"Пять Ночей"

Городской ветер свистел, разнося запах затхлости и старой проводки. Вывеска "Fazbear's Fright: The Horror Attraction" тускло мигала, отбрасывая на мокрый асфальт зловещие, рваные тени. Минхо поправил на шее тонкую цепочку. Его рубашка с ярким граффити-принтом казалась слишком живой для этого места. Он работал здесь неделю, но сегодня что-то было не так. В воздухе висело напряжение. — Ты уверен, что эта смена пройдет спокойно, Минхо? — Хан сидел на перевернутом ящике, его округлое лицо было серьезным. Он нервно прикусил губу; у правого угла рта выступила свежая кровь. — Пахнет не просто пылью. Пахнет… старой смертью. — Это просто старый аттракцион глупости - Минхо постарался говорить уверенно, но его глаза, подчеркнутые темной подводкой, бегали по ржавым углам. — Не глупости, — прозвучал низкий, спокойный голос Сынмина. Он был одет в черный комбинезон с заметными белыми строчками, его темные волосы уложены вперед. Он осматривал периметр с меланхоличной сосредоточенностью. — Тут слишком много изолированного электричества. Что-то заперто здесь. — Ой, не нагнетай, Сынмин! — Хёнджин вошел, сияя в своих ярко-розовых брюках и белом топе. Он обнял Феликса с невероятной нежностью. — Мы просто посидим шесть часов, съедим чипсы и посплетничаем. Феликс в своей неоново-голубой шапке и пушистом жилете выглядел, как одинокое пятно света. Вокруг его глаз был заметный розовый макияж, а под одним глазом нарисована голубая слеза. Он напряженно смотрел в темноту. — Хёнджин прав. Это просто старый хлам. Но я… я чувствую холод, — голос Феликса был тихим, с легкой австралийской хрипотцой. — Зато я принёс реальный огонь! — негромко сказал Чонин. Он стоял немного в стороне, в своей глянцевой розовой куртке. На его спокойном лице с тонкими чертами читалась странная сосредоточенность. Он держал пакет чипсов и выглядел жутковато невозмутимым. — Ладно, пошли в офис, — Минхо махнул рукой. Они направились в крошечный, пыльный офис. Двери со скрипом захлопнулись.