Если ты уйдешь я тебя найду

Лес молчал. Не просто затих — он затаился, как зверь перед прыжком. Ни шороха, ни птичьего крика, ни ветра в кронах. Только дыхание. Её — прерывистое, сдавленное. И его — ровное, чужое. Белла стояла, будто вросла в землю. Хрупкая, но несгибаемая. Внутри неё пульсировал огонь, но снаружи — только ледяная тишина. Эдвард — напротив. В тени деревьев, как всегда — недосягаемый. Но сегодня он был не просто далёким. Он был окончательным. Как приговор. — Я пришёл, чтобы попрощаться, — сказал он. Голос его был ровным, как гладь замёрзшего озера. Ни дрожи. Ни боли. — Что? — Белла едва выдохнула. Слово сорвалось с губ, как осколок. — Ты… шутишь? Боль пронизывает ее сердце и душу. Он покачал головой. Медленно. Неумолимо. — Я больше не могу быть рядом. Это опасно для меня и семьи. Ты изменилась, ты стала другой. Она шагнула вперёд. — Изменилась? — в голосе её дрожала не слабость, а ярость. — Ты говоришь так, будто я — ошибка. Я не просила эту силу. Я не просила огонь, который теперь живёт во мне. Но я учусь. Ради тебя. Ради нас. Он отвёл взгляд. — Именно поэтому я ухожу. Ты стала сильной. Слишком сильной. Я… боюсь тебя, Белла, твой огонь может сжечь нас и ты это должна понимать. Эти слова ударили сильнее, чем любой кулак, она на мгновение подумала о том, что лучше бы он ударил её. Она отступила, будто оттолкнутая невидимой волной. — Ты боишься меня? — её смех был пустым, как выжженное поле, этот смех был истерическим наполненным болью. — А я всё это время боялась потерять тебя. Боялась, что ты уйдёшь, если я стану собой. Он молчал. — Я любил тебя, — наконец произнёс он. — Но теперь… ты — не та, кого я полюбил. — Однажды ты сказал, что я — лучшее, что с тобой случалось, — её голос дрожал, но она не позволила слезам прорваться. — Как же слащаво это звучало. Как же чертовски точно подметил Джейкоб — ты эгоистичная размазня, ты трус Каллен. Эдвард вздрогнул, но не ответил. Белла сделала шаг назад. — Ты не просто уходишь. Ты стираешь меня. Как будто я — ошибка. Как будто всё, что было между нами, — ложь. — Это не ложь, — прошептал он. — Это было правдой. Но правда изменилась. Она смотрела на него, как на призрак. — Тогда иди. Уходи. Но знай — ты не забрал мою любовь. Ты просто убил её. И теперь в её месте — пепел. И пламя. Он исчез в лесу, не обернувшись. Ни взгляда. Ни прощания. Только тень, растворившаяся в темноте, он оставил пустоту за собой.

***

Она бежала. Сквозь лес, сквозь боль, сквозь себя. Ветки хлестали по лицу, воздух резал лёгкие. Она не чувствовала. Она горела. Океан. Ей нужно было добраться до воды. До горизонта. До чего-то, что не предаёт. И вдруг — треск. Она остановилась, резко обернувшись. Руки взметнулись, пламя уже собиралось в ладонях, готовое вырваться наружу. Но она замерла. Перед ней стоял мужчина. Нет — вампир. С поднятыми руками, в жесте мира. Его глаза были спокойны, но в них таилась древняя сила. Аро Вольтури. Глава королевского клана. Он стоял в пяти шагах, не приближаясь. Ждал. Не приказывал — предлагал. — Я с миром, Изабелла, — произнёс он, и голос его был мягким, как бархат, но в нём звенела сталь. Белла медленно опустила руки. Пламя исчезло. Но внутри — оно только начинало разгораться. Океан шумел где-то вдали, но Белла не слышала его. Всё внимание было приковано к фигуре перед ней — неподвижной, как мрамор, и всё же живой. Аро Вольтури. Его присутствие не было агрессивным, но в нём чувствовалась власть, древняя и безусловная. — Я с миром, Изабелла, — произнёс он, и его голос был как шелест страниц старинной книги: мягкий, но наполненный смыслом. Она не ответила сразу. Пламя внутри неё ещё не угасло, оно колыхалось, готовое вспыхнуть вновь. Но взгляд Аро был спокоен. Он не боялся её. Не осуждал. Он видел — и принимал. — Почему вы здесь? — наконец спросила она, голос её был хриплым, как после долгого бега. — Потому что ты стоишь на грани, — ответил он. — И я умею видеть тех, кто готов переступить. Белла сжала кулаки. — Я не ищу спасения. — Я и не предлагаю его, — Аро сделал шаг вперёд, медленно, как будто приближался к дикому зверю. — Я предлагаю выбор. Силу. Цель. Она молчала. Он продолжил: — Ты была отвергнута за то, кем стала. Но ты не обязана быть одна. У нас — у Вольтури — нет страха перед тем, что ты несёшь. Мы не боимся огня. Мы умеем направлять его. Белла смотрела на него, и в её глазах отражался свет луны. — Я не хочу быть частью чего-то. Я хочу… чтобы они пожалели. Аро улыбнулся. Не снисходительно — одобрительно. — Месть — это топливо. Но если ты позволишь ей сжечь тебя, ты станешь пеплом. А если научишься управлять ею — ты станешь пламенем, которое освещает путь. Она опустила взгляд. Слова Эдварда всё ещё звенели в голове. «Ты — не та, кого я полюбил. Я боюсь тебя.» — Я не боюсь себя, — прошептала она. — И я не позволю им бояться меня. Я заставлю их уважать. Аро протянул руку. — Тогда иди со мной. И стань тем, кем ты должна была быть с самого начала. Белла медлила. Но в её сердце уже не было сомнений. Она вложила свою ладонь в его — и в этот момент прошлое сгорело. — Я найду его и выжгу его душу так же, как и он сделал однажды. – В глазах девушки загорелся огонь ненависти и холодного расчёта.