Часть 3
31 октября 2025 г., 19:15
Бар был почти пуст. Лишь тусклый свет ламп отражался в бокалах, будто тлел уголь под водой.
Он — Андрей — зашёл просто на минуту. Устал после работы, хотел одного бокала и тишины. Но взгляд зацепился за неё.
Она сидела у окна. Женщина в красном платье, с волосами цвета воронова крыла и улыбкой, в которой было что-то… старинное. Как из другой эпохи.
Она не смотрела на него — пока он не осмелился подойти.
— Можно? — спросил он, указывая на соседний стул.
— Конечно, — ответила она, голос мягкий, но холодный. — Я как раз ждала компанию.
Он усмехнулся.
— Удачно подгадал.
— Иногда совпадения не случайны, — сказала она и чуть приподняла бокал.
Напиток в нём был густой, тёмно-алый. Не вино. Что-то плотнее.
Они говорили долго — о жизни, о снах, о страхах. Её слова текли, как музыка. Он не мог отвести взгляд: глаза женщины были глубокие, чересчур блестящие. В них отражались свечи, которых в баре не было.
Когда она коснулась его руки, кожа будто обожглась холодом.
— Ты ведь не боишься темноты? — спросила она.
Он рассмеялся.
— Только когда я в ней один.
Она улыбнулась — слишком широко.
— Тогда тебе повезло. Сегодня ты не будешь один.
Бармен, проходя мимо, задержал взгляд. Потом опустил глаза и быстро ушёл в подсобку.
Андрей не заметил. Он видел только её.
Они вышли вместе.
Ночь была прозрачной, луна — словно лампа под вуалью. Воздух пах вином и холодом.
Она шла впереди, босиком, каблуки звенели в её руке.
— Куда мы идём? — спросил он, чувствуя странную лёгкость.
— Туда, где время не течёт, — ответила она. — Где никто не стареет, если умеет правильно пить.
Он засмеялся, но смех застрял в горле, когда она повернулась.
Глаза — не чёрные, а алые. Зрачки — тонкие, как лезвия.
Кожа — бледная, почти светящаяся.
— Ты... кто? — прошептал он.
— Я же говорила, — сказала она спокойно, — я пью только самое редкое вино.
Потом улыбнулась, и луна блеснула на её клыках.
Бар на углу закрылся через неделю.
Бармен сказал полиции, что женщина приходила туда часто — всегда одна, всегда с бокалом «вина».
А за баром, в мусорном контейнере, нашли пустую бутылку.
На этикетке было написано: “A. Morozov — Vintage 1987”.
