Мир за гранью.

План Элиаса повис в воздухе их башни «Омега» как призрак, одновременно пугающий и неотвратимый. Использовать Веллу и «Сердце Бездны» не просто как приманку для мелких слуг, а как ключ. Ключ к вратам Безмолвного Хора. — Это самоубийство, — первой выдохнула Велла, её лицо выцвело. — Даже если «Сердце» сможет симулировать сигнал, достаточно мощный, чтобы привлечь его внимание и открыть портал… что мы сделаем, окажемшись там? Мы не знаем ничего об этом месте. — Мы знаем главное, — возразил Элиас, его голос был спокоен, но в глазах горел огонь решимости. — Мы знаем, что он собирает там силу. Мы знаем, что он атакует Узлы Реальности, чтобы ослабить границы между мирами. Если мы ударим по его цитадели, мы заставим его обороняться. Мы оттянем силы с фронта и, возможно, найдём его уязвимость. — Или просто подарим ему наши трупы, упакованные в красивую коробку, — мрачно проворчал Лиам. Но он не сказал «нет». Он смотрел на свой топор, «Голос Грома», и в его взгляде читалась та же ярость, что и в пещере Ксериса. Пассивная защита претила его натуре. — Я сделаю это, — неожиданно твёрдо заявила Велла. Она сжала в руках сферу с «Сердцем Бездны». — Я боюсь. Но я больше боюсь того, что будет, если мы ничего не сделаем. Если он найдёт меня первым… я стану его оружием против вас. Против всех. Лучше умереть, сражаясь. Решение было принято. Они посвятили в свой план Алистера и Вейланда. Директор слушал их в гробовой тишине своего кабинета, его лицо было каменным. — Вы просите меня благословить ваше самоубийство, — наконец произнёс он. —Мы просим дать нам шанс нанести упреждающий удар, — парировал Элиас. — Вы сами сказали, что мы больше не просто ученики. Это наша война не в меньшей степени, чем ваша. Алистер, стоявший у окна, обернулся. Его взгляд был тяжёлым. — Шансы против вас. — Они всегда были против нас, — пожал плечами Лиам. — Ничего нового. После долгой паузы Вейланд кивнул. —Хорошо. Но вы не пойдёте туда без поддержки. Алистер пойдёт с вами. И мы предоставим вам всё, что можем. Каждый артефакт, каждое заклинание, каждую крупицу знания. Следующие сорок восемь часов стали марафоном подготовки. Лаборатории Академии работали на износ, создавая для них снаряжение. Для Элиаса – «Плащ Рассеянного Света», способный на короткое время делать его невидимым для магического и технического восприятия. Для Лиама – набор «Якорей Стабильности», небольших рунических камней, которые можно было активировать для создания зоны с нормализованной реальностью в самом сердце хаоса. Для Веллы – «Диадему Ментального Фокуса», усиливающую её контроль и защищающую её разум от прямого вторжения «Тени». Но главным инструментом стал «Резонатор» – устройство, созданное гениями Академии совместно с Лиамом. Оно выглядело как сложный браслет, который предстояло надеть Велле. Его задача была в том, чтобы в нужный момент принять на себя весь энергетический удар от активации «Сердца Бездны», направить его в нужное русло и открыть портал, не испепелив при этом саму Веллу. Наконец, всё было готово. Они стояли в Зале Портов – огромном помещении, стены которого были покрыты сложнейшими механизмами для межмировых переходов. Здесь, под наблюдением Вейланда и десятка старших Охотников, должно было произойти немыслимое. Велла вышла на центр платформы. Её бледное лицо под чёрными волосами было сосредоточено. Она надела Диадему, и её глаза на мгновение вспыхнули серебристым светом. Затем она надела браслет-Резонатор и взяла в руки сферу с «Сердцем Бездны». — Готова, — её голос прозвучал эхом в зале. Элиас и Лиам встали по бокам от неё, готовые в любой момент поддержать. Алистер занял позицию сзади, его рука лежала на рукояти его клинка. — Начинай, — скомандовал Вейланд. Велла закрыла глаза. Она отбросила все барьеры, все страхи. Она позволила той части себя, что была связана с «Тенью», выйти на первый план. Она представила себя не Веллой, ученицей Академии, а идеальным сосудом – пустым, голодным, полным тёмного потенциала. Она мысленно потянулась к тому месту, откуда исходила та самая, бездонная пустота. «Сердце Бездны» в её руках вспыхнуло. Чёрный камень внутри сферы ожил, заклубился, и из него потянулись щупальца тьмы, бьющиеся о внутренние стенки контейнера. Сфера нагрелась так, что от неё пошёл дым. Велла вскрикнула от боли – это была не физическая, а ментальная агония, ощущение, будто её душу рвут на части. В этот момент Резонатор на её запястье загудел, принимая энергию. Рунические камни Лиама, расставленные по краям платформы, вспыхнули, стабилизируя пространство. Магистры у стен зала усилили их своими чарами. И тогда это случилось. Пространство перед Веллой не просто задрожало. Оно… треснуло. Как стекло. Через трещину хлынул поток абсолютной тишины и холода, вырывающий звук и тепло. Воздух в зале вымерз, иней покрыл стены. В трещине не было света, не было тьмы. Было Ничто. Безмолвный Хор. — ПОРТАЛ! — крикнул кто-то из магистров. — Идём! — скомандовал Алистер. Элиас и Лиам, подхватив обессиленную Веллу, ринулись вперёд. Шаг в трещину был похож на падение в ледяной водопад, который замораживал не тело, а саму душу. Давление было чудовищным. Элиас чувствовал, как его резонанс, его внутренняя гармония, яростно борется с окружающим небытием, пытаясь сохранить их целостность. Их выбросило на «твёрдую» почву. Если это можно было назвать почвой. Они стояли на поверхности, напоминающей чёрное, отполированное стекло, которое уходило в бесконечность во всех направлениях. Над ними висело небо без звёзд и солнца – сплошная, серая, неподвижная пелена. Воздуха не было, но они могли дышать – или это лишь иллюзия, создаваемая их магией? Здесь не было ни звука, ни запаха. Абсолютная стерильность и пустота. Это и был Безмолвный Хор. Место, лишённое жизни, хаоса и воли. — Ничего… нет, — прошептал Лиам, и его голос был безнадёжно поглощён всепоглощающей тишиной. — Ошибаешься, — Алистер указал вперёд. — Смотрите. Вдали, в серой мгле, вырисовывалась структура. Она не была похожа на замок или город. Это была геометрически идеальная, чёрная пирамида, парящая в пустоте. Она была настолько огромна, что не поддавалась восприятию. От неё исходила та самая, давящая воля, которую они чувствовали раньше. Цитадель «Тени». — Он знает, что мы здесь, — тихо сказала Велла, приходя в себя. Её губы посинели от холода. — Он смотрит на нас. Со всех сторон. И они почувствовали это. Давящее, безразличное внимание, исходящее от самой пустоты. «Тень» не атаковала. Она наблюдала. Как учёный наблюдает за насекомыми, забравшимися в его лабораторию. — Двигайтесь к пирамиде, — приказал Алистер. — Быстро. Нас здесь быстро найдут. Они побежали по гладкой, чёрной поверхности. Их шаги не издавали звука. Даже их дыхание казалось им оглушительно громким в этой тишине. Элиас чувствовал, как его разум пытается поддаться апатии, свойственной этому месту. Здесь не было смысла бороться, не было смысла чувствовать. Только покой небытия. Внезапно из пустоты перед ними возникли фигуры. Десятки, сотни. Это были не тени и не геомансеры. Это были призраки. Полупрозрачные, искажённые лица, остатки душ, поглощённых «Тенью». В их глазах не было ни злобы, ни ненависти. Лишь пустота и отчаяние. Они молча плыли к ним, протягивая руки, не для атаки, а в поисках хоть капли тепла, хоть намёка на жизнь, которую они могли бы поглотить, чтобы ненадолго вспомнить, что значит чувствовать. — Не давайте им коснуться! — крикнул Алистер, его клинок вспыхнул серебристым пламенем. — Они выжгут вашу волю! Элиас обнажил «Тихий Ветер». Меч запел, но его песня звучала приглушённо, будто её душила сама реальность. Он рубил призраков, и они распадались с тихим вздохом, но на их место тут же плыли новые. Их было бесконечно много. Это была не атака, а течение. Течение реки, состоящей из забытых душ. Лиам активировал один из «Якорей Стабильности». Рунический камень вспыхнул, и вокруг них возник пузырь, отталкивающий призраков. Но камень тут же потускнел – поддерживать реальность в этом месте стоило огромных усилий. — Мы не дойдём так! — крикнул Лиам. — Они нас задавят числом! Велла, всё ещё слабая, подняла голову. Её Диадема Ментального Фокуса светилась. —Я… я могу попытаться… — она выдохнула. — Они не злые. Они просто пусты. Я могу… поделиться с ними чем-то. Воспоминанием. Эмоцией. — Это слишком опасно! — возразил Элиас. — У нас нет выбора! — Велла уже закрыла глаза. Она не стала атаковать. Она послала в толпу призраков образ. Простой, чистый образ. Яркий солнечный день в саду Академии. Пение птиц. Запах свежескошенной травы. Тепло на коже. Простое, человеческое ощущение жизни. Эффект был мгновенным и шокирующим. Призраки замерли. Их пустые глаза на мгновение ожили, в них мелькнуло что-то – удивление, ностальгия, боль. Они перестали наступать. Они просто стояли и «смотрели» на этот образ, этот подарок из мира, который они забыли. — Бежим! — скомандовал Алистер. Они рванули вперёд, пока призраки были в ступоре. Пирамида была уже близко. Её чёрные стены казались абсолютно гладкими, без единого шва или двери. — Как мы войдём? — спросил Лиам, задыхаясь. — Он сам нас впустит, — сказал Элиас, глядя на непроницаемую стену. — Он же ждал нас. Как по команде, часть стены пирамиды… растворилась. Образовался проём, ведущий в абсолютную тьму. Из него исходило то самое, безразличное и всеобъемлющее внимание. Они стояли на пороге. За этим проёмом их ждал либо ответ на все вопросы, либо вечное забвение. Элиас посмотрел на своих друзей. На Лиама, сжимающего свой топор с решимостью, граничащей с отчаянием. На Веллу, бледную, но непоколебимую. На Алистера, чья верность была их якорем. — За мной, — тихо сказал Элиас и сделал шаг вперёд, в самое сердце владений «Тени».