Потерянные души, ищущие свет

Вэй Ин просыпается в пустой, тихой, белой комнате, не помня ничего: ни имени, ни своего прошлого. Только холод и тревогу. Рядом — фото с молодым человеком: у него хмурое выражение лица, но на губах играет лёгкая улыбка. С другой стороны — более весёлый парень, немного похожий на первого. У них необычные тату (?) на лбу — маленькие овалы синего и зелёного цвета. Что это, Вэй Ин пока сам не понял. Интуитивно он чувствует, что эти люди очень важны для него, но память отказывается вспоминать. Он с тяжестью и режущей болью, отдающей в висках, пытается принять сидячее положение и сфокусироваться на месте. Кое-как осмотревшись, он понял, что лежит на койке. С левой стороны от него — окно, по другую сторону — прикроватная тумба, а чуть дальше — дверь. Одет он в обычный белый халат, в руке — катетер с капельницей, стоящей у тумбы. Значит, он в больнице. Но как он сюда попал, этого, как и всего остального, он не помнил. Вэй Ин внезапно ощущает резкую, пульсирующую боль в голове, словно удар или сверло, пробившее сознание. Его мысли спутаны, сознание мутнеет — окружающий мир кажется далёким, а память словно соткана из рваных лоскутков. Единственное, что ему остаётся, так это обратно свалиться в постель и ждать врачей, чтобы разузнать всё, что произошло у них, ну или у кого-то ещё. А есть ли у него эти "кто-то"? Он не мог вспомнить совершенно ничего и никого. В конечном итоге он уснул и проспал часа три. Когда вновь очнулся, то увидел перед собою несколько людей, видимо, медсестёр. Одна из них сразу заметила пробуждение Вэй Ина и принялась объяснять, что произошло, опережая вопросы пациента. Из её слов он понял: Вэй Ин попал в аварию с неким Ши Уду, состояние которого оказалось хуже, чем у самого Вэй Ина. Его состояние связано с травмой мозга, так как столкновение машин было серьёзным и травмоопасным; ещё чуток — и он мог погибнуть. Скорую вызвал некий Ши Цинсюань, судя по словам медсестры, брат Ши Уду. Потеря памяти временная, и её можно восстановить, но для этого понадобится реабилитация и восстановление событий прошлого. После выписки из больницы прошла неделя. Вэй Ин обдумывал, как ему следует поступить и к кому вообще обратиться за помощью. После потери памяти он потерял самого себя, смысл, ради которого жил всё это время. Это не просто трагедия, это "разрешение" самого себя, и Вэй Ин не намерен так жить. Он хочет всё вернуть, он хочет вспомнить всё, что было раньше: как жил, что любил, а главное — кого любил. Вэй Ин начал свою задачу по возвращению памяти с фотоальбомов, дневников, сообщений в мобильном, рассказов близких о его жизни и характере. Он прекрасно понимает, что для исполнения задачи нужен толчок. То, что решил делать, — советы врачей. Они говорили, что даже одно маленькое фото способно помочь, но в его случае даже целый альбом не навёл его на прошлое. Вэй Ин понимает, что тело и мозг неразрывно связаны, поэтому уделяет внимание упражнениям, здоровому сну и питанию. По совету врачей и желанию семьи помочь ему, он практикует медитацию, ведёт дневник эмоций и событий. На удивление, это помогает ему справляться с тревогой. Он делит процесс восстановления на маленькие этапы, фокусируется на одном: ежедневный прогресс важнее резких прыжков. Чтобы понять, почему и как всё это произошло, собирает факты, разбирает документы, при необходимости общается с очевидцами. Продолжает жить настоящим и строить новое. Несмотря на страх и неуверенность, Вэй Ин старается оставаться активным, учится новым вещам, не зацикливаясь только на прошлом. Но мужчина на фото не даёт ему покоя, его он старается вспомнить активнее, чем всё остальное. Брат и сестра отнекиваются, не хотят говорить. Вэй Ина это настораживает, пугает, но он не сдаётся. В один из теплых дней Вэй Ин бродит по городу, пытаясь собрать осколки своей памяти. Наконец, кусочки картин мелькают перед глазами: ссоры, слёзы, улыбки, холод и боль. Он встречает людей, которые говорят с ним знакомо и тепло, но тяжесть и боль в их глазах выдают обиду. Они повышают голос или крадут взгляд, словно раны ещё не зажили. Вэй Ина это пугает, он всё ещё в поисках правды и воспоминаний, он боится, ему страшно, что он натворил что-то очень плохое, очень серьёзное и неисправимое, ещё и абсолютно все словно игнорируют его вопросы о Ши Уду. «Да кто он, чёрт возьми, почему у всех такая реакция, почему мне кажется, что он мне очень близок и дорог?» — в мыслях Вэй Ин срывался на крик, он был в отчаянии, потерян молчанием друзей, неудачными попытками вернуть память и в конце концов узнать, что он наделал. Подавленный, мрачный и совершенно невесёлый, он вернулся домой и сразу завернул к себе в комнату, чтобы временно не видеть остальных. В безысходности он упал на кровать и зарыдал. Через время Вэй стоит у порога маленькой кофейни, дрожащая рука сжимает карточку с именем друга — Цинсюаня. На какое-то время друг перестал с ним связываться, что очень настораживало, но вот через пару недель он предложил встретиться. Войдя внутрь, он видит знакомое лицо и нерешительно подходит. — Цинсюань... ты хотел поговорить? Что-то серьёзное?.. — Голос Вэй Ина подрагивал, после длительного молчания от Цинсюаня, он боялся этого разговора. Цинсюань смотрит на него внимательно.Его взгляд сочетает печаль и усталость. — Вэй-Сюн... Ты был другим. Ты изменился после той аварии. Старший брат... он сильно страдал и переживал из-за тебя. Вэй не выдерживает и садится, опуская голову. — Я не помню. Я проснулся и ничего не помнил... Но эта пустота внутри — словно я потерял часть себя. Скажи, что я сделал... — дрожащим от волнения и бушующего шторма в груди, Вэй старался говорить, сохраняя спокойствие. Цинсюань тяжело вздыхает и протягивает ему потертый дневник. — Это дневник брата. Раньше он никогда не вёл его и в принципе не интересовался подобными вещами, но после встречи с тобой стал. Ты найдёшь там ответы, но будь готов увидеть правду, которую ты боишься принять. Брат из тех, кто не скажет о боли прямо, поэтому он выписывал всё сюда, — указав пальцем на протянутый дневник, больше похожий на обычную записную книжку, медленно и спокойно произнес младший Ши. Вэй чувствует, как сердце сжимается от страха и вины. Его пальцы дрожат, когда он открывает дневник. Каждая строка словно нож, вонзенный прямо в сердце — боль обжигает душу, но он не может оторваться. Воспоминания бушующими волнами возвращаются, перекрывая дыхание, слёзы хлынули из глаз, а в дневнике: нежные моменты с Ши, которые быстро сменяются сценами ссоры и пережитой боли. Уду также писал о своих переживаниях по поводу самого Вэй Ина: в какой-то момент он изменился и стал отстранённым, никто так и не узнал причину, по которой Вэй Ин стал таким. Уду волновался, не знал, как помочь и что делать, их отношения с каждым днём ухудшались и рушились на глазах у родных и близких. Вэй Ин вдруг начинает понимать, что в прошлом был эгоистом, закрытым, не умеющим признавать ошибки ради гордости. Что удивляло больше всего, так это то, что Вэй Ин и сам не понимал, почему стал таким: «либо просто так и не вспомнил». По альбомам и различным встречам он вспомнил, что был весёлым, озорным, шутливым, самым настоящим любителем нарушать правила и спокойствие бедных учителей, да и не только их. Ши Уду пытался поддержать и простить, но одиночество Вэя и его неспособность меняться разрывали их связь, как и разрывали изнутри обоих. Вернувшись домой, он вновь погрузился в недавно вернувшиеся воспоминания: там были как грустные, так и весёлые моменты, приятные прогулки, разговоры, планы на будущее, но вскоре появляется и боль: ссоры, недопонимания, обиды. Он видит себя таким, каким не хочет быть — равнодушным, упрямым, неспособным просить прощения, а также забытые обещания, предательство доверия, фразы, сказанные в гневе.Причиной конфликтов оказывается гордость Вэя, нежелание признавать свои ошибки, страх потерять контроль. Ши Уду, наоборот, пытался сохранить любовь, проявлял терпение и заботу, но сам становился всё более уязвим. Самым шокирующим становится понимание того, что Ши Уду не просто ушёл из-за обиды — он покинул Вэя, чтобы спасти себя. В дневнике, полученном от Цинсюаня, содержатся признания Ши о том, как сердце разрывалось на части, видя, что любимый человек изменился, стал холодным и отстранённым. Последнее письмо, наполненное надеждой, что Вэй однажды вспомнит и изменится. Это открытие ломает его, колет в груди, режет, оставляя сквозные царапины: он осознаёт, что был виноват в разрушении самой дорогой ему связи, самого близкого и дорогого для него человека. Та любовь, которую он получил от Ши Уду, он не получал ни от кого ранее. Даже его приёмная семья не смогла подарить тех эмоций, что он получил с любимым. Он любит брата, любит сестру, но всё же... Вэй вновь закрылся в комнате, почти не ел, мало спал, мало пил, но много думал. Он решил, что просто обязан посетить Ши Уду в больнице, во что бы то ни стало, он должен увидеть его, даже несмотря на запрет о посещении пациента, находящегося в реанимации. Путём долгих уговоров его пустили. Вэй Ин тихо вошёл в палату, где находился Ши Уду. Атмосфера была тяжёлой и гнетущей: монотонное постукивание аппарата искусственного дыхания, равномерное, но механическое. Ши Уду лежал неподвижно, без сознания, с трубками, проходящими под носом и головой, его лицо бледное и измождённое, совершенно не похожее на живое. Вэй Ин подошёл к кровати, сердце сжималось от боли и безысходности. Он осторожно взял за руку любимого, стараясь не нарушить покой, и прошептал слова поддержки, наполненные надеждой и любовью. Во взгляде Вэй Ина читалась вся глубина чувств — страх потерять близкого и одновременно вера в его силу и способность выбраться. Палата казалась отгороженной от внешнего мира, где каждый вдох поддерживал жизнь, но не гарантировал возвращение. Вэй Ин всё же оставался рядом, словно стараясь своим присутствием подарить Ши Уду частичку тепла и силы, которых так не хватало в этот хрупкий момент. При виде любимого вновь вспыхнули обрывки воспоминаний, но в этот раз об аварии, о том, как это произошло: в тот момент Ши Уду был за рулём, машина двигалась по узкой дороге на высокой скорости. Внезапно произошёл отказ тормозов — при нажатии педали машина не реагировала. Ши Уду с ужасом понял, что обычными средствами остановить транспорт нельзя. Он пытался всеми силами уменьшить скорость: переключал передачи на пониженную, несколько раз энергично нажимал на тормоз, одновременно рулём стараясь увернуться от препятствий. Несмотря на усилия, автомобиль продолжал ускоряться и стремительно приближался к дереву, растущему у края дороги. Ши Уду направлял руль, пытаясь смягчить удар или объехать его, но времени было мало, а контроль над машиной практически потерян. В этот момент на пассажирском сиденье рядом с ним находился Вэй Ин. Он не понимал, что происходит: тормоза отказали, машина несётся на опасность, а водитель борется с ситуацией. Страх и растерянность заполняли его сознание — он не мог пошевелиться, осознавая только приближающуюся неизбежность столкновения. Сам момент удара был резкий и громкий — машина врезалась в дерево с огромной силой. Удары и шум сотрясли салон, после чего наступила затяжная тишина и замешательство. А ведь эта поездка должна была стать днём их примирения. После больницы Вэй Ин пошёл на крышу одного высокого здания, взял банку пива, присел на краюшек крыши и вновь поддался воспоминаниям, всё равно ничего больше не оставалось делать. Одно из самых ярких воспоминаний связано с вечерней прогулкой вдвоём по набережной. В тот вечер они шли рядом, наслаждаясь лёгким морским воздухом и огнями города, отражающимися в воде. Ши Уду тихо рассказывал смешные истории из детства, совместного с младшим братом, а Вэй Ин впервые почувствовал глубокую близость и доверие. Ещё одно памятное мгновение — совместный ужин на крыше здания, где под мерцанием свечей Ши Уду нежно взял Вэй Ина за руку. В тот момент казалось, что весь мир замер: тихая музыка, мягкий свет и их взгляды, полные тепла, молчаливой поддержки, а самое главное — любви. В воспоминаниях Вэй Ина проскальзывает и сцена, когда они вместе смотрели на звёздное небо, делясь мечтами и планами на будущее. Тогда казалось, что невозможное — рядом, стоит только пожелать. Эти моменты помогали Вэй Ину сохранить веру в любовь и поддерживали в трудные времена, несмотря на страх и неуверенность, которые часто овладевали его сердцем. Он молился, чтобы Ши Уду очнулся, тогда Вэй Ин обязательно попросил бы прощения. Нет, не правильно. Он готов был сделать всё, что только попросит его возлюбленный, хоть в ноги поклониться, хоть всю жизнь заниматься уборкой (он уборку терпеть не мог, и когда они жили вместе, Уду вечно ругал его за беспорядок и порой даже немытые чашки), лишь бы любимый дал ему шанс исправить ошибки. Как бы старательно Вэй Ин ни молился, через неделю ему сообщили прискорбную весть о том, что Ши Уду скончался. Вэй Ин тогда проплакал всю ночь и весь день, он не мог смириться с этим, хоть в душе и понимал, что в подобном состоянии, как его, мало кто справляется и выживет. Таким образом прошло ещё две недели. Вэй Ин по-прежнему плакал ночами и в конечном счёте вспомнил их обещание, возможно, глупое, да и сказанное по пьяни, но всё же обещание: "Жить и умереть вместе". Так и произошло: в тот же день, как Вэй это вспомнил, он пошёл на их излюбленную крышу, захватив с собой дневник Уду. Оказавшись на самом краю, он сорвался и полетел вниз. Дом был 20-ти этажным, врачи тут бессильны. Так и закончилась история несостоявшейся, вечной любви, о которой так мечтали эти двое.