Кризис отчаяния

В последний раз с Кроссом получилось поговорить, кажется, уже целую вечность назад. Но теперь они сидели на этой вырвиглазной траве, пялясь в фальшивое небо. Конечно, это был уже не его друг, а будто совсем другой монстр. Безусловно, он ему объяснял, кто такой Эпик и почему они с ним друзья, но это уже было что-то совсем не то. Хотя Эпик искренне пытался убедить себя в обратном, просто надеясь, что эта фальшивка не станет слишком глобальной, и у него останется хоть один человек, которому можно довериться. – Знаешь, после всего произошедшего творится такой хаос... Я рад, что смог встретиться с тобой ещё раз, но теперь я думаю, есть ли смысл вообще в чём-либо после окончания всего этого хаоса? – Скелет неловко поправляет капюшон плаща, стараясь не отрывать глаза от травы, лишь бы не пересекаться взглядами с Кроссом. – Я думаю, у меня... У нас получится это исправить. Все наладится в конце концов, хотя эта ситуация и правда вызвала много проблем для жителей альтернативных вселенных, да и оригиналу... – Бодро говорит его собеседник, еле слышно вздыхая в конце. – Да, но... В плане, это конечно, плохо для нас всех. Но знаешь, мне так отвратительно осознавать, что вся наша жизнь – это какой-то определённый сценарий, из которого нам не дано выбраться, как бы мы ни пытались. Просто из-за того, что мы – копии... – Переживаешь из-за Гастера? – Если бы проблема была только в нём. Хотя видеть его тоже отвратительно, что меня порой начинает тошнить. Все его действия... А самое забавное, что другие спокойно с ним разговаривают, будто не помня, что произошло. А ведь если мы вернёмся, то он снова убьёт меня, моих близких. Да, даже если Фриск удастся остановить это, то я никогда не увижу их, никогда не увижу, как улыбается мой брат, если мы наконец сможем выйти на поверхность. Все произошедшее, кажется, в принципе моя вина, именно я не смог ничего с этим сделать, ещё сначала дурашливо робея перед своим страхом. – Но почему бы не поговорить об этом с остальными? Вы же семья... – Нет... Я не могу даже в глаза им смотреть, мне страшно рядом с ними находиться. Кажется, стереть вселенную в этом случае и правда милосердие... Почему мы здесь? Почему это снова продолжается? Неужто прошлых страданий было недостаточно? И неужели я этого заслуживаю?... В этот раз у Кросса не находится слов для ответа, и он переводит взгляд с неба на сидящего рядом с ним монстра, выражая взглядом сочувствие, а может, больше жалость. – Знаешь, я иногда жалею, что познакомился с тобой тогда. Жить в неведении было бы самой сладкой наградой. Ещё забавно, что каждый, блядский цикл в моей вселенной всегда заканчивается каким-то пиздецом. Мне так страшно, что они в конце концов не справятся с ним... Ещё одна неловкая пауза, и Эпик, кажется, не выдерживает. – Омегатаймлайн... Это место отвратительное и ужасно давит. Что ж... Буду надеяться, что кто-нибудь из этих всемогущих идиотов убьёт меня в конце концов, и я перестану смотреть на то, как разрушается всё, что у меня есть. – Ранее я тоже думал, что моя ситуация совсем кризисная, и я никогда не найду пути решения. Но Дрим показал мне, что это не так. Может, у этого есть альтернативные пути решения? – Кросс, я мёртв, какие пути решения. Меня не должно быть здесь. – Кхм... Может, я поговорю с Дрим, и он придумает, как тебе помочь? Эпик на мгновение замолкает, а после глубоко вздыхает и встаёт, напоследок кинув взгляд на своего бывшего друга. – Ладно, извини, кажется, это было зря. Я пойду, не буду нагружать тебя, – говорит скелет и уходит, оставляя Кросса размышлять об этом с каким-то мерзким привкусом в глубине души. Но что он может сделать? Он ведь просто наблюдатель.