Сквозь сон или губительные грёзы

Тело словно разобрали и собрали заново, голова неимоверно болела, к горлу подступила тошнота, а желудок болезненно скручивало. Перемещение длилось считанные секунды, но казалось, будто вечность. Ватные ноги коснулись твердой поверхности, Эванджалина почувствовала, что её сейчас стошнит, и не прогадала. Девушка отбежала в сторону, выблевав последствия телепортации. Ощущения были самые отвратительные, которые ей довелось испытать. – Всё нормально? – протянув платочек, спросил Арвин. – Да, я в норме, – приняв помощь от парня, она быстро привела себя в порядок. – Слабый у тебя организм, однако, – невзначай сказал Лоренцо, на что получил убийственный взгляд Арвина. – Молчу, – промолвил мужчина, подняв руки в знак капитуляции. – Так это и есть Чжунчжоу? – все устремили взгляд вперёд, где располагался город. Скайлария казалась для Эванджалины чем-то нереальным, городом, полным чудес, но, увидев Чжунчжоу, у неё буквально выпала челюсть. Высокие сооружения устремлялись ввысь прямо к солнцу, всё вокруг украшено в китайском стиле: зонты, хлопушки, драконьи рисунки. Город наполнен красками и цветами, от этого места исходила положительная энергия, радующая глаз. – Добро пожаловать в город технологий, творчества и вкусной еды, – торжественно воскликнул Лоренцо. – Да мы поняли уже, – Кэтрин обошла мужчину, задев его плечом. Лоренцо поджал губы, но не стал это как-то комментировать. Эванджалине его стало даже жалко, ведь он как котенок, который требует внимания и ласки, а Кэтрин его только шпыняет, но он всё равно не сдаётся, из-за чего ещё больше грустнее. Город встретил команду ароматами пряных специй, смехом бегающих детей, пёстрыми цветами, красивыми нарядами. Складывалось впечатление, что это единственный город, которого не коснулась Мара и её проклятие. – А где искать мастера Ли? – стал уточнять Ксавьер. – Он всё время проводит в чайном доме, – ответила Гретава, рассматривая связку сушёного красного перца. – Ты уверена? – Конечно, Ли мой хороший друг, мы обмениваемся письмами, мудростью, он порой отправляет мне шафран для заклинаний, а я ему мазь от боли в суставах, – рассказала женщина, оплачивая покупку специй. Для чего они ей, неизвестно. – Я даже подумать не могла, что вы так близко знакомы, – удивилась Эва. – Ты считала, если я ведьма, то общаюсь исключительно с ковеном? – данный вопрос от Гретавы застал девушку врасплох, заставив засуетиться. – Нет, что ты, я не это имела в виду, – стала оправдываться Эванджалина, но выходило крайне паршиво. – Извини, если как-то задела? – она неловко почесала затылок, перенервничав. – Не расстраивайся, я не в обиде, – заверила ведьма, тепло улыбнувшись. – Ты ещё помнишь дорогу в чайный дом? – поинтересовался Арвин. – Да, помню, я ещё не так стара, чтоб страдать склерозом, – беззлобно сказала Грета, шагая вперёд. По пути в чайный дом Эванджалина с большим интересом разглядывала город. На улицах стояли бутики со специями, сувенирами, традиционной одеждой ханьфу, уличной едой, хлопушками и фейерверками. Жизнь била ключом. Если сравнивать с той же Скайларией, это место было душевным, и людей здесь намного больше. Может, из-за тьмы, настигнувшей Скайларию, всё там изменилось и не вызывало прежних положительных эмоций, по которым она ужасно соскучилась, по городу, наполненному свободой, запахом приближающегося бриза и её лучшей подруге Анабель. Про Анабель Эва не забывала, постоянно думая, как та поживает, скучает ли она по ней так же и что стало с их дружбой. Больше всего Эванджалина боялась, что Анабель отвернулась от неё, как в тот день, когда начался весь этот кошмар. Им даже не представилась возможность попрощаться: сначала Эву похитили, держали в заложниках, повели на казнь, спасли и подлечили, после отправились в путешествие, не вернувшись в город. А вдруг она её ждала? Или решила, что Эванджалину казнили. Эти мысли преследовали её постоянно. За пребываниями в мыслях Эванджалина и не заметила, как они прибыли на место назначения. Чайный дом стоял на сваях, поднимающихся над поверхностью воды; его сложная традиционная архитектура завораживала: крыша с изогнутыми углами и многослойной обшивкой из красной черепицы, стены сконструированы деревянными панелями, просторная терраса добавляла дополнительный уют. Сооружение находилось над водой, что делало это место уединённым и связанным с природой, самое то для обретения внутреннего покоя или, как его по-другому называют, «техника цзиньминь». – У меня нет слов, – восхищённо разглядывая дом, сказала Эва. – Мастер Ли определённо знает толк в уединении, – присвистнул Лоренцо. – Пойдёмте же, – Гретава прошла вперёд, забираясь по деревянным ступеням на террасу. – Это ведь только Эванджалине к нему надо, нам там что делать? – негодовала Кэтрин; если всех восхищал дом, у неё сложились совсем иные впечатления. – Нет, это неуважение, – пояснила ведьма, на что получила недовольное бурчание от бандитки. Внутри дом был таким же красивым, как и снаружи. Перегородки между комнатами были из бумажных панелей, обшитых в дерево, пол из красного дерева, горшки с бонсаем, ароматические свечи, запах свежезаваренного чая — всё вокруг дарило спокойствие и умиротворение, чего не скажешь о Кэтрин: её это место напрягало излишним спокойствием. Видимо, она привыкла находиться в вечно бушующих морях, где нет ни минуты покоя, и подобные места вызывали у неё диссонанс. – Добро пожаловать, гости мои, – спокойным голосом поприветствовал всех Ли. Мужчина был в достаточно преклонном возрасте: его длинные седые волосы были аккуратно собраны в пучок, а тонкие пряди спадали на плечи; на лице такая же седая борода, тускло-голубые глаза, одет в светло-серое кимоно. Глядя на него, складывалось впечатление бедного человека на первый взгляд, но если всматриваться, можно понять, что он добровольно отказался от мирского, чтобы быть ближе к духовному миру. – Ли, мой дорогой друг, – тепло произнесла Гретава, направляясь к старцу. – Грета, давно не виделись, – старик обнял её, предавшись порыву радости встречи. – Что тебя и твоих спутников привело ко мне? – Не что, а скорее кто, – загадочно начала ведьма, а после повернулась к Эванджалине, подзывая её. – Знакомься, это Эванджалина. Это из-за неё мы проделали столь долгий путь к тебе. – Девушке даже стало неловко от такого внимания. – И что в тебе такого особенного, дитя? – поинтересовался Ли. – Моя связь с… как бы мягче выразиться… – стала отмазываться Эва. – С Марой, – ответила за неё Кэтрин, раздражаясь. На девушку тут же покосились. – Что? – закатила глаза пиратка. – Так вот что тебя привело. И чем же ты хочешь, чтобы я тебе помог? – Ли не стал вдаваться в подробности её связей с тёмной владычицей, за что она была ему безмерно благодарна. – Моё неумение контролировать эмоции играет на руку Маре, делая её сильнее. Я хочу, чтобы вы обучили меня вашей мудростью внутреннего покоя в надежде, что это ослабит Мару, – объяснила Эванджалина. Ли внимательно выслушал рассказ девушки, задумчиво кивая, мысленно отмечая что-то. По его лицу было непонятно, какие эмоции вызвал этот рассказ, но однозначно он задумался над её словами, что было уже хорошо: он мог прогнать её, как только услышал имя Мары, но не стал, дав шанс высказаться в свою защиту. – Желаешь обучиться тому, к чему я шёл почти всю свою жизнь? – спросил старец, загнав девушку в тупик. – Я не смогу стать такой же, как вы, нет, но я смогу дать отпор тому злу, что так желает захватить мой разум. И если вы согласитесь обучить меня, я буду безмерно благодарна и не останусь в долгу, – твёрдо заявила Эва. – Твой настрой похвальный, – отметил мастер. – Я буду обучать тебя, только учти: это тернистый путь, не всё так легко, как кажется. Ты готова? – Готова, – уверенность девушки очень обрадовала старца. – С рассвета мы начнём наше обучение, а пока приглашаю вас отведать чаю, – улыбаясь, Ли пригласил к столу ребят, проявляя гостеприимство.