Встреча на окраине Мира.

Практически заполненный автобус незнакомых лиц, которых запоминать не предоставляло возможности. Да и не надо было. Разные люди - разные взгляды на жизнь. И все они смешать по своим делам, пока вечер клонил к ночи. С каждой остановки транспорт отпускал и собирал людей, с целью выполнения поставленной задачи. И так каждый божий день. Из окон виден дождь, что скользит по стеклу, оставляя после себя влажный разводы и узоры в виде кривых линий. От них веяло холодом и не приятным ощущением мокрости на куртке. Даже если капли высохнут в едва ощущаемой теплоте автобуса, то на коже они останутся до самого прибытия до нужного места прибытия, ибо выйти из транспорта придётся, а так как она забыла зонтик, то и идти под ливнем так же придётся. На улице витает холод конечных дней октября. Практически все оставшиеся листья покрылись желтоватым оттенком осени и покрыли собою земли, дороги и тратуары. На них наступали и по ним проезжали несчитанное колличество раз, едва ли не размазывая бедные листья по твердым, грязным и мокрым насквозь поверхностям. Её взгляд не раз наблюдал за этим, однако на данный момент пред её очами была представлена не эта картина. Звон в ушах давно пропал, и на его месте эхом повторялись сказанные днём слова. Они, как осколки от стекла, не приятно впивались в кожу, нарочно углубляясь от каждого сказанного тогда слова. "Из-за тебя он плохо работает!" "Работая вместе с ним, ты больше прохлабжаешься!" "Из-за тебя он ушёл раньше!" Хоть эти высказывания и были сказаны существом, никак не связанным по крови с нею, однако, слышать подобное в который раз уже надоело. Но ранит не только это. Тот, о котором на неё кричали, в этот момент находился рядом и молчал. Не произносил и слова, опустив голову, как нашкодивший мальчишка. Не смотрел в глаза, но изредка переглядывались с нею. В его карих глазах не было сказано чего-то на подобии "прости" или "жесть". В них читался вопрос и непонимание. Непонима к ней. Кисти мокрых от дождя рук сжались в очередной раз в кулак, когда она снова и снова припоминала, как стала защищать себя от абсурдности слов, сказанных женщиной пожилого возраста. Но она не кричала, а лишь повышала тон, всем видом показывая, что женщина не права. Что та лишь нафантазировала себе какую-то небылицу, в которую, как ни странно, все поверили. Ну, кроме её однокурсниц, разумеется. Тяжко вздохнув, карий омут приподнимается и смотрит на тёмное небо. Слёзы уже давно высохли на её щеках, в туш была небрежно стёрта благодаря ранее белым рукавам кофты и влаге того же дождя. Глаза побаливалм от длительных ручейков напрасных слёз, которые она с трудом сдерживала. Девушка ничего не замечала вокруг себя. Не слышала диалоги на повышенных тонах от неизвестных ею людей. Не внимала голосу водителя из громкоговорителей, что были встроены в экраны автобуса. Не замечала обеспокоенные и пугающие взгляды, что всё чаще останавливались на ней. Она даже не заметила периферийным зрением несущийся на полной скорости грузовик, у которого отказали тормоза. Водитель никак не мог свернуть, ибо руль, на удивление и страх так же не работал. Из-за сильно нервного давления на него, он попросту отпал, когда шины встретились к слишком высокой кочкой в виде внезапно появившегося ствола упавшего дерева. Зато фары работали как надо, светя на единственного пассажира автобуса, что не отошёл как можно дальше от места столкновения, находясь в сидячем положении на сидении. "В этом мире больше нет места для неё." - подумала на тот момент судьба, наблюдая, как в последний момент взгляд жертвы перешёл на яркие фары транспорта, из-за которого и оборвётся её жизнь.