Неудобная правда

Шава&Слава А Владайка это типо Влада да? -15:29-       

VladYka

Да, ты угадал

-15:33-

      

Ложь.

      Незатейливая. Белая. Даже бескорыстная. Просто от балды. Просто от нежелания объяснять. Просто, что б не заморачиваться, ведь какая разнится, право слово?       

VladYka

Сколько у тебя время?

-18:06-

       Шава&Слава 18:06 А у тебя? -18:06-       

VladYka

У меня восемь уже

-18:07-

      

Опять ложь.

      Компульсивная. Не очень-то и значительная. Скорее даже привычка. Простое нежелание выдавать первому встречному в интернете свой часовой пояс и примерное территориальное местоположение. Шава&Слава В какой класс перешла? -00:54-       

VladYka

Девятый

-00:54-

      

Очередная чёртова ложь!

      Непроизвольная. Случайная. Пальцы напечатали и отправили быстрее, чем он успел сообразить. А как заметил… Просто решил не исправлять, так как «Да какая разница»       «Да какая разница, через неделю общение сойдёт на нет» - думалось парню в первые часы.       И через неделю, и через месяц их переписка продолжалось. Тема совместных игр, перетекала в обсуждения бытовых вопросов. Мало по малу, день ото дня, они привыкли писать друг другу в течение дня.       Влад не хотел привыкать. У него не было этого в планах. Он искренне верил, что со временем переписка загнётся, как это было с десятками людей до. Но Слава… Время лишь укрепляло их связь, пусть и через экран телефона. Стрелка на часах совершала оборот и к прочности неосязаемых цепей прибавлялось +0,5. По немного, незаметно и безотказно, день ото дня. В какой-то момент цифры стали расти в геометрической прогрессии!       Влад, увы, каким-то невероятным образом, прозевал этот до жути важный момент. Хотя… А что бы он сделал? Что бы предпринял? Да и какая уже разница, если точка не возврата давно пройдена?       Уже было невозможно так просто и без потерь прекратить общение. Они привыкли друг к другу. Влад не мог представить себе утро без «Пельмени или бутерброд. Вот в чём вопрос». В ожидании и в пути пальцы сами открывали чат с «Шава&Слава» и печатали. Сбивчивые мысли. Вид из окна автобуса. Что-то забавное, что выдали люди поблизости. О новом вкусные чипсов, который собрался дегустировать, как только доберётся до дома. Или самое бессмысленное «Стою в очереди. Скучно». Нет. Самым бессмысленным были сообщения про погоду, но, на удивление, даже подобная тема не казалась унылой. В минутном ожидании ответа открываются медиа и глаза пробегаются по солнечной улыбке, по шаурме, по горящим глазам, по канделябру, по спутанным жёстким волосам, по закаты и по веснушкам…

VladYka

Отвратительная погода…

-12:34-

       Шава&Слава А у нас ахуенчик Тепло -12:36-       

VladYka

У нас тоже. Даже слишком… И это отвратительно

-12:36-

       Шава&Слава Жару не любишь ? -12:37-       

VladYka

Ага

Я вечно сгораю на солнце

-12:37-

       Шава&Слава Хм… У тебя бледная ледяная кожа… И иногда ты говоришь так… -12:38-       

VladYka

Ооо Слава, нет…

-12:38-

       Шава&Слава Будто ты из другого времени… Ты избегаешь солнца… -12:39-       

VladYka

Я не буду подыгрывать этому. Нет.

-12:39-

       Шава&Слава Я знаю кто ты! -12:39-       

VladYka

Эх… Ладно

Скажи…

Громко…

Скажи.

-12:40-

       Шава&Слава Вампир! Хаххахаха -12:40-              «Да какая разница, никому ж не мешает эта небольшая ложь» - был уверен он, не особо задумываясь над тем, что пишет.       Ещё тогда, в самом начале, когда одну маленькую ложь подкреплял другой. Когда не стал поправлять Славу и принял на себя роль Влады. Когда намеренно соврал про время, как делал всегда и со всеми. Когда соврал про город. Когда на чистейших похуях решил не исправлять опечатку. Когда приврал по поводу возраста, скинув себе годик, ведь он для собеседника девятиклассница.       С этого началось их общение, которое не должно было вылиться ни во что большее. Даже дружбы не должно было быть, что уж говорить о зарождающейся симпатии… Симпатии, которую Славик не скрывал. Симпатии, которой Влад не мог противиться. Пытался, хотел свести на нет, ведь прекрасно понимал – ничего не выйдет из этого, но у него не получалось. Не получалось не засматриваться на фото парня. Не получалось не посылать комплементы мимоходом. Не получалось лёжа в кровати, на границе между дремотой и полноценным сном, перекрыть поток дурацких мыслей и мечтаний. Где Влад с самого начала не привирает. Где Слава заботится и проявляет интерес не к какой-то выдуманной девушке, а к нему. И которым не суждено сбыться.       «Да какая разница, всё равно никогда в жизни не встретимся» - успокаивал себя парень, до последнего не желая признавать, что по-крупному облажался.       Да-да… Привет, судьба злодейка. Как же Владу подфартило, рандомный парень, которого он совершенно случайно встретил на пиздец каком людном сервере оказался из его города! Так нет же. Мало ему бед на голову. Они из одной школы! И добавочная: на десятом году обучения они выбрали один и тот же профиль, а значит учатся в одном классе!       Когда Влад впервые зашёл в класс и увидел до боли знакомое лицо, первым делом, захотелось сходить в церковь и отмолить все свои грехи, что скопились за его не то что бы длительную жизнь. Второй мыслью было повеситься, так как «Поздравляю, ВладА, мы в заднице!».       В первый учебный день парень не отсидел и трёх уроков. От нервов живот скрутило, ведь кое кто очень открытый и общительный решил перезнакомиться сразу со всеми новыми лицами, что б его… А Влада чуть ли не трясло от мысли, что вот ОН. Тот самый. Словно выпрыгнул из их чата. Стоит, до боли в сердце щедро улыбается, и ни-че-го не подозревает… Наивная душа.       Третей же мыслью было – купить лотерейный билет в киоске, который он проходил по пути домой. Конечно, этого он не сделал. И не потому, что продавец этого ларька отлучился на десять минут, как гласила табличка, а потому, что его запас удачи уже был истрачен на… Эту невозможную встречу, из-за которой парень словил диссонанс, так как… До него дошло, как это, когда одновременно близко и далеко, желанно и невыносимо, осуществимо и невозможно.       И вот. Сидит Влад перед огромной кастрюлей с блядской кашей, которую сам наварил, то и дело щедро приправляя недоговорённостями, приукрашиванием, притворством, неточностями... И как ему это всё расхлёбывать, если от одного вида блевать тянет?       От вида на самого себя, разумеется. Как бы не хотелось спихнуть всё на кого-то другого, на обстоятельства, на случай, от себя не убежишь. Внутренний голос услужливо каждый день подсказывает, кто тут главный мерзавец и подонок.       Особенно тошно становится от одного конкретного воспоминания, тогда Влад через чур заигрался, а когда понял, было поздно. Эх, ну вот какого чёрта, Слава… Нет. На него у парня злиться всё равно не выходит. Сам виноват. Сам целенаправленно, забавы ради, дабы подарить минутную радость собеседнику, усердно выбирал подходящий ракурс для селфи; укладывал волосы, что б прикрыться добрую половину лица; в фотошопе своими руками, что надо и не надо подправил, попутно накидывая фильтров. И вышло годно. Даже слишком. И только спустя пару минут после отправки до Влада дошло, что это самая большая и самая целенаправленная ложь, за всю их переписку. Не маленькая недомолвка. Не какая-то не важная мелочь. Не случайное замалчивание или недопонимание. Не молчаливое согласие с чужими домыслами.

ЭТО ЧЁРТОВО ПОДДЕЛЬНОЕ ФОТО!

      Когда до Влада дошло, что он сидит довольный тому, ЧТО он сотворил, парень, тут же нервно тыкая по экрану телефона, не попадая по кнопкам, удалил сообщение. Даже два, по неосторожности. Но уже было поздно. Славик отправил ему это же фото. А за ним и своё, на котором показывал язык, не в силах сдержать широкую довольную улыбку.       Первой мыслью было обречённое «Блять…». Второй мыслью было нервозное «Блятьблятьблятьблять!».       Влад, так-то всегда считал себя человеком разумным, с головой на плечах, умеющим мыслить и так далее. Гордился своими оценками, а главное тем, что для него не составляло труда их зарабатывать. Считал, что его любовь к истории и литературе дарует ему преимущество над другими, как минимум в словарном запасе. Был искренне убеждён в том, что преуспеет в любом деле, за что действительно захочет зацепиться.       Это был тот день, тот момент, когда он впервые усомнился в своём здравомыслии. И в своём словарном запасе, ведь третьей мыслью было не связное «Сука, неееет! Нет! Пожалуйста, блять, нет!»       По завешанной всякими грамотами, а-ля «Русский медвежонок» и «Кенгуру», большой и блестящей букве «Я», стоящей во главе угла, пошла трещина. Парню очень хотелось тогда прикрыть её каким-нибудь «Золотым руно» и сказать самому себе, что это какой-то сбой в матрице. Успокоить себя, забыв, что когда-то выкинул подобную фигню. Но не выходило…       Тогда-то он впервые испытал это жгучее отвращение к самому себе. Горячие руки сжали горло и не собирались отпускать. Не позволяли задохнуться и покончить со всем этим, но и не давали спокойно вдохнуть полной грудью, не испытывая острой боли в горле.       Сейчас же, когда до Влада дошло осознания всего того пиздеца, что он натворил, этих рук в десять раз больше. Не такие болезненные. Не такие цепкие. Не такие давящие. Но само количество…       Это вина. Он ощущал, как она душит, давит, удерживает на месте и тянет куда-то вниз. Костлявые пальцы обхватывают запястья и руки более невозможным поднять. Сильная хватка удерживала за лодыжки, препятствуя сделать хотя бы шаг. Широкие ладони ложатся на плечи, не позволяя расправить спину. Крепки руки обхватывали грудную клетку и сдавливали, не давая расслабиться даже дома.       Особенно дома.       Пытаясь хоть как-то списывать свою малую активность в общении на учёбу, по вечерам, дома, Владу было очень трудно брать в руки телефон. Это неправильно. Он не имеет права переписываться со Славой. Да что уж там, после первого же дня, когда набрехал с три короба его право общаться с этим светлым и слишком уж доверчивым человеком пропало.       У него было так много времени написать одно небольшое, но искреннее «Слушай… Давно надо было сказать. Я на самом деле парень. Прости, что так вышло, виноват…». Он давно мог объяснится. Извиниться. Возможно, добрая душа Славика его б даже простила. Но нет. Влад тянул.       Дни.       Недели.       Месяцы! Между молчанием, подыгрыванием и признанием своей ошибки, выбирал первое. И оно так легко вписалось в его жизнь, становясь вредной привычкой.       А теперь… Теперь ни сил, ни духа не хватит чтобы признаться во всём. Не придумали ещё слов, которыми можно донести до человека, что той девочки, в которую он влюбился, мать вашу, по переписке, не существует. Слов, что б извиниться за такой наёб тоже нет ни в одном словаре.       Поворачивать или жать по тормозам уже поздно. Мчась аккурат к обрыву этот мусоровоз, первоначально казавшийся лимузином, слишком разогнался.       Пора заканчивать спектакль. Чем раньше, тем лучше.       И Влад выбрал самый мерзкий, на свой взгляд, но самый рабочий и компромиссный вариант. При любом раскладе Славе будет обидно и больно. Но... Да какое к чёрту «Но»? Влад струсил! Под натиском собственного сознания, после бессонных ночей, наслушавшись внутреннего голоса, что крыл не хуже матёрого мужика с завода, Влад не выдержал. Понял, что больше не может этого всего терпеть. Понял, что не вынесет презрения в глазах, которые с такой нежностью и искренностью смотрят с экрана телефона…       Он искренне надеялся, что после этой грубо поставленной, точки, руки отпустят. Он верил, что сможет свободно дышать, спокойно спать, есть и смотреть на себя в зеркало, не кривясь от отвращения. Он надеялся, что всё вернётся на круги своя и… Кто знает, может… Нет! Не может. Слава заслуживает кого-то такого же светлого и честного, как он сам. А Влад… Он прекрасно понял, что в его гадкие руки нельзя давать чужую искренность и веру, он не умеет с ними обращаться. Он не может общаться с ним. Ему нельзя.       Ни через день, ни через два спокойней не стало. Жгучая вина продолжала сдавливать его. Подсознание продолжала нападки на самооценку, теперь ещё тыкая тем, что он сбежал, поджав хвост, как последний трус. От вида, поникшего Славика Влад чувствовал себя ещё большим ублюдком, чем прежде. Облегчения не наступило.       Сил верить в то, что когда-то наступит – нет.       Выкинуть кастрюлю с кашей не удалось. Она всё ещё перед ним. Его ещё сильнее воротит и тянет блевать.