Теплый холод вампиров

꧁༒ Пролог ༒꧂

      Сокджин давно потерял счёт годам. Вечность, дарованная вампирским проклятием, пьянила лишь первые столетия, а затем обернулась тягучей, невыносимой тоской. Он помнил, как с восторгом постигал новые способности, как сердце замирало от головокружительной скорости и нечеловеческой силы, как дурманил вкус крови, добытой в дерзких ночных вылазках. Но теперь… теперь все эти ощущения притупились, превратившись в безрадостную рутину. Охота стала тяжкой необходимостью, лишённой былого азарта. Новые умения больше не вызывали восторга, а лишь напоминали о неисчислимых, бесцельно прожитых веках.       Он коротал дни в своих мрачных особняках, чьи окна были наглухо задрапированы тяжёлыми, пыльными шторами, преграждающими путь смертельному для вампиров солнечному свету. Пыль толстым слоем покрывала дорогую мебель и стены, превращая дом в подобие заброшенного склепа. Сокджин давно утратил интерес к роскоши и комфорту, к которым стремился когда-то. Ему было всё равно.       Эпохи сменяли друг друга, люди стремительно развивались, но неизменными оставались охотники на нечисть. Их навыки оттачивались и передавались из поколения в поколение, а, как знал Сокджин, их оружие становилось всё смертоноснее. Вампиру приходилось то и дело менять города и даже страны, лишь бы избежать столкновения с ними. И дело было вовсе не в страхе смерти — он давно с ней смирился — но какая-то неведомая сила не позволяла ему просто так прервать это бесконечное существование.       И вот он снова на родной земле, там, где много веков назад он жил. Там, где его обратил приезжий вампир, влюбившись в красоту и желая оставить её рядом с собой навечно. Сокджин убил его как только смог, ибо ненавидел за «дар» всей душой.       Город преобразился до неузнаваемости: взметнулись ввысь небоскрёбы, раскинулись новые жилые районы. Но его особняк остался нетронутым, находясь чуть в отдалении. В своё время Сокджин не мало приложил усилий, чтобы занести все свои дома в список заповедников, чтобы их не сносили и не раскупали жадные до чужого людишки. Именно в его стенах он и влачил своё существование, раз за разом перечитывая книги с библиотеки и бесцельно просиживая штаны перед экраном телевизора. От скуки Джин пристрастился к просмотру бесконечных сериалов, досадуя на медлительность их съёмок.       Всё было бы относительно хорошо — он переждал бы пару десятков лет и снова пустился в бега — если бы не одно большое «но». По городу прокатилась волна зверских убийств. Обескровленные тела находили каждую ночь. И если полиция лишь беспомощно разводила руками, твердя о маньяке-убийце, то местные кланы охотников подняли тревогу и схватились за оружие.       Сокджину вся эта шумиха была крайне не по душе. К нему уже дважды наведывались охотники, устраивая бесцеремонные обыски в особняке. Но то были, очевидно, неопытные юнцы, ранее не встречавшиеся с вампирами лицом к лицу. Они даже не заметили маленькую летучую мышь, которая, примостившись под потолком, то и дело потешно похлопывала себя лапкой по мордочке, поражаясь их тупости. Но ведь могли нагрянуть и более опытные ищейки, и вот с ними пришлось бы повозиться.       Желая вернуть утраченный покой, Сокджин стал выходить по ночам на улицы и сам начал поиски. Судя по количеству жертв, за этим стояла как минимум целая банда. Эх, знал бы он тогда, как сильно ошибается в своих рассуждениях, давно бы уже бежал из страны без оглядки.

꧁༒ Встреча ༒꧂

      Сокджин замер, втягивая в себя влажный ночной воздух. Запах крови и животного страха пропитал узкую подворотню, смешиваясь с терпким ароматом гниющих листьев. Он сразу же пошёл по следу, ощущая нарастающее беспокойство. Такие оплошности вампирам прощать нельзя. Они привлекали излишнее внимание. И, судя по всему, эти головорезы не понимали элементарных правил, а значит, Сокджин доходчиво им всё объяснит. В силу своего многовекового существования вампир был невероятно силён.       В конце подворотни, у грязных мусорных баков, он разглядел тёмный силуэт. Молодой вампир склонился над очередной жертвой, его лицо было испачкано кровью. Глаза горели безумным, ненасытным огнем голода.       — Ты понимаешь, что творишь? — голос Сокджина прозвучал тихо, но твёрдо, разрывая зловещую тишину ночи.       Вампир вздрогнул и стремительно бросился в атаку. Но его движения казались Сокджину медленными, и ему ничего не стоило перехватить парня за горло. Благодаря разнице в росте Сокджин легко поднял юнца над землей, внимательно рассматривая его. Симпатичный, выделяющийся из толпы скучных смертных ярким цветом волос. Тот злобно скалился, словно дикий зверёк, и отчаянно пытался освободить свою шею от стальной хватки.       — Я задал вопрос, — спокойно произнес Сокджин.       — Да пошел ты на хуй! — приятным, мелодичным голосом прошипел парень, — Отпусти меня сейчас же!       Сокджин презрительно цыкнул — он терпеть не мог подобного неуважения — и отшвырнул парня в сторону так, что тот кубарем покатился по грязной подворотне, измазавшись еще больше. Но нужно отдать этому нахальному вампирёнышу должное: он не сбежал, а снова попытался атаковать.       — Я просто утоляю голод, — соизволил ответить парень после пары неудачных выпадов.       — Ты привлекаешь ненужное внимание, а это опасно, — Сокджин сам не понимал, почему возится с ним, вместо того, чтобы свернуть ему шею и просто избавиться от проблемы.       — Опасно? Ты боишься людей, старик? — усмехнулся парень, внимательно следя за старшим вампиром с безопасного расстояния.       — Старик? — Сокджин злобно зашипел. Да что себе позволяет эта зарвавшаяся мелочь!       Он в мгновение ока оказался рядом с ним, намереваясь проучить нерадивого мальчишку, но тот сумел увернуться и отскочить. Но всё ещё слишком медленно, поэтому Сокджин смог подловить его, ударив по ногам и прижав к земле, наступив на грудь тяжёлым ботинком.       — Следи за тем, что и кому говоришь! — прошипел Сокджин. — Если, конечно, ты не хочешь умереть прямо здесь и сейчас.       Парнишка злобно оскалился, обнажая острые, как бритва, клыки.       — Умереть? Я бессмертен, — прошипел он, изворачиваясь и снова вскакивая на ноги.       — С чего ты это взял? — деловито фыркнул Сокджин, — Вампира хоть и сложно, но вполне реально убить. Например, я могу просто оторвать твою глупую голову, — он заметил, как парень невольно поежился от этих слов, а в его глазах мелькнуло неподдельное удивление. — Разве тебе не объяснил правила тот, кто обратил тебя?       — Я его не знаю, — тихо ответил парень, погрузившись в раздумья.       — Тц, — Сокджин закатил глаза, — если хочешь, я могу посвятить тебя в курс дела. Но только не здесь. Не хватало ещё, чтобы нас увидели люди или, что ещё хуже, охотники.       Сокджин мысленно сам себе поразился: с чего вдруг он стал таким добрым? Не иначе, как вековая скука довела до ручки, а тут хоть какое-то развлечение. Парень заметно колебался, а Сокджин терпеливо ждал. Уж это он умел делать лучше всего. Наконец парень неуверенно кивнул, и они оба сорвались с места.

꧁༒ Вампирёныш ༒꧂

      Сокджин уже не единожды проклинал то злополучное решение, хотя минула всего неделя. Чимин, так звали юного вампира, не ведал, кто и как его обратил. Лишь помнил, как его сбила машина, как умирал на холодной дороге. А потом проснулся без единой царапины на заброшенном складе далеко от места аварии. И лишь опытным путем выяснил что солнечные лучи обжигают, а от дикого голода спасает кровь.       За эту короткую неделю Чимин умудрился трижды вывести из себя невозмутимого и меланхоличного Сокджина! Этот невоспитанный вампирёныш своим наплевательским отношением и отвратительным поведением вызывал скрежет клыков. И сейчас, когда Чимин затаился где-то в глубинах особняка, Сокджин нутром чуял недоброе. И не ошибся.       — Я принёс тебе пожрать! — пронзительный вопль Чимина заставил стекла вздрогнуть.       Сокджин, поглощённый чтением, вздрогнул от неожиданности.       — Ну чего не бежишь? — Чимин влетел в комнату, обида сочилась в каждом слове.       — Я говорил тебе стучаться и вообще не тро… — Сокджин осекся, лишь сейчас осознав смысл крика мальчишки. — Ты что, притащил человека?!       Глаза старшего вспыхнули яростью, клыки угрожающе обнажились. Но Чимин, то ли бесстрашный, то ли просто глупый, лишь самодовольно ухмыльнулся.       — Лучше! Я принес тебе… кровь!       И из-за спины извлек прозрачную, розовую ДЕТСКУЮ бутылочку с соской, украшенную глупыми цветочками. Внутри плескалась багровая жидкость. А Чимин, довольно похихикивая, потряс ею в воздухе, словно костью дразня голодного пса.       — ТЫ! — взревел Сокджин.       Сокджин, ослеплённый яростью, в два прыжка преодолел разделяющее их расстояние. Он схватил Чимина за ворот и встряхнул, как нашкодившего котёнка. Бутылочка с кровью вылетела из рук и с противным звуком шлёпнулась на персидский ковер, оставив зловещее пятно.       — Ты хоть понимаешь, что творишь?! — прошипел Сокджин, сжимая плечи младшего. — Где ты это взял? И вообще, кто тебе разрешил таскать в дом… это?!       Чимин, казалось, ничуть не испугался. Он вывернулся из хватки Сокджина и, потирая ушибленное плечо, нагло уставился на старшего.       — Добыл! — выпалил он, выпятив грудь. — Тебе же нужна кровь? Вот я и принёс! А то ходишь тут, ворчишь. Вот я и позаботился о тебе, а то с возрастом сложно уже, да?       Сокджин задохнулся от возмущения. Его вековая сдержанность дала трещину. Он схватился за голову, пытаясь унять пульсирующую боль. Этот мальчишка… он испытывал его терпение на прочность каждой своей выходкой.       — Убери это немедленно! — прорычал Сокджин, указывая на растекающуюся по ковру кровь. — И чтобы духу твоего здесь больше не было!       — Неужели все старики такие зануды? — Чимин, сорвавшись с места, с хохотом умчался прочь.       Сокджин тихо вздохнул, пытаясь унять бурю внутри. Он говорил, что ему скучно и хочется перемен? Забудьте! Не нужно ему ничего, верните всё, как было…       — Остыл? — Чимин возник в дверях, когда Сокджин, наконец, закончил уборку. Ковер отправился прямиком в мусор.       — С тебя ковёр, — проворчал Сокджин и впрямь уже успокоившись.        — Да хоть десять, — сверкнул белозубой улыбкой вампирёнок, — поучишь меня?              Сокджин лишь кивнул. Он взял на себя роль наставника, помогая Чимину развивать скорость, обострять слух и обоняние, постигать искусство трансформации. И, несмотря на колкие шутки насчёт его возраста, паренёк вызывал в Сокджине симпатию. Тот жадно впитывал знания, словно губка, схватывая всё на лету. Чимин был не просто способным учеником, он был гением. То, на что у других уходили месяцы, ему давалось за часы.

꧁༒ Страсть и Опасность ༒꧂

      Конечно, Сокджин не рассчитывал, что охотники так просто забудут об убийствах. Пусть сейчас Чимин охотится аккуратнее, но трупы всё равно были. Это их сущность, вампирская, они не могут без крови, а долгое воздержание грозит безумием.       Чимин же продолжал насмехаться, таская детские бутылочки разных цветов и нагло заявляя:       — Ты ведь старый, клыки уже не те, на, пососи.       И Сокджина это быстро вывело из равновесия. В очередной такой презент старшего вампира сорвало. Словно тень, он метнулся к Чимину, но вместо привычного хвата за шиворот, хитроумной подсечкой заставил юнца рухнуть на колени.       — Почему только мне сосать, а? — прошипел Сокджин и, не церемонясь, грубо ткнул парня лицом в свою ширинку, цепко держа за пряди волос.       Чимин поднял взгляд, в полумраке его глаза мерцали хищным огнём. Похабно оскалившись, он облизнулся и, не отрывая взгляда от Сокджина, подался вперёд, скользнув языком по ткани его брюк.       — А ты не развалишься в процессе? — нагло усмехнулся Чимин.       — Вот и проверим, — прорычал Сокджин, не выпуская волос младшего, а второй рукой щелкая пряжкой ремня.       Стащить брюки помог сам Чимин — как и бельё. Сверкнув вверх глазами, он облизал ещё спящий член.       — Надеюсь, у тебя встаёт, — продолжил насмешки Чимин, несмотря на своё, казалось бы, унизительное положение.       Сокджин недобро оскалился и, дернув за волосы, заставил его насадиться на медленно встающий орган. Этот парень его довёл и церемониться с ним он не собирался. Вот только Чимину, кажется, это только больше нравилось. Он активно посасывал головку, не сопротивлялся, когда его за волосы натягивали сильнее. Расслаблял горло, пуская уже полностью налившуюся плоть внутрь. Всё-таки хорошо быть вампиром — нет рвотного рефлекса.       Сокджин уже не управлял, стоял, запрокинув голову и сдерживая стоны удовольствия. Чимин и сам отлично справлялся, наращивая темп и беря его по основание, то и дело утыкаясь в гладко выбритый лобок. Вампирёнок тихо постанывал, пуская вибрации, а одна его рука проворно нырнула в собственные штаны. Сокджину просто срывало голову от вида того, как этот паршивец самозабвенно отсасывает ему и надрачивает себе.       — Быстрее, — хрипло приказал—попросил старший и не сдержал стона, когда парень ускорился.       Как же давно он хотел заткнуть этот наглый рот, проверить эти пухлые губы на мягкость! Предчувствуя разрядку, Сокджин начал подаваться бёдрами вперёд, а Чимин просто застыл, услужливо открыв рот. Он смотрел вверх светящимися и слезящимися глазами, постанывая и так идеально растягивая губы на члене. Сокджин спустя пять минут замер, изливаясь в гортань парня, и тот послушно всё проглотил.       — Видишь, не развалился, — усмехнулся Сокджин.       Он резко наклонился, потянув голову Чимина за яркие пряди, и накрыл его губы. Целоваться за века жизни он научился отменно, и поэтому сейчас мысленно усмехался от того, как скулит Чимин в его руках. Тот же, ускорив движения руки, вскоре задрожал в оргазме, разрывая поцелуй.       Сокджин фыркнул, смотря сверху вниз на разморённого парня с красными щеками и опухшими от трения губами. Таким этот вампирёнок нравился ему больше, чем языкастой язвой.       Но насладиться такой картиной не дали голоса, которым не место в его доме. Вампиры, словно по негласному сигналу, в мгновение ока привели себя в порядок, превратившись в летучих мышей, и затаились под тенью огромной люстры.       — Я уверен, что он здесь обитает, — безапелляционно заявил один из мужчин, сжимая в руках арбалет.       Сокджин нахмурился, заметив, что охотники были подготовлены куда лучше, чем прошлые разы. У двоих из пятерых из-под курток виднелись кобуры с запасными светящимися магазинами, набитыми пулями с ультрафиолетом. И почему-то сердце подсказывало, что в гранатах на поясе плескалась святая вода, а не порох.       — Обыскать всё! Заливайте священную воду во все щели, куда только сможет пролезть летучая тварь в которую эти кровопийцы обращаются! — злобно процедил видимо их главарь.       Это были не мальчишки, а матёрые охотники, знающие своё дело. Сокджин лихорадочно просчитывал пути к отступлению, бросив мимолётный взгляд на застывшего Чимина. Тот впервые видел охотников вживую, и на его мышиной мордочке читалось нескрываемое любопытство. Только бы не учудил чего…       — На люстре! — завопил один из охотников, и Сокджин мысленно выругался.       Они сорвались с места одновременно. Сокджин уже вылетел в распахнутое окно, глотнув пьянящей свободы, как до его чуткого слуха донеслось отчаянное:       — A-а-а! Жжётся!       Похоже, в Чимина всё же попали. Не раздумывая, Сокджин бросился обратно в дом. И вовремя! На ходу принимая человеческий облик, он успел перехватить осиновый кол, выпущенный арбалетом и летящий прямо в замершего Чимина. Тот ошалело мотал головой, прижимая к себе руку, а на лице виднелись быстро затягивающиеся ожоги от святой воды.       — Убить тварей! — взревел главарь.       Он хотел было добавить что-то ещё, но Сокджин не дал ему и шанса, свернув шею одним молниеносным движением. Нечего командовать в его особняке! Здесь он — хозяин, и так было на протяжении многих столетий. Увидев гибель предводителя, охотники обезумели. В панике они стреляли вслепую и швыряли гранаты со святой водой. Попадая на кожу, та шипела и причиняла сильную боль, но Сокджин даже не поморщился. Его сила позволяла регенерации работать на пределе.       Вырывая руку очередному охотнику, он заметил, как в его подельника впился Чимин, сходу прокусывая артерию и отбрасывая умирающее тело. От вида багровых ручьев Сокджина перекосило. И дело было не в голоде, а в осознании того, что теперь эту кровь фиг отмоешь от старинного паркета! Отвлечься было ошибкой: в грудь внезапно вонзилась стрела, принося адскую боль. Сокджин рухнул на пол, содрогаясь.       — Пиздец вам, суки! — взревел Чимин не своим голосом, увидев упавшего Сокджина.       Шипя от боли, Сокджин наблюдал, как обезумевший Чимин разрывает охотников на части. Теперь к физической боли добавилась боль за испорченный интерьер. К тому же, он вынужден был признать, что Чимин со временем станет сильнее его и точно сможет выжить. Эта мысль вызвала на лице лёгкую искреннюю улыбку, которой не было уже целую вечность.       — Нет, — прошептали рядом, и Чимин рухнул на колени возле неподвижного Сокджина.       К изумлению Сокджина, Чимин плакал. По его пухлым щекам катились градины слёз. И почему-то всё внутри старшего вампира воспротивилось этому зрелищу. Ему совсем не хотелось видеть слезы на лице этого вампирёныша.       — Не умирай, пожалуйста, не умирай! — взмолился Чимин, дрожащими руками вырывая кол из груди вампира. — Только не умирай!       — Сейчас отдышусь, и пойдём с тобой учить анатомический атлас, — фыркнул Сокджин, поднимаясь на ноги.       — Почему? — Чимин смотрел на него заплаканными глазами, полными невиданного ранее счастья.       — Потому что сердце находится с другой стороны, — закатил глаза Сокджин.       Старший вампир пошатнулся, когда на него с радостным визгом прыгнул Чимин, обнимая и прижимая к себе. В его глазах светилось такое облегчение от того, что Сокджин жив и не собирается умирать.       — Глупый вампирёныш, — Сокджин ласково взъерошил яркие волосы Чимина, и в его бессмертной, давно холодной душе впервые за века разлилось обжигающее тепло.

꧁༒ Главное – не вечная жизнь, а люди, что рядом. Именно они – наша опора и наша поддержка. Дорожите каждой минутой, проведённой со своими близкими, эти моменты останутся в вашей памяти навсегда, даже если жизнь не будет вечной. Ведь настоящая вечность живёт в сердцах тех, кто нас любит и ценит.༒꧂