Каталог несостоявшихся смертей

01 «Разрыв петли» Объект: Провидец Бессмертный Посох Аннигилятор: Дум Причина прекращения жизненных функций: Накопленный урон превысил потенциал и скорость восстановления.       Он умер не один раз. Он умер триста сорок семь раз за тринадцать минут.       Сначала это было похоже на кошмарный танец: Дум появлялся, наносил смертельную травму — расчленение, декапитация, снова расчленение — и исчезал, пока тело, повинуясь воле Ренатуса, срасталось вновь. К третьему разу Ренатус понял правила игры. К десятому — начал искать закономерность. К сто пятидесятому его сознание начало коротить от мучительной боли.       В промежутке между двести первой и двести второй смертью ему показалось, что он видит сквозь ткань реальности очертания других битв: ледяные всполохи Цурары, тяжёлые словесные цепи Софины. И среди этого хаоса — яростную песочную атаку Ортера. Мысль о нем была самой болезненной, но он хотя бы виделся сражающимся. Между триста сороковой и триста сорок первой смертью, когда регенерация уже давала сбой, а тело собиралось обратно всё медленнее, мысль об Ортере вернулась, но представить его живым уже не получилось.       Последнее восстановление было неполным. Сердце, уставшее биться в такт этой безумной пытке, просто разорвалось и не срослось обратно. Возвращение в его тело жизнь сочла бессмысленным.

***

№ 02 «Коробка для подарка» Объект: Провидец Драконий Посох Аннигилятор: Фамин Причина прекращения жизненных функций: Массивная кровопотеря, вызванная множественными режущими ранениями от анимированных артефактов-карт.       Сначала он смеялся. Каждый порез, каждое новое жало невидимой карты, вонзающееся в плоть, было восторгом. Это была боль, возведённая в абсолют и превращённая в искусство. Фамин, наблюдавший за ним с жадным любопытством, был идеальным зрителем. Агито чувствовал, как сила растет и переполняет его. Он достиг апогея. Жаль, что в этом помещении не было его дракона — с такой магической подпиткой Каба не оставил бы мокрого места и от этого гадского цирка, и от клоуна в фиолетовом колпаке.       Но потом Фамин произнес:       — Мне нравится твой ошейник. Он будет моим трофеем.       И что-то щёлкнуло. Боль, которая всегда была для него желанным подарком, внезапно стала… ничем. Он вдруг осознал, что его видят не как достойного противника — на него смотрят как на диковинную вещь. Как на раковину, которую вскрывают, чтобы достать жемчужину.       В этот миг отрешённости он увидел всю свою жизнь как цепь самоистязаний, ведущую в никуда. И ему стало скучно. Смертельно, вселенски скучно. Когда следующая партия карт разрезала его на части, он даже не попытался использовать накопленную боль. Он просто позволил этому случиться и умер не от ран, а от краха своей внутренней опоры.

***

№ 03 «Три состояния воды» Объект: Провидец Посох Льда Аннигилятор: Эпидем Причина прекращения жизненных функций: Критический перегрев, вызванный контратакой на ледяные конструкции.       Она создала самоходную крепость изо льда с лезвиями, растущими из стен, с ловушками-воронками. Эпидем даже не пытался приблизиться. Он просто активировал свои орихалковые орудия. Лёд отражал удары тысяч пуль, постепенно приближаясь, и тут оказалось, что орудия раскалены до такой степени, что лёд не выдерживает. Легендарный металл без вреда для себя разогрелся до такой степени, что заставлял крепость Цурары таять, превращаясь не в воду — в пустоту.       Цурара чувствовала, как исчезает её творение. Ощущение было сродни тому, как если бы у неё на глазах стирали её собственные воспоминания. Исчезала башня, которую она неосознанно воспроизводила по картинке из книги своего детства — после нескольких несчастных случаев, спровоцированных её магией, Цурара стала предпочитать чтение обществу людей. Растворялись хитроумные ловушки, которые она старательно перерисовывала из старинных трактатов о войне. Её магия отчасти была и её памятью. И теперь её уничтожали.       Когда волна жара докатилась до неё, она не почувствовала боли, только тепло. Редкое тепло за долгие годы жизни во льдах. Оно было неестественным, чужим, но в нем была странная обманчивая сладость. Она закрыла глаза, представив пар над горячим источником. Последний кристалл её жизни растаял, и маленькую лужицу тут же испарило жаркое дыхание орудий Эпидема.

***

№ 04 «Немой колокол» Объект: Провидец Посох Знаний Аннигилятор: Делизастер Причина прекращения жизненных функций: Разрушение гортани и речевого центра, лишающее доступа к магии, с последующим ранением от алебарды.       Она умерла в тот миг, когда Делизастер с гримасой брезгливого раздражения заткнул ей рот. Не рукой, а сгустком какой-то плотной материи.       Мир Софины создавался из слов. «Стена» — и стена появлялась. «Огонь» — и вспыхивало пламя. Теперь же её вселенная скомкалась. Слова, готовые сорваться с губ, уперлись в непроходимый барьер и, не найдя выхода, начали разрывать ее изнутри. Она слышала, как в её сознании кричат несформулированные заклинания, как рушатся магические конструкции, лишённые голосовой поддержки, и хоронят её под собой.       Она пыталась найти слово, которое можно произнести одним взглядом, создать одним жестом. Но все слова были мертвы. Её магия, её разум, её суть — всё было заключено в тюрьму безмолвия. Удар алебарды стал лишь физическим подтверждением того, что уже случилось. Волшебница слов умерла, когда у неё отняли последнее слово.

***

№ 05 «Непрожитая жизнь» Объект: Провидец Песчаный Посох Аннигилятор: Орда низших тварей (гоблиноиды). Причина прекращения жизненных функций: Физическое истощение и последующее поглощение ордой после создания тектонического разлома.       Он думал не о смерти. Он думал о тактике, о выгоде. Разлом — хорошая идея. Отсечёт толпу, даст время и шанс на спасение Мэша Бёрндэда. Парень без магии бесил Ортера одним своим существованием, но сейчас от него зависело всё. А от Ортера — та малость, которую он ещё мог сделать.       Он остался на краю пропасти, один, лицом к лавине существ, и бился долго. Очень долго. Но они были бесконечны.       В последние секунды, когда силы уже покидали его, а зубы и когти впивались в тело, угасающее сознание милосердно показало неожиданный образ: Ренатус Револ, который не скалится как обычно, а улыбается ему. Это был образ другой жизни, той, которой не было и теперь уже никогда не будет. Ортер умер с призраком нежности в сердце и с горьким осознанием того, что их по-настоящему важный разговор так и не состоялся.

***

      Подчиняясь магии Инносент Зеро, время отмоталось назад. Его младший сын, Мэш Бёрндэд, выжил и приложил мускулистую руку к тому, чтобы исправить то, что натворили старшие братья.

***

      Тишина. Пахло озоном, пылью и пеплом.       Победа. Слово, которое должно было звучать как гимн, висело в пространстве приглушенным эхом.       Не было мощных вспышек света, не звучали фанфары. В четырёх бездыханных телах, жутких куклах, собранных и подвешенных высоко в воздухе, забились сердца — поначалу тихо и робко, будто не веря в своё право на этот ритм.       Пятое сердце забилось тоже, отдаваясь в висках оглушительным, незнакомым стуком.       Ортер сделал резкий шумный вдох, как человек, всплывший с самой чёрной глубины, и тут же закашлялся, давясь воздухом. Сел, машинально поправил очки. Грудь вздымалась, глаза дико обводили округу, выискивая угрозу, которой больше не существовало.       Никакой орды. Никакой пропасти. Он был жив.       Он встал на ноги, ощупывая себя. Ни ран, ни крови, ни разорванной ткани. Даже очки, которые должны были разбиться, сидели на переносице целые и невредимые. Так не бывает.        Он услышал неподалёку радостные голоса и, не отдавая себе отчета, побрёл на звук, как лунатик.       Кто-то хлопал его по плечу, кто-то кричал что-то прямо в ухо, но он почти не реагировал. Сознание, всё ещё застрявшее на краю той пропасти, лихорадочно выискивало в пёстрой картине ликования одну-единственную фигуру. Но Ренатуса не было.       Где он? Неужели выжить смог только Ортер? Может, чудо было избирательным? Может и не было чуда, а лишь новая, изощрённая форма пытки — растянувшаяся агония, в которой ему позволено осознать, что он спасся один?       В этот момент послышался торжествующий рёв дракона. Ортер, повинуясь глухому внутреннему импульсу, последовал за рыжей молнией, которая совсем скоро снизилась на полуразрушенной площади. Его взгляд, привыкший выхватывать тактические детали, скользнул по общей картине: дракон бросился к Агито, который помогал подняться Софине, а рядом отряхивали друг друга от вековой пыли небытия Цурара и Ренатус.       Ортер не двинулся с места. Он прирос к земле и ждал, затаив дыхание, боясь, что одно неверное движение сотрёт эту невозможную реальность.       Он дождался.       Взгляд лиловых глаз Ренатуса скользнул по окружающим и наткнулся на Ортера. Ортер ничего уже не видел — его глаза залило горячей волной слёз — но знал, что Ренатус смотрит прямо на него и улыбается. Той самой тихой и настоящей улыбкой, которую Ортер унёс с собой в небытие, и которая теперь, вопреки всему, принадлежала жизни.

***

      Каталог несостоявшихся смертей закрыт и перемещен в архив вечности с грифом «Аннулировано».