Ночь Кошмаров только для жеребят

Принцесса Луна находилась у себя в комнате и готовилась к Ночи Кошмаров, украшая всё вокруг игрушечными тыквами и гирляндами с привидениями, которые она развешивала под потолком. Луна была так взволнована предстоящим вечером, ведь с момента своего возвращения в Эквестрию она и её сестра почти каждую Ночь Кошмаров ходили вместе за сладостями. Она обернулась и посмотрела на свой костюм ведьмы, висящий на двери, который ей сшила по индивидуальному заказу Рэрити. Подойдя к нему, она прикоснулась копытом к чёрному шелковистому материалу и восторженно произнесла: – Ах, это так волнительно! Обожаю Ночь Кошмаров! – она окутала костюм своей магией и подняла его над полом. – Хм, вот только этот наряд кажется не столько страшным, сколько модным. Но ничего, я могу это исправить. И Луна начала добавлять жуткие элементы к своему костюму. Несколько минут спустя кто-то постучал в дверь и она сказала: – Войдите. Селестия открыла дверь и медленно зашла внутрь, с удивлением осмотрев комнату Луны, которая (принцесса, конечно, не комната), судя по украшениям, очень сильно прониклась духом праздника, после чего тихо вздохнула. Они с сестрой ходили за сладостями последние несколько лет, и это, само собой, было очень весело, но живущие в Кантерлоте пони были малость смущены и часто неловко улыбались, когда видели двух взрослых принцесс, идущих за сладостями с группой жеребят, и её это слегка расстраивало. Принцесса повернулась и посмотрела, как Луна добавляет игрушечную паутину к своему платью, и с улыбкой спросила: – Привет, Луна, как у тебя дела? Луна обернулась и широко улыбнулась сестре. – Привет, Селестия! Всё замечательно. Я почти готова к сегодняшнему вечеру. Сейчас слегка подправлю свой костюм ведьмы и можно будет идти за сладостями. Кстати, а ты кем будешь в этом году? Селестия вздохнула и покачала головой. – Дорогая сестра, последние несколько лет я ходила с тобой за сладостями, чтобы ты лучше чувствовала себя на празднике, но разгуливать по домам и просить конфеты – это развлечение для жеребят, а не для взрослых. Думаю, нам пора прекратить это. Улыбка Луны мгновенно исчезла. – Я знаю, сестра, но это же так весело. Разве тебе не нравится говорить всем: «Ночь Кошмаров, погляди, и конфетами нас угости»? Селестия вновь покачала головой и продолжила: – Нравится, но пони начинают чувствовать себя неловко, когда раздают конфеты взрослым. А мы с тобой принцессы и должны быть для всех примером и вести себя достойно. Луна вздохнула и, закатив глаза, спросила: – Ясно, и что же ты предлагаешь нам сделать? – Ну, мы можем сходить на вечеринку, что проходит на площади замка, или погулять с друзьями Твайлайт, – предложила Повелительница Солнца. – Что думаешь? Луна задумчиво нахмурилась, после чего на лице её появилась хитрая улыбка. Несколько дней назад она выучила новое сложное заклинание и подумала, что сейчас прекрасное время, чтобы его испытать. Она зажгла свой рог и сказала: – Звучит интересно, но у меня есть идея получше. Её магия окутала тело Селестии, заставив ту испуганно пискнуть: – Эй, что ты делаешь?! Прежде чем Селестия успела хоть как-то отреагировать, она почувствовала, как её тело начало становиться намного меньше и… моложе? Её грива отросла и приобрела розовый цвет, а глаза стали шире, из-за чего она начала походить на Фларри Харт. Не прошло и минуты, как великая принцесса Селестия превратилась в пухлую годовалую кобылку, которая теперь кричала и хныкала. Луна испуганно ахнула: – Ох, Фауст всемогущая! Я хотела превратить тебя в школьницу, а не в малышку! Селестия сердито посмотрела на сестру и хотела потребовать, чтобы та вернула её в нормальное состояние, но обнаружила, что может только лепетать бессвязные слова. И это было… довольно мило. Луна ухмыльнулась, зажгла свой рог и с помощью магии подняла в воздух недовольно дёргающую копытцами кобылку. – Но с другой стороны, раз пути назад нет, можно оставить тебя такой, пока магия не рассеется. Возможно, тебе понадобится подгузник, – сказала она, тихонько хихикнув. Селестия попыталась вырваться, извиваясь и махая крошечными крылышками, но она не могла противостоять взрослой магии Луны. Принцесса Ночи осторожно положили её на кровать и достала большую тёмно-синюю упаковку с подгузниками. – Хорошо что Каденс оставила их тут, когда мы нянчились с Фларри Харт. Она достала милый толстый белый подгузник и начала пеленать сестру. Недовольная мордашка и дрыганья ножками Селестии напомнили ей о прошлом, когда их жизнь была намного проще, и она улыбнулась. – О, ты помнишь, как мы сводили наших родителей с ума, когда были маленькими? Ах, хорошие были времена, – сказала принцесса и застегнула подгузник, заметив, как Селестия надула губки. Луна прикоснулась копытом к её подбородку. – А теперь подберём тебе костюм. Обычно матери одевают своих жеребят в комбинезоны-тыковки, принцесс или супергероев. Я же хочу поступить иначе. Она повернулась к своему костюму ведьмы и довольно хлопнула копытами, когда ей в голову пришла блестящая идея. – Знаю! Каждой уважающей себя ведьме нужна милая кошечка-фамильяр! — воскликнула она, глядя на Селестию, которая пыталась снять с себя подгузник. Луна зажгла свой рог и с помощью магии сотворила и надела ей на копытца мягкие чёрные варежки. – Ну-ну, Тия, не играйся со своим подгузником. Мы же не знаем, научилась ли ты ходить на горшок. Селестия надула губки и показала ей язык, заставив Луну весело хихикнуть. – Ай-ай, какая непослушная пони! Если бы я была твоей мамой, то точно бы поставила тебя в угол. Она продолжила наряжать сестру, надевая ей два маленьких чёрных кошачьих ушка и шёлковый чёрный комбинезон, сзади которого был прикреплён хвост. Достав чёрную косметику, она нанесла три маленькие полоски по обеим сторонам её щёк, чтобы изобразить усы. Луна сделала шаг назад и полюбовалась своей маленькой очаровательной кошечкой. – О, ты такая милашка! Я просто обязана тебя сфотографировать! Она метнулась к своему шкафу, достала оттуда камеру и, настроив фокус, воскликнула: – А теперь скажи: «Конфета или жизнь»! Селестия притворилась улыбающейся, но её щёки при этом горели от сильного смущения. Это было гораздо хуже, чем идти за конфетами будучи взрослой. Луна улыбнулась от уха до уха, подняла Селестию над полом и воскликнула: – Ну вот, пора идти веселиться! Отправляемся в путь, моя милая младшая сестрёнка! Она посмотрела на улицу и взволнованно прибавила: – Ой, но сперва мне нужно поднять луну! Она достала складную коляску и посадила в неё извивающуюся Селестию. Затем она взяла свой костюм и переоделась. Всё это время Селестия смотрела на заметную выпуклость вокруг своей попки, шевелила ножками, чувствуя толстый подгузник, и краснела, надеясь, что сможет прожить ночь, не используя его. Но странные шуршащие звуки привлекали её детское внимание, и она продолжала пинаться, гугукая и недовольно сопя. – Всё, я готова! Можем отправляться! – наконец сказала Луна, и Селестия пискнула от удивления, когда её покатили к двери в коридор.

***

Для Селестии это была неловкая поездка, поскольку её везли по замку, где удивлённые охранники и горничные смотрели на неё и пытались расспросить о маленьком аликорне. К счастью, Луна торопилась и толкала её вперёд, избегая неловких вопросов. В конце концов, они вышли во двор, где Луна повернулась к ней, проверила подгузник и проворковала: – Я оставлю тебя одну на пару секунд, сестрёнка, чтобы поднять луну, так что сиди тут и не капризничай. Селестия скрестила копытца на груди и сердито надула щёки, пока Луна ущипнула её за щёку и взлетела в небо, чтобы поднять луну. В этот момент из замка вышел Санбёрст, толкавший коляску с Фларри Харт. Он повернулся и, увидев Селестию, ласково спросил: – Привет, малышка, а ты кто такая? Селестия просто спрятала лицо за копытцами, и он тихо хихикнул: – Не бойся, милая, я тебя не обижу. Интересно, где твоя мама? Фларри оживилась и загугукала, указывая на Селестию. Она была одета как серый волк с милыми лапками-варежками на копытцах. В этот момент прилетела Луна и взволнованно ахнула: – Ой, привет, Санбёрст! Я думала, что ты и Фларри уже ушли! Санбёрст покраснел и почесал копытом за ухом. – Да, но потом я вспомнил, что забыл упаковку с подгузниками, а у неё случился неприятный инцидент. – Ясно. Я так полагаю, Каденс и Шайнинг пошли на вечеринку в честь Ночи Кошмаров на площади замка, верно? Он снова кивнул. – Да, это их первая Ночь Кошмаров вместе с тех пор, как родилась Фларри. И им нужно немного побыть вдвоём, а я не против сходить с Фларри по домам и собрать целую кучу конфет. – Хи-хи, да, чтобы потом самому же их и съесть, верно, хитрец? – усмехнулась Луна, катя Селестию вперёд, пока они шли по улице, мимо других детей, идущих за конфетами. Санбёрст рассмеялся и спросил: – Кстати, а кто эта малышка? Она твоя родственница? Луна оглянулась по сторонам и заговорщически прошептала: – Ну… вообще-то это Селестия. Я как бы наложила на неё заклинание, когда она не захотела идти собирать конфеты. Её лицо слегка покраснело. – Но я не планировала делать её малышкой. Это вышло совершенно случайно. Я пока не до конца разобралась в этих чарах, но думаю, к концу ночи они рассеются. Санбёрст поправил очки, не зная, что на это сказать. – Понятно… ну, что ж, тогда я думаю, вы не откажетесь составить нам компанию? – наконец изрёк он. Луна посмотрела на Фларри Харт, которая хихикала от радости, и произнесла: – Конечно! Мы с радостью с вами пройдёмся. Как говорится: чем больше пони, тем больше конфет. Она сделала небольшой прыжок, прежде чем подойти к первому дому на их пути. Санбёрст позвонил в дверь. Оттуда вышел один из королевских стражников, одетый в ржавую броню и длинный чёрный плащ, и весело произнёс: – Здравствуйте! Желаю вам счастливой Ночи… Тут он увидел Луну и взволнованно произнёс: – О, принцесса! Вы снова здесь! – Здравствуйте, Кэннон Фезер, я тоже рада вас видеть, – сказала Луна, слегка покраснев. – Не переживайте, принцесса. Я ожидал вас. Вы всегда начинаете свой обход с меня во время Ночи Кошмаров! – рассмеялся стражник и повернулся к маленькой принцессе в коляске. Она пискнула и попыталась прикрыть копытцами выпуклость своего подгузника. Однако стражник не обратил на это внимания и просто проворковал: «Ой, какая милая крошка!», после чего бросил конфеты в их маленькие пластиковые корзинки в форме тыквы, которые держали взрослые. – Я и не знал, что у Каденс с Шайнингом родился ещё один жеребёнок-аликорн, – он посмотрел на милую пухлую кобылку и прошептал: – Знаете, она немного похожа на Селестию. Прямо одно лицо. Луна смущённо прикрыла рот копытом и хихикнула. – Ну да, забавно, что вы это сказали, ведь на самом деле… это… э-э-э… – Это и правда Селестия. Она превратила себя в жеребёнка, потому что очень хотела насладиться Ночью Кошмаров, – внезапно выпалил Санбёрст. Хихикающая Фларри в этот момент была занята игрой с хвостом на костюме Селестии и оттягивала его назад с помощью магии, из-за чего Селестия смущённо закрыла свою мордашку. Кэннон Фезер весело усмехнулся: – Понятно. Ну что ж, надеюсь, ей понравится эта ночь. Приятного вам вечера. Когда они пошли к следующему дому, Луна расслабленно вздохнула: – Спасибо тебе, Санбёрст, я знаю, что не должна была превращать свою сестру в жеребёнка, просто мне очень хотелось, чтобы мы сегодня побыли вместе. – Всё в порядке. Уверен, ей не помешает небольшой перерыв. К тому же она ужасно милая в этом образе, – сказал он и посмотрел вниз по улице на развешанные там украшения. – Кстати, в центре Кантерлота будет проходить детское мероприятие. Думаю, они устроили там что-то вроде дома с привидениями. – Да, нам определённо стоит туда сходить, – кивнула Луна, пока они шли к дому Менуэтт, украшенному весёлыми декорациями к Ночи Кошмаров. Принцесса подтолкнула коляску Селестии к входной двери и постучалась. Оттуда выглянула кобылка, одетая в наряд пчёлки, и улыбнулась. – О, принцесса Луна, как приятно вас видеть! Луна улыбнулась в ответ и произнесла: – Да, я рада, что вы в этом году участвуете в раздаче конфет! Менуэтт тем временем посмотрела на малышку Селестию и проворковала: – Ох, мамочки! Глаза меня не обманывают? Это Селестия? Она превратилась в милую маленькую кошечку, чтобы повеселиться на празднике?! Это так мило! Селестия недовольно захныкала, болтая ножками и сердито хмурясь. Луна только улыбнулась, смущённо хихикая. – Ну да, вроде того. Менуэтт тем временем приблизилась к крошке и спросила: – Эй, малышка, а ты можешь сказать мне «Мяу»? Селестия стала недовольно извиваться в своей коляске, чувствуя себя некомфортно в данной ситуации. Луна погладила подгузник жеребёнка и проворковала: – Ну же, сестрёнка, не вредничай. Помяукай для этой милой пони. Маленькая кобылка сердито посмотрела на Луну, но поняла, что, если не подчинится, то, скорее всего, пробудет здесь всю ночь. Она закатила глаза и издала тихое «Мяу». Менуэтт прижала копыта к щекам и взвизгнула: – Ах, она такая милашка! Затем она положила несколько конфет в пластиковую корзинку в форме тыквы. Вскоре к ним подошёл Санбёрст, толкая коляску, в которой Фларри Харт весело подпрыгивала. Менуэтт посмотрела на неё и хихикнула: – О, похоже, у Фларри появилась подруга на Ночь Кошмаров. Менуэтт повернулась и вежливо спросила у неё: – Эй, милая, можешь для меня немного порычать? Фларри тут же весело зарычала, размахивая копытцами. Менуэтт довольно потопала копытами. – Хи-хи, вы обе такие очаровашки! Затем она положила ещё несколько конфет в корзинку Санбёрста. Фларри визгнула от радости и застукала ножками по подгузнику. Санбёрст поправил очки и пробормотал: – Да, спасибо за конфеты. После чего они с Луной направились дальше, толкая свои коляски, пока не приблизились к дому Мун Дэнсер, над которым витали шары, в которых летали призрачные фигуры. Когда они подошли ближе, Луна почувствовала странность, и поняла, что начала медленно уменьшаться. Смущенная, она попыталась зажечь свой рог, чтобы остановить это, но из него вылетело лишь несколько слабых искр. Через пару секунд Луна тоже превратилась в пухлого годовалого жеребёнка. Она захныкала и задёргала копытцами, увидев, что её костюм ведьмы, состоящий из маленького чёрного платья и шляпы, уменьшился вместе с ней. Санбёрст моргнул от удивления и прошептал: – Вау, ничего себе? Так и должно было произойти? Селестия рассмеялась и радостно хлопнула копытцами, наблюдая за разворачивающейся перед ней ситуацией. Санбёрст быстро поднял маленькую Луну на копыта и сказал: – Ой, похоже, теперь ты тоже жеребёнок, Луна. – Ха-ха, вот так, ты это заслужила, – сказала Селестия, показав ей язык. – Что? Ты можешь говорить? — ахнула Луна, всё ещё смущаясь оттого, что она такая маленькая. – Ага, но только ты и Фларри можете меня понять, ведь теперь мы обе маленькие, – довольно скрестив копытца, сказала Селестия. Луна нахмурилась и хотела что-то ей сказать, но в этот момент Санбёрст перевернул её и посыпал на попку порошок для жеребят, а затем надел на неё один из синих подгузников Фларри, аккуратно закрепив маленькие застёжки. Затем он усадила Луну в коляску рядом с Селестией. Луна застонала, глядя на то, как её платье совсем не скрывало подгузник. Теперь набивка явно выделялась вокруг её ягодиц, как большая синяя выпуклость. Санбёрст погладил подгузник и хихикнул: – Вау, даже твой костюм изменился вместе с тобой. Должно быть, ты использовала какое-то странное заклинание. Луна всё ещё была расстроена и махала крылышками, шурша подгузником и поднимая облако порошка для жеребят. Всё это время Фларри Харт и Селестия смеялись и прыгали от возбуждения. Луна гневно посмотрела на них и начала стукать копытцами сестру. Санбёрст ахнул и строго произнёс: – Ладно, вы двое, а ну-ка успокойтесь, хватит драться! Однако кобылки не унимались. А вскоре к ним присоединилась и Фларри Харт. Услышав шум, на улицу вышла Мун Дэнсер и удивлённо наклонила голову, увидев эту странную картину. – Эй, что тут… – она моргнула, поняв, что Санбёрст борется с тремя возбуждёнными юными аликорнами, которые лепетали и визжали. Выйдя на свет в костюме луны, сделанном из папье-маше, с лицом раскрашенным серой краской, она стремительно подбежала к жеребцу и спросила застенчивым тоном: – Эй, Санбёрст, тебе нужна помощь? Сегодня вечером ко мне приходило не так уж много жеребят, так что я могу тебе слегка подсобить. Он обернулся, держа в одном копыте плачущую Фларри, а в другом Селестию, которая в возбуждении плевалась и махала крылышками. Жеребец застонал, поняв, как нелепо он выглядит, и вздохнул: – Да, э-э-э, если ты не против. Мне бы не помешала дополнительная пара копыт. Луна и Селестия устроили мини-драку, явно споря о чём-то, но взрослые не имели ни малейшего представления, о чём пререкались малышки. Санбёрст разнял их и измученно произнёс: – Я уверен, что вы двое всё ещё можете весело провести время вместе. К тому же это не так уж плохо – ненадолго стать жеребёнком. Мун Дэнсер подошла и пискнула: – Подожди-ка, так это Селестия и Луна? И они превратились в жеребят?! Санбёрст поправил очки и кивнул. – Верно, и они, вероятно, пробудут такими до конца ночи. Мун Дэнсер закатила глаза. – Ну и ну! Если они так хотели испытать заклинание омоложения, им нужно было просто прийти ко мне. – Неужели? – с любопытством спросил Санбёрст. – Насколько я знаю, заклинание омоложения очень сложно выполнить правильно. Мун Дэнсер поправила свои очки и похвасталась: – Ну да, однако я без проблем превратила Твайлайт и себя в школьниц, когда она приезжала к нам в гости месяц назад, чтобы переночевать. Её маме Вельвет это очень понравилось. Она даже сшила нам милые пижамы. Санбёрст хихикнул, а Селестия и Луна с удивлением открыли рты. Фларри воспользовалась этим и засунула им в рот запасные соски из сумки с подгузниками. Обе принцессы-аликорна обернулись и сердито посмотрели на Фларри, но постепенно успокоились и начали сосать соски и наблюдать, как они подпрыгивают. Санбёрст повернулся к Мун Дэнсер и сказал: – Ну хорошо, думаю, мы могли бы отвести этих троих в дом с привидениями для жеребят. Мун Дэнсер кивнула. – Конечно, звучит заманчиво, но честно предупреждаю, я никогда в жизни не меняла жеребятам подгузники. Санбёрст хихикнул. – О, не переживай, это намного проще, чем кажется. Главное, чтобы жеребёнок сильно не брыкался. Он посмотрел на Фларри, и юная принцесса озорно высунула язык.

***

Дом с привидениями для жеребят был спроектирован так, чтобы быть смешным, а не страшным, с большими надувными призраками и пони, одетыми в костюмы клоунов, которые с улыбками раздавали жеребятам конфеты и щипали их за щёки, включая Селестию и Луну с которыми персонал весело играл, спрашивая, не хотят ли они ещё конфет, или комментируя, как мило они выглядят. Им обеим было приятно подобное внимание взрослых, которые умилялись и катали их на спинах, в то время как кобылки просто наслаждались яркими цветами и странными звуками. Санбёрст и Мун Дэнсер, однако, были в замешательстве, поскольку многие пони тихо шептались, глядя на них как на многодетную пару. Санбёрст потёр копытом лицо и вздохнул: – Старлайт меня убьёт. Мун Дэнсер рассмеялась, наблюдая за тремя кобылками, играющими рядом. – О, это не так уж плохо. Не обращай внимания на эти сплетни. К тому же ты выглядишь довольно мило с тремя жеребятами, мистер нянька. Санбёрст ухмыльнулся. – Ну да, и я хотя бы знаю, как ухаживать за ними. До сих пор не могу поверить, что ты надела Луне подгузник задом наперёд. Мун Дэнсер поёжилась при воспоминании о том, как она пыталась перепеленать плачущую малышку Луну, и сказала: – Перестань, не напоминай мне об этом! Тем временем Селестия, смеясь, стала бороться с Луной, игриво царапая её своими варежками и издавая звуки, похожие на кошачьи. Луна решила ей подыграть и, хихикая, стала извиваться на полу во время их шутливой потасовки. – Нет, не ешь меня! – Р-р-р, о нет, я тебя съем! Я плохая чёрная кошка, и я проклята! – Нет, ты просто милая кошечка, – сказала Луна и бупнула её в носик. Тия нахмурилась. – Неважно, всё равно я проклята. – А вот и нет, – сказала Луна. – А вот и да, – заявила Селестия. И они снова начали драться. Санбёрст повернулся и быстро разнял их. – Эй, прекратите сейчас же или мы пойдём домой! Обе кобылки на время успокоились, но снова начали драться, когда их усадили в коляски. Фларри покачала головой. – Вы двое, перестаньте драться! Я не хочу возвращаться домой раньше времени. Они обе опустили глаза и пробормотали извинения, пока их коляски везли дальше по улице. Мун Дэнсер потрепала гриву Санбёрста. – Когда-нибудь ты станешь замечательным отцом. Он с ужасом подумал о том, что, возможно, однажды будет заботиться о куда большем количестве жеребят, и испуганно прошептал: – Ну да, но надеюсь, что это будет не скоро. Я хочу сперва слегка отдохнуть, после того как Фларри немного подрастёт. Мун Дэнсер ухмыльнулась. – Понятно. Кстати, ты собираешься пригласить Старлайт на свидание? Он неуверенно хмыкнул. – Ага. Надеюсь, она не будет ревновать из-за глупых слухов, которые, вероятно, будут ходить после этого вечера. В конце концов, они вернулись на главную вечеринку, где были стенды с играми и пони, раздающие ещё больше конфет. Каденс и Шайнинг танцевали в толпе. Принцесса Любви была одета в милый костюм купидона с тогой и колчаном со стрелами за спиной, а Шайнинг был в костюме вампира с чёрным плащом, искусственными зубами и зачесанными назад волосами. Они оба обернулись, увидев трёх жеребят, и Каденс не смогла удержаться от того, чтобы подойти и посмотреть на двух новых малышек. Но когда она приблизилась, то сразу узнала своих тёток и, наклонившись, сказала: – Ого, это же Селестия и Луна! Что с ними случилось? Мун Дэнсер пожала плечами. – Скажем так, они решили ненадолго вернуться в детство, а потому мы присматриваем за ними. По крайней мере, у Фларри теперь есть подружки для игр. Каденс посмотрела на них и хихикнула. – Понятно. Кстати, вы двое очень похожи на пару. Но спасибо, я ценю, что вы помогаете с жеребятами и… эм… если вы не против, мы с Шайнингом очень хорошо проводим время, не могли бы вы уложить их спать и всё такое? Санбёрст и Мун Дэнсер вздохнули, но потом согласно кивнули и Каденс радостно произнесла: – Ура! Ещё раз спасибо вам! Вы самые лучшие! Затем она поспешно удалилась, чтобы продолжить танцевать со своим мужем. Санбёрст вздохнул. – Ну ладно, я думаю, мы должны хотя бы дать им поиграть в несколько игр, а потом отвезти обратно в замок. Мун Дэнсер кивнула и сказала: – Хорошая идея. Пойдём, я уверена, им понравится игра, где надо бросать пауков. Они подошли к корзинке с резиновыми пауками. Луна хихикнула, оживив одного из них с помощью магии и заставив ползать неподалёку. Стоящий рядом жеребёнок вскрикнул от ужаса, когда паук залез ему на спину, и Луна ещё больше рассмеялась, показывая на него ножкой, пока жеребёнок испуганно прыгал на месте. Селестия закатила глаза, подняла паука и попыталась бросить его, но он просто упал на землю, ну а Фларри… взяла резинового паука и начала его жевать. – Нда, думаю, эта игра для них слишком сложная, – посмотрев на это, сказал Санбёрст. Мун Дэнсер огляделась по сторонам и произнесла: – А как насчёт чашки с глазными яблоками? Всё, что им нужно делать, это опускать копытца в воду, полную резиновых глазных яблок, и искать среди них пакетики с конфетами. Санбёрст посмотрел на часы и в шутку сказал: – Ну, даже не знаю. Фларри уже пора ложиться спать. Может, нам отвести их в детскую? Луна и Селестия тут же стали махать ножками, показывая, что они не устали. Санбёрст тихо хихикнул. – Ладно-ладно, я вас понял. Ну хорошо, мы ещё немного поиграем. Они отвели жеребят к столу и посадили вокруг большой чаши, наполненной резиновыми глазами. Они начали совать туда ножки и вылавливать пакетики с конфетами, и им это очень нравилось. Юные аликорны хихикали, продолжая вылавливать конфеты, пока взрослые не заметили, что они вытащили их все из чаши и разбросали по полу, полностью покрыв его разноцветными конфетами. Санбёрст строго посмотрел на них и сказал: – Эй, так нельзя. Простите, дорогие, но вы должны были взять не больше одного пакетика. Это, конечно, сильно расстроило кобылок и они начать реветь своими кантерлотскими голосками, вызывая мощные звуковые волны, распространяющиеся по всей вечеринке. Санбёрст, заметив опасность (и крошащиеся стены замка), быстро посадил их в коляски и попытался успокоить. Он закрыл глаза копытами и спросил: – Ой-ой, а где это мои маленькие жеребятки? Кобылки перестали плакать и удивлённо посмотрели на Санбёрста, после чего он убрал копыта и сказал: – А, вот они! Юные принцессы тут же весело захихикали и захлопали копытцами от радости, разбрасывая из ведёрка конфеты. Санбёрст повторил этот трюк ещё несколько раз, пока к нему не подошла Мун Дэнсер и прошептала: – Думаю, на сегодня с меня хватит. Давай отведём их в замок. Санбёрст кивнул, вытаскивая из гривы несколько конфет. – Да, ты права. Да и конфет мы набрали немало. Так что можно возвращаться.

***

Санбёрст уложил жеребят в кроватку в детской комнате Фларри Харт. Все они были одеты в милые пижамы с рисунками тыкв и летучих мышей. Но жеребята ныли и дрыгали ножками, не желая ложиться спать. Санбёрст строго сказал им: – Так, а ну-ка не капризничайте. Если будете вредничать, завтра не получите конфет. Кобылки тут же перестали дрыгать ножками, и тогда он укрыл их одеялом и вставил в рот пустышки. Затем он поцеловал каждую малышку в лоб и выключил свет. Селестия и Луна уютно устроились под одеялами, обнимая Фларри Харт, которая обнимала их в ответ. Санбёрст стоял рядом и наблюдал, как они погружаются в глубокий сон, а пустышки поднимаются и опускаются, весь взъерошенный, с перекошенными на носу очками. Мун Дэнсер сняла костюм луны и теперь была одета в свой обычный свитер. Она подошла, улыбаясь, и посмотрела на трёх крепко спящих жеребят. – Надо же, они такие милые, – проворковала она. – Однако, я надеюсь, что принцессы больше никогда не будут так делать. Санбёрст кивнул и тихо вздохнул: – Да уж, это была сумасшедшая ночь. Они оба посмотрели на трёх крепко спящих жеребят, и Санбёрст прошептал: – Очень надеюсь, что к утру они вернутся в нормальное состояние. Мун Дэнсер поправила очки и сказала: – Не переживай. Пока ты укладывала жеребят спать, я прочитала книгу заклинаний, которую использовала Луна. К утру они должны вернуться в нормальное состояние. Санбёрст с облегчением вздохнул и пробормотал: – Это хорошо. Значит, теперь мы можем… э-э-э… ну… Мун Дэнсер улыбнулась и предложила: – А давай просто почитаем страшные истории и покушаем конфеты. – Хорошая идея, – усмехнулся Санбёрст и последовал за ней. Когда они вышли из детской, волшебная аура окутала двух юных кобылок и они мгновенно стали взрослыми. Кроватка громко заскрипела и треснула под весом двух взрослых принцесс. Санбёрст и Мун Дэнсер тут же бросились обратно в детскую и увидели Селестию и Луну с удивлёнными выражениями на лицах. Они всё ещё были в пижамах и толстых подгузниках, которые каким-то образом выросли вместе с ними, так же как и соски, которые были у них во рту. Все пони молчали, не зная, что сказать, пока Фларри Харт не выскочила из гривы Селестии, визжа от восторга. Санбёрст весело хихикнул и, поправив очки, сказал: – Э-э-э… что ж, полагаю, вам больше не нужна помощь, чтобы менять подгузники? Селестия и Луна смущённо покраснели.