Не каждый демон — суккуб

Антон конечно любит большие компании и шумные, но эта даже для него кажется перебором. Когда его хороший знакомый приглашал на эту вечеринку, он упоминал лишь небольшое количество людей, уверяя, что соберется лишь небольшая группа студентов, желавшая отпраздновать зарубежный праздник. И теперь он тут. Стоит посреди огромного зала переполненного людьми и куда не посмотри везде какой-то хаос. Где-то в углу, за импровизированной барной стойкой мешают хрен знает какую порцию коктейлей, рядом уже играют в бутылочку, в другом углу на широком диване огромная куча мала из людей. Кажется они играют в какую-то настолку, а может их удерживает лишь непонятная им самим сила от массовой оргии. Окинув ещё раз помещение взглядом, и не замечая никого из знакомых, Антон решает взять себе ещё бокал хоть чего-нибудь. Можно даже пустой, ему лишь бы найти хоть какой-то предмет, что будет удерживать его в этой реальности, а то кажется, что он случайно перенесся в другую. Он бывал на многих вечеринках и всё окружающее его ни капли бы не смущало, если бы это были привычные образы и люди. То есть, конечно, все здесь собравшиеся — люди, но выглядят все максимально чудовищно. И это вообще то комплимент. Удивительно, но все здесь присутствующие действительно с особым вниманием подошли к выбору костюмов. Вампиры, демоны, скелеты привидения, ведьмы и ведьмаки, кто-то чью принадлежность нельзя назвать даже примерно, окружали Антона. И если говорить честно, то это его немножко, ну, напрягало. Конечно, это далеко не фильм ужасов и он прекрасно это понимает, но мерзкий тревожный голосок внутри никак не успокаивается. И его нужно как можно скорее либо залить алкоголем, либо просто отвлечься на что-то. Или кого-то. Но это уже как пойдет. Быстрый осмотр помещения не позволяет ему найти друзей или знакомых, и Антон решает прогуляться по дому в их поисках. В одной комнате идёт совместный просмотр фильма, кажется это вторая часть «Крика», в следующей четыре парня, тихо что-то напевая, собирают пазлы. Когда Антон к ним только заглядывает, они все переводят на него взгляд, но долго не задерживаются и возвращаются к пазлам, а на столе Антон замечает таймер. Что ж, так наверное действительно интереснее, в любом случае он идёт дальше. Он уже почти дотрагивается до дверной ручки последней комнаты на этаже, как дверь распахивается и в него на всей скорости влетает девушка. Она ниже его и лицом упирается ему в грудь, она уже начинает извиняться, как, подняв лицо, разглядывает человека, а после вновь налетает, но в это раз с объятиями. — Антон, ты пришел! — она от счастья притягивает его голову ниже и звонко целует в щеку. На ней темно-красное платье с блестяшками, а на голове большая широкополая шляпа. Что ж, тут даже не стоит думать, она очевидно выбрала самый подходящий ей образ. Её же и в жизни называют ведьмой, а сегодня у неё просто прекрасный повод соответствовать званию. — Ну конечно, Олесь, ты столько раз сказала про эту вечеринку, да ещё и Серега никак не хотел отставать. Говорил, что я буду последним лохом, если не приду сюда. — так же крепко сжимая в руках девушку говорит Антон. Сразу после того, как он наконец встретил кого-то знакомого, ему стало сильно легче и спокойнее. — И он прав. Пойдём, — и не давая ничего спросить, схватила его за руку и повела в направлении, откуда Антон только что пришел. — кстати крутой костюм. — быстро обернувшись и окинув ещё раз Шастуна взглядом, говорит Олеся. Назвать это прямо-таки костюмом сложно, но и говорить, что Антон забил хуй на дресс-код тоже будет несправедливо. В прошлом году на Хэллоуин Сережа пригласил его вести какое-то мероприятие для богачей. Как он их нашел, тот уточнять не стал как и то, откуда у него взялся старинный фрак, тем более в таком хорошем состоянии. Но при всем любопытстве за те деньги, что ему предложили он не только не задавал вопросов, но и ответственно исполнял роль старого, но галантного и харизматичного вампира перед множеством дам разных возрастов. Это было давно, но с того дня у него осталось три номера телефона (две девушки и на удивление один парень) и этот самый фрак, который он сегодня и достал из пыльного шкафа. На счет макияжа, если это можно так назвать, он сильно не запаривался, одолжил у своей знакомой самый светлый тональник, да и покрыл им все свое лицо. Да без клыков, да на шее легко можно было разглядеть как слой тональника заканчивался и начинался цвет его кожи, да без каких-то кровавых подтеков ещё и в обычных спортивках, но Антон гордился своим костюмом. В позапрошлый год он весь вечер проходил в одной простыне с двумя дырочками для глаз. Это было мало того что не прикольно так ещё и неудобно, так что то, как он выглядел в это раз, казалось ему его лучшим образом. Пока он размышлял, Олеся успела отвести их в ту самую большую комнату, из которой Антон быстрельно свалил в самом начале. Кажется людей в ней стало только больше. Олеся же не обращая никакого внимания на них, оборачивается к нему. — Ты уже пил что-нибудь? — не дожидаясь ответа, она быстро окидывает Антона взглядом и не видя у него в руках ничего, переводит взгляд на лицо. Антон качает головой из стороны в сторону в отрицательном жесте. — Так, тогда идём скорее к «бару», — она на ходу пальцами показывает кавычки. — тут сегодня мой друг коктейли мешает. Они у него не просто вкусные, а мега волшебные. Давай, скорее, пока очереди нет.— и Олеся уже разворачивается, но Антон её тормозит. — Постой. Может лучше что-нибудь другое. Поиграем во что-то или ещё что, я просто не планировал сегодня пить. — стараясь перекричать музыку, отвечает Антон на вопросительный взгляд. — Брось, такой праздник, а ты любитель повеселиться не хочешь пить, у тебя случилось что-то? — даже сквозь грохот музыки слышно, как в чужом голосе появляются нотки беспокойства. — Да нет. Не знаю. Я просто видел что пьют другие и там либо какая-то совсем дикая смесь, после которой не факт, что можно выжить, либо в них добавляют что-то помимо алкоголя, а ты знаешь, я такое не одобряю. — честно говорит Антон. И это так. Он уже не первый раз замечает, что большинство людей ведут себя очень странно. Обычные люди так себя не ведут. — Что? О чем ты, Антош? — кажется Олеся действительно не понимает. Антон тяжело вздыхает и быстро осматривается, а после прижимается к Олесе и наклоняется так, чтобы говорить ей прямо в ухо. — Смотри, вот тот парень явно перебрал и вместо того, чтобы просто целовать девушку буквально облизывает ей лицо. Вот ты правда хочешь сказать, что он способен на такое под обычным градусом. Нет подожди. — не дает Олесе вставить слово и продолжает свою тираду. — Или, например, я видел как несколько человек вышли на балкон курить, я пошел за ними, не специально, — он поднимает палец, — а когда зашёл там никого не было. А выход с балкона один. А ещё, я кажется там слышал, как кто-то выл вдалеке. И конечно, да, мы за городом, но здесь точно не водятся волки, так что мне кажется, что это был кто-то с этой вечеринки, но зачем человеку пришедшему сюда уходить куда-то далеко и выть. Им всем точно что-то подмешали. — под конец его монолога Олеся закатила глаза. — Антош, я знаю что ты не фанат всякой нечисти и каждый раз попадая на вечеринку в честь Хэллоуина, становишься чересчур подозрительным, но это все просто люди, они пришли отдыхать и делать то, что им нравится. Вот нравится тому парню облизывать людей, ну и пускай, хочется кому-то повыть ну ладно. Бывает же такое, что кто-то устает и ему нужно прокричаться, а вот кому-то нужно повыть. К чему история про балкон, я честно не поняла. Туда постоянно приходят и уходят люди, ты мог на секунду отвернуться, а они бы уже ушли, так что не переживай пожалуйста. Повторюсь, так называемый бармен, мой близкий друг. Я его попрошу делать тебе совсем слабенькие или вовсе безалкогольные коктейли. Хорошо? — все-таки Олеся, несмотря на внешнюю строгость и суровость, всегда была очень доброй в душе. Антон и сам понимал всё, что она говорила, но когда тебе даже то, что ты и так знаешь, говорит кто-то другой, в это как-то верится больше, поэтому он успокаивается и послушно идёт вслед за девушкой к бару. Уже подходя к стойке, Антон окончательно успокаивается, пожалуй другу его подруги, он действительно может доверять и наверное это просто его тревожность вновь пытается найти то, чего на самом деле нет. В любом случае его настроение улучшается и он уже предвкушает, как выпьет какой-нибудь сладенький коктейль, как вдруг замирает в паре шагов от Олеси. Высокий брюнет, одетый в нечто, что должно быть рубашкой, ловкими движениями пальцев управляется с бутылкой спиртного и разливает сразу в несколько бокалов, игриво подмигивая стоящим рядом девушкам. Антон тяжело сглатывает. Конечно, он понимал, что не все будут придерживаться того, что все монстры должны быть страшные и кто-то явно будет брать другим. Но этот костюм такой, такой… Олеся же остается к наряду равнодушна и спокойно подлетает к стойке, тут же начиная о чем-то весело переговариваться с этим мужчиной. Интересно кого же он пытается изобразить? Тоже вампир? Кажется Антон может разглядеть небольшие клыки. Или он странноватый ведьмак? Конечно все привыкли, что те сильные мускулистые воины и борцы с нечистью, но ведь и покрасоваться те должны любить, а у этого незнакомца желания, чтобы все взгляды были устремлены только на него, хоть отбавляй. Полупрозрачная красная рубашка расстегнута почти до пупа и заправлена в легкие, но обтягивающие, как вторая кожа черные штаны. На голове шелковистые волосы до плеч аккуратно уложены, но мужчина все равно то и дело поправляет прическу. И если присмотреться, то можно там же увидеть небольшие красные рожки, что так привлекательно выглядывают из-под локонов, которые мужчина пытается заправить за уши. Значит это вероятнее всего демон, что ж в образ этот незнакомец попал просто отлично. И похоже, что незнакомец скоро перестанет им быть, ведь мужчина переводит взгляд с Олеси на него и приветливо улыбается. — Привет, я Арсений чего бы тебе хотелось выпить? — у этого мужчины прекрасно всё. Так, Антону нужно собраться и что-то ответить, но этот чарующий голос словно выбивает все мысли из головы, оставляя там только столь прекрасный образ. — Привет, я Антон, не знаю, чего-нибудь легкого? — сам не понимая спрашивает или отвечает, говорит Антон. Арсений лишь тихо посмеивается и Антон жалеет что из-за громкой музыки, он не может услышать этот звук. — Ой, — неожиданно раздается голос Олеси, про которую Антон уже совсем забыл, — всё, Арсений, я побежала, —говорит Олеся, чмокнув бармена в щеку на прощанье, — оставляю Антона на тебя. Позаботься о нём, а то он немного не в своей тарелке. А меня Максим ждет, всё, удачи мальчики. — и так же поцеловав Антона, направилась к выходу из комнаты. Шастун перевел взгляд на Арсения, который в этот момент внимательно его разглядывал своими яркими голубыми глазами. Кажется Антон впервые видит настолько чистые и светлые глаза. Он мог бы сказать, что готов в них утонуть, но это будет враньем, ведь он уже утонул, стоило только присмотреться к этому Арсению. — Не в своей тарелке? А что, непривычно старому и злобному вампиру быть в центре веселья? — игриво спросил Арсений, и отдав девушкам их коктейли, перевел всё внимание на Антона. — Ну, присаживайся. — указал на ближайший стул. — Я не старый, и не злобный вообще-то. Просто не очень люблю Хэллоуин. — насупившись отвечает Антон, присаживаясь на ближайший стул. — А что так? Прекрасный праздник, который дает возможность повеселиться в необычной компании. Разве тебе не нравится? — выходя из-за стойки, говорит Арсений, присаживаясь на соседний стул, и как бы подтверждая свои слова, окидывает взглядом помещение. — Нет, это всё, конечно, прикольно, но дело в том, что я ну…— он приближается к Арсению, чтобы тот точно смог расслышать его тихий голос. — Немного боюсь, вот этого всего. Конечно, я понимаю, что это все обычные люди, но блин. Мне как-то неуютно что-ли. Арсений как-то хитро смеется и двигает свой стул ближе. Естественно только для того, чтобы им не пришлось перекрикивать музыку, убеждает сам себя Антон, только ради этого. Их колени соприкасаются и Антон незаметно вытирает руки о штаны, потому что те, от такого близкого присутствия столь симпатичного человека, начинают нещадно выдавать его нервозность. — Ну, я надеюсь, что против маленького безобидного демоненка в своей компании ты не возражаешь. — и пригнувшись так, что губами Арсений легко мог достать до уха Антон, горячо выдыхает. — Ты же не боишься меня, верно? Толпа мурашек пробегает по всему Антону, а рубашка начинает его душить. Он расстегивает верхнюю пуговицу и чуть прокашлявшись отвечает, не замечая, как жадно взгляд Арсения впивается в его оголенную кожу. — Нет, конечно. Олеся сказала, что ты её друг, а ей я доверяю. Значит и тебе могу доверять тоже. Кстати, прикольные рожки. — наконец находит в себе силы Антон на комплимент, и видит как кожа на щеках Арсения чуть краснеет, а тот улыбается и явно доволен полученным комплиментом. — Спасибо. А у тебя очень симпатичная шея. Так и хочется впиться в неё. — не скрывая своей заинтересованности, говорит Арсений, смотря прямо в глаза. Антон же заторможенно моргает, пытаясь понять при чем здесь его шея, как наконец его осеняет. — Эй, вообще-то вампир здесь я. И это я должен желать прижаться к твоей шее, а значит и отвешивать ей комплименты. — посмеиваясь говорит Антон. Все таки Олеся не ошибается. Она прекрасно умеет окружить себя интересными и красивыми людьми. — И как? Тебе уже хочется утащить меня в темный коридор и испить моей сладкой крови? — в открытую заигрывая, говорит Арсений проходясь языком по губам и часто моргая. А после, как бы случайно тянет руки в разные стороны, ещё сильнее оголяя кожу. — Очень хочется. — и Антон не врет. — Но я все-таки сдержанный вампир, так что не переживай, тебе ничего не угрожает. — а вот это Антон уже не может гарантировать, но пока он точно не в том состоянии, чтобы бросаться на каждого, кто ему понравился. Как будто прочитав его мысли, Арсений встает со стула и возвращается за стойку. — И сколько тебе нужно, чтобы потерять свою сдержанность, м? — ужас. Какой ужас. С Антоном ещё никто и никогда так откровенно не заигрывал. Да какие заигрывания, этот Арсений ему себя прямо-таки предлагает. Как минимум пойти жарко «пообниматься» в каком-то темном коридоре. Антон просто не может сопротивляться. — Пожалуй, — он делает вид, что задумался, — один хороший коктейль и твое искреннее желание быть прижатым к стене в темном коридоре. — откуда такие нотки в его тоне? Это из-за Арсения Антон из обычного неловкого человека превращается в харизматичного соблазнителя? — Хорошо, — ухмылка расползается по чужому лицу, и Антон ловит быстрое подмигивание, — я тебя услышал. Тогда дай мне пару секунд. — и он начинает быстро оглядывать стоящие на столе бутылки. Антон отводит взгляд и тихо выдыхает. Пока Арсений занят, у него наконец появилась возможность спокойно вздохнуть, все-таки не каждый день его клеит едва ли знакомый человек. А что самое нестандартное то, что Антон ещё и не против. Непонятно, что будет потом, и чем вообще закончится этот вечер, но когда через пару мгновений перед ним появляется высокий бокал с голубой жидкостью, а на соседнее кресло снова присаживается этот демоненок, Антон точно не собирается от такого отказываться. — И что же ты мне приготовил? — в голосе опять появляются какие-то мурчащие нотки и видимо Арсению это сильно нравится, ведь он передвигается ближе и теперь их колени упираются друг в друга. И по его лицу похоже, что это только начало и дальше упираться они будут чем-то другим. Надо останавливаться с такими мыслями, а то сейчас в штанах и так не самых широких, станет совсем тесно. — Опять ты выходишь из роли Мистер вампир, ты же в курсе, что вампиры не краснеют, а у тебя даже через слой тоналки видно твои красные щеки. Это мило. А это, — он кидает взгляд на бокал, — что-то вкусненькое, как ты изначально и заказывал. Я запомнил.— и улыбается чертяка. Как же Антон плывет сегодня, а это он ещё полностью трезвый. Похоже пришло время исправить это. С трудом отведя взгляд от Арсения, Антон переводит внимание на бокал. Тот ничем не отличается от тех, что когда либо Антон видел, но почему-то сейчас он ощущается иначе. Как будто его содержимое и то, что оно пока там, сейчас единственное, что сдерживает Антона от немедленного утаскивания этого Арсения куда-то во тьму. Что достаточно забавно, учитывая, что ещё в самом начале вечера, он боялся оставаться одному и любое темное помещение воспринимал как препятствие к веселью. Сейчас же темное помещение кажется другом, сообщником. Местом, которое спрячет их от чужих глаз. Волна мурашек пробегает по телу Антона. Непонятно, это в нём говорит возбуждение, страх, радость или игривость. Всё смешалось в чудной коктейль, почти такой же, что стоит сейчас прямо перед ним. Только по личному мнению Антона, его чувства сейчас имеет скорее красный оттенок. Цвет крови, которуй так настойчиво предлагает ему Арсений, цвет его же рогов, цвет похоти. Антон зажмуривается и, поднося бокал ко рту, быстрыми, но не слишком глотками, осушает половину. Арсений, непрерывно наблюдающий за Антоном, чуть усмехается. На вопросительный взгляд Антона лишь отрицательно мотает головой из стороны в сторону. — Ну как? Я старался подобрать что-то, что подойдёт такому красавчику. — кажется у Антона сейчас пойдет пар из ушей. Он закрывает глаза, сдерживая себя от того, чтобы прямо сейчас, на виду у всех, впиться в губы Арсения поцелуем. Потому что тот слишком невозможный. Ну вот разве действовать вот так на людей вообще законно. — Да. Мне понравилось, спасибо это очень вкусно. — Антон старается сформулировать мысль. И хотя обычно у него не возникает проблем с этим, сейчас даже малое количество алкоголя сильно дает в голову. Или это нахождение Арсения рядом вызывает такой эффект? Ну конечно, он то похлеще любого алкоголя будет. Кажется Антона уже не спасти. — Настолько вкусно? Или все-таки дело не только в напитке, м? — сильнее ухмыляясь, говорит Арсений и лишь звонко смеется на непонимающее Антоново выражение лица, а после кидает быстрый взгляд на его пах. Кровь сильнее приливает к ушам ещё до того, как Антон смотрит вниз, ведь он и так понимает причину чужого смеха. Медленно, он все же опускает голову вниз, устремляя взор себе между ног, чтобы наткнуться на то, как однозначно выпирает ткань в паху. — Ай, ай, ай. — журит его этот демоненок, хотя прекрасно понимает, что сам является причиной неожиданной активности. — Мистер вампир, ну как же так? Вам положено быть холодным и недоступным, а вы вот такой оказывается? — всё еще продолжая забавляться, говорит Арсений. — А я слишком человечен для вампира.— быстро находится Антон. — Меня не привлекает холод, я наоборот люблю жар. — и положив руку на чужое бедро, он выдыхает прямо в ухо Арсению. — а сильнее всего меня привлекает жар тела, которое так же сильно жаждет меня. — и он двигает рукой приближаясь к паху, где у Арсения точно такой же бессовестный бугор, как и у Антона. — Ох, — что то между выдохом и стоном срывается с чужих губ. — что же вы творите со мной, Мистер вампир. — простой вопрос вслух, на который не совершенно не требуется ответ. Антон быстрым движением хватает бокал, и не отцепляя руку от бедра этого демоненка, допивает коктейль в пару глотков, а после со всей силой впивается в губы напротив. Арсений тут же льнет ближе, соскальзывает со своего стула и тут же удобно устраивается на бедрах Антона. Активно двигает тазом, сильнее потираясь о выпирающий орган. Шумные вздохи и пошлые мокрые звуки не будут слышны для остальных в этом хоре чужих голосов и музыки, но для Антона сейчас не существует ничего кроме этих завораживающих глаз и мягких бедер под руками. Этот сладкий поцелуй, что буквально оседает алкоголем на языках обоих, разрывать не хочется так сильно, что кажется им даже воздух не нужен, но какая-то парочка так недовольно вздыхает над ухом, что Антону становится чуть-чуть совестно и он, легко придерживая Арсения, отстраняет его от себя. Тот смотрит на него недоуменно и кажется, что его брови вот вот изогнуться в мультяшном выражении обиды. Антон не позволит этому случится, а потому сам соскальзывает со стула и, схватив Арсения за запястье, ведет на выход из комнаты. — Идём на поиски темного коридора? — крепче хватая держащую его руку, спрашивает Арсений. — Именно. Пройдя по первому этажу они не находят свободной комнаты, ведь все магическим образом оказываются заняты. Причем даже не тем, для чего комнату ищут Антон и Арсений, а обычными действиями. Люди действительно разбились на небольшие группы и проводят время в относительной тишине и спокойствии. Заглядывая в комнаты, они натыкаются на уже знакомых Антону парней, которые собрали пазл и теперь весело что-то обсуждают, на Олесю, которая была так увлечена картами и Максимом, что даже не обратила на них внимание и ещё группу людей, которые снимали тиктоки. Несмотря на сильное желание уединиться, Антон понимал, что эти люди ему ничего не должны и поэтому всё, что им оставалось, это идти дальше и искать свободную комнату. Арсений все это время лишь покорно следует за ним, время от времени останавливая Антона, и крепко его целуя. — Блин, тут так много людей, что я уже не уверен, что мы найдем здесь свободную комнату. — грустно говорит Антон и чуть склоняет голову. Поиски подходящего места отвлекли его и теперь он не был готов бросаться на Арсения при всех, так что теперь он наконец ощущал, что получил контроль над своим телом и разумом. — Знаешь, я конечно не на что не намекаю, но… у меня дома тоже есть темный коридор. И… — под удивленный взгляд Антона, Арсений выдерживает театральную паузу, — очень даже темная кровать. — вот же… демоненок. Что там Антон говорил про то, что он смог успокоится. Забудьте. Буквально пару слов вновь зажгли в нём огонь и он уверенно кивает, и теперь уже Арсений, беря его за руку, ведет на выход из этого коттеджа. Уже сидя в машине на пассажирском сидении, Антон опять немного остывает, чтобы не отвлекать Арсения от дороги и только сейчас понимает в каком он положении. Прямо сейчас, невероятно, даже дьявольски привлекательный парень везет его к себе домой, чтобы они могли с удобством переспать, при том что в общей сложности они знакомы не более часа. С этой ночью точно что-то не так, ведь подобного в жизни Антона не было очень давно. А если быть совсем честным, то и вовсе никогда. Но не зря говорят, что всё когда-то случается в первый раз. Осталось только понять будет ли это чем-то хорошим или… Хотя с Арсением, как будто ничего плохо быть и не может. Подъезжая к дому, Арсений становится всё уверенней и уверенней, и если в самом начале вечера он лишь кидал соблазнительные взгляды из-под ресниц, то теперь позволяет себе всё больше. Ещё в середине пути он положил руку на бедро Антона и поскольку тот не стал возмущаться, так и оставил её на остаток пути, а под конец даже пытался подобраться к паху, но отчего-то передумал. Сейчас, выйдя из машины, он подает руку Антону и ведет его к подъезду, приобнимая за талию. Не то чтобы Антон против такого внимания, ему наоборот нравится, это даже возбуждает, хотя казалось бы куда больше. Преодоление дверей и подъем на лифте не занимают много времени, и вот они оказываются на пороге квартиры Арсения. Тот открывает дверь и пропускает Антона вперед. Но времени на осмотр квартиры он не дает и стоит Антону развернуться, как Арсений впивается в его губы, прижимаясь ещё ближе, чем на вечеринке. Антон тихо стонет в чужой рот и старается поспевать за Арсением, который кажется сошел с ума от нужды терпеть, и теперь наконец дорвавшись до желаемого, хочет впитать в себя Антона целиком, не то чтобы тот был против. — Тебе надо в душ? — наконец насытившись спрашивает Арсений, явно нехотя отодвигаясь от таких пухлых целовательных губ. — Я, ну, не подготовлен если ты про проникновение. Ничего подобного сегодня не планировал, а так мылся сегодня утром. — немного смущенно говорит Антон, но видит что Арсений лишь довольно кивает. — К большему я тоже не готовился, но меня твоя чистота устраивает. Если что я мылся перед приходом на вечеринку, могу сходить сейчас, если хочешь? — Антон недолго думает и лишь мотает головой, больше они не тратят время на разговоры. Арсений не обманул, у того действительно темная спальня. Не из-за отсутствия окна или освещения, а из-за обстановки и интерьера. Черная мебель, черное постельное белье, черный ковер и почему-то светло розовые обои. Антон уже готов протянуть умиленную улыбку, как его неожиданно сажают на кровать, а сам Арсений с комфортом располагается между его ног. Антон тяжело сглатывает и отводит взгляд, ведь один вид Арсения в его ногах заставляет голову идти кругом, а ощущение того, как Арсений проходится ладонями по бедрам, то и дело сжимая их и вовсе заставляет Антона слегка дрожать. — Смотри на меня. — уверенно говорит Арсений и Антон при всем стеснении не может сопротивляться. Его глаза примагничиваются к чужим и он, не мигая, смотрит на то, как этот дьявол начинает развязывать шнурок на его штанах. Чтобы хоть как-то занять руки, которые так хочется вплести в чужие волосы, Антон впивается ими в одеяло, что не ускользает от властного взгляда голубых глаз. — Положи руки мне на голову.— очередная просьба, которая звучит скорее как приказ и выполняется по первому зову. Антон аккуратно сжимает руками волосы, стараясь не задеть ободок с рожками и начинает плавно перебирать шелковистые прядки. — Да вот так, — млея под умелыми пальцами, говорит Арсений. — хороший мальчик. — добавляя скорее в шутку. Но для кого шутка, а у кого разряд тока пробегает вдоль позвоночника и отдает прямо в пах, из-за чего бедра Антона дергаются навстречу чужому лицу, в желании получить больше прикосновений. Конечно, это не убегает от чужого взгляда, и Арсений довольно растягивает губы в слегка зловещей усмешке. — Да? Ты мой хороший мальчик. — какая-то дикая часть внутри Антона решает что-то в голове за него, и вот он уже быстро-быстро кивает головой. До чего же он докатился. Ему не хватает высунуть язык, чтобы быть в точности, как пес, который услышал, что сейчас с ним пойдут гулять. — Ну какой же ты злобный и бесстрастный вампир? Кого же ты пытаешься обмануть? Ты же мой хороший мальчик, который так хорошо выполняет все мои команды, да. Ты умница. — Арсений точно знает на что нужно давить. Из Антона вырывается тихий скулеж, а ведь он всё так же просто сидит, даже не получая никакой стимуляции. Арсений, занятый узнаванием и поглаживанием только что обнаруженного кинка, совсем не обращает внимания на топорщащуюся ткань трусов. А очень хотелось бы, чтобы обратил. Видя чужое нетерпение, Арсений наконец чуть приспускает чужие штаны и стянув резинку трусов под чужой член, медленно берет его в свою руку. Антон опять тихо стонет, а Арсений не может нарадоваться. Не часто ему попадаются настолько отзывчивые и громкие партнеры. Он начинает двигать рукой и чувствует, как чужие пальцы сжимают его волосы, но они почему-то ближе к вискам, и как будто избегают его рожек. Непорядок. — Антон. — чужое внимание тут же фокусируется на его лице. — Будь умницей, — да Арсений использует запрещенный прием, и да он это прекрасно понимает. — одну руку оставь в волосах, вторую перемести на рог. — но в этот раз почему-то сию минутное послушание не следует и Арсений вопросительно выгибает бровь. — А они не отвалятся? Я имею ввиду, я сейчас не очень хорошо себя контролирую и я могу случайно сломать твой ободок. — смущаясь говорит Антон, но все-таки решая, не перечить аккуратно обхватывает один из рогов и мягко проходится по нему, ощупывая и привыкая к тому, как тот лежит в ладони. — М, да вот так, хороший мальчик. — и с этими словами Арсений вбирает в рот головку. Чужая хватка тут же становится заметно крепче, а бедра поддаются ему на встречу, но Арсений удерживает их на месте, начиная по чуть-чуть двигать головой в собственном ритме. Член во рту скользит привычно хорошо и приятно. Арсений играется то проходясь языком по щелчке, то толкая головку за щеку. Устраивает целое представления для одного зрителя, который все также бурно реагирует на любое его действие. Нельзя сказать что Арсению это не нравится, совсем наоборот. Настолько яркая реакция только побуждает стараться сильнее и брать глубже, сильнее работая языком. Наслаждение затапливает Антона полностью и тот наконец перестает контролировать себя. Его спина изгибается, бедра сжимают голову Арсения, руки сильнее впиваются в волосы, а ладонь инстинктивно поглаживает рог, не осознавая, что это весьма чувствительная зона. Рот не поддается контролю тоже и теперь стоны и всхлипы на грани с поскуливантем разлетаются по всей комнате. Время от времени Антон шепчет что-то хвалебное про его Арсения рот, про то какой он дьявол и что-то ещё в подобном духе, что приятно гладит самооценку и Арсений начинает двигать головой старательнее, пропуская член всё глубже в глотку. В какой-то момент Арсений чувствует, как член в его рту становится ещё напряженней и понимает, что Антону осталось совсем немного. — Давай, мой малыш, сделай это, — говорит Арсений отстранившись от органа, и смотрит прямо в чужие яркие глаза. — кончи мне на лицо. — и специально подставляет открытый рот с высунутым языком, продолжая водить рукой по члену. То ли открывшаяся Антону картина, то ли намеренно пошлая фраза, а может и то и другое заставляет Антона издать что-то похожее на рык и послушно кончить на чужое лицо, чудом не попав в глаза. Но попадая на язык, щеки и губы, оставляя на них белесые подтеки. Чужие бедра дрожат под пальцами, а руки то и дело проходятся то по волосам, то по рогам, почесывая, и Арсений благодарно жмурится. О, он прекрасно понимает, как он сейчас выглядит. Как самая настоящая похоть, как желание во плоти. И ему это нравится точно так же, как нравится и Антону, а это значит, что они ещё не закончили. Поднявшись с колен и размяв затекшие ноги, Арсений останавливает Антона, который тоже хотел встать. — Нет. Сиди. — Арсений уже хочет сказать что-то ещё, как вдруг его осеняет. — или лучше сказать сидеть? — очередная дрожь проходит по Антону и он тихо выдыхает, признавая полное поражение перед неожиданно обнаруженным кинком. Да, его невероятно прикалывает то, что Арсений буквально командует им, как собакой ну и что? Тому это заходит очевидно не меньше, чем ему. Да и вряд ли они ещё когда-нибудь увидятся, так чего же стесняться, когда можно просто принять это в себе, и с радостью получать удовольствие. — Да, моему милому, хорошему мальчику нравится похвала. Так, я дам ее тебе. Ведь ты такой молодец, умничка. Так хорошо меня слушаешь. Выполняешь все команды, — выделяя голосом последнее слово, ласково говорит Арсений и если бы у Антона был хвост, он непременно завилял бы им. — тогда будь умницей подожди меня чуть-чуть. — и с этими словами Арсений выходит из комнаты. А Антон наконец может прийти в себя. Как только Арсений скрывается из поля зрения, неведомый пару мгновений назад стыд полностью затапливает его. Антон упирает локти в колени, склоняется вплетая ладони в волосы. Что с ним происходит? Почему стоит Арсению появится перед глазами, как Антон буквально перестает себя контролировать. Он обычно так себя не ведет. Он обычно не соглашается уехать от куда-либо в компании едва знакомого человека. Он обычно не сваливает с тусовки, кидая друзей только, чтобы найти секс на одну ночь. Нет, Антон тут же успокаивает себя, безусловно Олеся будет переживать, но она ведь была с Максом, а значит не останется там одна, а он уже взрослый человек, который по хорошему должен контролировать свои действия. Вот только сегодня все идёт через одно место и Антон даже немного напуган от того, что сам себя не понимает. — Что-то случилось, — в его мысли вновь врывается чужой голос. — тебе нехорошо? — звучит действительно обеспокоенно. Антон поднимает и голову и первым делом замечает, что Арсений отлучился, чтобы смыть с лица его семя, но уже сейчас он почему-то не чувствует за это стыда, как было минуту назад и не успевает он об этом задуматься, как замечает, что не только лицо в Арсении изменилось, но и костюм. Точнее это уже не полноценная одежда, а простой, но при этом невероятно соблазнительный халат, который похоже надет на голое тело. Мысли опять пропадают в туманной дымке, а все о чем Антон может думать это голое бедро, которое выглядывает из-под халата. — Нет-нет, всё хорошо в общем-то просто… — Антон запинается и сглатывает слюну, которая начала выделяться с удвоенной силой. — Просто что? Ну же говори. — опять требовательный тон от Арсения, которому Антон просто не умеет сопротивляться. — Мне кажется ты как-то странно на меня влияешь. Не знаю как это объяснить. Конечно, я хочу тебя. — стыд на этих словах возвращается. Что ж, даже присутствие Арсения, не способно уменьшать его концентрацию при разговоре о сексе. — но как будто, как только я тебя вижу, я тут же теряю голову. Будто я под чем-то, — тихо говорит Антон и напрягается, так как перед глазами резко пролетает воспоминание о том, как он говорил такую же фразу, но про остальных присутствующих на том мероприятии, а теперь он не понимает уже себя. Но ведь… Он не пил и не ел ничего странного. Не принимал ничего из рук незнакомцев, разве что тот коктейль от Арсения. Но тот ведь делал его у Антона на глазах, даже не отворачивался, неужели Арсений настолько хорош в работе бармена, что сумел подмешать ему что-то прямо у него на глазах, а Антон и не обратил на это внимания. Дойдя до этого, Антон переводит взгляд на Арсения и понимает, что он никак не сможет в нём скрыть свой страх. Арсений, не понимая ситуации, хочет приблизиться, но Антон только отшатывается, как бы сейчас его внутренний голос не кричал об обратном. — Ты что-то подмешал в мой коктейль? — крайне напряженно спрашивает Антон. Да он взрослый мужчина и по-хорошему сам может постоять за себя, но что-то ему подсказывает, что если ему придется обороняться, то он не сможет долго противостоять Арсению. Его заполняет настоящий страх. Вот ведь, никогда не уезжал с незнакомцами, вот и нечего было начинать. А теперь он хрен знает где, с хрен знает кем, который возможно подсыпал ему что-то и теперь может с ним сделать, что угодно, а Антон даже на помощь позвать не сможет. Забыв про всё, Антон с ногами залезает на кровать и быстро ползет по ней назад, упираясь спиной в спинку кровати и увеличивает расстояние между ними до возможного максимума. Если бы ситуация не была такой напряженной и неоднозначной, Антон бы даже пожалел Арсения, который сейчас выглядит поразительно грустно, ведь когда ты приводишь человека домой, ты точно не думаешь, что тот начнет от тебя шугаться. Но сейчас положение Антона волнует его сильнее, так что он обойдется без жалости. — Я тебе ничего не подмешивал. — тихо говорит Арсений, видимо правильно оценив ситуацию, и подняв руки отходит назад, прижимаясь спиной к стене. Ладно, теперь Антону становится чуть спокойнее, хотя он и понимает, что это глупо. — Если хочешь, — Арсений быстро оглядывается, — вон на тумбочке рядом с тобой лежит галстук, можешь связать мне руки, если боишься, что я буду их распускать. — он медленно складывает руки в замок и выставляет их вперед, как будто Антон полицейский и собирается его задержать. Шастун немного колеблется, а после, решив, что его безопасность сейчас важнее его веры в людей, особенно если говорить про практически незнакомца, он действительно берет галстук и проверив его на прочность начинает медленно приближаться к Арсению. Тот стоит смирно и не двигается, всё так же протягивая руки вперед. Быстро подойдя, Антон затягивает Арсению руки и как только он их связывает, он немного успокаивается. Конечно если Арсений действительно желает ему навредить, его это никак не удержит, но вся ситуация почему-то показывает, что тот не настроен враждебно и это успокаивает сильнее. Антон отодвигается назад, смотря прямо в глаза Арсению и понимает, что того, связанного с таким грустным беспомощным взглядом, он очень хочет поцеловать. И тут же дергается, отводя взгляд, и опять возвращаясь на кровать садясь напротив. Антон правда боится, но уже не Арсения и себя. Он никогда не был одержим сексом. Всегда прекрасно себя контролировал, причем не только тело, но и мысли. А сейчас? Что с ним происходит сейчас? Почему потенциально опасный мужчина, несмотря на всю ситуацию все так же вызывает в нём желание, а член всё так же стоит, хотя ему бы давно упасть, а то и вовсе скукожиться от страха. — Прости. — первое, что говорит Арсений после недолгой тишины, прерывая метания в голове Антона. Он стоит, закрыв глаза и не зная, что говорить. В такой ситуации, до этого вечера он не оказывается. Глаза Антона широко расширяются, но Арсений не видит этого, он это чувствует. — Я должен был предупредить сразу. Я понимаю, не все любят, кхм, иметь дела с такими, как я, а ты похоже этого ещё не осознаешь. Я суккуб. — его голос звучит тихо и отрешенно, как будто он признаются в своем самом главном грехе. Проходит секунда. Две. Ещё пару мгновений. Ответа все нет. Арсений даже не представляет, как может отреагировать этот прекрасный и замечательный Антон, и от этого становится страшно уже ему. Он не раз становился свидетелем того, как люди узнавали правду про него. Они пугались, оскорбляли его, говорили что он просто омерзителен и тут же уходили, даже не дав ему сказать и слово. И вероятно сейчас Антон просто переваривает полученную информацию, а уже через пару секунд тот встанет и уйдет, и признаться честно Арсений так не хочет, чтобы это действительно происходило. Но этого и не происходит. Арсений слышит какую-то возню в комнате, а значит Антон из неё не ушел и все ещё почему-то молчит. Арсений решается приоткрыть один глаз, боясь столкнуться с взглядом полного отвращения. Но его ожидает сюрприз. Антон, который подобрался поближе и стоит почти вплотную, рассматривает его крайне внимательно. Кажется ещё чуть-чуть и он достанет лупу, чтобы как можно лучше разглядеть его. Арсений по настоящему смущается и теряется, что для него очень непривычно. Впервые кто-то после слов, что он буквально демон секса, так увлеченно его разглядывает. Нет, конечно, в его жизни встречались всякие извращенцы и фетешисты, но те смотрели на его тело, как на добычу, а Антон же действительно рассматривает, как какой-то ученый, встретивший новый, до этого неизвестный вид. — Пиздец, так это не я поехал крышечкой, а ты реально, блять, черт? — наконец прерывает своё молчание Антон. Что ж, это не самая плохая реакция, а нецензурная лексика удивительным образом сочетается с Антоном. — Ты… можно? — он тянет руку к волосам, но перед тем как прикоснуться, все-таки задает вопрос. Это мило. Арсений кивает. Рука возвращается на уже привычное место, но теперь Антон прикасается не как к украшению или праздничному костюму, а к настоящей диковинке. Пройдясь рукой по поверхности, потрогав самый корень рога, и проверив кончик рога на остроту, Антон убирает руку и задумчиво смотрит на Арсения, который от прикосновений опять закрыл глаза. — Пиздец. Ну ты и козел. Блять, нет подожди. То есть ты э… ну реально нечисть? Блять, я реально под чем-то, — как-то грустно завершает Антон и вновь садиться на кровать. — Нет! — Тут же резко реагирует Арсений, чем слегка пугает уже успокоившегося Антона. — Я правда ничего тебе не подмешивал. В том коктейле даже почти не было алкоголя. Так, чуть-чуть водки, а больше я ничего такого не добавлял. — Тогда какого хуя ты мне говоришь что ты демон? — с уставшим выражением лица спрашивает Антон. Непонятно устал он от этого вечера, разговора, ситуации в целом или самого Арсения. Тот надеется, что не последнее. — Потому что я он и есть? — звучит полувопросительно, но простите Арсения, он действительно впервые в такой ситуации. До этого все знали, кто же такие суккубы и не сомневались в его существовании или собственном здравомыслии. Антон же на это только зарывается в свои волосы и мученически выдыхает. — Хорошо, — через какое то время Антон все-таки находит в себе силы, — хорошо. Если ты суккуб, — он выделяет это слово, — то почему мне Олеся ничего не сказала? Она не знает? Что если я ей сейчас позвоню и спрошу а? Она мне говорила, что ты её близкий друг, что она может доверять тебе. — чуть радостно говорит Антон, явно довольный своей идеей. — Звони. — спокойно говорит Арсений и видит, как Антон чуть сдувается. Его даже становится жаль. Не каждый день ты понимаешь, что живешь в совершенно не том мире, который представлял. — Да блять. — очевидно его идея шантажа не сработала и он расстроился. Антон милый, когда расстраивается, думает Арсений и после этого ему становится плохо от самого себя. — То есть ты реально демон? — кивок. — А ангелы существуют? — Не знаю, я не встречал, но может мне и не положено. — Арсений говорит честно. Почему то Антону не хочется врать. — А алкоголь у тебя есть? — чуть усмехается Антон, а на вопросительный взгляд продолжает. — я сейчас ебнусь. Это такой пиздец. Я всю жизнь боялся всяких монстров, а мне говорили их не существует, а теперь вот ты. — совсем разбито говорит Антон. — Но… я ведь не монстр. — на грани слышимости говорит Арсений, боясь услышать от Антона то, что тот считает иначе. — Ну, конкретно ты нет, но твое существование подтверждает и их существование. Блять. У тебя ещё и хвост есть. — Арсений выгибает бровь и бросает взгляд вниз. Из-за переживаний и волнительности диалога, его обычно спокойный спрятанный хвост размотался и теперь его действительно видно из-за под полы халата. Он лишь пожимает плечами мол, да, хвост. А что ещё тут добавить? Антон откидывается на кровать всей спиной, явно пытаясь переварить новую для себя реальность. — А ты меня не съешь? — Нет. — А чего глаза стоишь жмуришь? — А ты хочешь вместо диалога лежать и думать, как бы меня трахнуть, как было в самом начале нашего знакомства. — озорничает Арсений. — Я не хотел…. Ладно хотел. Так это тоже из-за тебя я сегодня то и дело превращаюсь в какого-то ебаку. Самому от себя противно. — сначала морщится Антон, но теперь в его голосе появляется интерес. — Да. Но это только из-за того что сегодня Хэллоуин. Обычно он так не действует.— Антон что-то тихо мычит. — Сегодня просто такой день, что вся нечисть сильнее обычного. И если обычно, чтобы заставить человека меня хотеть, мне самому нужно его захотеть, то сегодня мне достаточно просто смотреть на человека. Поэтому, чтобы тебя не смущать вот стою. Жмурюсь. — старается как можно понятнее объяснить Арсений. — То есть, если ты сейчас откроешь глаза, то мы опять поебемся? — да уж. После такого переворота мира, Антона знатно прорвало на мат. Стоит признать это звучит горячо. — Ну если я захочу то да. А я хочу. — опережая чужой вопрос, отвечает Арсений. — А завтра со мной все будет в порядке? Ну типо, эм, у секса с тобой нет никаких побочек? — спрашивает Антон и жар предвкушения внутри Арсения вновь разливается по телу. — Поздно ты спрашиваешь, — улыбается Арсений, — но нет. У меня будет больше энергии, но на тебя это никак не повлияет. — Тогда, ну, насчет секса, мы как будто не закончили. Да и у тебя все ещё стоит. — скромно говорит Антон и вновь принимает сидячее положение. — развязываем тебя и ты открываешь глазки? — больше для себя уточняет Антон, ведь он уже встал с кровати и приближается к Арсению. — Быстро же ты принял то, что я демон. — хитро улыбается Арсений, наконец спокойно открывая глаза и глядя на то, как Антон старательно возится с галстуком на руках. — давай, малыш, ты справишься. Антон рвано вздыхает и, развязав узел, откидывает галстук на пол. Чужие глаза настолько яркие, что кажется, что те горят голубым огнем, и чтобы этого не видеть Антон впивается в губы поцелуем. Легкие и плавные движение быстро наполняются страстью и вход уже идут мелкие покусывания, а по комнате начинают разлетаться влажные и чавкающие звуки. — Чего ты хочешь? — на секунду отстранившись, спрашивает Арсений. — Тебя. Командуй. — быстро отвечает Антон и вновь припадает к таким сладким губам. — Ох, мой маленький мальчик дорвался. — он мягко проводит по чужой голове и чешет так, как обычно чешут собак. Антон тащится. — давай, мой хорошенький, раздевайся. — Антон как будто только ждал команды, скидывает с себя пиджак и стягивает штаны. Пытается быстро избавиться от рубашки, но пуговицы его замедляют. — можешь оставить так. Ложись. Устроившись на кровати, Антон поглядывает на Арсения, который медленно модельной поступью приближается к нему. Забирается на кровать элегантно и мягко двигается по телу Антона к его лицу. Мягко целует губы, щеку и слегка поглаживает подбородок ладонью, а после довольно хмыкает. — Какая приятная щетина. Высуни язык. — большой и влажный язык тут же появляется перед его взглядом, а Антон не задает вопросов. — хороший мальчик.— тут же позвала за послушание. — И язык у тебя такой хороший, большой, широкий я вот думаю сесть на него. Как ты на это смотришь, м? — Антон активно кивает головой и облизыванием губы. Наверное это не должно, но выглядит как предложение. Арсений не откажется. Арсений развязывает пояс халата и тот мягкой тканью скользит вниз, открывая Антону незабываемый вид. Кожа у Арсения на удивление светлая, а темные родинки рассыпанные по ней созвездиями, создают яркий контраст. В тоже время красно-темные рога сочетаются с такого же цвета длинным тонким хвостом, который извивается между ног Арсения, время от времени поглаживая его бедра. Арсений двигается чуть ближе к голове Антона и наконец перекидывает свою ногу через неё, чувствуя как в его бедра тут же впились крепкие горячие ладони, и только сильнее тянут вниз. О да, Арсений оценил всё правильно и теперь ощущение небольшое щетины, о которую трется нежная кожа, заставляет его жмурится, а горячий активный язык, который принимается за работу, вызывает тихие поскуливания. Антон лижет старательно. То напрягает, то расслабляет язык, проходясь снаружи и ввинчивая язык внутрь. Из Арсения рвутся стоны, всхлипы и куча похвалы, которую он вываливает на Антона, а тот от всех этих «молодец» и «так хорошо стараешься для меня» действует только активнее. Наверняка нежная кожа уже покраснела от щетины, а колечко мышц припухло и выглядит крайне соблазнительно, однако этого Арсению недостаточно, ему нужно больше. Он активнее ерзает на чужом лице и Антон в попытках дать ему это больше, хватается за хвост. Арсений выгибается, а Антон понимая, что нашел то, что нужно начинает его слегка потирать и подергивать, сильнее вжимая чужие бедра себе в лицо. Слюна уже повсюду, Арсений извивается, как акробат на сцене цирка, и ему остается совсем чуть-чуть, чтобы кончить. И вдруг он чувствует, что к языку подключается палец, плавно проникая внутрь. Это становится последней каплей удовольствия, которое уже и так переполняет Арсения, и тот с громким стоном изливается на рубашку на груди парня под ним. Антон поддерживает его за дрожащие бедра и помогает лечь рядом, а сам счастливо улыбается, несмотря на засыхающую на груди сперму. Сам он кончил, когда одну из рук переместил на свой член и дрочил в такт стонам Арсения. Антон быстро стягивает рубашку и приобнимает демона, прижимаясь к нему ближе. Они оба уже на грани сна, как их спокойную и даже уютную тишину нарушает громкая мелодия откуда-то с пола. Антон недовольно вздыхает и, отпустив Арсения, ищет источник звука. Им оказывается его телефон, на котором уже с десяток пропущенных звонков от Олеси. Антон вздыхает и берет трубку, прикладывая телефон к уху. — Але, Антош, а ты где, не могу тебя найти? — немного нервно звучит ее голос. — Да, я уже дома, я уехал может ещё с час назад, а что? — спокойно говорит Антон, возвращаясь в объятия Арсения. — Да так, хорошо. А когда вы с Арсением попрощались, он не сказал, что собирается делать? А то я что-то дозвониться ему не могу. — Антон замирает и смотрит на Арсения, который прекрасно услышал чужую реплику и сейчас еле сдерживает смех. — Ну как бы тебе сказать. Мы не прощались. — все-таки говорит Антон. — В смысле? — Олеся действительно растеряна и ее становится даже немного жалко. — В прямом. — в разговор вступает Арсений и ставит телефон на громкую связь, чтобы ему было удобнее говорить. — Бляяяяя, — долго тянет Олеся и кому-то, что-то сказав на фоне, вновь возвращает внимание к ним. — и че вы? — Мы слегка заняты. — нагло ответил Арсений и сбросил трубку, выключая чужой телефон, откладывая его на тумбочку. — Но… мы же не заняты. — с недоумением говорит Антон, — мы могли бы с ней поговорить. Она явно переживает за нас. — Антон уже тянется к своему телефону, но Арсений перехватывает его руку и прижимает к своей груди. — Малыш, она взрослая тетя и действительно моя давняя знакомая. Она прекрасно знает как, — он выделяет это слово интонацией, — на меня реагируют люди в эту ночь. Я уверен, она сможет подождать до завтра, когда и ты и я станем спокойнее и человечнее, ну, а сегодня… я не говорил? У меня достаточно темная ванная. — хитрым голосом заканчивает Арсений, а Антон, успокоившись, смеется и звонко его целует.