Сомнительный план по соблазнению

— Виски со льдом. И побыстрее, — низкий, бархатный голос прозвучал неожиданно тепло, почти ласково. Чёрные глаза внимательно, с тлеющей искрой следили за парнем по ту сторону барной стойки, а бледные, изящные кисти плавно легли на холодную, блестящую поверхность дерева. — Побыстрее, — повторил мужчина, склонив голову вбок. — Что? — опешив от такой наглости, прошептал Гарри и мельком осмотрел недовольного гостя. — Виски со льдом, малыш, — незнакомец скользнул по стойке крупной, смятой купюрой и поймал едва мелькнувший в зелёных глазах блеск. — Сдачу оставь себе. — Я не малыш. А это… — Гарри легко подтолкнул деньги обратно, его губы изогнулись в едва заметной усмешке. — Оставьте себе. Насколько мне известно, этот клуб не обслуживает нарциссов, высокомерных альф… и оборотней, — последнее слово прозвучало чуть громче, почти как вызов. — Вы подходите под все три. — За работу ты не держишься, — голос мужчины стал ниже, почти шёпотом, но от этого ещё опаснее. Он наклонился ближе, так, что Гарри почувствовал его дыхание у самого лица. — Позови своего начальника. Я как раз к нему. — Мистер Снейп! — раздалось из-за спины. Слишком неожиданно. Слишком не вовремя. — Драко? — Северус бросил через плечо недовольный взгляд, больше похожий на укол, и тотчас вернулся к зеленоглазому бармену. Его тон стал едва слышным, почти интимно тихим: — Расскажем ему наш маленький секрет? — Мне плевать, — Гарри демонстративно бросил полотенце на стойку с глухим звуком и, метнув в сторону Драко быстрый, холодный взгляд, вышел из-за бара. — Это мой друг, он здесь не работает, — поспешно пробормотал светловолосый парень, лихорадочно наливая виски в стакан. — Как всегда, да? Гарри, почему ты не обслужил клиента? — Я смотрел за баром, а не за подобными экземплярами. — Что? — Драко побледнел, глаза расширились, будто он только что увидел пропасть под ногами. — Извините, прошу! Это недоразумение. Этот стакан — за наш счёт, — выпалил он на одном дыхании, подлетая к Гарри и уводя его в сторону. — Ты совсем больной? — тихо, почти шипя, спросил Драко. Но Северус шагнул следом, ненавязчиво, как тень, наблюдая за тяжёлым безразличием в зелёных глазах. — Ты хоть знаешь, кто это? — Мне плевать… — на мгновение он задержал взгляд на мужчине, проверяя: смотрит ли он? Слышит ли он всё? — А мне не плевать! А если меня уволят? На что я жить буду? Это ты эгоист! Идиот, Поттер, ты идиот, — Драко отчаянно накрыл лицо ладонью и устало, с болью выдохнул. — Чтобы я ещё раз… — Прости, — чуть тише сказал парень и осторожно притянул Драко к себе в объятия. — Я извинюсь перед ним, а ты работай дальше. — Извинись! — он тихо всхлипнул и на мгновение задержался в его объятиях. — Тебе снова плохо от запаха других альф, да? — Нет, котёнок, — тихо сказал Гарри, и в голосе было больше нежности, чем насмешки. — В этот раз… очень хорошо. Я пойду за ним, ладно? Он едва успел выйти на тускло освещённую улицу, как бархатный голос раздался прямо за спиной так близко, что Гарри почувствовал движение воздуха. — Сомнительный план по соблазнению состоятельного клиента. Гарри остановился. Даже не оборачиваясь, он знал, что Северус стоит всего в шаге. — Я тобой заинтересовался, — продолжил Северус, в его голосе плескалось томное удовольствие. — Ты победил. Что дальше делать будешь? Поцелуешь и убежишь? Или, может… будешь сосать? — Мерзость, — Гарри надменно бросил это слово через плечо, сверля мужчину ненавистным, жгучим взглядом. — Сосать? Оборотню? У вас там всё… Отвратительное. — Да? Обычно, омежкам нравится член оборотня. Есть в нём что-то… — Гадкое, — Гарри подавил внезапную, глупую улыбку и попытался незаметно сглотнуть. В горле пересохло. — Хочешь проверить? — мужчина подошёл ближе. Гарри ощутил тепло и тяжесть его тела за спиной. — Как думаешь, твоя прекрасная жопа выдержит сцепку со мной? Или может… — он рассмеялся тихо, почти гортанно, — ты об этом и мечтаешь? Вампиры в постели такие скучные. Такие холодные… А вампиры-омеги… — мужчина показательно скривился, будто проглотил нечто кислое. — Не для меня. Люблю чуть более живых, чтобы… — Чтобы инстинкты, а не качество, — Гарри снова рассмеялся, но уже резче, и показательно закатил глаза. — Чтобы вонь от феромонов на всю комнату и вся кровать в сперме, крови и слезах от такого «удовольствия», — последнее слово прозвучало особенно пренебрежительно. — Животное. — Мне всё ещё кажется, что это твои влажные фантазии, — Северус подошёл ближе, сжал парня за локоть и резко притянул к себе. — Ни за что! — Лучше расскажи, про секс с вампирами-альфами. Как оно, м? Насколько хорошо ты трахаешь своих полуживых… — Заткнись! — Гарри резко толкнул его в грудь. На щеках парня вспыхнул яркий, горячий румянец. — Какая-то псина не будет меня учить! — Не псина. Волк… — он снова ухмыльнулся, сделал несколько шагов и силой впечатал парня в шершавую, старую кирпичную стену. Его руки легли по обе стороны от головы Гарри, перекрывая побег. — Ну же, расслабься немного. Успокойся. Возможно, тогда я покажу тебе, что такое настоящий секс с альфой. Чтобы ты потом мог своим омежкам рассказать на своём опыте. — Ты? — Гарри посмотрел прямо в глаза. Внимательно, слишком мягко. Он поддался вперёд, упёрся лбом в его плечо и громко рассмеялся. Смех был такой звонкий, искренний и красивый, что Северус на мгновение осёкся. — Гарри, ты с ума сошёл? — он наклонился к самому уху, и парень сжался, вздрогнул в его руках. — Не дыши на меня, — прошептал Гарри сквозь остатки смеха и крепко сжал ладони на груди Северуса. — Иначе я… Ты действительно…? — Да, — горячий язык скользнул по ушной раковине, а тяжёлая, горячая ладонь легла на живот. Гарри на мгновение замер, его глаза потемнели. Он посмотрел прямо, в упор и прошептал почти неслышно, с придыханием: — Хочешь меня трахнуть? — Очень хочу. — Поехали, — в уголках губ мелькнула тень усмешки. — Твой запах… не такой уж и мерзкий. — Идём. Машина за углом, — Северус мягко, но уверенно приобнял его за плечи и мигом повёл прочь, будто боялся, что парень сейчас передумает и ускользнёт. — Альфы не всегда воняют. Стоит лишь соблюдать базовый уход и нормы приличия. А иногда бывает индивидуальная непереносимость. Гарри молча юркнул в машину, захлопнув за собой дверь чуть сильнее, чем нужно. Северус лишь поднял брови, но ничего не сказал — обошёл капот и сел рядом, чувствуя, как в воздухе между ними повисло напряжение, густое и почти осязаемое. — А ты врач? — спокойно, почти лениво бросил парень, скользнув пальцами по его бедру. — Такой… — Умный? — Занудный, — уголок губ дрогнул. — Но если ты с пациентами так разговариваешь… — Там — деловая этика, — Северус чуть усмехнулся. — А здесь нет. Он наклонился чуть ближе, глядя вниз: на руку парня, лежащую у него на колене. — Так расскажешь, что это было? Почему вдруг смеяться начал? Или… — он едва заметно коснулся пальцем его запястья, — хочешь, чтобы мы врезались? — Нет, я… — Гарри неловко отдёрнул руку и откинулся на кресло. Внезапный холод и неуверенность сжали его. — А ты правда готов меня трахнуть? Вампира, альфу, такого, как я… — Такого злобного и недотраханного? Однозначно готов. Уверен, станешь немного спокойнее. — У тебя там член волшебный, что ли? Мерзость… Наверное, огромный, тёмный и кривой. Или нет! Не кривой, а тонкий, длинный, как спичка… — он на мгновение задумался, его голос стал слишком провокационным. — И кончаешь ты за сорок секунд. — Всё сказал? — мужчина сказал это спокойно, почти буднично, не отрывая взгляда от дороги, но его челюсть едва заметно напряглась. — Я ещё с первого раза понял, что ты очень хочешь на него посмотреть. Можешь так не стараться. — Стараться? — из груди Гарри вырвался тихий, резкий смешок. — Ради кого? Ради тебя? Ради твоего члена? Да я… — Да, ты, — быстро перебил Северус, бросив на парня долгий, оценивающий взгляд. — Всё в порядке, правда. Два альфы могут спать вместе, если тебя раньше за это… — он на мгновение замер. — Просто забудь, людям не обязательно знать о предпочтениях других людей. — А какие у тебя предпочтения? Маленькие омежки, которые младше тебя в два раза и на всё готовы? Чтобы только ноги раздвигали и стонали, да? — Гарри… — мужчина выдохнул слишком нервно, почти раздражённо. Голос его понизился. — Откуда столько ненависти к другим? — Попал, да? По тебе видно, что нужны поменьше и потупее, чтобы вопросы не задавали. — Потому я выбрал тебя и везу к себе, — Северус осторожно коснулся его руки, большим пальцем нежно поглаживая тыльную сторону ладони. — Расстался с кем-то недавно? Омежку увели? Или… — бархатный смех наполнил авто, и Гарри на миг замер. — Твоего омегу увёл маленький, хрупкий омега, да? — Бред! Никто никого не уводил! — он почти вспыхнул, напряжение пронзило его тело. — Это я решаю, с кем встречаться! Это я всё! — Да, всё ты решаешь. Спасибо, что решил меня сегодня позлить. Я же видел, как ты до меня давал людям напитки, а меня решил проучить. — Не проучить, а… — Гарри на мгновение замер, улавливая ход его мыслей. — Раздражаешь меня своим спокойствием и надменностью. Ты же волк, а ведёшь себя, как… — Как кто? — Змея какая-то… — Говорят, у них два… — Замолчи! — Гарри резко дёрнулся к мужчине и накрыл его рот ладонью. Прикосновение было слишком неожиданным, слишком тёплым. — Идиот, какой же ты идиот. — Пусти, — прошептал он прямо в тёплую ладонь. Гарри отодвинулся, но в голосе Северуса не было злости — лишь тихая усмешка. — Ты не похож на волка, понимаешь? — голос Гарри прозвучал тихо, почти испуганно. — Они все такие… резкие, вспыльчивые, грубые. А ты… Я бы подумал, что ты вампир, если бы за километр от тебя лесными орехами и шоколадом не пахло так вкусно, что живот сводит, — Гарри резко замолк и отвернулся к окну. — Мерзость. — Ты на оборотня больше похож, — медленно, с едва заметной насмешкой продолжал мужчина, наблюдая, как краснеют уши парня. — Вспыльчивый, красивый, громкий, гордый… Самый красивый альфа из всех, кого я знаю. А какой голос, харизма, даже характер. — Ты сегодня замолчишь? — сквозь зубы процедил Гарри, не решаясь обернуться. — Бред несёшь. — Ладно. Мы как раз почти приехали. — А я вкусно пахну? Для тебя? — ещё тише спросил парень, почти не дыша. — Да, — коротко бросил Северус и быстро припарковался возле дома. Мотор замолчал, и тишина в салоне стала оглушительной. Через мгновение он уже обнял его за плечо — ладонь легла уверенно, тяжело, с тем тихим притяжением, в котором чувствовалась власть. Наклонился так близко, что горячее дыхание скользнуло по уху, и прошептал медленно, сдержанно, почти касаясь губами кожи: — Очень вкусно. Так сладко и нежно, что хочется съесть целиком. Это малина со сливками, да? И клубника, и персики… — Северус скользнул носом по его шее, вдыхая аромат, и издал глубокий, низкий звук, почти зарычал. — Не возбуждайся сейчас. Я же чувствую всё. — Заткнись. — Идём, иначе я трахну тебя прямо в машине. — Кто тебе даст? — заикаясь, с дрожью в голосе спросил Гарри, и его слова повисли в воздухе.

***

— Гар… Гарри, подожди, — почти прорычал мужчина, толкая парня в сторону спальни. Движение было резким, почти обречённым. — Выдохни сначала. Ты весь дрожишь. Если мы сейчас пере… — Да заткнись ты уже, — отчаянно прошептал Гарри ему прямо в губы и прервал его грубым, слишком уверенным поцелуем. Северус замолк мгновенно, дёрнулся, будто хотел вырваться, но только сильнее прижал его к себе. Через секунду он подхватил Гарри на руки так, будто боялся потерять, и понёс в спальню. — Если станет плохо… — выдохнул мужчина, пытаясь вставить хоть слово между поцелуями, но Гарри снова прижался, не давая договорить, глуша каждую попытку губами, дыханием, ожиданием. — Трахни уже. — Гарри! — Северус резко вжал его в мягкую кровать, нависая сверху. Его голос стал глубоким, низким. — Ты меня слышишь? Контролируй феромоны хоть немного. Если мы… — Какая к чёрту разница? Какая разница, если я лежу на твоей кровати и жду, пока ты меня выебешь? — он почти крикнул это, резко дёрнув мужчину за загривок, и выдохнул прямо в губы. — Ты же обещал мне показать свой большой член. Я жду… — Идиот, — подавив глупую, нежную улыбку, сказал Северус. Он сорвал с парня джинсы одним, резким движением, а следом дёрнул рубашку, разрывая её в разные стороны. — Какой же ты красивый. Кожа загорелая, мягкая, сладкая. Мужчина вжался губами в его шею, оставляя россыпь горячих, влажных поцелуев и мгновенно услышал первый, тихий стон. — Неужели настолько сильно хочешь? — Очень хочу, — голос дрогнул срываясь. Гарри обвил ногами талию мужчины, прижимая ближе, требуя. — Вставь. — Нет. Сначала кончим, а потом иди в ванную. Тебе нужно хорошо подготовиться, иначе я тебя порву, — он говорил спокойнее, тише. В этом тоне была пугающая ясность. — В следующий раз я помогу, но сейчас не смогу… Сорвусь сразу. — Да? — Гарри быстро оттолкнул мужчину и с вызовом посмотрел в глаза. — Сразу вставишь, да? — Да. Засажу по самые яйца и буду трахать, пока… — Хорошо, — парень резко перевернулся на живот, становясь на колени. Он стянул трусы и без лишних слов развёл ягодицы в стороны. Северус на мгновение замер. Его взгляд зацепился за розовую, блестящую дырочку, из которой обильно вытекала прозрачная жидкость. Только сейчас он полностью ощутил, насколько тяжёлым и густым стал воздух от чужих сладких феромонов. — Ты… — Омега, да, — подавив резкий смешок, бросил Гарри. Он сжал ягодицы покрепче и раздвинул снова: розовое отверстие приоткрылось, и по бёдрам потекло ещё больше естественной смазки. — Гарри, ты мог сказать раньше… — почти отчаянно, сдавленно всхлипнул мужчина. Он собрал пальцами выступившую жидкость и, не теряя ни секунды, вставил их во влажное отверстие. — Я думал… — Да-а, — слова утонули в глубоком, рваном стоне. — Ты думал, что я альфа и хотел меня трахнуть. А я… — Омега, — чуть тише сказал Северус и медленно, осторожно толкнулся головкой внутрь. Гарри вдруг весь напрягся, дрожь прошла по телу волной, а простынь он сжал так крепко, что побелели костяшки пальцев, будто только это помогало ему удержаться на грани. — Я буду медленным. — Нет! Трахни уже! Ты… — Успокойся. Неужели у тебя действительно недотрах? — он склонился ближе, касаясь губами его щеки, и едва заметно улыбнулся. Медленно, будто проверяя каждую грань его терпения, он толкнулся внутрь — неглубоко, до половины, и замер, чувствуя, как тело под ним дрожит, как дыхание сбивается, превращаясь в короткие, судорожные вдохи. — Это всё? Двигайся! Я в порядке. — Нет, малыш, это не всё, — Северус навалился на парня всем телом, упираясь горячими губами в шею. — Только половина, но ты меня так засасываешь, что я схожу с ума. Неужели член оборотня пришёлся тебе по вкусу? — Не-еет, — смеясь протянул Гарри, и слова снова утонули в стоне. — Слишком маленький. — Хорошо. Тогда сделай всё, чтобы он стал большим и твёрдым, а потом заполнил тебя до краёв. — А сам уже не можешь? — Гарри попытался обернуться, но Северус резко вжал его в кровать, прикусывая кожу на плече. Член вошёл до самого основания, растягивая, обжигая и заполняя его. Ощущение было настолько полным и шокирующим, что заставило Гарри почти кричать — звук сорвался с горла хриплым, рваным выдохом. Он судорожно попытался выгнуться, отстраниться немного, чтобы уменьшить давление, но получалось плохо. Северус всё время держал крепко, его ладони были горячими якорями на бёдрах и пояснице. Он целовал везде, где мог дотянуться — оставлял влажные, требовательные поцелуи на коже, на плечах, на лопатках. И трахал. Трахал так, что сводило мышцы живота, сводило нервы и дыхание. Каждый толчок отзывался низко, в животе, вибрацией, которая расползалась по венам, заставляя Гарри захлёбываться в стонах. Северус дышал ему в ухо, глухо рыча, и чем сильнее парень дрожал, тем мягче становились его движения — будто он пытался удержать, не разрушить то, что только что между ними родилось. Каждое движение вырывало из его груди рваные, прерывистые стоны и тихое, беспомощное мычание. Гарри пытался молчать, кусал язык, впивался зубами в край простыни — да что угодно, чтобы не издать ни звука, но не получалось. Северус будто специально сводил его с ума этой медленной, мучительной глубиной, полностью держа его в своих руках и в своей власти. — Ты испачкаешь мою кровать своими слюнками, — бархатный голос прозвучал у самого уха. — Неужели так сильно нравится? — Нет, — неубедительно выдохнул парень и сам поддался назад, чтобы Северус вошёл поглубже. — Я вижу, котёнок, попу свою представляешь, как настоящий… — Оборотень. Все они ноги раздвига… — слова растворились в глухом мычании, и Гарри уро­нил голову на подушку, собираясь с мыслями. — Все они… — Ты лучше всех, не волнуйся, — с придыханием прошептал Северус, опуская руку под живот парня. — Такой влажный, горячий, и член принимаешь так хорошо, словно ты был рождён для этого. — Заткнись, — сквозь сжатые зубы бросил Гарри и слегка приподнялся, закидывая голову на плечо мужчины. — Ты обычный… — Кто? Альфа? Кобель? Нарцисс? — Д-да, глубже, — отчаянно простонал парень, кончая в руку мужчины. — Какой же ты… — Северус прикусил кожу на его плече, и плавно вышел из него. — Из тебя течёт так, что я… — Не нужно было кончать в меня, — недовольно бросил Гарри, но в следующий момент мужчина перевернул его лицом к себе и снова вошёл до упора. Без предупреждения. — Я и не кончал, — на губах мелькнула победная улыбка. Северус закинул ноги парня к себе на плечи, начиная короткие, рваные толчки, которые задевали самые чувствительные места. — Ты… — зелёные глаза закатились, слова растворились в громком, отчаянном стоне, а руки безвольно упали на кровать. Тело выгнулось дугой, каждый мускул был напряжён, и Гарри снова кончил, заливая свой живот. И когда воздух между ними стал вязким от тепла и звуков, Северус кончил — резко, глубоко, заполняя его собой до последней капли. Тёплое, пульсирующее ощущение прокатилось внутри, и он почти сразу выскользнул, тяжело дыша, будто боялся хоть на мгновение причинить боль. — Понравилось? — не скрывая хищного, довольного тона, спросил мужчина, медленно поглаживая парня по бедру. — Это всё? — Гарри попытался говорить язвительно, но вышло неубедительно. — Две секунды и всё? — Гарри, — бархатный смех наполнил комнату. Северус взял две подушки, положил сбоку от парня и снова перевернул его лицом в кровать. — Я сразу понял, что ты изголодался по альфе, но чтобы настолько… — Нет, просто ты… — слова снова растворились в тихом стоне, и Гарри резко обернулся. — Ты снова? — Да. Альфам ведь всегда нужно больше, чем омегам, — Северус поцеловал его прямо в губы и медленно толкнулся до самого конца. — У т… тебя уши появились, — заикаясь, прошептал Гарри, глядя на чёрные пушистые уши. Следом он почувствовал, как его ног коснулся длинный, мягкий хвост. — Да. Не могу контролировать себя рядом с тобой, — он выдохнул с тихой, срывающейся усмешкой и скользнул губами по его шее, едва касаясь кожи. — Не больно? Я ведь… — Он тоже стал больше. Там… — голос Гарри дрогнул, едва узнаваемый от страха и напряжения. Он попытался отстраниться, но только глубже утонул в его руках. — Тише, котёнок. Всё хорошо. — Нет, ты… Он же не такой… — Ты тоже не сдерживаешь себя: клыки, блестящие глаза, а там… Ты горишь и сжимаешься от каждого толчка. — Это из-за тебя! — Да. Потому принимай всё и наслаждайся. — Какой же ты… — голос сорвался, и Гарри прикусил губу до крови. Тонкая алая капля скатилась по подбородку, и Северус мгновенно наклонился ближе, подставляя запястье под его губы. — Кусай, — прямо на ухо прошептал мужчина, делая медленные, размеренные толчки. Гарри тихо постанывал, скулил, а потом нехотя уворачивался и губы поджимал. — Кусай! — громче сказал мужчина и второй рукой заставил парня приоткрыть рот. Тот на мгновение замялся, но стоило острым клыкам коснуться нежной кожи, как Гарри мгновенно впился в неё, делая глубокие, резкие глотки. — Молодец, — Северус мягко потрепал его волосы и, оставив короткий поцелуй на шее, сорвался на бешеный, слишком грубый темп. Гарри под ним скулил, почти мычал в руку, но продолжал пить кровь и подмахивать под каждый толчок. — Ты скоро, малыш? — мужчина скользнул второй рукой вниз и тихо усмехнулся. — Сколько раз ты кончил, пока я тебя не трогал? Неужели настолько приятно? Гарри снова замычал, тело выгнулось, он попытался увернуться, избегая этого унизительного признания, но Северус, сделав несколько рваных, глубоких толчков, кончил внутрь. Жаркий, густой выброс обжёг Гарри изнутри. Парень снова всхлипнул, попытался уйти, но Северус резко дёрнул его назад, проникая ещё глубже. Узел набух у основания, распирая его до предела, и мужчина толкнулся ещё немного, чтобы обеспечить сцепку. Парень снова что-то пробормотал, звук был нечленораздельным, похожим на плач. Горячие слёзы покатились по его щекам, но он отчаянно, инстинктивно двигался назад, подставляясь ещё немного под тяжесть и давление узла. А следом, он снова впился зубами в руку мужчины. У Северуса от этого окончательно сорвало крышу. Слишком много было в этом моменте: горячая сперма, сцепка, сладкая кровь и ароматные, густые феромоны. Слишком правильно и сладко. Он впился зубами в шею парня — резко, глубоко, и пометил, прежде чем успел что-либо решить. Гарри снова задрожал, но вместо сопротивления он ближе поддался под укус и в ответ ещё раз укусил мужчину за руку.

***

— Ты в порядке? — неожиданно мягко, с оттенком истинной, пугающей заботы, спросил мужчина. Голос его был спокойным, глубоким. Северус осторожно лёг рядом, почти не двигаясь, пока тяжесть узла оставалась внутри. Он укрыл парня своим теплом, становясь неподвижным, надёжным якорем. Его губы прижались к шее Гарри, и он медленно, инстинктивно начал зализывать укус, стирая острой гранью языка вкус крови и чувство вины. Гарри едва заметно дрожал. Он ощущал полноту и неподвижность внутри себя — набухший, твёрдый узел, который не позволял уйти. Это была нежность, навязанная силой. — Нет. — Очень больно? — голос Северуса дрогнул, выдавая настоящую тревогу. Мужчина мгновенно обнял его за грудь, прижимая крепче. — Сейчас пройдёт, потерпи немного, малыш. Хочешь укусить снова? — Нет. — А что хочешь? — он поцеловал парня за ушком. Гарри медленно повернулся к нему, их взгляды встретились. — Хочу ещё. — Что? Сейчас? — Чуть позже. Я… — он на мгновение замолчал, обдумывая непостижимую правду. — Впервые в жизни так… Очень понравилось мне. — Ты девственник? — заикаясь, прошептал мужчина. — Нужно было раньше сказать! А если бы я что-то… — Нет, я… — он тихо рассмеялся. — Я спал с альфами, но теперь, кажется, что нет. А с оборотнями всегда так? Ты очень… — Хороший любовник, да? — Да. — Сочту это за комплимент. Никогда не спал с оборотнями? — Спал. Но после тебя то даже сексом называть тяжело. — Ты сейчас шутишь? — Северус наклонился ближе, заглядывая прямо в глаза, ища следы насмешки. — Издеваешься? С кем ты спал до этого? — Нет. Но обычно они… Не были такими, как ты. Да и я больше на альфу похож. Никто никогда не пытался доставить мне удовольствие так, как ты. — Ты омега. Самый настоящий, очень ароматный и сладкий. В том баре я не понял, что этот запах твой. А потом… Было уже поздно. Забудь всё, что тебе говорили раньше. — Значит, всё со мной в порядке? — За исключением того, что теперь ты мой омега, который носит мою метку. — И ребёнка? — Гарри тихо рассмеялся, но, заметив в глазах Северуса мелькнувшее недовольство и боль, тут же замолчал. — Молчу. — Нет, всё в порядке. Только… я метку тебе поставил без разрешения. А ребёнок… Это будет слишком неправильно по отношению к тебе. Прости. Я сорвался. Никогда не срывался, но ты… — Вывел, соблазнил, обманул, да? — он тихо рассмеялся. Смех был горьким, но в нём уже не было злости. — Теперь я виноват? — Нет-нет, — Северус снова обнял его, прижимая крепче, словно боялся, что Гарри растает. — Всё это — полностью моя ответственность и вина. Ты — жертва. — Какая из меня жертва. Я ведь сам умолял трахнуть меня. И на всё это я был согласен. Забудь, ладно? — он попытался говорить спокойно, но голос всё время ломался, выдавая истинное потрясение. — Это обычный секс. Пустяк… Ну, переспали, и что теперь? У меня к тебе никаких претензий или вопросов нет. Северус задержал дыхание, выжидая короткую паузу. Потом медленно, почти с осторожностью выскользнул из него, прерывая вязкое тепло между ними. Лёг рядом и притянул к себе, укрывая ладонью спину так, будто хотел закрыть от всего мира. — Тебе всё понравилось? — неожиданно мягко и спокойно спросил мужчина, скользнув носом по щеке Гарри. — Всё нормально? — Да. Да. — Я тебе…? — Нравишься. — Будешь моим омегой? — в голосе Северуса звучала пугающая серьёзность. — Не могу отпустить тебя после такого, но и заставить не могу. — Я? Твоим? — Да. Узнаем друг про друга хоть что-то. На свидание сходим или сразу съедемся. Не прощу себе, если отпущу тебя сейчас. Ты ведь убежишь. — Могу остаться? — Да. Я хочу, чтобы ты остался, чтобы был рядом. Кажется, ты мне очень сильно нравишься, хотя я знаю тебя всего несколько часов. — Этап знакомства мы пропустили. — Немного, — Северус улыбнулся уголком губ. — Я не могу тебя заставлять, но пока приходишь в себя — подумай. До утра я тебя всё равно никуда не отпущу. — Правда? — Да. — Знаешь, у меня скоро течка. А после твоего члена и очень вкусных поцелуев… — парень тихо рассмеялся. — Я не смогу без тебя кончить. — Да, я тоже хотел это сказать, — подавив глупую, счастливую улыбку, сказал мужчина. — У тебя тоже течка? — Гон, наверное, скоро… А может, и нет. Но твоя течка — это важно. А значит, я буду рядом, — он подтянул парня поближе, прижимая к себе, и выдохнул прямо на ухо. — Могу отнести тебя в ванную, а потом накормлю ужином. — Выебал, накормил. А дальше что? На руках носить будешь и в попу целовать? — Буду.

Сорваться, чтобы навсегда остаться рядом.