ДжонЛинч (Зарисовки)

Линч нервно перебирал пальцами бахрому на одеяле, пытаясь поймать ритм своего бешеного сердца. Воздух в комнате был влажным и густым от пара, доносившегося из ванной, а его собственные мысли путались. С шипением открылась дверь ванной, и в клубах пара появился Джон, с наслаждением вытирающий шею полотенцем. Другое, обернутое вокруг бедер, подчеркивало его фигуру. Заметив напряженную позу Линча, он легко подмигнул, но улыбка сползла с его лица, сменившись заботливой серьезностью. — Ты что такой нервный? — произнес он уже без тени шутки, опускаясь на край кровати. Пружины мягко вздохнули под его весом. Его ладонь легла на плечо Линча, чувствуя под пальцами мелкую дрожь. — Эй, если ты не готов, мы можем в следующий раз и... Линч поднял на него взгляд, и в его глазах читалась стальная решимость. — Нет, я уже морально подготовился и... — голос дрогнул, и он опустил глаза, снова уставившись в узоры на ковре. — Вижу я, как ты готов, весь дрожишь, — тихо выдохнул Джон, его пальцы принялись мягко гладить напряженную мышцу плеча. — Если хочешь, мы можем просто посмотреть фильм, полежать вместе. — Нет, — отрезал Линч, и прежде чем Джон успел что-то сказать, он решительно забрался к нему на колени, вцепившись в его плечи. — Раз уж решили, то должны это сделать. — Ого, — не удержался от легкого свиста Джон, его руки инстинктивно обхватили гибкие бедра Линча, чувствуя под пальцами тонкую ткань его штанов. Линч выдохнул, задумчиво опуская взгляд в пол. Воздух сгустился между ними, наполненный биением двух сердец. — Не хочу тебя расстраивать, — прошептал он, нервно прикусывая внутреннюю сторону ладони. Джон мягко, но настойчиво приподнял его голову за подбородок, заставляя встретиться взглядами. — Со стороны выглядит, будто я тебя насиловать собираюсь, а не по обоюдному. Я так не хочу. Ты же знаешь, что я бы никогда не причинил тебе вред. Его губы прикоснулись к уголку глаза Линча, к виску, смывая напряжение. Линч почувствовал, как по спине пробежали мурашки. — Прости, я не виноват, что у меня не разу такого не было, и мне надо подготовиться, — голос его звучал глухо, уткнувшись лицом в шею Джона. Тот усмехнулся, и смех его был похож на тихое урчание. Его ладони скользнули ниже, мягко поглаживая ягодицы Линча через ткань. — На самом деле, я был удивлён, когда узнал, что у такого симпатичного и горячего парня никогда не было секса. — Прекрати мне льстить, — Линч насупился, скрестив руки на груди в попытке создать хоть какую-то защиту. — Просто констатирую факт, — Джон прижался губами к его шее, оставляя поцелуй, а затем еще один, чуть ниже. Кожа под его губами казалась обжигающе горячей. — Вкусный. Линч тяжело дышал, его грудь вздымалась в такт бешеным ударам сердца. Он тонул в этом ощущении, в тепле рук Джона, в его запахе — чистом, с легкой горчинкой мыла. Внезапно мир перевернулся. Джон, с хищной ухмылкой, легко опрокинул его на спину, и мягкий матрас принял его тело. Пальцы Джона принялись расстегивать пуговицы его рубашки, медленно, одну за другой, обнажая кожу. — Ты точно уверен? — вновь спросил он, заглядывая в его глаза, внимательно следя за малейшей тенью сомнения. Линч сжал в кулаках одеяло, пытаясь заставить сердце успокоить безумный ритм. В груди что-то защемило — предвкушение, смешанное со страхом. — Я же сказал, что готов и от слов не откажусь. Он обвил руками шею Джона, притянул к себе, чувствуя каждую мышцу его спины, каждое движение. — Давай уже. Повторять дважды ему не потребовалось. Пожав плечами, Джон принялся раздевать его, пока Линч не остался полностью обнаженным в золотистом свете лампы. Его тело казалось хрупким и бесконечно прекрасным. — Такой красивый, — прошептал Джон, проводя кончиками пальцев по его ключице, затем по груди, задерживаясь на соске. Линч смущенно отводил взгляд, пытаясь абстрагироваться, но долго это длиться не могло. Джон достал с тумбочки флакон со смазкой, и тихий щелчок открывающейся крышки прозвучал как выстрел. Линч замер, следя за его движениями. — Не бойся, я знаю, что делать, — подмигнул ему Джон, выдавливая прозрачную жидкость на пальцы. — У тебя уже был секс с парнями? — неожиданно для себя спросил Линч. Джон на секунду замер, его пальцы застыли в воздухе. — Нет, конечно. Я раньше думал, что я только по девушкам, если честно. Но встретив тебя, я, кажется, многое понял. Может, я изначально был таким, просто мое воспитание не позволило это признать, — он отвел взгляд, и в его глазах мелькнула тень старой неуверенности. Линч мягко провел рукой по его щеке, ощущая легкую щетину. — Все хорошо. Ты тот, кто ты есть, — он попытался улыбнуться, и на этот раз улыбка вышла искренней, наполненной теплом. — Спасибо, — прошептал Джон, и снова задвигались его пальцы, смазанные блестящим маслом. Он осторожно раздвинул ноги Линча, пододвинулся ближе. — Скажи, если будет больно или некомфортно, и я сразу же остановлюсь. Первое прикосновение влажного пальца к сжатому входу заставило Линча вздрогнуть и зажмуриться. — Ах, черт... это необычно, — он сглотнул, пытаясь сдержать предательский стон. — Не волнуйся, скоро привыкнешь, — Джон не прекращал поглаживать его волосы свободной рукой, пока другой палец осторожно, но настойчиво пробирался внутрь, растягивая, подготавливая. Он добавил второй, раздвигая их, и Линч вздохнул резче, его дыхание полностью сбилось. И вдруг... что-то перевернулось внутри. Волна острого, непривычного удовольствия заставила его выгнуться. — Пожалуйста... еще. Это так хорошо... Джон ухмыльнулся, добавив третий палец. — Значит, понравилось? — он изменил угол, и снова та же волна, более сильная, ударила в мозг, затуманивая сознание. — Ч-что это? Почему так приятно? — Линч поднял голову, его глаза были широко раскрыты от удивления. — Нашел твое сладкое местечко, — прошептал Джон, целясь каждым движением в ту самую точку. Линч покраснел и прикрыл лицо руками. — Не говори такие странные фразы. — Прости, хотел тебя подразнить, — он мягко убрал его руки с лица, заставляя смотреть на себя. Проделав еще несколько плавных движений, он осторожно извлек пальцы. Линч шумно выдохнул, чувствуя внезапную, почти болезненную пустоту, и издал нервный, жалобный стон. — Тсс, подожди немного, — успокоил его Джон, торопливо расстегивая свои джинсы. Линч следил, завороженный, как тесная ткань освобождает тело Джона. Он нервно покусывал губу, не в силах отвести взгляд. — Давай быстрее... так пусто, — его собственный голос прозвучал для него хрипло и незнакомо. Джон расправился со штанами, скинул их вместе с бельем. Он снова выдавил смазку, теперь уже на свой член, равномерно распределяя ее ладонью. — Сейчас все будет, — его голос был низким и обволакивающим. Он приподнял бедра Линча, подложив под них подушку, и направил головку члена к входу. Первый нажим был медленным и неумолимым. Линч впился пальцами в его плечи, глаза снова зажмурились от непривычного чувства растяжения и наполнения. Джон вошел полностью и замер, тяжело дыша ему в шею, давая телу под ним привыкнуть. Прошла минута, другая. Напряжение в теле Линча начало понемногу спадать, сменяясь новым, странным чувством. — Пожалуйста... я больше не могу, — наконец, прошептал Линч, его руки снова обвились вокруг шеи Джона, не умоляя, а притягивая. И Джон начал двигаться. Медленно, почти благоговейно, входя и выходя, с каждым движением погружаясь все глубже в его тело. Линч тихо постанывал, уже не сжимая одеяло, а впиваясь пальцами в его спину, ощущая под ладонями игру мускулов. — Я тебя так люблю, — внезапно, на вздохе, произнес Джон, его губы прикоснулись к мочке уха Линча. — С чего ты это вдруг? — прошептал Линч, чувствуя, как от этих слов по его телу разливается новая, сдавливающая грудь волна тепла. — Просто захотелось тебе это сказать. Он ускорил темп, и теперь их тела встречались в едином ритме. Прижимаясь губами к его шее, Джон оставлял на ней влажные, горячие следы, а Линч в ответ глухо стонал, полностью отдаваясь ощущениям, теряя границы между своим «я» и этим человеком над ним. Тревога и страх растворились, уступив место нарастающему, ослепительному пламени где-то глубоко внизу живота. Мир сузился до вспышек за закрытыми веками, до хриплого дыхания над ухом, до всепоглощающего чувства, которое уже нельзя было сдержать. Когда пик настиг их, он пришел волной, вырывая из груди Линча тихий, прерывивый крик, в котором смешались и боль, и облегчение, и восторг. Джон, сдавленно простонав, рухнул на него всем весом, еще несколько раз судорожно вздрогнув в последних спазмах. Тишину нарушало лишь их тяжелое, выравнивающееся дыхание. Джон осторожно, чтобы не причинить неудобства, вышел из него и рухнул на спину рядом, закинув руку на лоб. Линч лежал неподвижно, глядя в потолок, чувствуя, как безумная гонка сердца постепенно замедляется, сменяясь спокойствием. Через несколько минут Джон перевернулся на бок, облокотившись на локоть. Его глаза изучали лицо Линча. Он провел большим пальцем по его влажному виску, смахивая несуществующую слезу. — Ну как ты? — его голос был хриплым от усталости и переполнявших его чувств. Линч медленно повернул к нему голову. В его глазах не осталось и тени былой тревоги, только умиротворение и какая-то новая, тихая уверенность. Уголки его губ дрогнули в легкой, почти неуловимой улыбке. — Я в порядке, — он прошептал. — Все в полном порядке. Джон улыбнулся в ответ, его рука легла на грудь Линча, чувствуя под ладонью ровный, спокойный ритм его сердца. Он наклонился и поцеловал его в губы — нежно, не торопясь, без страсти, но с безмерной нежностью. За окном тихо шумел осенний вечер, а в комнате, залитой мягким светом, царили тишина и покой. Они лежали, сплетясь ногами, прислушиваясь к дыханию друг друга. Страх и сомнения остались где-то там, в прошлом, за порогом этой комнаты. А здесь и сейчас было только тепло, доверие и начало чего-то нового, большого и настоящего, что только начинало раскрываться перед ними, как первый лучик солнца после долгой тревожной ночи.