Ереванский инцидент

23:44 — позднее время, но как раз таки в эту минуту два прекрасных молодых человека закончили свою трансляцию на Ютубе. Они были в край бухие и, судя по деяниям на сегодняшнем алкостриме, начали ещё сильнее сомневаться в своей ориентации. К слову, сомневаться начали они уже давно, а теперь и вовсе были готовы проверить, так ли это на самом деле. Поэтому, завершив эфир, Толя быстро и незаметно шепнул на ушко Диме удалиться на какое-нибудь время к нему в комнату и там поговорить. Никто посторонний этого не услышал, так как их друзья просто тыкали в телефон в слегка нетрезвом состоянии. Наши голубчики встали и направились в Толину комнату. —Вы куда? — спросила Фрики. —К Акопу, — попутно сказал Дима (который Лжедима), первое что пришло в голову. —А... — протянула девушка, не вникая, что только что спизданул ее друг. И, кстати, говоря об Акопе — он опять позвонил на телефон, на телефон Рози. Парень, недолго думая, ответил. Акоп снова их позвал к себе побухать. —К тебе уже Толя с Димой ушли. Жди их, — промолвил Розенблат и бросил трубку. А тем временем наши герои всех (гей)клубов Еревана уже были у Толи в комнате. Анатолий сел к себе на кроватку. —Дима, хочешь узнать продолжение фанфика Эльвиры? — спросил он, нелепо улыбаясь. —Очень, — сказал тот, уже понимая, на что намекает его друг. — Предлагаешь его сразу воплотить в реальность? —Ага. Дима подошёл к Толе и сел ему на колени лицом к лицу своего друга. Он положил свои руки на плечи Анатолия, пока тот поглаживал его талию, залезая под футболку. Дмитрий начал целовать губы напарника (жалко только, что напарника на сегодняшний вечер, а то завтра у него уже будет другой). Тот не сопротивлялся... И тут вдруг из-за двери слышится голос Акопа: «ДА ГДЕ ЖЕ ЭТИ ЧЕРТИ!!? ОБЕЩАЛИ ЖЕ ПРИЙТИ!!» В этот же момент дверь раскрывается, и на пороге стоит самодовольный армянин с бутылочкой какого-то алкоголя. Вернее, он уже не стоял, а сидел на полу, медленно ползя назад с недоумевающими криками: «ААааАаАААааАааа, КАКИЕ ПЛОХИЕ ПАРНИ! ПЛОХИЕ!!» Рози и Фрики сбежались на звуки и просто ржали над всем происходящим. Но Дима не растерялся: встал, закрыл дверь (теперь уже на ключ) и продолжил целовать Толю, пока за дверью все ещё слышались ржачь и крики. На это нашим мальчикам было абсолютно похуй, потому что сейчас они хотели только одного — потрахаться. Толя отстранился и решил, что хватит девчачих поцелуев, пора приступать к долгожданной части. Он резко содрал с Димы футболку и начал пялиться на его торс. Это продлилось недолго, так как уже в следующее мгновение сам Толя был в одних облегающих трусиках. Дмитрий присел рядом с Анатолием и, растягивая время, стянул с себя шортики. К нашему не удивлению, на Диме находились розовые стринги. Голубки переглянулись и грубо засосались, как никогда раньше. Тем же временем их друзья успели отвести Акопа на первый этаж и попросить его, чтобы он забыл все, что видел. Но армянин никого не слушал и только в небольшом шоке повторял: «Плохие парни... Плохие...» Поднявшись к себе на второй этаж, Розенблат и Фрики начали стучаться в комнату к ребятам. Их игнорили, так как действа-гейства намечались жаркие, и такое никто не хотел прерывать. Так вот, целовались мальчики недолго, а точнее, до того момента, когда у них закончился воздух. Дима повалил своего друга на кровать и навис над ним. —Приступим? — пошло спросил Дмитрий. —Какой приступим? — проговорил Толя и поменял их с Димой местами; теперь Анатолий был сверху. — Вот теперь приступим, сладкий)). —Да-к, не по канону же... —Похуй. —Ну, ладно, я не против. Толя заполз своей ручкой под стринги Димы и, нащупав его стояк, начал водить по нему, слегка надавливая большим пальцем. Дима только и постанывал от удовольствия. В итоге Анатолий снял с Димы трусы и кинул их куда-то... куда-то на люстру... Туда же полетели и его — это была кровавая месть от Дмитрия. Толя ухватился за ноги своего дружочка,приподнял его таз, приставил свой, уже давно стоящий, хуй к очку Димы и... —ЭЭЭ!! А растянуть, смазать? — завизжал Дмитрий и начал барахтаться, пытаясь выбраться из крепкой ухватки Толи. —Ай, точно, — расстроенно брыкнул Анатолий, плюнул себе на руку, размазал это все по своему стволу и обратно встал в ту же позу. —А растянуть..? — произнёс Дима. —Обойдешься, — ответил ему Толя и резко вошёл в своего друга на целую половину. Дмитрий громко простонал, чуть ли не крича от боли. Анатолий не предал этому большого значения и продолжил вдалбливаться дальше, а Дима все орал да постанывал. В конечном итоге они одновременно кончили: Димитрий излился себе на свой сексьюальный тросик, а Анатолий — в своего друга. Очко Димы пульсировало в организме, да и сами его конечности невольно подергивались. Толя был в состоянии не хуже, чем Дмитрий, и поэтому просто рухнул рядом со своим, уже как 30 лет голубоватым, другом. Когда все эйфорические чувства отошли, Дима повернулся лицом к Анатолию и признался ему в любви (как когда-то очень часто признавался Аланчику): —Я тебя люблю. —Это хорошо, — отвечал ему друг с прикрытыми глазами. —А ты меня? —Возможно, — ответил тот и обнял лежащего перед ним человека. Дима его поддержал и обнял взаимно. —А почему не точно? —Потому что я не гей. —Неужели. —Ага. —А кто ты тогда? —Гетеро-Толя. —Я тоже. —О, не знал, что ты тоже Толя. —А я не знал, что ты гетеро. —А я знаю, что ты гей. —Нет. И не би тоже. —А кто ты в таком случае? —Дима. —Это типа новая ориентация? Трахаешься с мужиками, но не гей. —Почему только с мужиками? —Неужели ты с женщинами спал? —Нет. —Ну вот, ещё и отрицаешь, что гей. —Ц, — Дима убрал руки от Толи и перевернулся на другой бок, — я обиделся. —На что? На правду? —Да. Анатолий всё это время того не переставал обнимать. Они так вместе заснули сладким и крепким сном. Какой же будет для них обоих сюрприз утром, когда они проснутся и не будут помнить, что было в этот ереванский вечер. Да и их друзья вряд ли будут помнить, если, конечно, не записали пошлые стоны Димы на диктофон. Единственный, кто точно будет знать о произошедшем — Акоп, потому что он до сих пор шептал в пустоту: «Какие всё-таки плохие парни... плохие...» — и смотрел в даль, так и ни разу не моргнув.