистой, с потрёпанным переплётом, покрытым пылью веков. Её обложка едва держала форму, а уголки листов торчали в разные стороны, словно свидетельствовали о бесчисленных прикосновениях прошлых читателей. Джон сдул пыль, и та облачком взвилась в воздух, заиграв в лучах закатного солнца. Разглядев название, он невольно усмехнулся: «Собрание всесоборное родов, вселенную населяющих». «Ну надо же, — подумал он, осторожно перелистывая хрупкие страницы. — Какое‑то старьё». Буквы, выведенные витиеватым старинным шрифтом, казались почти живыми — каждая словно хранила в себе отголоски давно минувших эпох. Судя по всему, это был старый сборник, описывающий расы этой реальности во всём их многообразии. Джон прищурился, вчитываясь в первые строки. Язык был несколько тяжеловесным, но понятным — видимо, составитель старался сохранить баланс между торжественностью изложения и доступностью для читателя. «Интересно, — мелькнуло у него в голове. — И, должно быть, легко для понимания». Он откинулся на спинку кресла, устроив книгу на коленях, и погрузился в чтение, постепенно забывая об усталости и суете прошедшего дня. Интересных было мало, но всё же были: Роды живосущие, во плоти пребывающие: Крианиты — раса сияющих и высоких, с кожиею серебряною и очами светящимися; владели путями межзвёздными и держат осколки силы своей на ныне обитаемых мирах; сохраняют древний обычай Лунной беседы. Известныя имена: Селарион Лунный Свет — мастер навигации сквозь лунные порталы; Айлира Серебристая Тень — прорицательница и хранительница древних свитков; Вирдан Сияющий Путь — воздвигатель арок межзвёздных и учёный маг света. Вэлдуны — крепки и мускулисты, руки держащие пламя без боли, очи видят металлы, яко душу; воздвигали арки меж мирами и всё ещё скрываются в пустошах, держа древние традиции. Известныя имена: Торгран Бронестрой — кузнец легендарных мостов и арок; Калвис Огнедерж — владыка огня и заклинатель лавы; Мариэл Стальглаз — мастер боевых конструкций и защитник крепостей. Роды, на пороге исчезновения стоящие: Люмиары — крошечныя светозарныя существа, рождающияся в тени и умирающия, когда сияние их угасает; ныне мало их осталось, скрываются на тусклых лунах и в глубинах миров. Известныя имена: Лумиел Светлый Взмах — созидатель путей света для заблудших; Фаринель Тихий Сияние — хранитель тайных световых ритуалов; Зиннариа Лунное Пламя — направляющая странников сквозь тьму. Фергониды — строители миров великих, воздвигали города на орбитах, где гравитация свихнулась; остатки рода их едва ли сохранились, вымирают ныне почти совершенно. Известныя имена: Ксаргон Великий Камнелёт — создатель колоссальных орбитальных цитаделей; Тармин Строитель Порталов — маг и архитектор межмирных проходов; Эриван Орбитальный Мастер — инженер и учёный по управлению гравитацией. Роды преставльшиеся, во тьме веков потонувшие: Зарготы — хищники многорукие, панцирем покрыты; считали жизнь добычею и охотились даже на собственныя сны; во время великой войны исчезли и ныне нет живых представителей. Известныя имена: Заргул Когтерез — воевода и повелитель когтей; Ворнак Многорукий — стратег и лидер охотничьих кланов; Шалгрим Камнехват — последний хранитель крепостей Зарготов Роды легендарные, в преданиях уцелевшие: Джон заинтересовался: справочник был очень старым — он выкрал его из Архея перед побегом. Если автор писал ещё до Завесы, во времена Первых, значит, описанные там расы давно стали мифами. Сколько же им лет сейчас? Роды легендарные, в преданиях уцелевшие: Краткой справкой к сожалению обойтись нельзя, так что напишу здесь один из мифов и легенд что собрал я путешествуя по мирам. Лѣтописецъ безвременья. О Сущих, живших за гранью вселенной Говорят древние мудрецы: прежде мира, прежде звёзд и небес, были Сущие — не плотию, но энергиею вечныя. Ни времени не знали они, ни тьмы, ни света. Жили в пустоте великой, что не имела края и меры, за пределом самой вселенной, в месте, коему нарекли Вневременье, ище же именуемом Майнкрафтом. И подвластна была им вся пустота, ибо ничто иное не существовало. Мыслью своей творили они миры, вызывали звёзды, реки и ветры, и струны времени натягивали, яко лук, что держит свет. Когда взирали они на пустоту, она отвечала им, и из дыхания их возникло всё сущее, что ныне именуемо вселенной. Облекались они в образы по воле сердца, выбирали любую стихию, меняли формы свои. И характер их был неукротим, жив, игрив, любил трудности, кои сам себе создавал, дабы не гнало скукой бессмертную жизнь. Нет им конца: если рушилось тело их, не гибли они, но лишь создавали себе новое, воссоздавая образ и суть. Не им нужны Искры, кои даны смертным путям меж миров, ибо сами они путь и сила. Сказуют старцы: живут миры только тогда, когда движутся Сущие; свет их питает пустоту. Играют они, творят, испытывают себя, и трудности их — игра с самим бытием, ибо покой — смерть, движение — жизнь. Так были Сущие до вселенной, и ею же её сотворили; и пока движется их энергия, живёт всё сущее, ибо из них возникло дыхание мира и вся жизнь, что ныне дышит в мирах. Известныя имена: Лололошка — странник меж миров и измерений, учёный мудрый, воитель великий, во вселенную нередко сходит, принимая обличие человека смертного, Дрим — грёз творец и хранитель, странник, воспетый в легендах за свою ловкость, Аид — владыка бездн преисподних, Техноблейд — огненный кузнец, искрою одарённый, воитель, в легендах воспетый, Покоритель Времени — круговращения веков повелитель, учёный безглагольный, надзирающий за устроением вселенной, всеведающий, оставил Мать как замену свою, уйдя в Темницу Времени, храня покой под чужим именем.

***

Джон ошеломлённо всматривался в последний абзац. Известные имена… Лололошка? Какого черта он здесь? Это же легенда… Судя по всему, о Создателях. Но почему именно Лололошка? «Во вселенную нередко сходит, принимая обличье смертного человека». То есть он гуляет по вселенной в облике обычного человека? И при этом уже засветился среди Первых, революции за плечами… Ладно, с чего он решил, что это один и тот же Ло? Джон сравнивал двух Лололошек: того, о котором знают легенды, и того, кого знает он. Как учёный и гений, он анализировал каждый нюанс, каждый намёк текста. Вывод напрашивался сам собой: вероятно, это разные люди, особенно не совпадал характер. Даже подумать о том, что эта его версия — один из Создателей... Бред, просто одинаковые имена. Имя-то простое: трижды «Ло» и уменьшительно-ласкательное окончание. Он посмотрел на остальные имена. Видимо, про того Лололошку и Покорителя Времени известно больше, потому что они долгое время пребывали во вселенной, о чём говорилось. «Круговращения веков повелитель, учёный безглагольный, надзирающий за устроением вселенной, всеведающий; оставил Мать как замену свою, уйдя в Темницу Времени, храня покой под чужим именем». Джон задержался на этих словах. Тут прямо говорится, что Повелитель Времени в прямом смысле своего имени Повелитель времени, ушёл в Тюрьму Времени и хранит покой вселенной под чужим именем… Это Смотрящий, что ли? У них тут целый Создатель под носом, а они даже не подозревают. Мать оставлена как его замена… Сложно описать словами, и именно этот момент, благодаря его научному складу ума, Джон разложил на отдельные логические куски, каждый из которых заставлял его трепетать от осознания масштаба описываемого в легенде. Много, слишком много он получил от прочтения простого сборника рас, пусть и старого. Да и легенда, почти стопроцентно бред. Джон небрежно отбросил книжку и потянувшись вернулся к столу.