Добавь перца!

— Нам нужно разнообразие, — Брок обмакнул картошку в соус и положил в рот. — Знаешь, немножко специй. — Хмм, — отозвался Джек. А что тут скажешь? В башке Брока вечно возникали какие-то идеи. Не всегда умные. Но однозначно геморройные для Джека. — А то закиснем, — продолжил мысль Брок, а в темных глазах зажегся нездоровый огонек. — Станем, как те парочки пенсов, которые играют по субботам в бридж и смотрят «Джепарди». — Мне нравится «Джепарди». Брок, дай пожрать спокойно, — попросил Джек. Брок издал пренебрежительный звук и заткнулся. Они обедали в забегаловке на углу Восьмой и Центральной каждый день. Девчонка на раздаче от дверей узнавала их сине-черную форму и махала рукой, чтобы не стояли в очереди. Скидок для копов не было, зато спецобслуживание зашибись. И жратва вкусная. Броку еще и накладывали с горкой. Потому что он шутил с кассиршей, скалил зубы и вел себя как кретин. Но картошка у него всегда была двойная. Брок допил молочный коктейль, тайком вытер руки о броник и штаны, откинулся на спинку стула и закончил мысль: — Точняк. Разнообразие. Джек только глаза закатил. Кассирша, кинув через хуй очередь, прогалопировала к их столу и, чуть не вывалив сиськи на поднос, убрала посуду. Хотя тут было самообслуживание. Это все из-за Брока. Красавчика Брока. Потому что Джек был на ладонь выше и шире, но перед ним особо сиськами не махали. Не считая шлюх на облавах. Это не было обидно. Просто его раздражало, что махали перед напарником. И не только тут. Джек отвернулся. В стекле охотно отразилась его недовольная физиономия. Ну да, куда ему с его скучной банальной рожей соревноваться с Броком, у которого в крови сальса с текилой. Рация зашипела. — На Броуди-стрит восемнадцать вооруженное нападение. Шестнадцатый, восьмой и пятый, вы рядом. Брок, улыбаясь кассирше, нажал на кнопку: — Прием. Восьмой. Уже едем. Люси, а ты сегодня опять в той голубой кофточке, от которой встают грузовики? — Офицер Рамлоу, это служебная частота. Но голос у диспетчера был довольный, словно Брок ей предложение сделал. Джек вышел из забегаловки, упал на сиденье патрульной машины. До конца смены оставалось четыре часа. А потом ему грозило «разнообразие».

***

— Так вот. Как насчет ролевушки? Джек отодвинул в сторону вечернюю банку светлого и со значением посмотрел на Брока. Брок посмотрел в ответ. Намеков он не понимал. — Может, мы просто допьем пиво, посмотрим матч и трахнемся? — предложение было обыденным. Но Джек любил такое. Особенно с Броком. С ним было горячо. Даже без разнообразия. Наверно, они забавно смотрелись со стороны, офицер Роллинз — огромный, флегматичный, мрачный, со шрамами на морде от старой аварии и грацией холодильника, и Рамлоу — на полголовы ниже, с темпераментом тротила и мордой бандита из Боливии. Наверно, еще забавнее они смотрелись в койке, но с зеркалами на потолке в их конуре был напряг. Все это давало Джеку повод копить под шкурой тяжелую ревность, хотя ничего кроме как поулыбаться и попиздеть Брок себе не позволял. — Не-а. Я смотрел одного чувака на ютубе. Он там рассказывал, что застой в отношениях — самый опасный пиздец. Раз, и все — разбежались. Нужно добавить перца в нашу пиццу. Так как насчет ролевушки? Джек тяжело вздохнул, понимая, что комбинация «пиво+матч+трах+поспать» на этот вечер просрана. Поднял руки, сдаваясь, поморщился от боли в плече — сегодня, когда крутил одного придурка, подвывихнул, и сказал: — Окей, удиви меня. — Нихера, Джек. Для таких танцев нужны двое. Если ты рассчитываешь, что я один буду идиотом — то можешь сразу отсосать. Брок уставился на него выжидательно. Пришлось кивнуть. Хотя про отсосать мысль была дельная.

***

— Что это? — Клыки, накладные. Еще костюмы и линзы. — Ты хочешь переодеться вампиром? Реально? — Джек не знал, смеяться или плакать. В топ его десяти фантазий для дрочки вампиры точно не входили. Скорее там был Брок с раздвинутыми ногами, Брок раком, Брок животом на обеденном столе и так далее. Ну может, на десятом месте прятался еще Крис Эванс, в костюме Капитана Америки, но это было не то, о чем расскажешь мамочке. — Да, громила. Я хочу завалить своего клыкастого секси-парня и кусить его в шею. А потом загнать по самые яйца и хорошенько… — Брок. — А? — Нет. — Я пошел переодеваться. На руки Джеку хлопнулся запаянный в пленку костюм из проката. Сложность прохождения жизни сразу подскочила до уровня «профи». — Твою мать! — это уже досталось захлопнувшейся двери в ванную.

***

Брок в костюме смотрелся охуенно. Охуенно чужим. Потому что Джек привык его видеть или в форме патрульного, или в майке и тренировочных штанах. Летом штаны менялись на шорты, и все всех устраивало. Теперь Брок стоял, опираясь на дверной косяк, и лыбился, довольный произведенным эффектом. Черный костюм сидел на нем как влитой, а белая рубашка контрастировала со смуглой кожей и отражалась в белозубой улыбке. Он даже волосы зачесал назад — в комнате отчетливо запахло какой-то херью для укладки. — Ну что, детка? Готов подставить мне шею? — Брок приподнял губу, демонстрируя накладные острые клыки. Глаза у него были винно-красные. Этот придурок даже линзы надел. Джек вздохнул. С одной стороны, на такого Брока у него стояло — от живота не отогнуть, с другой — ну какой из Джека вампир? Костюм немилосердно жал ему в плечах, клыки держались на честном слове, а от линз щипало глаза. Но ради Брока он был готов попробовать. Пробормотать «возьми, если сможешь» это был прямо венец позора сегодняшнего вечера. Но Джек все-таки сказал и, откинувшись на локтях на кровати, запрокинул голову. Брок взял. В смысле попытался. И сначала все шло неплохо, не считая того, что добраться до тела Брока теперь стало вдвое сложнее — очень мешали костюм и рубашка. А рвать их было нельзя — прокат точно потребует двойную оплату, а это не то, что может позволить себе рядовой коп. Джек затянул Брока на себя, чувствуя бедром чужое возбуждение. Брок толкнулся, прижимаясь, и разом забылась вся эта херня с играми. Блядь, ну как этот мужик ухитрялся одним движением вынести Джеку мозги? Так, что они стекали в яйца и оттуда транслировали только «трахать» на тридцати языках. Брок расстегнул на Джеке рубашку, прижался жадно губами к животу, а потом, как и обещал, прикусил. Если подумать, то с вампиром не так плохо, особенно если он… Да, так вот делает. Брок ласкал жарко, сдвигаясь все ниже, и одновременно сдирал с себя мешающие пиджак и рубашку. Щелкнул пряжкой ремня, оторвался на секунду, глянув багровыми глазами. Джеку захотелось разом все поменять и вдавить этого провокатора в койку. Но Брок просек, посмотрел восхищенно, показал фак и снова прижался губами к животу. Джек не выдержал — потянул за плечо наверх, впился во влажные губы. Скользнул языком, лаская, и по привычке уже хотел поглубже — так чтобы попадать в ритм толкающихся в него бедер. Но… — Мффхмфффссии… Если Джек хотел узнать, что говорят вампиры, когда случайно сцепляются клыками, то он узнал. А еще они говорят: — Мпффхиинедеаагайс. А потом решают головоломку, как два недалеких дебила, попавших в «Форт Боярд». — О твою ж мать! Брок скатился с него, держась за челюсть. Клей для вампирских клыков оказался отличным — клыки приклеились намертво и отказывались отлепляться. — Я чуть не сломал себе челюсть. У нас есть растворитель? — Есть. Штаны только сними. Их сдавать. — Звучит несексуально. — Шестьдесят восемь баксов за пятно. Я прочитал условия. — Это уже БДСМ, детка. Зубы отковыряли только за полночь и завалились спать — утром смена.

***

— Я смотрел порнушку… Джек выдохнул. Вот эта фраза вообще не ложилась в шаблон «смолл-толк с напарником», но Броку было как всегда посрать. — Там один парень в джинсовом комбезе и вот с таким… — Брок сделал театральную паузу, — ключом чинил трубы, а второй… — Брок. — Что? — Нет. — Да. У тебя есть комбинезон. Ты надевал его, когда мы ездили в кемпинг. Я обдрочился. — Это не взаимосвязанные события. — Хочу горячего парня с болтом на девятнадцать. И у меня есть такой на примете. — То есть в этот раз переодеваться буду только я? И никаких клыков? — Никаких. Если я трахну секси-сантехника, то я… — Брок. — Прием. Восьмая. Ограбление на Хайд-стрит, закусочная «У Бриджит», — зашипела рация. — Вы рядом. — Бля, кто в наше время грабит закусочные? — Джек включил мигалку и сирену и дал по газам, выворачивая на проезжую часть. — Там от силы сто баксов в кассе. У всех карты. — Те, кому не хватает остроты ощущений, — с намеком сказал Брок. — И разнообразия.

***

Джек честно постарался. Пока Брок пошел в китайский фургончик на углу за лапшой, надел комбинезон. И даже перед этим снял боксеры и принял душ. Постоял на кухне, подумал. Вздохнул, понимая, что выглядит как идиот, но хотя бы без накладных клыков. Для аутентичности достал ящик с инструментами и открыл шкафчик под раковиной. Посмотрел внимательно, нахмурился и провел рукой по полу. Брок вернулся через десять минут, но к тому моменту было уже поздно. — Что. Тут. Происходит. Это был не вопрос. Джек лежал на спине, а над ним светили внутренностями разобранный сифон и трубы. В руках у Джека был ключ и еще какая-то совершенно не сексуальная хрень. А комбез намок от того, что из трубы натекло. От голоса Брока Джек застыл, как олень в свете фар. Брок брякнул на стол пакеты с лапшой, загреб пятерней назад волосы и присел на корточки рядом. — Я заглянул, а тут лужа, — пыхтя, отозвался Джек. В такой позе он чувствовал себя несколько уязвимым. — Текло давно. Мы не замечали. Ща погоди, я вот там затяну, а потом ты мне поможешь подержать соединение, пока я накручиваю… — Когда я говорил, что я хочу сантехника, я имел в виду немножко другое, бро. Из-под раковины раздалось виноватое «угу, сейчас, а потом мы с тобой обяза…», следом что-то звякнуло, и ударила струя воды. Оказывается, в их трубах был напор. Иногда. Например, сегодня. Брок, забыв про претензии, рванул перекрывать общий кран. Вечер закончился томно. Особенно для любителей сантехников. Бригада из двух парней с большими ключами и даже в комбинезонах целый час чинила им трубы. Брок пил пятое пиво и наблюдал. Джек прятался в спальне. Комбинезон сох на радиаторе и символизировал неслучившееся разнообразие.

***

— Ты когда нибудь трахался за деньги? Джек напрягся. После фиаско с краном он искупал вину уже сутки — сварил кофе утром, сгонял за пончиками, отвез белье в прачечную и на этом решил остановиться. На приглашение на бейсбольный матч провал не тянул. — Нет. Джек не врал. По молодости стеснялся, да и подружки находились за бесплатно, а потом в полиции насмотрелся этого добра так, что и задаром не надо. — А не мечтал, чтобы вот так — сотку в трусы и «я сделаю с тобой все, что захочу»? — Нам аренду платить послезавтра, — Джек закинул в рот жвачку. — Отношения дороже, детка. Джек закатил глаза. Он подозревал, что запихивать Броку в трусы деньги он будет не дома, а в аутентичной обстановке. Клуб «Подствольник» был вполне подходящим. И народ там крутился самый простой. В основном те, кто искал дешевый трах на часик и не хотел платить за мотель. На деле это было запрещено, но «Подствольник», походу, солидно заносил седьмому участку, чтобы те не дергали по мелочам серьезных пацанов. Джек ради маскировки влез в джинсы, черную футболку и бомбер. И бейсболку надел с солнечными очками. Они с Броком договорились встретиться у стойки в одиннадцать. А дальше по сценарию — деньги, жаркий секс в закутке за занавеской и, наконец, домой, где диван-чипсы-душ и теплая спина Брока под боком на нормальной койке. Скучная рутина, по которой Джек так тосковал. Джек на входе в клуб неожиданно поймал себя на мысли, что они с Броком не трахались уже уйму времени. Почти неделю. Такой перерыв был у них только один раз — когда Джеку вырезали чертов аппендикс. А тут… Джек вздохнул, понимая, что уже согласен на любые игры, лишь бы наконец сбавить давление в яйцах. И заодно давление на мозги от Брока. Джек заказал виски со льдом, пригубил неохотно — чисто для вида. Он больше любил пиво. Мрачно глянул на дрэг-квин, которая ответила ему заинтересованным взглядом, и отвернулся. — Хей, красавчик! Меня ждешь? Голос был Брока. С той самой блядской хрипотцой, за которую Джек был готов продать душу. Ну или лишний раз съездить в «Волмарт», затариться жратвой. Он обернулся и охренел. Брок был в жилетке. Кожаной. На голое, походу намазанное маслом, тело. В кожаных штанах. Со всеми блядскими шнурками и заклепками. Штаны обтягивали Брока в таких местах, что Джек сглотнул. А еще на Брока пялились другие. На него и так обычно пялились. Официантки, потерпевшие, девчонки-диспетчеры, тетки с лабрадорами в парке. Но сейчас Брока прямо жрали глазами. Джеку это не понравилось. Вот это точно было не по плану. — Отсос — полсотни, здоровяк. А за сотню я раздвину перед тоб… Джек перехватил Брока за локоть и уволок в одну из частных кабинок, сунув деньги собирающему мзду работнику клуба, даже не глянув, какую купюру достал. — Эй! А ты горяч, — Брок заржал, запрокинул голову. Захотелось сделать с ним что-то противозаконное. В свете ультрафиолетовых ламп у него на груди светился отпечаток чьей-то ладони, и Джек поспешил закрыть его своим. — Что для тебя сделать, здоровяк? — А что ты умеешь? — спрятав Брока от посторонних, Джек неожиданно для себя расслабился и включился в игру, вовсю лапая Брока за задницу. А тот притирался крепче и скалился. Сверкал глазами — черно-бездонными и прикусывал губу. — Могу взять в горло твоего большого мальчика, — прошептал Брок куда-то в шею Джека. — Так глубоко и… Джек сам не запомнил, как он расстегнул штаны, ухватил Брока за волосы и буквально толкнул на колени. — Тшшш… такой горячий парень, — это Брок проговорил уже в яйца, обжигая дыханием. — Такой голодный, такой большой, я сейчас… Вспыхнувший яркий свет резанул по глазам. — Какого… — Полиция! Всем оставаться на своих местах, лечь на пол, руки за голову. Это полицейская операция! Внимание! Всем лечь на пол… Брок зажмурился и застонал. Походу, седьмой участок выбрал самый охуительный момент, чтобы навести порядок в «Подствольнике». Для разнообразия.

***

— Моя троюродная тетка выбрала самый отвратный день, чтобы помереть, — Брок со стоном упал на сиденье машины. — Твою ж мать, и тут… В тачке не работал кондей, зато работало радио. В смысле оно не выключалось. Тачка была не патрульной, а взятой в прокат для разнообразия. Но выглядела так, словно он угнал ее со съемок «Коломбо». Джек обещал Броку заехать за ним после похорон и добросить до города. Но с утра все пошло через жопу, сначала кто-то перекупил забронированную тачку, а потом ему подсунули это уебище из восьмидесятых — с полустертой звездой шерифа на двери. — Чувак, я не знал, что ты прешься от винтажа, — Брок, не стесняясь, содрал с себя футболку, вытер ею лицо и кинул на заднее сиденье. Его темные волосы намокли от пота и прилипли ко лбу, а на шее осталась светлая полоска от стекающей капли. — Везде чертово пекло… Джек покосился на него неодобрительно. Потому что полуголый Брок — это хуже, чем залипать в телефоне за рулем. Это как плакат — «Стопроцентная скидка на пончики!». Не проигноришь. — Как прошло? — Как все похороны. Все врали про покойницу и ждали, пока разольют вино на помин. Но есть одна хорошая новость — я буду пить дальше, а ты повезешь меня домой, — Брок опустил все окна, достал из сумки банку пива, судя по отпыху, холодную, открыл (от райского шипения Джек сглотнул) и отпил. — Давай, гони. Джек только головой покачал. Он тоже успел запариться, потому что был в форме — если Брок взял выходной, то Джеку нужно было заступать сегодня вечером. От врывающегося в кабину ветерка стало легче. Джек молча вел машину, радио пело что-то про ковбоев, а Брок блаженно пил пиво. — Э, развязка в другой стороне, — лениво замети он, когда Джек вывернул руль и съехал на проселочную дорогу, ведущую к сосняку рядом с озером. — Я знаю, — сказал Джек и прибавил газу. Оттормозился у самого берега, вышел, ослабил галстук, огляделся, убеждаясь, что посторонних тут нет (табличку «стоянка запрещена, кемпинг запрещен» они проехали), и, обойдя машину, встал напротив Брока. — Э? — Брок удивленно приподнял бровь. — В чем дело, приятель? Джек в ответ глянул мрачно, потом сложил руки на груди и сказал: — Сэр, кажется, в таком виде вам нельзя за руль. Вы явно выпили лишнего. — Но, — Брок глянул на него как на ебнутого, — я не за рулем, ты, придурок… — Сэр, выйдите из машины и положите руки на капот. Вы имеете право хранить молчание… Джек нарочито говорил медленно, давая возможность расслабленному мозгу Брока включиться в игру. Тот перестал тормозить где-то на зачитывании нарушения правил движения и включился. Сначала прихуел, но потом прищурился, прочистил горло и кивнул: — Как скажете, офицер. Медленно открыл дверь и вышел из машины, едва не наступая на распущенные шнурки тяжелых ботинок. Как есть — полуголый, с расстегнутой пуговицей на джинсах и банкой пива в руке. Поднял руки, демонстрируя идеальные мускулы, и сказал: — Я просто оттянулся с приятелями, офицер. Ничего такого, что белый парень не мог бы рассказать своей мамочке. Может, обойдемся выговором? Ну или я могу помочь вам расслабиться… — Сэр. — У вас тяжелая работа, офицер. — Руки на капот. — Бля… Слава богу, у него хватило соображалки сначала кинуть на раскаленный капот свою куртку, а уже поверх нее уложить Брока, на запястья которого он буквально за секунду нацепил браслеты. Брок смотрелся на капоте, жопой вверх, так органично, что Джек понял — эту картинку он долго не вытравит из памяти. — Вы думаете, что правила написаны не для вас, сэр? — Да, офицер, — Брок, который упирался лбом в капот, мог только слегка поворачивать голову. — То есть нет. Это не то, что вы подумали… Охх… Мать его, это превышение полномо… — Я должен вас обыскать, сэр. Обыск был короткий. На два пальца, по слюне и всего на минутку. Слишком не терпелось. После такой напряженной разнообразной недели. — Кажется, мне понадобится особый досмотр. — Боже, я сейчас… Джек раскатал по члену гондон, пару раз прошелся головкой между мускулистыми смуглыми полужопиями и, подогреваемый ругательствами, въехал сразу на половину. Брок был прав. В разнообразии точно что-то было. Драть Брока, почти не сдерживаясь, на капоте старой полицейской тачки было охуительно. Запредельно. Особенно когда он сам двигался навстречу, насаживаясь со всей дури и подгоняя. Сжимаясь на члене и выстанывая его имя. — Мне кажется, вы меня плохо слушали сэр. И нужно повторить. — Офицееер, я же сейчас… Джек, спустив раз, до звезд под веками, понял, что у него стоит чуть ли не крепче прежнего. Он перевернул Брока на спину и снова въехал по самые яйца — только теперь лицом к лицу. — О божеее… Еще! Джек жадно толкался в узкую задницу и слизывал пот с широкой шеи, перехватив Брока ладонью за плечо. Для надежности. Чтобы точно никуда не делся и принял все приготовленное до последнего дюйма. Брок орал. Стонал. Проклинал. Приказывал. И наконец кончал — долго, сладко, до дрожи. Матерясь на скованные за спиной затекшие руки, на горячий капот и на идиота, который решил поиграть в такие ролевые игры. Но Джеку было зашибись. После недели простоя его парень снова был в работе. И отстрелялся дважды. — Ты прав, — сказал Джек, лежа сверху. И даже не думая вынимать. — Разнообразие это то, что нужно. — У меня в заднице твой член, я сверкаю голой жопой на всю окружающую среду, у меня скоро отвалятся запястья от наручников. Я представлял разнообразие немного иначе, — сказал Брок, но голос у него был слишком довольный. — Какое есть. — Снимай уже с меня браслеты, и поехали. В душ хочу — сил нет. А потом устроим второй заход. — Мне на смену. Но завтра… Джек на секунду напрягся, потом отмер и прошептал тихое: — Бля… — Только не говори мне, что ключ ты оставил в патрульной тачке, — голос Брока стал похож на голос человека, который получил сложный квест: засунуть в жопу член, надеть наручники, а потом идти пешком тридцать миль на юг за ключом. — Точно. До города ехали в тишине, не считая идиотского радио, которое пело «моя малышка связала меня прочно». Джек молчал виновато. Брок осуждающе. Последней каплей стал тормознувший их дорожный патруль. И очень красноречивые взгляды копов. Разнообразие достигло высшей точки.

***

— Джек. — Да? Джек уже почти засыпал после тяжелой смены, но впереди был целый выходной — и у него, и у Брока, к которому под бок он забрался. — Давай завтра посмотрим «Джепарди» по телику. Или «Колесо фортуны». Джек приподнялся на локте, оценил предложение и кивнул: — Хорошо. Мы никогда не смотрели эту херню вместе. — Разнообразие очень важная штука, — пробормотал Брок, вырубаясь. И Джек был с ним согласен. FIN