Хэллоуинские истории

      Хэллоуин. Просто очередной маггловский праздник, который по какой-то непонятной причине должны праздновать и они, маги. Но, кажется, это нравится всем, кроме самого Тома. Риддл оторвался от книги. Из-за шума, который издавал его парень, он совсем не мог сосредоточиться. Пока Том пытался учиться, лёжа на кровати, Гарри на полу уродовал одежду. — И это… Обязательно делать в моей спальне? — Слизеринец вопросительно поднял брови, глядя на гриффиндорца. Поттер фыркнул, а после злобно посмотрел на Тома. У того появилось желание вернуться к книге и игнорировать бешеного ежа, который фыркал и копошился на его полу. — В твоей спальне нет гриффиндорцев, которые могут узнать, какой у меня будет костюм, — Гарри закатил глаза, будто это была самая очевидная вещь на свете. Очевидная конечно же для всех, кроме Тома. Он не понимал, зачем скрывать то, что все увидят уже этим вечером, но отвечать он не стал, только хмыкнув. Том собирался уже наложить заглушающее, но так и застыл с поднятой палочкой, когда Гарри вновь заговорил. — Ты мог бы тоже быть зомби, будет весело… Среди всей этой нечисти, ничем не отличается от твоей обычной компании, — попросил Поттер с нежностью. Риддл почти скривился от такой явной попытки манипулировать им и только оглядел грим и костюм Гарри. — Трупы выглядят не так. И у них не белые глаза, как твои линзы, я бы описал их как… заплывшие? — Том задумался, намереваясь дать совет о том, как на самом деле выглядит та нечисть, которая составляет его обычную компанию. Гарри закатил белые глаза. — Я так и знал, что на кладбище ты тусуешься, чтобы выкапывать трупы. Иначе я не знаю, откуда у тебя такие познания, — опять начал язвить Гарри. Том хмыкнул и вернулся к книге. Его глупый парень может думать что угодно по поводу того, что он делает на кладбищах. Не скажет же Риддл, что это только ради эстетики и поддержания репутации загадочного старосты. Поттер вернулся к своему костюму, портя одежду чуть тише. Надобность в заглушающем заклинании отпала сама собой. — Но знаешь, у меня есть вторые белые линзы для парных костюмов… — Том цыкнул и уставился на белые глазницы Гарри. Так они и играли в гляделки какое-то время. — Ладно, твои болотные глаза и так достаточно стрëмные. Можно и без линз, — первым сдался Гарри. Том усмехнулся. — На мои зелëные глаза хотя бы не оглядываются все магглы, — быстро парировал Том. Подобные разговоры возникали у них слишком часто, чтобы он уже не выучил, как надо отвечать. — Я не виноват, что они у меня такие яркие! Они придают выразительности моему лицу, — самодовольно усмехнулся Гарри. Том уже собирался ответить, но Поттер его опередил. — И если ты скажешь, что моë лицо уродливое, я скажу: «Это значит, что у тебя плохой вкус», мы это проходили. — Риддл только пожал плечами, он не собирался реагировать на раздражённый тон Гарри. — В любом случае я слишком стар для Хэллоуина, мне уже семнадцать, — сказал Том, перелистывая страницу в книге. Гарри закатил глаза, делая ещë один надрыв на футболке для костюма зомби. — Мне тоже семнадцать, — пробурчал Гарри. Он ненавидел то, каким самодовольным становится Том, только оттого что родился на полгода раньше, чем он. Будто это действительно была какая-то существенная разница в возрасте, которая давала Риддлу преимущество над ним. Поттер тяжело вздохнул, когда понял, что Том не собирался ему отвечать. Что ж, он обязательно найдёт способ развлечь его. Гарри слишком любил праздники, чтобы не заставить других веселиться вместе с ним. Тем более в Хэллоуин! В самый загадочный и потусторонний праздник. Тот день, который наверняка должен понравиться Тому, но тот продолжает игнорировать любые попытки Гарри сделать костюм.       Костюм, по мнению Гарри, был самым увлекательным, поэтому он и пришёл к Тому, чтобы заинтересовать и вдохновить. Поттер сам насмотрелся, как другие в гриффиндорской гостиной водятся с костюмами, готовясь к празднику. И наблюдать за тем, как другие горят своим делом и полностью погружены в творческий процесс, было вдохновляюще. Но видимо, Том не поддаëтся никаким эмоциям. Что ж, Гарри найдёт способ его подкупить.

***

      Тому было противно выходить из своей спальни. Даже слизеринскую гостиную охватила эта чума, связанная с Хэллоуином. Было противно наблюдать, как будущая элита магической Британии вырядилась в самодельные костюмы, чтобы просто поболтать друг с другом. Серьёзно, разве это того стоит? Разве в Хогвартсе было мало вечеринок, чтобы уподобляться магглам и их недостоверным околомагическим праздникам? Это выглядело жалко и совсем не весело, особенно если смотреть на качество костюмов, почти всех персонажей Риддл даже не узнавал.       Том вышел из комнаты только ради одного. Быстро проходя мимо смеющихся подростков, он проследовал к ближайшему столу, где стояла миска с конфетами. Успешно схватив свою добычу, Том почти скрылся в своей комнате, кажется, на него даже не обращали внимания, как это было обычно, когда староста находился в помещении. Глупый Хэллоуин забирал себе даже внимание, которое обычно принадлежало ему, невероятному Тому Риддлу! Кажется, он особенно ненавидел именно Хэллоуин.       Том не любил все праздники как таковые, но Хэллоуин отчего-то был самым противным, было ли дело в глупых декорациях и искусственной паутине, которую разбрасывали по углам так, будто в Хогвартсе уже не хватало настоящей. Или перфекционизм Тома оскорблялся при виде нелепых самодельных костюмов? Он не мог сказать точно, но что Риддл знал, так это то, что Хэллоуин — самый ужасный праздник из всех. Том выдохнул с облегчением, открывая дверь в свою комнату, и испуганно вздрогнул, когда со спины на него напрыгнуло рычащее нечто. Миска с шоколадными конфетами без обёртки выскользнула их руки Тома и оказалась безвозвратно утерянной на грязном полу. Эти конфеты он больше не сможет съесть. Риддл уже собирался проклясть того несчастного, который посмел на него напрыгнуть, пока не услышал знакомый смех. — Я пришёл, чтобы съесть твои гениальные мозги! — Рассмеялся громче Гарри. У Тома задергался глаз. Нет, сегодня он точно проклянёт Поттера. Или убъëт и воскресит, раз Гарри так сильно хочется стать зомби, Риддл услужливо поможет своему парню, который виновато уставился на рассыпанные сладости. — Если это тебя успокоит… Я принёс конфеты, — Гарри протянул Тому котелок с шоколадными конфетами, пластиковый котелок для сбора конфет, ещë один глупый маггловский атрибут. Риддл цыкнул и, наконец, открыл свою комнату. Он пустит Поттера. Но только потому, что тот принёс ему шоколадных конфет, перед этим уничтожив другие шоколадные конфеты Тома, но он готов с этим смириться. Гарри с кряхтящими звуками зашёл в комнату, заперев дверь. Риддл фыркнул, его парень до сих пор изображает зомби, что было так глупо с его стороны. Притворство не может быть таким весёлым, как его пытаются показать, точно нет. — Поставь конфеты на кровать. И на кровать я тебя в кровавой одежде не пущу, это грязно, будешь сидеть на полу, — серьёзно сказал Том. Гарри фыркнул, положив на кровать Риддла конфеты. — Ты так жесток со своим парнем, — поддразнивал Гарри. Том, уже сидевший на кровати, попробовал первую конфету и скривился. — Зомби не чувствуют холод. Они сами холодные трупы, по венам которых не циркулирует кровь, как они до сих пор ещë могут двигаться? Даже с магический точки зрения я не могу найти ответ, — начал Том и проглотил остаток конфеты. — Странная начинка. — Гарри облокотился спиной о кровать, он не мог видеть Риддла, но отлично слышал, как тот жуëт конфеты. — Я слышу, что это всë равно не останавливает тебя от их поглощения. Удивительно, что у тебя ещë не сгнили зубы от количества употребляемого тобой сахара, — Гарри запрокинул голову и открыл рот. — И меня ими покорми. — Том несколько секунд смотрел на растрёпанного Поттера, прежде чем дать ему одну конфету. — У меня хорошая генетика, — только ответил Том. Гарри фыркнул. — Но я могу рассказать историю о бедном мальчике, которому повезло не так сильно. Так, прости меня конечно… Нокс, — Гарри потушил свет в спальне Тома, а после зажёг всего один светильник над кроватью Риддла и спрятал палочку. — Люмос… так вот, Хэллоуинская ночь. Куча конфет после всех обошедших домов… И вся эта куча, принадлежащая одному очень-очень жадному мальчику. Леденцы, шоколад, тянучки. Он ел и ел, не замечая, что жуëт не только мармелад, но и свои зубы, которые медленно гнили… — Это омерзительно и просто невозможно, — скривился Том, но есть конфеты перестал. Гарри только рассмеялся. — Это не омерзительно, а страшно! В этом вся суть: чуть-чуть напугаться, сидя в кругу самых близких, после бурной вечеринки вечером, — улыбнулся Гарри. Том навис над Поттером, голова которого всë ещë лежала на его кровати. Риддл долго смотрел на разукрашенное лицо своего парня и на его открытую шею, кадык… Том быстро отстранился. — Раз мы пугаем друг друга. Мне есть что тебе рассказать, — оскалился Том. — О мальчике, который в ночь всех мёртвых решил притвориться мёртвым. Только он не учёл того факта, что в этот магический день магия сработает так, что маскировка станет его частью. И когда, с восходом солнца, все мертвецы вернулись к отдыху до следующего года, мальчик остался в этом мире, не живой и не до конца мёртвый, вынужденный бродить по миру в поисках мозгов, которых у него явно нет, раз решил провернуть такой трюк. И если не хочешь стать этим мальчиком, иди смывай свой отвратительный грим, — Том вновь навис над Гарри. Его бесило, что он мог заглядываться на него, но не мог прикоснуться из-за нежелания запачкаться. — У тебя отвратительные истории, ты знаешь? Я уйду. Но я вернусь, и тогда я заставлю тебя рассказать страшную историю, — твёрдо заявил Гарри, вскакивая на ноги. Том фыркнул и лёг на кровать, поедая конфеты. На удивление, он чувствовал себя слишком расслабленно. Риддл уставился в потолок, ему казалось, что всë вокруг него кружилось, это было странно. Как и странная начинка шоколадных конфет, так обжигающая его язык. Том перестал есть конфеты, он не знал, сколько времени в итоге так и пролежал, уставившись в потолок. Но точно дольше двадцати минут, раз Гарри успел вернуться в этот раз с чистой кожей. Но во всë ещë ужасном костюме зомби, на котором были не только следы крови, но и следы грима. Том старался сфокусировать взгляд на Гарри, который опять сел на пол и запрокинул голову на кровать. — История! Страшная-страшная, про тёмный лес. Про жителей тёмного леса… жил в этом тëмном лесу один тëмный медведь. Жил не тужил, пока в один день не услышал завораживающий голос, гипнотизирующий его… Тот приказал медведю сесть в машину… медведь сел в машину и сгорел нахуй, — Гарри рассмеялся. Уголок губ Тома дрогнул, он что, только что посчитал это почти смешным? Что с ним сделал Поттер? Загипнотизировал, как медведя? Даже если так… Риддл был даже не против. К его великому удивлению. Это было не так ужасно, как он себе представлял. Особенно когда Том расслабился и мог нависать над явно соблазняющим его Гарри. — Истори-ия, — протянул Том, отчего-то его идеальная дикция подвела. — Про людоеда. К-который, — Риддлу всë труднее становилось выговаривать слова вместо истории. Он наклонился, чтобы поцеловать Гарри, правда, вместо этого покусал губу Поттера. Гарри застонал, видимо, Том не рассчитал силу укуса. Но Риддла это сейчас не волновало, он был слишком расслаблен, чтобы думать о боли Поттера. — Настоящий людоед! — Простонал Гарри, слизывая кровь со своих губ, когда Том, наконец, от него отстранился. Поттер нахмурился, смотря на расфокусированный взгляд Риддла. — Ладно, подсовывать тебе конфеты с огневиски было ужасной идеей, кто вообще пьянеет от конфет? О Мерлин, — тяжело выдохнул Гарри. Довольная ухмылка пропала с лица Тома. Он почти признал, что Хэллоуин не так ужасен. — Хэллоу-уин наихудшейший праздник, — медленно выговорил Том, прежде чем полностью рухнуть на свою кровать. Гарри еле сдерживал смех. — То, как ты это сказал, звучит… так нелепо, — не выдержал Гарри и рассмеялся. Так редко можно увидеть, как Том теряет контроль, а оказалось, что для этого всего лишь нужна парочка конфет. — Спи. А утром я расскажу тебе историю про безграмотного людоеда, — усмехнулся Гарри, понимая, что Риддл вряд ли осознаëт то, что сейчас происходит.       Пусть не удалось повеселить Тома как следует, но в следующем году он обязательно заставит Риддла праздновать Хэллоуин как положено. Всë же теперь у Гарри есть прекрасный стимул в виде воспоминания о пьяном Томе, который и двух слов связать не может. Поттер точно напугает Риддла этим…