Горе-любовничек

      — Почему нельзя просто зайти через дверь? — уже который раз повторил Джером, громко дыша от "скалолазания".       Безлунная ночь в Октавии проходила не так спокойно, как все остальные. Небо заволокло осенними тучами, сквозь которые не было видно ни одной звездочки. В воздухе витала сырость. Холодный ветер время от времени задувал под свитер, заставляя неприятные мурашки бежать марафон по всему телу парня. Руки пульсировали от царапин, оставленных камнями дома Хитклифов.       — Так, горе-любовничек, — произнёс Скэриэл, смотря на парня прожигающим взглядом, — во-первых, Готи не должен узнать, что я не один. Во-вторых, ты сам попросил тебе помочь. В-третьих, хватит ныть и внимательней следи за своими конечностями: недавно дождь был, тут и поскользнуться несложно.       — В-четвертых, перестань его называть Готи, — упрекнул Батлер, — который раз уже тебе это говорю, а ты...       — Не ревнуй, — ухмыльнулся Лоу, — сдался мне твой Хитклиф. И без него забот хватает.       — А тот факт, что именно ты нас познакомил и...       — Слушай, Джером, — громко вздохнув, начал Скэриэл, — скажу в первый и последний раз: я дорожу Готье и ни капельки не обесцениваю его. Он мой друг: я знаю, что могу доверить ему свои секреты, знаю, что он поможет мне в сложных ситуациях. Но всё, что касается любви и отношений... Этого просто нет. Так что вперед и с песней, на твое место я не мечу и никогда не собирался. Иначе зачем я здесь практически в полночь, так и ещё когда на улице холод несусветный?       Джером ничего не ответил. Парень лишь смотрел в тёмные глаза друга, которые из-за недостатка света казались угольно-черными, и пытался понять, не врет ли Скэриэл. Лоу мастер заговаривать зубы, это известно всем, кто хоть раз пересекался с ним. Но полукровка мог спокойно сказать правду — Джером предположил, что сейчас тот самый момент, когда Скэриэлу можно верить. Глубоко вздохнув, он переставил правую ногу на нужный выступ и продолжил подниматься вслед за другом.       Спустя десять минут страданий они добрались до окна Готье. За плотной чёрной шторой нельзя было различить хоть какое-нибудь движение, но одно оставалось понятным точно — свет в комнате не горел. Скэриэл приложил указательный палец к губам, тем самым прося Батлера быть тихим. Джером понимающе кивнул и начал пристально наблюдать за бесшумными движениями друга: Лоу аккуратно открыл окно, используя какую-то свою волшебную технику, и осторожно влез в помещение. Джером последовал за ним. Оказавшись в комнате Хитклифа за тёмными шторами, Батлер тихонько закрыл окно, чтобы уличный шум не разбудил Готье. Повернувшись в сторону, где несколько секунд назад стоял Скэриэл, парень не обнаружил друга: тот уже вышел за пределы шторы и направился в сторону кровати, на которой мирно посапывал блондин. Аккуратно поправив съехавшее с оголенного плеча одеяло, Лоу повернулся к окну. Заметив взгляд карих глаз, в которых так и плескалась ревность, Скэриэл лишь махнул рукой, дескать "ничего между нами не было, это ты просто не действуешь".       Джером громко выдохнул, стараясь усмирить вспыхнувшую ревность. Сколько раз Скэриэл говорил ему, что никаких чувств между ним и Хитклифом нет. Сколько раз Джером сам убеждался, что они не более, чем друзья. Но вновь и вновь неприятное чувство просыпалось и всеми фибрами души кричало "моё". Головой Батлер понимал, что это несусветная глупость; но, увы и ах, сердце неподвластно логике.       Окончательно усмирив ревность, Джером подошёл к кровати и взглянул на Готье. Светлые волосы небрежно рассыпались по лицу Хитклифа, прикрывая лоб и левый глаз; длинные ресницы чуть подрагивали; лицо выглядело спокойно и умиротворенно. "Значит сегодня без кошмаров", — мысленно подметил Джером, вспоминая рассказы Готье о том, что ночью его часто беспокоят различные духи, монстры, а иногда и печальные события из прошлого. Хитклиф не любил об этом говорить, но Джерому всё-таки рассказывал некоторые моменты, занимающие мысли дни напролет. Батлер не знал, говорил ли Готье это Скэриэлу, но предпочёл отогнать эту мысль. Не до Лоу сейчас.       Сзади послышалось колошение. Обернувшись, Джером увидел, как Скэриэл ловко перебрался на улицу и, бесшумно закрыв окно, скрылся из виду. Не теряя ни секунды, Батлер кинулся к стеклу и, прищурившись, различил небольшую фигуру в ночном полумраке. Лоу уже был на земле, но отчего-то не двигался с места. Телефон в заднем кармане оповестил о сообщении. Разблокировав его, Джером прочитал небольшой текст от полукровки: Скэр 23:49 Пора бы тебе, горе-любовничек, признаться в своих чувствах. Сегодня самый подходящий момент ;) Не буду вам мешать, голубки ♡ "Черт!" — шепотом выругался Джером и уже было взялся за ручку от окна, чтобы открыть его, как вдруг остановился. "А что я, собственно, теряю?" Обернувшись, он вновь увидел темную комнату. В полумраке мало что можно было различить, но небольшую чёрную коробочку, завязанную красным бантиком и оставленную на столе, Батлер обнаружил мгновенно. Скэриэл продумал абсолютно всё: и как привести Джерома в дом чистокровок, и как оставить подарок, и как бросить друга... Когда он только успел..?       Глубоко вздохнув, Джером включил экран телефона: 23:56. Скоро полночь. 4 ноября. А он так и не придумал, что пожелает Готье. Он надеялся на Скэриэла, у которого прекрасно развита импровизация да еще и богатый словарный запас. Но, увы и ах, Лоу умотал, даже не предупредив об этом заранее. Предатель.       23:57. Осталось 3 минуты. Джером закрыл глаза и постарался сосредоточиться на всевозможных пожеланиях: здоровье, счастье, лёгкая учеба, верные друзья, любовь. Последний пункт так хотелось игнорировать, но он всё лез и лез в голову... Резко распахнув глаза, Батлер вновь увидел комнату. Ничего не поменялось: стол, шкафы и книжные стелажи стояли на своих местах, перед парнем — большая кровать с мягким матрасом, который немного прогибался под тяжестью тела Готье. И Хитклиф. Мирно спящий чистокровный, который даже не подозревал, что с ним в комнате "кто-то" есть. Что этот "кто-то" вновь завис на прекрасном лице, длинных ресницах и светлых волосах, до которых так и хотелось докоснуться. Зарыться в мягкие пряди и перебирать их, пока сам не уснёшь.       Телефон вновь тихо провибрировал в руке. Разблокировав его, Батлер сощурился от яркого света; уменьшив яркость до минимума, он все-таки открыл папку входящих сообщений. Скэр 23:59 Тик-так! Часики тикают) Осталась минутка, Джером! Я слишком уверен, что ты еще ничего не предпринял (´･ᴗ･`)       Мысленно послав полукровку на все четыре стороны, Батлер отключил вибрацию и бесшумно положил телефон на стол, чтобы никакой железный кирпич не мешался в кармане, и ещё ближе подошёл к кровати. Немного нагнулся и нерешительно кончиками пальцев провёл по линии скулы, указательным пальцем поддел подбородок, ещё чуть склонился и, прикрыв глаза, совершенно невесомо коснулся чужих светло-розовых губ своими. Отстранившись на небольшое расстояние, парень открыл глаза и вновь засмотрелся: лицо спящего Готье было настолько ровное, идеальное и, можно сказать, хрупкое, как фарфор, что Джером просто-напросто боялся вновь к нему прикоснуться и разбить всё на мелкие осколки. А так тянуло... Так хотелось ещё раз прикоснуться губами к губам. Так хотелось получить ответ на собственные чувства. Однако головой парень понимал, что это невозможно. Готье — несбыточная мечта.       В коридоре послышались шаги. С каждой секундой они становились всё более отчетливыми — неизвестный шёл именно сюда. В панике Джером как можно тише и быстрее добрался до окна, провернул ручку, проворно вылез и, закрыв за собой, стал ловко спускаться по стене. Добравшись до земли, Батлер рысцой побежал к калитке. Как низший и думал, там стоял Скэриэл. Заприметив Джерома, Лоу убрал мобильник в карман и, покачав головой, тихо произнёс:       — Вот вообще нельзя вас одних оставлять, всё не слава Богу.       Батлер пропустил его высказывание мимо ушей. Увидев телефон в руках Лоу, парень интуитивно полез в карман брюк за своим, но, как и ожидалось, не обнаружил его на нужном месте.       Блять.

***

      — Готье приглашает нас на вечеринку, — неожиданно произнёс Скэриэл во время обеда. Джером, не успев до рта донести ложку супа, приготовленного Эдвардом, так и замер с ней и посмотрел на полукровку. Тот, чуть сощурив глаза и натянув хитрую улыбку, внимательно следил за реакцией Батлера, прекрасно понимая, что парня заденет эта фраза.       — Ты не врешь? — уточнил Джером и опустил ложку обратно в тарелку, так и не съев её содержимое. Скэриэл обреченно выдохнул и протянул свой телефон с открытой перепиской. Скэр 00:00 С Днём рождения, Готи! Пусть в жизни у тебя будет побольше таких верных друзей, как я и Джером ;)

Готье 01:13

Спасибо, Скэр! Уже получил ваш подарок — это необычайно красиво! Я очень рад, что вы у меня есть ♡

Скэр 06:23 Рад, что тебе понравилось) Есть какие-то планы на сегодня?

Готье 08:46

Предлагаю вместе поужинать у меня в комнате. Чарли прикроет ;) Жду вас к 6 вечера!

Скэр 08:50 Отлично, мы придем)       — То есть вначале ты соглашаешься, а только потом решаешь сообщить, да? — упрекнул Джером. — Моё разрешение не требуется?       — А разве ты против ужина с Готье? — поиграв бровями, спросил Скэриэл. Джером ничего не ответил. Эта падла читала его, как открытую книгу — всё отрицать нет смысла.       Вновь взяв ложку, Батлер продолжил есть суп. В голове гуляло перекати-поле: ни одной мысли о том, что ему делать на ужине и как разговаривать с Хитклифом. Особенно после того, как спалился оставленным телефоном на столе чистокровного. Кстати, Готье ничего не написал Скэриэлу об этом. Что он задумал..?

***

      Второй раз взбираться по стене дома было гораздо проще. Руки уже знали за что хвататься, ноги более устойчиво вставали на каменные выступы. В отличие от первого раза, Джером потратил в два раза меньше времени. Скэриэл, заметив успехи низшего, коротко улыбнулся и, дождавшись друга, постучал в окно. Через несколько секунд плотную штору отодвинули чужие руки: Готье стоял рядом с окном уже несколько минут и ждал, когда ребята поднимутся. Открыв окно, чистокровный подал руку Скэриэлу, помогая аккуратно приземлиться, а затем и Джерому. Батлер, ощутив теплое прикосновение, на долю секунды замер. Готье редко прикасался к нему, но каждый раз этот, казалось бы, простой жест вызывал бурю эмоций, с которыми не так просто совладать. Громко взглотнув (скорее всего Хитклиф это услышал), Джером отогнал в голове навязчивые мысли, коротко улыбнулся Готье и перелез через окно. Хитклиф не обратил никакого внимания на задержку Батлера — или просто сделал вид...       В комнате ничего не изменилось: та же мебель, те же стены. Теперь это было освещено желтоватым светом, исходящим от люстры. Стол, который раньше стоял в углу комнаты, располагался посередине и был накрыт белоснежной скатертью; к нему приставили три стула; на ровной поверхности стояли три тарелки с картофельным пюре и мясом по-французски; три стакана, наполненных яблочным соком, находились рядом; столовые приборы, вымытые до блеска, также лежали на скатерти. Аппетитный аромат так и манил к себе; у Джерома невольно заурчало в животе. Скэриэл, находящийся на другом конце комнаты и рассматривающий подарки, не услышал звук: до Готье же он долетел. Хитклиф лишь коротко улыбнулся и рукой пригласил к столу. В ответ низший просто кивнул.       — Какой стол, давай вначале подарки показывай! — возмутился Лоу, услышав звук отодвигающихся стульев.       — Вроде не у тебя праздник, — упрекнул Готье, — вначале ужин, потом подарки.       Джером усмехнулся. Да уж, умеет Хитклиф поставить Скэра на место (что делает его еще привлекательнее). Властный тон, холодный взгляд серо-голубых глаз, непоколебимость и решительность на лице — всё это вызывало в душе страх и восхищение одновременно.       Лоу не стал перечить: ни капельки не расстроившись, — полукровку такие мелочи редко заботили — он отодвинул стул и сел напротив Джерома. Виновник торжества оказался в середине, окружённый друзьями.       Разговор начал Скэриэл: активно пережевывая мягкое мясо, Лоу рассказывал о новых прочитанных книгах, что-то говорил про свои впечатление, немного пересказывал сюжет... Джером слушал вполуха: пока Скэриэл своими историями обращал на себя внимание Готье, Батлер откровенно пялился на чистокровного, мысленно отмечая необычайную красоту: ровные черты лица, белоснежная кожа, тонкие и длинные пальцы на руках, стройная фигура. Всё в Готье буквально кричало о красоте. Вот кого можно назвать громким словом "идеал".       Разговор плавно перетёк на тему подарков. Готье рассказал, что подарок отца ещё не приехал, но, по словам Уильяма, это что-то будет слишком огромным и неожиданным. Гедеон подарил книгу по темной материи довольно старого года выпуска: Хитклиф либо не стал сильно заморачиваться, либо сам Готье что-то недоговаривал ребятам. Джером предпочел бы первый вариант, но головой понимал, что второй тоже возможен. Тем более, если учесть тот факт, как чистокровный посмотрел на него во время рассказа об этой книге... "Может там есть что-то про извлекателей?" — подумал Джером, но озвучивать свои мысли не стал. Он обещал, что никому не расскажет секрет Хитклифа — особенно если это Готье.       — Джером, ты вообще здесь? — обеспокоенным голосом спросил чистокровный.       Батлер несколько раз моргнул. Взглянув на друзей, он заметил взволнованного чем-то Готье и усмехающегося Скэриэла. Лоу, поймав взгляд низшего на себе, подмигнул левым глазом. Не желая смотреть на издевающегося полукровку, Джером обратил внимание на Хитклифа: тот сидел с прямой, но напряженной спиной, сложив руки на стол. Кончики пальцев правой руки едва-едва касались грубой кожи запястья Батлера. Отдернув руку как от огня, Джером спрятал её под стол. Через секунду пришло осознание того, что он только что сделал: выдавив неловкую улыбку, низший опустил взгляд в пол, не желая смотреть в серо-голубые глаза. Впереди послышался звук отодвигающегося стула.       — Я схожу пока в уборную, — спокойным голосом проговорил Скэриэл и скрылся за дверью. Настала тишина.       Джером чувствовал на себе чужой взгляд, но совершенно не собирался поднимать голову и смотреть на Готье. Хотелось сжаться, уменьшиться, стать совсем маленьким, как муха, и улететь отсюда куда подальше. Как жаль, что у него не было такой возможности...       Готье не собирался играть в молчанку: прошла лишь минута тишины, а чистокровный уже встал из-за стола и пошел к книжным стеллажам. Вытащив один из старинных словарей, Хитклиф открыл его, но никаких страниц там не оказалось. Тайник.       — И много у тебя таких книг? — вырвалось у Джерома.       — Не больше, чем у тебя секретов, — ухмыльнулся Готье, подойдя с тайником к столу, — давай рассказывай.       — Что? — не понял Батлер.       — Что ты делал ночью у меня в комнате? — вытащив из "книги" мобильник и положив его на стол, Хитклиф сложил руки на груди и сверлил низшего взглядом. — Ну я понимаю, что подарок оставлял. Кстати, спасибо, мне очень понравился — у Скэра определенно есть вкус. Но неужели телефон — это твоя часть подарка? Слабо верится.       — Там пароль, — промямлил Джером.       — Я и не пытался что-то там нарыть, — произнёс Готье, — как только увидел обои на экране блокировки, вспомнил, что такие стоят на твоем мобильнике. Спрятал от чужих глаз — никто про этот тайник не знает.       Джером хлопал глазами, не в силах что-либо сказать. Он был... удивлен? Нет, слишком мягко сказанно. Ошарашен тем, как Готье уважал его личные границы. Парень никому не рассказал о телефоне (даже Скэриэлу в переписке), спрятал от прислуги и даже не пытался что-то нарыть на низшего. Хотя таким способом можно спокойно начать шантажировать... Такое любят в Запретных землях: там за мобильником глаз да глаз нужен.       — Я всё ещё жду ответа, — напомнил о себе Хитклиф, наклонившись к самому лицу Джерома. Чужое дыхание и легкий аромат парфюма долетели до Батлера, вызывая толпу мурашек по телу. Готье был слишком близко.       Джером шумно выдохнул, пытаясь отогнать ненужные мысли. Они уже завладели им сегодня ночью — вновь им победить не удастся. Опустив взгляд, низший принялся изучать совершенно чистый пол. "Интересно, что он думает о моей реакции на это всё?" — промелькнуло в голове парня.       — Ох, Джером, — вздохнул Готье и, коснувшись двумя пальцами подбородка низшего, заставил поднять взгляд на себя. Батлер послушался: увидев серо-голубые глаза, низший вновь утонул в их глубине, как Титаник в Атлантике при столкновении с айсбергом. Не успев что-либо сказать, парень ощутил теплое дыхание на своих губах.       — Не будь глупым, — прошептал Хитклиф, — не в такого я влюбился.       Не успев осознать услышанное, Джером почувствовал прикосновение чужих губ к своим. Будто спрашивая разрешение, Готье целовался слишком мягко и нежно. Парень ни в коем случае не хотел напугать Батлера: наоборот, этим жестом он желал уничтожить все недопонимания и сомнения, все промахи и ошибки. Хитклиф ничего не требовал взамен: чистокровный лишь показал себя, открыл замок души и подал Джерому на блюдечке все чувства, которые только были возможны. Чуть отстранившись, Готье взглянул на низшего: влажные красные губы, бледная кожа лица и абсолютное непонимание в карих глазах. Коротко усмехнувшись, Хитклиф кончиками пальцев очертил линию скулы и шепотом произнёс:       — Я же не ошибся в тебе?       У Батлера сдали тормоза. Схватив ворот белой рубашки, он резко потянул Готье на себя, впиваясь в чужие губы своими. Жар затуманивал разум, дышать с каждой секундой становилось всё труднее. Однако никто не собирался останавливаться. Не отрываясь от поцелуя, Джером встал со стула, заставляя Готье выпрямиться. Страстно сминая чужие губы, парень длинными пальцами зарылся в светлые волосы, перебирая их и чуть оттягивая. Хитклиф тоже не отставал: его руки блуждали по телу низшего, оставляя жаркие прикосновения и добавляя градус. Джером был готов расплавиться от нахлынувших чувств. Тихо простонав в поцелуй, низший ощутил сильную хватку на своих бедрах. Готье ещё больше завелся.       Переместив руки на плечи, парень оторвался от губ и перешел к шее. Покрывал бледную кожу жаркими поцелуями, чуть прикусывал и зализывал горячим языком. Джером не мог сдерживаться: от каждого прикосновения по телу пробегали мурашки, а в глазах мерцали звёзды. Это было безумие.       Слева послышался звук. Кто-то сильно дергал ручку входной двери, желая войти в комнату. Это был не Скэр: полукровка до сих пор сидел в уборной. Наверняка Готье думал, что у Лоу какие-то проблемы, но Джером знал наверняка — друг специально ушёл, оставив их двоих.       Ручку дернули вновь. Отстранившись, Хитклиф жестом приказал Батлеру молчать и, подойдя к двери, провернул замок и открыл на небольшую щелочку. За порогом стояла Сильвия.       — Господин Готье, ваш отец просил передать, что ждет вас внизу на семейный ужин.       — Мы же утром договаривались, что его не будет, — ровным голосом ответил Хитклиф.       — Мне тоже это показалось странным, но ничего не могу поделать, — пожала плечами Сильвия. — Через сколько будете готовы?       — 5 минут и спущусь, — кивнул Готье и захлопнул дверь. Обернувшись, он увидел посередине комнаты Джерома, скрестившего руки за спиной и тупо смотревшего в стену. Хитклиф обреченно выдохнул и, подойдя к низшему, аккуратно коснулся его щеки. Батлер даже не дернулся: парень никак не реагировал на чистокровного.       — Джером, — тихо промолвил Готье. Парень дернулся; по телу прошлась толпа мурашек; взгляд сам по себе переместился на Хитклифа. Он не мог отреагировать по-другому: то, с какой нежностью, надеждой и отчаянием Готье произнёс его имя, не могло не зацепить сердце. Влюбленное сердце...       — У меня лишь один вопрос, — продолжил чистокровный, — ты будешь моим парнем?       Джером не верил своим ушам. Готье Хитклиф хочет с ним встречаться? Это точно не сон? Или может шутка? Сейчас выйдет Скэриэл и скажет о розыгрыше?       Батлер вопросительно уставился на Готье. Тот в ожидании ответа по-птичьи склонил голову и улыбнулся уголками губ. Он знал о чувствах Джерома, но всё же сомневался, что низший согласится на такое. Однако на лице не было тревоги: лишь спокойствие и умиротворение. Это состояние передалось и Джерому: парень чуть улыбнулся и, взяв ладонь Готье в свою, переплёл пальцы.       — Давно мечтал об этом, — прошептал Батлер и сорвал короткий поцелуй с чужих губ. Отстранившись, Хитклиф широко улыбнулся, не в силах сдерживать счастье. Кивнув теперь уже своему парню, Готье пошёл к зеркалу, чуть подправил прическу и рубашку и, послав воздушный поцелуй, вышел из комнаты.       Как только дверь захлопнулась, из уборной вышел Скэриэл.       — Ну вот и получилось, — подмигнул он, — интересно, если бы Готье не начал действовать, ты бы рискнул признаться? Ставлю на то, что нет.       Джером пихнул его в плечо. Лоу тихо рассмеялся, а потом вытащил из кармана телефон и нажал нужные кнопки. Через секунду мобильник Батлера проинформировал владельца о новом сообщении. Взяв телефон и разблокировав экран, Джером увидел фотографию, сделанную Скэриэлом во время его похода в уборную. Светлая дверь была открыта на маленькую щелочку: видна небольшая часть комнаты, но ребята попали на камеру. Целующиеся Готье и Джером. Батлер перевёл взгляд на друга: тот лишь довольно усмехнулся и произнёс:       — Не благодари!