Пожираемый пустотой

Ночь. На землю, аномально разжаренную солнцем, наконец-то начала опускаться долгожданная прохлада. А это значило только одно: пора вставать. Ки Хун вяло заёрзал в спальнике, гоня прочь остатки сна. В голове у него стоял давящий гул, а глаза так и норовили вновь сомкнуться. М-да уж, бодростью даже и не пахло. В прочем, неудивительно – ведь тот всё ещё не привык к новому режиму. С губ сорвался тяжёлый вздох. Подумать только: как же сильно изменился мир всего лишь за несколько дней... Да он буквально с ног на голову перевернулся! Чёртовы солнечные вспышки. Именно из-за них всё и началось. Жара очень быстро достигла критических отметок, и теперь все были вынуждены бодрствовать ночью. Если не хотели сгореть заживо, конечно же. Ибо днём такой исход стал неизбежным... Что уж там: теперь в это время суток даже в окна нельзя было глядеть. Не то, что из дома выйти. Ки Хун устало потёр свои нахмуренные брови. Ему до сих пор не верилось, что даже такая мелочь теперь являлась роскошью. Кстати об этом... Надо бы проверить, как там обстановочка-то снаружи, пока есть возможность. Подойдя к окну, мужчина осторожно раздвинул жалюзи. На удивление, пока что улица казалась непривычно мирной. Увы, спокойствия от этого так и не прибавилось. А даже наоборот... Слишком уж всё напоминало затишье перед бурей. Ну и жуть. Внезапно, словно в подтверждение этого, в дверь резко постучали. Ки Хун рефлекторно обернулся в ту сторону. А вот и очередной бедолага, ищущий убежища. Или, может... Подлый гость, скрывающийся под его шкурой? А то их что-то прям расплодилось за последние пару ночей. На руках тут же возникло фантомное ощущение липкости. Будто бы на них снова была чужая кровь. Кровь всех тех, кого пришлось убить ради всеобщей безопасности. Жесть, а не времена. Оставалось лишь надеяться, что в этот раз судьба избавит его от такой необходимости. Утопая в своих мыслях, Ки Хун даже и не заметил, как уже дошёл до двери. В которую, кстати, замолотили ещё нетерпеливее. Вяло вздохнув, мужчина припал к глазку и чуть прищурился. На пороге оказалось двое парней. Один – с ярко-фиолетовой волоснёй, а другой – с чернявым каре. Они стояли в обнимочку, слегка пошатываясь туда-сюда, и явно кого-то высматривали. – Привет, молодёжь. Чем могу помочь? – обратился к ним Ки Хун. Стоило ему это произнести, как ребята сразу же оживились, а глазах у них заискрила надежда. Видимо, к тому времени они уже начали сомневаться, что в этом доме ещё кто-то жил. – Hey, man! Приютишь у себя? Мы раньше в клубе чиллили, но-о... Чёт не сложилось, выперли нас короче. – пожаловался первый из них, крашеный, и тихо шмыгнул носом. То ли для большей убедительности, то ли непроизвольно. Поначалу Ки Хун думал на первое, но вскоре понял, что это у него, похоже, хроническое. – А за что выперли-то? – поинтересовался мужчина. В его голосе сразу проступили напряжённые нотки. Эта двоица явно не смахивала на примерных постояльцев, но... Его сочувствующее сердце всё равно ёкнуло. Как-никак, выгонять из убежища во время апокалипсиса – это жестоко. Хотя, возможно, было за что? А может... Они и вовсе гости? – Расслабься, старик, просто немного шуму навели. Разбавить обстановку хотели, you know.. А на нас как накинулись! – обрывая эти раздумья, выпалил ярковолосый. Его взгляд резануло обидой, и он тут-таки переглянулся со своим спутником: будто бы ища поддержки. Брюнет послушно закивал. А после, не удержавшись, легонько погладил друга по руке. Должно быть, в попытках успокоить. Увы, пока что не особо помогало: его мутно-голубые глаза по-прежнему горели возмущением. – Кучка идиотов... Не шарят просто, вот и прогнали. Самого legend Таноса и, между прочим, менеджера этого же клубешника, Нам Су! Прикинь! – Нам Гю. – на автомате поправил его паренёк с каре, и растянул губы в вежливой улыбке. Хотя во взгляде у него явно был всплеск раздражения... Ки Хун точно-преточно видел. Должно быть, этот "Танос", как тот себя назвал, уже далеко не впервые путал его имя.  – А? – невинно переспросил крашенный. Интересно, тот реально не понял, или просто придуривается? Со стороны Нам Гю послышался усталый вздох. И вот, лишь после этого, глаза Таноса наконец-то сверкнули прозрением. Да неужели: дошло всё-таки. – А, да-да, Гю. Так что, man, впустишь? Ки Хун ещё раз смерил ребят долгим, внимательным взглядом. Хотя... Если так подумать, толку-то? Всё равно в такой темноте не разглядишь никаких признаков. А спросонья и подавно. – Ладно, заходите. – всё же сдался мужчина. Но без условий не обошлось: как-никак, у него сейчас и беременная девушка жила, и старушка... Кстати, именно ради них тот и перебрался в кладовку. Как не крути, им кровать куда нужнее. – Только сильно не хулиганьте, у меня постояльцев полный дом. Парни, топтавшиеся на пороге, аж просияли. На их лицах вмиг полыхнули довольные ухмылки. Правда, странные какие-то: слишком уж блаженные. Они что, нетрезвые? Ки Хун слегка потёр глаза. И как он раньше не замечал? В прочем... Не ему их судить. У самого, вон, пива целый холодильник. "Как-никак, времена нынче и вправду тяжёлые. Пускай расслабится молодёжь." – подумал мужчина, и с решимостью распахнул дверь. Один из парней, Танос, тут же двинулся вперёд, заваливаясь внутрь. – Thank you, дядь! – на ходу бросил тот, и радостно махнул рукой своему дружку. – Погнали, Нам С-.. Гю! Услышав эту оговорку, брюнет лишь устало закатил глаза. Но, как ни странно, всё равно поплёлся вслед за ним. Деваться-то было некуда. В прочем... Судя по его преданному взгляду, дело было не только в этом. Похоже, тот был слишком уж привязан к своему компаньону. Ки Хуну даже стало как-то жаль этого паренька. Кстати, их обоих и вправду шатало, будто при опьянении. Хотя алкоголем почему-то не пахло, даже и близко... Стоп. А вот тут Ки Хун уже ощутимо поднапрягся. Неужто они к нему под какими-то веществами приперлись? А они точно были безопасны для других постояльцев? Мужчину уже начинали одолевать сомнения. Однако, утонуть в них ему не дали. – Большое спасибо, что впустили. – чуть поклонившись, одёрнул того Нам Гю. Его лицо так и светилось благодарностью. Он слегка улыбнулся, и, не дожидаясь ответа, быстренько шмыгнул в коридор. Всего мгновение – и тот уже растворился в его темноте. А Ки Хун так и остался потерянно глядеть перед собой. Туда, где ещё совсем недавно виднелся чужой силуэт. А может, ему действительно стоило дать шанс этим двоим? Что ж, во всяком случае, утро вечера мудренее. Разберётся со всем уже днём. Решив так, Ки Хун надёжно запер дверь на засов, и отправился спать.