Agapornis

***

      Новый пост от «wet_dog_killer» почти набрал сто тысяч просмотров за сутки, сорок тысяч лайков и чуть больше пятнадцати тысяч репостов. Кажется, идут на рекорд.       У Сынмина ещё оставалось немного времени до выхода, и он медленно потянул бегунок страницы вниз, скользя взглядом по насмешливым комментариям и останавливаясь на некоторых.       «Ким Сынмин такой скучный, что даже его собственное агентство не хочет иметь с ним дел»       «Кто вообще его фанаты?»       «Такой приставучий флоп тц»       И всё в таком духе. Его милые фанаты-звёздочки («sta» — если официально) и сейчас, и до этого ввязались в безвыигрышную войну с анти, выстраивая вокруг любимого певца защитную стену и даже нападая в ответ, но их комментарии быстро удаляли, и создавалось ложное впечатление, будто бы на стороне Сынмина никого нет. Он думал, что уже давно перестал обращать внимание на хейт и принял его как часть работы, ставя в один ряд к ранним подъёмам и жёстким диетам, но в какой-то момент вдруг зациклился на постах «wet_dog_killer» и подобных ему, сорвался и уже не смог остановиться. В bubble он просил звёздочек не обращать внимание на негатив и наслаждаться его музыкой, однако сам не следовал своим же наказам, читал бесконечные комментарии и загонялся.       А что если он и правда скатился? Сынмин переключил вкладку на Melon — его новая песня твёрдо держалась на втором месте чарта реального времени больше суток, значит, всё нормально. Ему не стоило переживать из-за комментариев, ведь это не впервые и его позиции по-прежнему хороши настолько, что никому к ним не подобраться.       Кроме одного человека.       Всё началось два года назад. До этого Сынмин — айдол со стажем тринадцать лет, ещё молодой, но уже заслуженный ветеран сцены с целой армией поклонников, — сумел забраться так высоко, что долгие годы никто не мог его догнать или хотя бы приблизиться. Сын нации, чьи песни никогда не выпадали из ротации и доносились из каждого магазина, салона или кафе. Дебютировав в двенадцать лет совсем ещё юным певцом, он рос на глазах у публики и полюбился им своей милой натурой, весёлым нравом и песнями, которые взрослели вместе с ним и находили отклик у каждого, кто их слышал, будь то школьники, едущие в офис белые воротнички, матери-домохозяйки, скучающие по дому солдаты, посетители сульчиба или старики. Голос Ким Сынмина знал каждый кореец. У кого-то под его песни случился первый поцелуй, а кто-то переживал грусть от расставания. Одни находили силы, чтобы радоваться новому дню, а другие просто подпевали веселому мотиву.       Когда Сынмин выпускал новую песню, она всегда возглавляла чарты и долго не сдавала позиции, даря всевозможные «олл-киллы». Песни из альбома выстраивались друг за другом, и в индустрии считалось, что делать камбэк в одно время с ним — грубая ошибка планирования, которая приведёт к обязательному провалу. Песни Сынмина брали награды всех музыкальных шоу на неделе, даже если он на них не приходил, а в конце года он непременно собирал урожай дэсанов. Его зимний трек семь лет подряд стабильно возвращался в чарты с первым снегом и держался в десятке до самой весны. Сынмин легенда и титан корейской сцены, который не менее популярен и за её пределами. Его успех — неоспорим, его имя — бренд, и все хотели либо использовать его, либо быть с ним, либо быть им.       Так было и есть до сих пор, просто кое-что изменилось. Вообще-то Сынмин никогда не зацикливался на том, чтобы быть всегда выше всех и бить рекорды. Он уже много лет в индустрии и давно закрепился на своей позиции, ему больше не нужно ничего доказывать и он мог делать то, что считал нужным, без гонки даже с самим собой. Сынмину просто нравилось петь, но факт того, что он сделал себе громкое имя и это имя теперь работало на него, он не отрицал и с удовольствием принимал все блага, которые ему полагались. Заслужил. Агентство к нему прислушивалось, продюсеры спрашивали его мнение не для галочки. Он мог сам выбирать, на какие шоу ходить и контракты на рекламу с кем подписывать. И то, какое место песня занимала в чарте, перестало быть важным. Возможно, потому что Сынмин привык к тому, что непременно первое. А может быть, дело и не в этом, ведь он всегда выпускал песни, которые действительно ему нравились, а не с прицелом попасть в тренды. В любом случае, он просто делал то, что делал, пока «wet_dog_killer» не залил в сеть свой первый пост о том, как стабильно и планомерно Ким Сынмина на задворки индустрии сдвигал Хван Хёнджин.       Слишком громкое заявление, но Сынмин не прошёл мимо.       Честно говоря, тогда Сынмин даже не особо знал, кто этот Хёнджин такой. Слышал, что его песни популярны, послушал тоже и добавил одну в плей-лист, но на этом всё. У него всегда имелось слишком много дел, чтобы смотреть шоу или следить за кем-то, в конце концов, для этого агентством сформирована целая команда, а он в свободное время либо спал, либо залипал в компьютерные игры. А что? У него не было детства, а двадцать пять — ещё вполне себе нежный возраст для подобных развлечений. В общем, не было у Сынмина никакого интереса до Хван Хёнджина, а тот, между тем, и впрямь подпинывал его отовсюду.       Совпадение или нет, но его альбомы или синглы выходили сразу же после релизов Сынмина. И когда Сынмин влетал ракетой на первую строчку куда бы то ни было, следом приходил Хёнджин и в лёгкую спихивал его с музыкального олимпа. Так случилось три раза из трёх на момент первого поста (и сейчас вот уже вообще шестой). После дебюта Хван Хёнджина Сынмин ни разу не смог взять PAK из-за того, что тот постоянно шёл за ним след в след, не желая отстать даже на неделю. А столкновения происходили не только в музыке. Стоило Сынмину подписать контракт с брендом, как Хёнджин заключал свой с прямыми конкурентами. Они практически одновременно стали представителями Burberry и Versace, и статья о Хёнджине висела на главной странице Naver дольше. Ладно, пускай. Все популярные певцы и актеры становятся амбассадорами модных домов, даты просто совпали. Но когда Сынмин стал рекламировать «Cass», Хёнджин оказался на всех плакатах с банкой «Hite». Почему именно пиво, а не какая-нибудь шоколадка? Параллельно контракту Сынмина с «Clio» у Хёнджина почти сразу появилось сотрудничество с «Givenchy Beauty». И самое дурацкое не то, что их лица соперничали за продажи в холодильниках круглосуточных магазинов или на полках «Olive young», а то, что когда у Сынмина закончился большой двухлетний контракт с «Galaxy», его не продлили, а заключили новый — с Хван Хёнджином.       Дальше — больше. Сынмин снялся в дораме, другом главной героини, который милый и в вечной френдзоне, но всегда приходит на помощь — не очень много сцен. И тут же Хёнджин дебютировал с главной ролью в полном метре. Играл он паршиво (Сынмин обрадовался этому и ему немного стыдно), но кассу фильм всё равно собрал огромную и все вроде как довольны. То, что имя Хвана полоскали в интернете, наоборот, дало больше раскрутки, а из многочисленных скандалов Хёнджин, как это принято у всех плохих парней, каждый раз выходил сухим и с новым батальоном в придачу к и так немаленькой армии фанатов.       Помимо этого Сынмин стал временным ведущим на радио-шоу, а Хёнджин — получил своё собственное. Сынмин побил рекорд, попав на первое место в Billboard Hot-100, и Хёнджин (он выпускал свои альбомы следом, вы помните?) перетянул всё внимание на себя. И так — во всём.       Именно это и заметил «wet_dog_killer» — мудак, смеющийся своим ником над последним, на тот момент, клипом Сынмина, где он пел под дождём. Этот клип быстро набрал рекордной количество просмотров за первые двадцать четыре и сорок восемь часов, но Хёнджин выпустил свой через пять дней, обновляя планку, и «wet_dog_killer» со своими подписчиками гиенил над тем, что в клипе Сынмин плакал из-за скоротечности его рекордов, которые настолько зыбкие, что их легко превратить в пыль новичку. Тот пост привлёк много внимания и разлетелся по интернету быстро. Кто-то даже снял огромный ролик на ютуб, добрав ещё примеров, будто их и так было мало, и сопроводив всё подтверждающим видеорядом и ироничными комментариями. Потом, естественно, это порезали на куски и залили в тик-ток. И дальше нанизывали новые факты, как бусины на нитку, один за одним, легко и играючи, будто это увлекательный квест по поиску сокровищ.       Компания Сынмина подала на «wet_dog_killer» в суд за оскорбления, которыми тот сыпал, как из рога изобилия, и в итоге он выплатил назначенный штраф, но деятельность свою не прекратил, с тех пор филигранно изворачиваясь в своих формулировках, чтобы его нельзя было в чём-то обвинить. Вот как сейчас. Зато комментаторы, скрываясь под никами и мня себя безумно остроумными и важными, писали гадости без каких-либо фильтров.       Сынмин посмотрел на часы внизу экрана и нахмурился. Он ненавидел опаздывать, но время поджимало. Комментарии к посту росли как на дрожжах, но не изобиловали уникальностью и тем наскучивали. Смахнув Melon, Сынмин проверил другие вкладки: сначала камеру в комнате — всё спокойно, затем рейтинги других стримингов. В чартах Bugs! и Genie он тоже не снизился дальше второй строки, а на Spotify помимо всего прочего попал на обложку плей-листа. Отлично же. Мало кто мог похвастаться таким результатом с синглом, а до того, как опуститься, он заслуженно занимал первое место. Захлопнув ноутбук, Сынмин поднялся ещё раз перепроверить свою сумку, собранную на съемки. Их теперь не так много, как раньше, но вовсе не потому, что Сынмин стал менее популярен.       Впервые лично они встретились на «Inkigayo». Обычно Сынмин из-за плотного расписания не оставался на прямой эфир и уезжал после предзаписи. Так было и в тот день, они записались рано утром, он немного пообщался с фанатами, которым от его лица раздали карточки и кофе, а потом уехал дальше по другим делам. Однако именно в тот раз на время эфира он не был занят, так что они заранее договорились с каналом, что Сынмин вернётся. Нужды снова тащиться туда всей командой не было, он оставил макияж с предыдущего мероприятия и просто переоделся в тот же костюм, что и на предзаписи, для выхода на награждение в финале программы. Поэтому в сопровождении с ним приехал только менеджер, который оставил Сынмина в комнате ожидания и ушёл встретить курьера с едой. К моменту выхода на сцену его должны позвать, так что Сынмин расслабился, беззаботно залип в игрушку на телефоне и ни о чём не думал. День почти свободный несмотря на камбэк, и этим надо пользоваться.       Неожиданно постучали и в открывшуюся дверь протиснулась голова, сразу же склонившаяся в поклоне.       — Сонбэним! Простите, что так внезапно, я зашёл поприветствовать вас.       Это и был Хван Хёнджин — вежливый хубэ, о котором кричали все вокруг, как о бриллианте, открытии прошлого года, невероятном таланте и потенциале, который широкими шагами захватывал не только корейскую публику, но и фанатов по всему миру. И который подсиживал Сынмина. Но Сынмин быстро сменил растерянность на добродушие, улыбнулся в ответ и тут же поднялся с ответным поклоном.       — Рад знакомству! — так же вежливо ответил он, во все глаза разглядывая Хёнджина.       Тот был уже в костюме для выступления — дерзком облегающем наряде с ремнями, уложенными волосами и тёмным макияжем. Горячий сексуальный парень. Ещё и альфа. Не удивительно, что у него так много поклонников. Их стили совершенно отличались друг от друга, как в образах, так и в музыке, которая в этих образах отражалась, так что в творческом плане, если подумать, они не конкуренты другу другу. И всё-таки волей судьбы или чьего-то хитрого плана сталкивались лбами из раза в раз на одном поле боя.       — Я тоже очень рад, так давно мечтал вас встретить, — он снова поклонился, а Сынмин всё пытался уловить усмешку или нотки иронии, но Хёнджин либо умело скрывал, либо действительно был искренним. Вряд ли он не знал, что происходит, новости давно разлетелись на широкую публику, и его команде по пиару это только на руку, если, конечно, они сами в этом не замешаны. — Я хотел подарить вам свой альбом.       Откуда-то из-за спины Хёнджин вытянул свой последний мини-альбом, с которым как раз и продвигался на шоу сегодня, и протянул его Сынмину обеими руками. Оу. Обычно альбомы Сынмина в некотором количестве припасены у менеджера, обмениваться ими привычное дело и даже в некотором роде акт приличия, но Сынмин без понятия, притащил ли он их из машины сейчас или нет, а спешно рыться по сумкам будет глупо.       — Спасибо, — он принял альбом и прочитал на обложке подпись размашистым почерком: «Дорогому Сынмину-сонбэниму, на которого я бесконечно равняюсь». Сынмин на секунду прищурился. Это вполне могло быть издёвкой, учитывая то, что Хёнджин обгонял его по всем фронтам, или у Сынмина всё же режим охотника на ведьм. — Извини, менеджер не взял вещи, мы просто зашли подождать церемонию…       — Ничего страшного, — замахал руками Хёнджин, выпучив глаза, — Для меня уже большая честь увидеться с вами. А мы можем сделать фото? Я ваш давний фанат!       Поведение Хёнджина отличалось от образа дерзкого парня, которым он был на публике, и Сынмин не прекращал попыток уличить обман, но придраться оказалось не к чему. Симпатичный и приятный младший коллега. «Фанат, который смог» — так он подписал их селфи в инстаграме, отметив Сынмина и спросив у него разрешение на публикацию. Немного позже их знакомства Хёнджин показал отличное выступление в прямом эфире и одержал победу в номинации против Сынмина с небольшим отрывом в баллах по стримингам и упоминаниям в соцсетях. Держась достойно на камеру, в машине Сынмин, как обиженный ребёнок, заявил менеджеру, что больше оставаться ни на что не будет и если в расписании окно, то он лучше поспит, чем будет тратить время на эти дурацкие шоу. Неожиданно даже для себя включил капризную звезду и отвернулся к окну, прокручивая разговор с Хёнджином и цифры его победы снова и снова.       Второй раз Сынмин увидел Хёнджина лично на мероприятии известного журнала, где собрались все сливки корейской индустрии развлечений. Лучшие из лучших. Естественно, что оба оказались приглашены. Хёнджин с зачёсанными в мокрой укладке волосами и в идеально сидящем на нём костюме общался с Хан Джисоном. Они смеялись как старые друзья, шептались о чём-то, и когда Хёнджин наконец-то отошёл, уже раздражённый Сынмин тут же остановился возле стола, с которого Джисон принялся активно уничтожать закуски.       — А я уж гадать начал, когда же ты подойдешь, — с набитым ртом усмехнулся он. Сынмин скользнул взглядом по столу и сглотнул. Всё такое аппетитное и красивое, но на следующий день с утра съёмки, ему нельзя ничего есть, а хотелось просто безумно. Пришлось отвернуться.       — Ты был занят.       Они знакомы уже слишком давно, чтобы говорить формально наедине. В интервью Сынмин мог бесконечно уважительно нахваливать такого занятого и важного Хана PD-нима и благодарить его за «Hold on», но было время, когда шестнадцатилетний хомячок Джисон гнул спину перед ним в поклоне, обращаясь как к сонбэ. Теперь они оба большие шишки. Но друг для друга — всё ещё друзья, у которых хранились совместные позорные фотки в запароленных папках, а в памяти — истории, способные разрушить карьеры.       — А, Хёнджин. У вас с ним тёрки или что? — тарталетки судя по всему получились очень вкусными, потому что оторвать от них Хана было практически невозможно.       — Мы с ним один раз виделись всего, — отмахнулся Сынмин. Наверняка Джисон в курсе, хотя с учётом его загруженности, он периодически забывал собственное имя, — А вы? Будто давно знакомы.       — Так и есть. Он был у нас в танцорах раньше, ты не помнишь? — конечно нет, Сынмин помнил только тех, с кем работал сам, он уважал и ценил свою команду, даже если сотрудничество было кратковременным или в рамках одного мероприятия. Несколько человек в последствии дебютировали и приходили к нему на поклон, как и Хван, принося альбомы, и Сынмин искренне желал им успеха, — Потом свалил в армию, когда мы решили отдохнуть.       — Вы буквально создали компанию и работаете целыми днями, Джи, это не отдых.       Когда хип-хоп трио на пике успеха взяло перерыв, это наделало много шума. Формально они не распались, но за последние пять лет не выпустили ни одной песни ни группой, ни сольно, занимаясь только продвижением артистов своего лейбла.       — Да, что-то пошло не так, — он поднял взгляд и махнул кому-то рукой. Оглянувшись, Сынмин увидел маневрирующего между людьми Чанбина с бокалом шампанского.       Подойдя, тот приобнял Сынмина за плечи свободной рукой, здороваясь, и затем отнял у Хана почти пустую тарелку, за что получил оскорбленный взгляд и фырк с вылетевшими крошками из набитых про запас щёк. Чанбин лишь показательно брезгливо поморщился, и перевёл взгляд на Кима.       — Сынмо, опять выпрашиваешь у него песню за красивые глазки?       — Когда это я что-то выпрашивал? — возмутился Сынмин, — Он сам мне её прислал!       — Это было предложением перейти к нам.       — Кто виноват, что Джисон забыл прикрепить второй файл с контрактом?       И они вновь ввязались в шуточный спор, который уже ни раз обговаривали и переговаривали заново. Слово за слово перешли на обсуждение текущих дел и шуток про Чана, который с вежливой улыбкой был вынужден слушать всех подряд, кто хотел полебезить перед ним, не давая даже добраться до туалета. Сынмин тогда забыл о Хёнджине в моменте, и не заметил, что тот наблюдал за ним и его компанией сплетников со своего места.       В третий раз они встретились на MAMA в начале декабря. Сынмин получил дэсан за «Песню года», Хёнджин забрал «Артиста года». Зная, что его снимают со всех сторон, Сынмин старался не дать ни одного повода придраться к своей реакции. К тому же это было действительно заслужено, Хёнджин много работал, его успехи не надуманны и награда — закономерный и логичный результат труда за целый год. Но также зная, что его всё равно обольют грязью, Сынмин злился внутри себя. И, конечно, ему было завидно. Они с Хёнджином одногодки, Сынмин, будучи беззащитным ребёнком, выгрызал себе дорогу у легенд второго поколения и первую награду на крупной премии получил только спустя три года тяжелой нескончаемой работы. И даже тогда отхватил кусок критики за то, что ещё маленький и вообще омега, до награды, мол, пока не дорос. А Хёнджин дебютировал в двадцать пять — возраст, когда некоторые в их деле карьеру уже завершали. Его альбом сразу же выстрелил, а новые релизы только укрепляли результат, и вот на втором году он самым естественным образом взял дэсан. И никто в справедливости не сомневался. А кроме того Хёнджин закрывал шоу взрывным выступлением на двадцать минут, будто это его собственный концерт. «Wet_dog_killer» тогда небось пальцы истёр, обсасывая итоги MAMA аж в трёх постах. А лицо Сынмина, оказалось, выражало «понимание об ушедшем времени и упущенных возможностях».       Да, Сынмин завидовал, и не гордился этим, но отрицательных чувств к самому Хёнджину у него не возникло. Тот хоть и был его полной противоположностью и вечно влипал в скандалы то с курением, то с отношениями, то с клубами, то ещё с чем, всё равно оставался на коне. Ему это не вредило, даже наоборот, бунтарский образ привлекал только больше внимания и любви. Порицания тоже, но любви — всё-таки больше. А Сынмина хотели отменить просто за то, что однажды застукали его сидящим в машине Чана, который всего-навсего подвозил его домой. В последствии ему приписывали романы и с Чанбином, и с Джисоном, и каждый раз приходилось объясняться и писать рукописные письма с извинениями, а ни с одним из них он даже не встречался. Эти пусть и замятые скандалы одна из главных причин, почему Сынмин отказывался от перехода в их компанию. Ещё обвинений в том, что он спит со своим гендиректором (или с продюсерами, или со всеми вместе) ему не хватало.       Хван Хёнджин был повсюду. Возможно, так было и раньше и это всего лишь иллюзия частотности, но с тех пор, как они познакомились, Сынмин действительно стал замечать его везде. На рекламных баннерах, банках с содовой, на главных страницах поисковиков, в рекламе перед сеансом в кинотеатре и даже на карточках под чехлами у своего стаффа! Всё больше песен Хвана появлялось в плейлисте Сынмина (один бисайд он даже слушал на повторе несколько дней, а потом включал как минимум раз в сутки, превращая в своеобразный ритуал), и он выяснил, что вездесущие «3Racha» и его пытались переманить к себе, но Хёнджин намеренно не пошёл в их агентство, избегая домыслов и спекуляций на тему его продвижения по старой дружбе. Немного позже Сынмин всё-таки подарил ему свой подписанный альбом, а Хёнджин принял его с таким восторгом, будто тот и впрямь дороже, чем несколько колец «Cartier» на его дрожащих от волнения пальцах. Он даже выставил фото с кучей сердечек в сторис. А когда пошёл первый снег, Хёнджин сразу же записал видео под зимнюю королеву чартов в исполнении Сынмина, но и под этим милым рилсом разгорелся срач из-за обвинений одних в том, что Хёнджин использует Сынмина для пиара, против других, которые называли песню низкосортной приставучей посредственностью, которая раздражала всех из года в год.       А потом у них снова совпали камбэки, и Хёнджин каким-то образом договорился с командой Сынмина в обход самого Сынмина о том, чтобы снять челендж. Он сам приехал в чужое агентство, был как всегда предельно вежлив и с Сынмином, и со стаффом, угостив их кофе, заранее выучил танец и послушно выполнял команды.       — Сонбэ, можно с вами поговорить? — спросил он, когда они закончили съёмку.       Сынмин кивнул, и они отошли в студию, где он обычно занимался вокалом. Не первый раз им замечено, что образ «хубэ» диаметрально отличался от образа «артиста», а что Хёнджин за человек по-настоящему Сынмин до сих пор не знал. Джисон сказал, что он классный, Чанбин назвал его дружелюбным, а Чан, который на Сынмина до сих пор дулся, но всё равно отвечал на звонки и не избегал встреч на совместных мероприятиях, распиарил Хёнджина как ответственного, трудолюбивого и старательного профессионала, который всегда придёт на помощь и добивается поставленных целей. Не то чтобы Сынмин спрашивал, оно само получалось.       — Я думаю, что должен извиниться. Вся эта ситуация, которую раздувают вокруг нас с вами зашла слишком далеко, — он склонил голову, — Простите, я не хотел вам досаждать, но хочу, чтобы вы знали, что не имею к этому никакого отношения и не поддерживаю.       Сынмин опешил, не ожидая извинений. У него и впрямь возникали мысли о том, что команда Хвана как-то связана с «wet_dog_killer», который оказывал им отличную услугу для продвижения восходящей звезды. Однако с какой бы тщательностью Сынмин ни искал скрытых смыслов в словах Хвана, как бы ни ожидал подвоха, тот всегда относился к нему с уважением и почтением, не стремясь паразитировать на их взаимоотношениях. Всем своим видом он старался показать, что Сынмин для него — уважаемый старший коллега, которым он восхищался, и у Сынмина не было причин обвинять его в чём-то, даже если «wet_dog_killer» своей деятельностью хорошо ему подсобил.       — Ладно, — кивнул Сынмин, — Раз ты сам начал, то я не могу не спросить. Один раз совпадение, второй — случайность, а третий — закономерность. Как так получается?       — Судьба, — Хёнджин пожал плечами, и Сынмин нахмурился, — Нет, серьезно, в этот раз мы подбирали дату, чтобы выпустить альбом перед туром и запустить промо в нём, я понятия не имею, почему снова так. Простите.       И он снова поклонился, из-за чего Сынмину сделалось неловко.       Что же, даже если действительно всё подстроено и в команде Сынмина завелась крыса, которая сливала их квартальные или годовые планы, Хёнджин в этом не признается. Он мог и вовсе не знать ни о чём подобном, если высший менеджмент играл в свои игры. В любом случае, личной войны между ними двумя не было и нет, и если бы не злобные комментарии, восхваляющие Хёнджина за счёт унижения Сынмина, он бы даже не думал расстраиваться. Здоровая конкуренция — всегда хорошо, а Сынмину корона не жала, он умел делиться и, в общем-то, не прочь подвинуться.       — Поздравляю, — вышло не очень воодушевлённо, и Сынмин поспешил исправиться, — Правда. С предстоящим туром, и тем, что предзаказ выше, чем в прошлый раз. Я тоже купил обе версии.       — Что? Сонбэ, нет, вам не стоило, — Хёнджин ахнул и опять поклонился, выражая сожаление о тридцати тысячах вон, которые Сынмин на него потратил, — Как же так. Я же привёз вам их сегодня!       — Но ты привёз без предзаказок!       — Что?       — А что? Та, что от мэйкстар с серёжкой в губе, очень хорошая карточка.       С того дня невидимые преграды между ними пали и их взаимодействие только росло. Они взаимно подписались на аккаунты в соцсетях, здоровались на мероприятиях, позируя для фотографов, упоминали друг друга в своих прямых эфирах. Частично между их фандомами даже был зарыт топор войны (до нового релиза, когда борьба на стриминговых площадках разворачивалась не на жизнь, а на смерть) и фанаты умилялись их частому взаимодействию. Особенно взбудораженные активно шипперили их и придумывали истории тайной любви, строили теории, находили даже какие-то намёки и доказательства (это точно был один и тот же пляж и они были там вместе! и брелоки у них одинаковые!) и задавали неудобные вопросы на фанколах. У Сынмина целая стопка надаренных фан-артов, самые любимые из которых он фоткал и отсылал Хёнджину. А тот делал то же самое с теми, что дарили ему. Неразлучники — так их называли, и провалившись по этому тегу можно было найти много чего интересного. В плейлисте Сынмина прибавилось песен о любви, под которые делали эдиты с ними, а Хёнджин даже «случайно» чуть не опубликовал один у себя в инсте с комментарием «Неистово плюсую». Бесспорно песня со словами «Cause you're the reason I believe in fate» подходила под их концепцию «lovebirds» на все двести, но не обязательно так кричать об этом, Хёнджин, давай хотя бы с левого аккаунта.       «Я не понял, у вас там намечается свадьба или война?» — прислал как-то Джисон, запутавшись в клубках сплетен, ходивших вокруг двух самых популярных певцов в индустрии.       Потому что даже их милая «дружба» не сбавила градус обсуждений непрекращающегося соперничества, где Хёнджин не просто наступал Сынмину на пятки, а уже и перегнал. Вопреки ожиданиям, это не наскучило, наоборот, новые совпадения давали новый виток. И почему-то благодаря одному гаду стало настоящим трендом не просто разделять на молекулы каждое их рабочее соприкосновение, но ещё и пытаться как можно сильнее унизить Сынмина, будто бы его карьере и правда пришёл конец.       Глянув на часы, Сынмин понял, что ещё пять минут и он опоздает. На телефоне ни одного пропущенного или предупреждающего сообщения, а он это ненавидел. У него будет прямой эфир на радио с трансляцией, ему никак нельзя опаздывать.       Когда у Сынмина случился неожиданный для всех хиатус, его хейтеры праздновали мнимую победу. У него много фанатов, но и ненавистников тоже. В основном это те, кто затаил обиду за то, что из-за него у их любимцев нет шанса сиять, как они того заслуживали, или это просто завистники, чья серая жизнь вызывала лишь злобу и агрессию на тех, кто стал успешен. Поэтому ситуация с Хёнджином, в которой новичок в индустрии из маленькой компании смог не единожды сдвинуть несокрушимую скалу, привлекла внимание многих, кто только и рад позлорадствовать. Ходили слухи, что Сынмин страдал от депрессии, другие говорили, что у него возникли разногласия с агентством и ожидался суд на расторжение контракта. Третьи и вовсе предрекали завершение карьеры, мол, звезда закатилась, всё к этому давно шло, и почему-то игнорировали очевидное, что Сынмин, всё еще оставался лидером индустрии, а второе место — не последние, если в гонке не двое.       Чтобы его отсутствие не так сильно бросалось в глаза, Сынмин записал много материала: каверы, саундтреки, даже мини-альбом, хоть тот и вышел без продвижения. Он поучаствовал в нескольких шоу, которые пустили в эфир уже после его выхода на перерыв, и отснялся для летнего фотобука, который распродали с дополнительным тиражом. Он также иногда заглядывал в bubble, сообщая, что с ним всё в порядке и отвечая на посты. Однако он затих на целых полгода. Вот так: Ким Сынмин четырнадцать лет был везде и всюду, а потом вдруг объявил об отдыхе, не появлялся вообще ни на каких мероприятиях, не светился в людных местах и практически пропал с радаров (спасибо, что иногда подавал признаки жизни в комментариях). И хотя Сынмин заслужил отдых, полгода — довольно долгий период. Поэтому вполне ожидаемо, что причина перерыва не давала покоя как поклонникам, так и злопыхателям, и стала хорошей почвой даже для самых безумных теорий, которые официально никто не подтверждал, но и не опровергал.       А потом Сынмин вернулся, ничего не объясняя и вновь мелькая в телевизоре и на радио, подписывая контракты на рекламу и активничая в соцсетях. За кадром он, конечно, начал работу ещё до официального возвращения, так что почти сразу бросился во все тяжкие, закидав заждавшихся фанатов тизерами и превью всего на свете. Впереди выход альбома и активный промоушен, а пока — сингл, который взлетел вверх, стоило ему выйти, и опустился на вторую строку, потому что у Хёнджина случился релиз очередного мини-альбома всего спустя три дня.       Вот тут уже Хван никак не мог отмазаться и прикрыться своим незнанием, но у Сынмина было достаточно времени, чтобы наверняка убедиться в том, что Хёнджин пакостник и прилипала, который обожал привлекать к себе внимание и выводить всегда сдержанного Сынмина на самые разные эмоции. Он смирился. Видимо, им действительно судьбой уготовано идти рука об руку и Сынмин, в общем-то, не против. Заткнуть бы только этого «wet_dog_killer» и его свору, чтобы не портили настроение.       Наконец-то пиликнул замок на входной двери, и Сынмин облегченно выдохнул.       — Ты специально действуешь мне на нервы? — схватив сумку, он оказался в прихожей быстрее, чем вошедший успел разуться, — Ещё бы одна минута, и я бы начал опаздывать, а ты прекрасно знаешь, как сильно я ненавижу опаздывать! И ждать!       Хорошо, что обувь он подготовил заранее. Чистая и расшнурованная она уже ждала его в коридоре, носками к выходу, и хмурящийся Сынмин быстро сунул в неё ноги ещё до того, как успел добурчать до конца свою тираду.       — Прости, детка, съёмки задержали, я летел как мог!       Сынмин вытянул вперёд руку, тормозя льнувшего к нему Хвана и тем самым удерживая того на расстоянии. Нетушки, он чуть в очередной раз не подставил его, а теперь строил свои прекрасные почти невинные глазки. Это могло бы сработать, если бы Сынмин не был раздражён из-за тупых комментариев, которым Хёнджин невольно поспособствовал. А ведь Сынмин просил так не делать, без шуток, хотя бы раз! Но твердолобому гаду не хотелось нарушать традицию. Они же неразлучники, им никак нельзя возвращаться раздельно, Хёнджин всю компанию на уши поставил, чтобы перенести выбранный слот камбэка под даты Сынмина. Вот вам и уважение младших коллег! Как же! Ничего, заглавку ему написал Чан, она просто великолепна, и когда долгожданный альбом выйдет, Ким Сынмин покажет, кто тут главная звезда! «Wet_dog_killer» подавится желчью, а Хван Хёнджин будет глотать пыль позади Сынмина. Вот увидите!       Телефон пикликнул сообщением ожидающего внизу менеджера, и всё ещё хмурящийся Сынмин, удобнее перехватив сумку на плече, решительно обогнул Хёнджина и двинулся к двери.       — Что, даже не поцелуешь отца своего ребёнка перед уходом? — Хёнджин произнёс это плаксиво и сложил губы уточкой в ожидании.       — Буду целовать только своего мужа, — хмыкнул Сынмин, глядя в округлившиеся глаза напротив, и нарочито показательно провёл именно левой рукой по волосам, зачёсывая и так идеально лежащую чёлку. — Разбуди его через полчаса и покорми, пока!       Сынмин выбежал из дома, боясь опоздать. Сегодня у него только радио, но впереди кутерьма из шоу и программ, на которых его ждали после релиза. Тайна его хиатуса могла легко похоронить карьеру, так что он даже мечтать себе запрещал о чём-то большем, что уже имел, а дразнить Хёнджина просто весело. Однако, шутя подобным образом, Сынмин понятия не имел, что коробочка с кольцом заготовлена, убытки со скрипом просчитаны, а пиар команды обоих агентств уже составили официальные заявления в ожидании самого громкого грядущего скандала. На каком бы месте ни оказалась его новая песня, для Хёнджина Ким Сынмин — любимый певец и всегда будет на первом.

***