Реинкарнация Слизерина

Когда закончился четвёртый курс Хогвартса, и Том наконец-то перешёл порог малого совершеннолетия, он решил попробовать снова устроиться в Горбин и Бэркес, хозяин которого каждое лето до этого разворачивал мальчишку и выставлял ни с чем. Но Реддл никогда не сдавался: он уже понял, что единственный способ получить авторитет в мире богатеньких папенькиных сынков- показать им что-то неизвестное. А представителей старых родов не удивить школьной программой, как и знаниями из закрытой секции библиотеки, которую он уже прочесал "от и до". А вот в лавке ещё молодого, но отвратительно выглядящего Горбина точно найдётся что-то особенное, что заставит этих высокомерных сволочей заткнуться и признать, что грязнокровка может стоить дорого. А особенно Абраксас... Этот блондин бесил сильнее остальных, вечно насмехаясь, рисуя карикатуры и высокомерно растягивая гласные, произнося очередное оскорбление. И, главное, он не уступал ему в магических дуэлях. Единственный! Но Том знал, что Малфой слабее, просто тот имел доступ к семейным фолиантам и знал заклинания, недоступные детдомовцу из мира магглов. Но в это лето он не уйдёт из лавки, даже если в него кинут непростительное. Он просто обязан заставить Абраксаса бояться и уважать его! Спрыгнув с последней ступеньки поезда и поправив дешёвые, но аккуратные манжеты, он подхватил свой облегчённый чемоданчик и направился прямиком к каминам. -И куда же нужно грязнокровке?- послышался ненавистный голос,- Проход к грязным животным находится в другой части Кинг-Кросс. Реддл бросил ледяной взгляд чёрных глаз, пытаясь испепелить всю насмешку и явную провокацию из серых радужек. -Животное тут только одно,- процедил Реддл. -Действительно,- ухмыльнулся блондин,- рад, что ты знаешь своё место. Тут к ним подошла солидная пара- родители Малфоя, которые были уже в возрасте, и ссориться с ними у Реддла не было никакого желания, ведь каждый маг знал, что лишь одно недружелюбное слово в адрес Герпиона и его супруги приведёт к полному закрытию дороги в Министерство даже на низкую должность. Крутанувшись на каблуках стареньких, но ухоженных туфель, Том всё же добрался до камина, отправляясь в свой пункт назначения. Лавка тёмных и редких вещиц встретила знакомым запахом затхлости, а лицо Горбина кукожилось в такой же отвратительной манере, как и каждое лето. -Твоя настырность не поможет, малой, вали отсюда. Мужчина отвернулся, продолжая протирать какую-то статуэтку, которую держал через перчатки из драконьей кожи. -Я уже не маленький, сэр, и не идиот, про технику безопасности помню. Мужчина хрипяще рассмеялся, не отрываясь от своего занятия. -Нет, Реддл, я не дам тебе работу, потому что мне не нужны лишние расходы. Том скрежетнул зубами. Он почему-то даже не рассматривал вариант, что от него отмахнуться именно по такой причине, но терять доступ к книгам был не намерен. -У меня есть предложение, от которого вы не сможете отказаться, сэр. -И какое же?- хохотнул тот. -Я буду работать у вас бесплатно, лишь за проживание. Подойдёт даже небольшой закуток расширенного пространства. Горбин долго и пристально смотрел на него, а потом расплылся в мерзкой улыбочке: -Если сможешь сам его расширить. *** Лето прошло как в тумане: при всём желании Горбин не смог завалить работой Реддла так, чтобы у него не оставалось свободного времени, ведь в маленькой лавке делать было практически нечего: несколько заклинаний вычищали заведение до блеска, с готовкой подросток тоже наловчился справляться всего за пару дней, а допустили ухаживать за редкими и опасными вещичками его только к середине июля, когда он насмотрелся на правильную технику вдоволь. Зато вечерами и пока не было клиентов Том мог делать то, ради чего и пришёл сюда- читать. Он погружался в руны, заклинания, зелья, чары. Проглатывал всё что можно, а ночами, несмотря на ворчание Горбина, тренировался. Мужчина хоть и не был в восторге от сожителя, но выделил ему закуток, и даже присматривал на начальных этапах тренировок, ведь смерти этого настырного мальчишки он не хотел, а в тайне ему импонировала эта увлечённость. Реддл, и так схватывающий всю информацию на лету, за три месяца занятий боевой магией с хозяином лавки и его партнёром, который иногда всё же заходил, чтобы разделить прибыль и перемыть косточки какой-то травнице, не дающей залезть себе под юбку, значительно улучшил свои боевые навыки, доводя некоторые заклинания до рефлексов, и просто в идеале осваивая тёмные и пыточные чары, за применение которых сулили долгие годы пребывания в Азкабане. И вот, с новыми знаниями и силами, он наконец-то шагал по Хогварт-экспрессу, направляясь в слизеринский вагон. Когда он зашёл, большинство одногруппников сидело уже на местах, и все они повернули головы, удивлённо рассматривая преобразившегося ученика: несмотря на ворчание о непомерных тратах, Горбин кормил его хорошо, и даже оплатил новую мантию, бормоча что-то о бесплодии и чужих детях, и сейчас уже подросший юноша, слегка накачавшийся от ежедневных тренировок и качественного питания, да ещё и стоящий в добротной и явно не дешёвой одежде, вызвал недоумение в глазах аристократов. Первым не выдержал Малфой. -Кому ты продал девственность за эту мантию? Я сообщу, что те потратили деньги впустую, ведь грязнокровки не стоят даже этого. -А ты про цену на девственность знаешь, потому что продавал свою, или покупал чужую, ведь бесплатно тебе никто не даст?- парировал Реддл, заглядывая с вызовом в резко нахмурившиеся серые глаза. Блондин усмехнулся, манерно откинув прядь волос на спину, чтобы та шелковистой рекой сбежала до поясницы. -У меня будет прекрасная чистокровная жена, а вот ты не найдёшь достойную партию. А впрочем, зачем тратить время на разговоры с грязнокровок, правда, ребята? Давайте лучше покажу вам колдофото с Франции. Мы ходили с родителями на концерт новой музыкальной группы. Представляете, некие Ведуньи, еще не известные миру, выступали, как реинкарнация Морганы во множественном объёме, до чего прекрасны и сильны, а их голоса были наполнены невероятной магией. Папа решил даже профинансировать их, мы уверены, что эта группа скоро взорвёт стадионы. И все подростки стали что-то вдохновлённо щебетать наперебой, восторгаясь деловой хваткой Малфоев и чем-то ещё, а Тома пробрала злость. -Да какая к мордреду Моргана!- произнёс он на парселтанге,- Может мне стать новым Слизерином, чтобы ты перестал относиться ко мне, как к грязи,- раздалось его гневное шипение, а все присутствующие снова смолкли. Том, осознав, что говорил на змеинном языке, в душе даже чуть-чуть смутился. Из-за событий юности, когда его несколько раз возвращали в детдом из-за бесед со змеями, он на инстинктивном уровне старался никогда не делать это в присутствии людей, и попав в волшебный мир, не смог избавиться от навязанного комплекса, так что никто и никогда не слышал такую речь от мальчика. В этот раз первая очнулась от потрясения Вальбурга. -Только Салазар и его потомки говорили на парселтанге,- её обычно крикливый голос звучал в этот раз приглушённо, а Реддла словно ударили по голове. Он нигде до этого не слышал такую информацию... Не может же быть, что... Он же вырос среди магглов, он грязнокровка! Или?.. Никто не знает фамилию его матери, даже он сам... Надо это узнать, и как можно скорее. Но его размышления прервал голос Малфоя, который вальяжно закинул одну ногу на другую: -Объясни. Том одновременно захотел и огрызнуться, и расплакаться от счастья, и просто что-то закричать, чтобы выпустить из груди непонятный комок эмоций. Но реагировать нужно было немедленно. В его голове всплыла одна из последних фраз Абраксаса: "они словно реинкарнация Морганы",- и, не задумываясь о последствиях, лишь в попытке попонтоваться перед другими, Реддл произнёс: -Сам Салазар Слизерин не собирается опускаться до разъяснений понятный вещей какому-то Малфою. И, под бешенный стук сердца, в абсолютной тишине прошёл и отодвинул несопротивляющегося от шока Малфоя с его законного "места главаря", располагая там свою пятую точку. Но блондин всё же очнулся и резко рассмеялся, а после вскочил на ноги: -Не смей мне врать, грязнокровка. Такое невозможно! Уже не сдерживая порывы сердца, Том вскинул палочку и прошипел: "Круффинго". Из древка выстрелил бордовый луч, попадая в грудь Абраксаса, и парень резко свалился на пол, завизжав от боли и раздирая в кровь свою грудь, пытаясь достать то, что зашевелилось под кожей. Соскоблив ногтями верхний слой, он, метаясь в агонии, освободил какую-то бесформенную чёрную массу, вылезшую колышущейся тушкой размером с крысу, и растёкшуюся по полу. Из серых глаз потекли крупные слёзы, а горло стало сдавливать тисками, вырывая судорожные всхлипы. Он, негласный принц факультета, под взором всего Слизерина мучился, сгорая от боли в разодранной грудной клетке. Том же ликовал, глядя на извивающееся под ногами тело, и безумно жаждал впиться ногтями в красную плоть, ухватиться за кости и потянуть в разные стороны, делая живую розу из рёбер лучшего врага. Он упивался каждым криком и мольбой о помощи, но свергнутый главарь больше не был никому нужен, он только что потерял весь авторитет, тот вышел вместе с чёрной склизкой тварью, порождённой тисовой палочкой. Король мёртв, да здравствует король. Но сесть в Азкабан за убийство Реддл не желал, да и наслаждался он только первые минуты полторы, а потом, глядя в распахнутые серые глаза, умоляющие его о помиловании и лечении, почему-то становилось неуютно. Сколько бы ссор и драк не было между ними... Абраксаса не хотелось уничтожать окончательно. Унизить- да. Стереть с лица земли- нет. С кем тогда Тому соревноваться, если убрать лучшего? Он решил играть до конца, да и не было пути назад, а летние тренировки станут отличным источником способов продвижения вверх по иерархии. -Я- реинкарнация Салазара Слизерина, и хоть рождён в новом теле, но память моя проснулась. Если кто-то ещё хочет усомниться и проверить- вперёд, не бойтесь бросить мне вызов,- ухмыльнулся он, возвышаясь над плачущим Малфоем. Дети переглянулись, боясь даже дышать, не то что сказать что-либо, но тут вскочила Вальбурга и рухнула на колени. -Я так мечтала познакомиться с вами, мой Лорд!- выкрикнула она противным голосом с истеричными нотками. О помешанности и фанатизме Блэков ходили легенды, и теперь Том расплылся в довольной улыбке, понимая, что уже два древних рода у него на крючке за счет молодого поколения. Вслед за девушкой на колени стали опускаться и другие, шепча, крича и чуть ли не плача от счастья. К нему тянулись руки, а глаза унижающихся одногруппников горели ярким пламенем счастья. Но среди какофонии раздавались тихие всхлипы с каждой секундой всё больше затихающего Малфоя. В книгах в лавке Горбина никаких лечебных заклинаний не было. Точнее были, но их Том оставил на потом, уделяя время атакующим чарам, поэтому сейчас он понятия не имел, как исправить ситуацию, но шестерёнки в мозгу активно крутились. "Давай, держись, Абраксас, я сейчас придумаю что-нибудь, только держись, будь сильным рыцарем, не дай мне попасть в Азкабан..."- думал он. Точно! -Знаете, я жил слишком давно, и мне нужен кто-то, кто просвятит насчёт событий последних... веков,- растянул он губы в обворожительной улыбке, заметив, как жажда появляется в глазах каждого из присутствующих,- мне нужен мой... рыцарь. Но я не могу взять кого попало, сначала придется доказать, что вы достойны... И вот первое задание для желающих,- чуть растянул он интригу,- излечите его. Посмотрю, насколько вы умелы в колдомедицине. Вальбурга тут же подорвалась, начав размахивать палочкой над юношей, но её заклинания выходили слишком слабыми, видимо представительница тёмного рода тоже не уделяла время на восстанавливающие чары, когда есть разрушающие. Но тут её руку мягко отстранил Орион Блэк, её же кузен, и с холодной решимостью зачитал заклинание, сращивая все разрывы. Было заметно, что его вектор магии идеально подходит для лечения, что это его стихия. "Такой человек в последователях действительно пригодиться",- подумал Том, а вслух произнёс: -Что ж, Орион, поздравляю, ты заслужил преимущество перед другими... Я дам вам ещё несколько заданий на протяжении сентября, а в конце объявлю итоги, и лишь самые достойные получат приз- мою метку. "Что я вообще несу?"- мысленно рвал он на голове волосы, но в открытую улыбался, подпитывая харизмой желание всех сокурсников вступить в бой за него. "Но какая к Мордреду метка? Что я вообще делаю..." А в это время Вальбурга смотрела с яростью на своего будущего жениха и завидовала до такой степени, что захотела уничтожить. Нет, Орион, не будет у тебя спокойной жизни, пока я не отомщу за то, что посмел отвести внимание Лорда от меня, забрать его себе! *** -Милорд, а расскажите о тайной комнате,- попросил Абраксас. Парень всю неделю не отходил ни на шаг, даже сопровождая Тома до уборной, а чтобы отвоевать право принимать душ в одиночестве, пришлось использовать на этом идиоте ещё одно заклинание, которое, в прочем, не оставляло ран и не несло угроз для жизни. Реддла же бесил новый Малфой ничуть не меньше, чем старый, только теперь по другому поводу: он задавал слишком много неудобных вопросов. Да, в качестве поощрения Ориона, он обучил его прилюдно интересному заклинанию, тем самым ещё раз доказывая всем, что у него "проснулась память", и на этом хотел успокоиться и заниматься своими делами. Но уже в первый день настырный блондин притащил из Запретного леса змею, и Тому пришлось развлекать одногруппников, показывая фокусы дрессировки. Повезло, что змея была голодная и за обещание кроличьих тушек исполнила все трюки. А теперь это блондинистое чудовище задало вопрос, который Реддл ждал с затаённым страхом, прекрасно осознавая, что рано или поздно его поднимут. -Неужели ты думаешь, что я поведу тебя на экскурсию в личные покои? Абраксас резко отвернулся, но Том заметил, как на нежной коже расцвели розы смущения. Решив перевести разговор из опасного русла, он зацепился за эту соломинку, ведь и сам пока не нашел это проклятое место, сколько бы ни тратил на это времени: -Почему ты краснеешь, Аби?- назвал он Малфоя так, как слышал, что к нему обращается мама. От этого вопроса или сокращения имени даже уши и шея блондина раскрасились в закатный оттенок. -Не краснею...- как-то наивно прошептал тот, одновременно молясь, чтобы от него отстали, и чтобы довели допрос до конца, заставляя признаться. И Реддл, словно почувствовав, стал дожимать: -Даа? А я вот вижу алые разводы на твоих скулах,- он медленно провёл пальцами по тонкой коже, заставляя зародиться табун приятных мурашек. -Нуу, вы, то есть это тело,- сбивчиво начал объяснять сдавшийся искушению и куда-то растерявший гордость аристократ,- мне всегда очень нравилось внешне, но я не мог быть с грязнокровкой, а теперь вы оказались самим основателем Хогвартса, великим магом, а также мне действительно интересно было общаться с вами всё это время, вы очень умный, интригующий, в душе у вас словно перемешались холод и страсть, вы цепляете... Я,- сглотнул он,- хотел бы выйти за вас замуж, милорд. Если я устраиваю вас как партнёр, то предлагаю написать моему отцу, чтобы он разорвал помолвку с Блэками, или перенёс её уже на наших детей, своих внуков, которые обязательно будут, и мы бы смогли обручиться с вами. Я бы даже не стал ждать до полного совершеннолетия. Давайте заключим брак как можно скорее. Мысли завертелись в голове с бешеной скоростью, просчитывая все детали: "Это же джекпот- брачный союз с Малфоем откроет абсолютно все двери, в их руках вся политика, связи с посольствами, а денег так много, что и не сосчитать десятком гоблинов. Но если соглашусь слишком быстро, то словно занижу собственную ценность. Как бы сделать так, чтобы обручиться как можно скорее, пока тайну не раскрыли, но в то же время сделать так, чтобы он чувствовал, что добиться меня было сложно?.." И тогда появилась идея, решающая сразу несколько насущных проблем: -Ты же не думаешь, что твой Род- ровня Слизерину?- рассмеялся Том, как можно лукавее и игривее взглянув на удивленно распахнувшего глазки блондина. -Однако достойных меня Родов в живых уже не осталось, что крайне печалит ... Придется возрождать всё величие самостоятельно... И, так и быть, если справишься с моим испытанием, я приму твоё предложение. -Каким же?- как бы ни был возмущён собеседник, удержаться от вопроса не смог, и только годы домашних "дрессировок по этикету" помогли не ёрзать на ягодицах в ожидании ответа. -Ммм...Аби-Аби, какой нетерпеливый... Если найдёшь мою тайную комнату, сможешь оказаться в покоях, разденешься и отдашься мне, тогда и поговорим насчёт свадьбы. Не удостоив даже взглядом ошарашенного сокурсника, он поднялся и отправился спать. Это был очень тяжёлый вечер. *** Абраксас исходил уже всю школу, но не смог найти абсолютно ничего, даже малейшей подсказки, а Салазар так презрительно фыркал на наводящие вопросы, что пришлось отложить идею- узнать что-то у мужчины мечты. Малфой был безумно рад, что смог заинтересовать своего кумира, человека, по которому безбожно фанател с самого раннего детства, когда только начал осознавать этот мир и роль великих волшебников в нём. А то, что Слизерин возродился в теле, которое он видел по ночам в эротических снах, только добавляло ему счастья. Он уже исходил всё что можно и двигался по второму этажу. На встречу шла его влажная мечта, а в голове вдруг что-то щёлкнуло и он подумал, что в целевых указаниях главным было не "отыскать комнату", а "раздеться и отдаться". И плевать, что ему всего лишь четырнадцать лет, ведь телу Слизерина не больше, а душа... После всех перерождений неизвестно, сколько лет их душам вообще. Он резко схватил за воротник своего Лорда и толкнул в ближайшую дверь, которая оказалась туалетом для девочек. В глубине души он понимал, что не готов, но знал, что сделает всё возможное, чтобы не упустить свой шанс, и стал резкими движениями срывать с себя мантию, рассыпая оторванные в порыве пуговицы по каменному полу. -Что ты делаешь?- словно в легком испуге спросил парень напротив. -Открываюсь. -Открываюсь,- передразнил тот на парселтанге и уже хотел было прекратить этот цирк и сказать, что тогда пошутил насчет "отдаться", ведь они еще слишком маленькие, как раковина открылась. -Эээ... Нашёл...- прошептал Аби, заглядывая через плечо в узкий проход в канализацию. -Ага... Я принимаю твоё предложение, а теперь уходи. -Почему? Я очень хочу посмотреть на твои комнаты. Говорят, там очень красиво. -А ещё говорят, что там живёт чудовище, ты же не хочешь с ним встретиться. -Но я же буду с тобой,- недоумённо хлопнули пушистые белые реснички, а Том на секунду даже растерялся от этой наивной веры в его силы и защиту. По душе даже растеклось тепло карамельной шоколадкой. -Аби,- сказал он слишком мягко даже для самого себя, смотря на полураздевшегося, взъерошенного и такого по-детски наивно открытого врага, который перестал им быть, смотря на своего будущего мужа, которого действительно не хотелось отдавать на корм Василиску (да-да, Том всё же провёл исследование и с 99 процентной вероятностью считал, что там живёт царь змей, поэтому для Реддла, говорящего на парселтанге, он проблемой не будет),- с чудищем, если оно всё ещё живо,надо сначала договориться. Я не думал, что ты так быстро окажешься здесь, поэтому ещё не спускался сам на переговоры. -А тебе же будет безопасно?- сложились бровки домиком,- вдруг он не узнает тебя в новом теле? Том даже усмехнулся: -Всё, выключай режим заботливой жёнушки и иди в гостиную листать свои модные журналы. Но Абраксас закусил губу, а потом решительно покачал головой: -Нет, Салазар. Может ты и великий волшебник, но я тоже много тренируюсь и явлсь вообще-то лучшим дуэлянтом в школе, так что имею право не отпускать будущего супруга одного куда-то не в безопасное место. Если ты еще не проверял после возвращения, всё ли там в порядке, то тебе может понадобиться помощь. Вдруг какие-то чары дали сбой и тебя засыпет, кто-то же должен будет вытащить, или ещё что-нибудь случится... Я может и выгляжу, как влюблённая дурочка-блондиночка, но не забывай, что я в первую очередь наследник древнего тёмного рода, и я порву на кусочки любую тварь, которая позарится на моего человека! Том смотрел на пышущую эмоциями бестию и внезапно захотел лишь одного... Он обхватил пальцами бледную кисть и дёрнул на себя, вжимая сильное, хоть и стройное тело в своё собственное. В нос ударил аромат миндальных духов, а губы столкнулись со сладкой мягкостью в поцелуе, выливая все страхи, сомнения, неуверенность, конвертируя их в страсть и что-то похожее на чувство защищённости. Язык Тома смело коснулся нижней губы Аби, надавливая, заставляя подчиниться и приоткрыть рот. И, когда тот сдался напору, впился жадно в эту сладость, утоп в духах и вкусовых ощущениях. Он никогда бы не подумал, что целовать кого-то окажется так прекрасно. "Неужели я всё-таки умею чувствовать? Может Дамблдор был неправ, и амортенция не влияет на любовь? А почему я вообще думаю об этом? К мордреду всё!"- и он по полной отдался этим сильным рукам и жарким губам, утопая в самый сильных светлых чувствах, которые когда-то посещали его душу. -Слушай, а может вообще не пойдём туда?- вдруг предложил Малфой, когда они закончили целоваться и стояли напротив раковин, по-дурацки улыбаясь.- А что? Я условие выполнил, комнату нашёл, а если там опасно... Вот скажи, ты оставлял там что-нибудь действительно ценное и нужное тебе сейчас? Конечно, Тому хотелось посмотреть и на чудище, и на книги, которые по-любому есть там, но он желал сделать это в одиночестве, не подвергая опасности своего будущего мужа, и он обязательно спустится в страшное подземелье, сбежав посреди ночи, чтобы взволнованные серые глазки не заметили исчезновение, и поэтому с легкой улыбкой на губах выдохнул: -Нет, всё самое ценное и нужное у меня сейчас прямо в руках.