Кислый альфа и сладкий омега

Альбус Северус Поттер был прилежным слизеринцем, хорошо учился, водил дружбу с самым лучшим на свете волшебником Скорпиусом Гиперионом Малфоем вот уже пять лет. До сегодняшней ночи проблем в их дружбе быть не могло, ведь они всем делились друг с другом. Даже когда у Скорпиуса после шестнадцатого дня рождения начался гон. Лучший друг оказался альфой. Альбус думал, что и он альфа, ведь его брат альфа. Но, видимо, Альбус не такой везунчик. Альбус уважал все слои населения, но теперь его запах будет манить друга. О дружбе можно забыть. Альбусу будет стыдно смотреть в серебряные глаза, которые он любил уже почти два года. Альбус радовался бы своей натуре, если бы всё было обоюдно. Но Скорпиус никогда не давал повода подумать, что он ему симпатичен. Зато Скорпиус не единожды говорил, что у Джеймса Сириуса Поттера шикарный зад. Наверное, альфе нравились альфы, и Альбус очень бы хотел быть тем самым альфой, которого полюбил бы Скорпиус. Не судьба. У неё только насмешки касательно Альбуса. Какие? Он не любил мётлы, а любил варить зелья — его отец и мама обожают квиддич, как брат и сестра, а зелья никто из них четверых не любит. Он лишний даже в семье. Альбус выбрал в друзья сына Пожирателя смерти, внука Пожирателя смерти, когда в друзьях Джеймса были Лонгботтомы и Лавгуды, а в друзьях Лили Луны Поттер — Финниганы и Вуды. Альбус об этом никогда не жалел, но его друг тоже был лишним в кругу семьи Альбуса. Альбус не любил семейные посиделки со всеми Уизли. Ненавидел шум. Все любили, только не он. Именно по этой причине он не поехал в этом году домой — так было решено сказать. Попросил Лили передать родителям, что он не успевает подготовиться к СОВ. Сестра училась только на третьем курсе, но явно поняла, что брат увиливает. И стоило всем сесть на поезд, как он почувствовал влагу между ягодиц, желание найти альфу и умолять взять его. Альбус завалился на кровать, дрожа от желания. Тело горело в агонии, поэтому он снял с себя всю одежду. Он не позволял себе прикасаться к влажному местечку, жаждущему ласки. Он едва высидел завтрак, чувствуя, что пробудилась омега. Только отметил два дня назад день рождения и вуаля — сюрприз. У Джеймса альфа проснулся через неделю, а у Скорпиуса через десять дней после шестнадцатилетия. Всё не так в жизни Альбуса. Всё не так… Неправильно…

***

Скорпиус не понимал всё утро поведения Альбуса, который огрызался ему, молчал, смотрел в упор, а после остался сидеть на завтраке в Большом зале, когда все ушли. Скорпиус собрал вещи, постучал в спальню Альбуса, но ребята сказали, что его чемодана нет, а сам Альбус, наверное, сразу пошёл на поезд. Скорпиуса это огорчило, ведь они всегда проводили время вместе. Скорпиус надеялся забрать Альбуса прямо с перрона, выпросив у мистера Поттера на все каникулы. По крайней мере, пока течка не пройдёт. Скоприус отчётливо почувствовал проснувшуюся желанную омегу. Он так ждал её. Так надеялся. Он постоянно нахваливал омег и альф, чтобы тот открылся ему, когда придёт час. Скорпиус влюбился в эти зелёные глаза, как только они спросили, есть ли свободное место в купе, когда они ехали впервые в Хогвартс. Когда Альбус Поттер попал на Слизерин, как и Скорпиус, счастью не было предела. Увы, у них были разные спальни. На Слизерин в этом году поступили только мальчики, их было десять, оттого Альбус и Скорпиус не попали в одну спальню, но они постоянно проводили время вместе. Скорпиус любил бы Альбуса даже альфой. Он видел взгляды Альбуса, но не решался подарить поцелуй, пока не проснётся омега или альфа, или бета. Лишь бы быть с любимым Поттером. Родители и дедушка с бабушкой полностью его поддерживали, и желали полукровку в семью, даже если это будет альфа. Главное, любовь. — Малфой, — Джеймс ухватил того за плечо, когда Скорпиус шёл к поезду, — почему ты оставил моего брата? Ты же сам мне сказал, что влюблён в него. Скорпиус признался в этом Джеймсу, надеясь на понимание и поддержку, если родители Альбуса будут против, хотя сам Джеймс заявил, что родители и так давно считают их с братом парой. Об этом знают все, даже Уизли, но не Альбус. — Да, так и есть. Альбуса нигде нет, он, наверное, в поезде. Я учуял его запах, и не дам никому его обидеть. — Ты не знаешь? — удивилась Лили. — Альбус поймал меня в Большом зале и сказал, что остаётся. — Скорее всего, омега слишком быстро взяла верх, и Альбус не в состоянии даже до поезда дойти. На Слизерине кто-то остался? — переживал Джеймс. — Никого. Можешь передать отцу, почему я остаюсь? Скорпиус не дождался ответа, развернувшись с чемоданом в руках в направлении Хогвартса. — Легко, зятёк, — улыбнулся Джеймс. — Мне так следует называть Тедди? Зятьком? — хихикнула Лили. — Отец рад за нас. И не важно, что он старше меня на семь лет. Он лучший омега! Лили хихикнула, не решаясь лезть туда, куда пока не доросла, а Джеймс уже мечтал о встрече с Тедди.

***

Скорпиус бежал обратно в замок, надеясь, что Альбусу не настолько плохо, как он предполагает. «Ну приду я, а что буду делать? Предложу ему секс? Да у меня мозг отключится, если я ещё немного вдохну этот сладкий запах! Но он же меня хочет? Если верить Джеймсу и моим наблюдениям. И я его хочу. Мы влюблены! Всё будет хорошо!» Свой гон Малфой провёл в специальной комнате, но Альбус сейчас совсем один на факультете. Омега может повести себя не так, как обычно. А если выйдет в коридор и встретит альфу, который остался на каникулы в барсучьем логове? Скорпиус вообще не представлял, что может произойти в первую течку омеги, ведь в первый свой гон вбивался в подушку членом. Бросив в гостиной чемодан, Скорпиус рванул в спальню Альбуса, но его там не оказалось, хотя в воздухе витал сладкий запах черешни. Скорпиус найдёт эту ягодку. Он вдохнул запах вновь, и вышел из спальни, чтобы понять, куда подался омега. Запах привёл к его спальне. Скорпиус открыл дверь и заметил на своей кровати укутанного в его одеяло и вдыхающего запах с его халата Альбуса. Скорпиус нежно улыбнулся, выпустил феромоны, чтобы не спугнуть омегу и осторожно подошёл. Альбус замер и заскулил, чуя альфу. Желанного альфу. Который успокаивал феромонами, но Альбус не мог успокоиться. Он поднял на любимого зелёные глаза, наполненные слезами, готовый расплакаться. — Тшшш, ягодка. Тшшш, — Скорпиус осторожно присел на корточки перед кроватью, тяжело дыша. — П-прости, — Альбус прикрыл глаза и застонал, когда из дырочки выделилось ещё немного смазки. — Я тебе испортил Сочельник… Почему ты не поехал домой? — Как я мог тебя оставить в таком состоянии? — Ты — альфа, а я — омега, — всхлыпнул Альбус. — Нашей дружбе пришёл конец, ведь… я больше не смогу притворяться… — Ты никогда не умел скрывать своих чувств, этим ты в отца, — улыбнулся Скорпиус, погладив парня по голове. — И ты не против? — Я ждал этого пробуждения с первой встречи. Не важна сущность, я ждал тебя, чтобы знать, понимать, как с тобой обращаться. Альбус не до конца понимал смысл слов, но учитывая, что Скорпиус разулся, а после перевернул его на спину, отчего одеяло открыло наготу омеги, Альбус всё понял. Серебряные глаза потемнели, а наружу выступили клыки. Альбус заскулил, надеясь, что альфа выбрал его на самом деле. Клыки вонзились в ключицу больно, но Альбус застонал. Омега внутри него заурчала, как котёнок, желая подчиниться альфе. Скорпиус осторожно разместился между ног Альбуса, пытаясь себя удержать. Омега принадлежала отныне ему, вкус крови на губах об этом говорил, как и их переплетённый запах вишни и черешни. Кислый альфа и сладкий омега — идеальная комбинация. — Поцелуй меня, пожалуйста. Я так давно мечтаю о твоих губах, — смущённо шептал Альбус, но смазка, вытекающая из его дырочки и члена говорила, что Альбус смущается чисто из приличия, пока ясность взяла верх, а туманность отошла на дальнее расстояние. Ненадолго, как считал альфа. Скорпиус осторожно опустился к сладким губам Альбуса, даря ему свой первый невинный поцелуй. И Альбус подарил ему тоже первый невинный отчаянный поцелуй. Они пару раз стукнулись зубами, но в одном были едины — их поцелуй — это начало отношений. Скорпиус зарычал, когда Альбус выделил ещё немного феромонов, врываясь в губы уже страстным, собственническим поцелуем. Альбус громко застонал, когда руки альфы сжали его соски, а губы начали облизывать шею. Скорпиус не давал себе отчёт в действиях, он просто хотел сделать приятно любимому. Скорпиусу было жарко. Он сорвал с себя всю одежду, накрывая соски Альбуса губами, а пальцами касаясь головки члена, из-за чего Альбус скулил ещё сильнее. Тело омеги даже не подозревало, где его эрогенные места. Губы Скорпиуса опустились ниже к головке члена, отчего с глаз Альбуса хлынули слёзы. Он мечтал об этом моменте, чтобы наслаждаться ласками, подаренными от Скорпиуса. — Скорпи… Я… Альбус кончил менее, чем за минуту, настолько ему было приятно, когда альфа вылизывал его член. Он помыслить даже не мог, что Скорпиус наслаждался оргазмом Альбуса. И пускай он не сумел проглотить всё, он продолжал вылизывать бёдра, на которые капнула сперма. — Скорпи? Скорпиус явно не слышал своего омегу. Его поглотило желание. Он запрокинул ногу Альбуса себе за шею, а сам впился губами в дырочку Альбуса, которая звала альфу своим запахом и своими выделениями. Альбус громко застонал. То, что дырочка окажется чувствительным местом, он и подумать не мог. — Скорпи… Альбус снова кончил, только в этот раз накрыл член рукой. Омега в течку насладжался оргазмами, но ей было мало губ. Она хотела всего альфу. — Скорпи, — Скорпиус накрыл губы Альбуса своими, а пальцами начал расстягивать дырочку, пускай та и приоткрылась. — Что, сладкий? — Скорпиус вылизывал шею Альбуса. — Я очень сильно хочу, чтобы ты в меня кончил. Очень-очень, — заплакал Альбус. Скорпиус оторвался от вылизывания шеи и уставился в зелёные глаза, похожие на цвет травы во время летнего дождя. — Сцепки боишься? — Нам по шестнадцать, — заплакал Альбус. — А я так хочу. Так хочу стать твоим, — Альбус виновато целовал лицо Скорпиуса, пока тот понимающе улыбался. — Альбус, мой отец — великий зельевар. Он давно сварил мне зелье, чтобы я не мог временно иметь детей. И прислал мне. Я выпил его ещё осенью. Пить его нужно раз в год. Я же сказал, что ждал тебя. — А если бы я оказался альфой? — Сладкий, меня пытались феромонами соблазнить пару омег. Я выпил это зелье, чтобы даже если меня опоят Амортенцией, я не оставил внутри омеги ребёнка. Я — твой! Скорпиус вошёл в тело Альбуса без предупреждения, заставляя Альбуса блаженно закрыть глаза и застонать, а руками обвить шею Скорпиуса, пока его губы продолжали целовать шею омеги. Скорпиус двигался медленно, и почти сразу кончил, наполняя омегу, отчего Альбус застонал, но сцепки не было, а желание никуда не делось. Скорпиус двигался то быстро, то медленно, сам не понимая, чего хочет его тело, но его глаза были довольны, ведь он видел перед собой тяжело дышащего, не соображающего омегу, который просил его брать и брать без остановки. — Скорпи… Ммммм, — Альбус закусил губу и снова кончил. Он чувствовал узел альфы, понимал, что тот на пределе, и тело желает их повязать. Скорпиус не перечил природе, наполняя вновь омегу семенем, осторожно ложась на его грудь, чтобы не сделать больно. — Скорпиус, — блаженно шептал Альбус, гладя его мокрые светлые волосы. — Я люблю тебя, Скорпи. — И я тебя очень сильно люблю, сладкий. Отдохни. Поспи. Это надолго. Альбус радовался тому, что их тела буквально связаны. Но спать не хотелось. Сегодня Сочельник, поэтому хотелось праздника. — Я испортил Сочельник. — Испортил? — удивился Скорпиус, слыша дрожь в голосе любимого. — Не плачь. — Мы хотели провести его в кругу твоей семьи, — напомнил Альбус. — Ты хотел увидеть маму с отцом. Я ходячая катастрофа, у который в жизни всё через задницу. Скорпиус хихикнул и поцеловал солёные от слёз щёки омеги. — Твоя задница — самая сладкая в мире. Я её очень люблю и ценю. Мы признались друг другу в чувствах, мы стали парой — это лучший Сочельник. — Но? — Никаких «но», Альбус, — Скорпиус нежно поцеловал его. — Ты — моя семья. Альбус, как настоящая омега, растрогался, а Скорпиус крепко его обнял. — Мы одни на всём факультете. Разве это не сказка? Альбус обнял Скорпиуса, всё ещё дрожа, боясь поверить, что он может быть у кого-то на первом месте. Он не первый сын, не первая дочь, не лучший. Но для Скорпиуса он был номер один во всём, ведь его выбрало сердце альфы. — Спасибо. — Тебе очень пойдёт лисья фамилия Малфой. В будущем, — обещал Скорпиус, крепче обнимая Альбуса. Альбус не ответил, но расплылся в довольной улыбке. Он и правда может в будущем создать свою семью, где не фамилия Поттер будет диктовать правила, а Малфой. И Альбус отлично впишется.