Лисьи секреты

      Даже долгожданное воссоединение с отцом не принесло Кевину Дею того покоя, о котором он так мечтал, заточенный в «Гнезде». Там, где почти каждый ворон подвергался пыткам — и до сих пор было неясно, какие из них были страшнее: физиологические или изощрённые психологические. Хозяин и Рико виртуозно сочетали и те, и другие, вытравляя из игроков личность, оставляя лишь пустые оболочки. Идеальные солдаты, чья единственная цель — бегать по полю, приносить очки и вежливо, лучезарно смотреть в камеру во время интервью.       От одних воспоминаний по спине пробежал холодок. Перед глазами встала леденящая душу улыбка Рико в его чёрном костюме, с брошью в виде алой птицы, так похожей на ворона. И тот голос, спокойный и железный: «Улыбайся, Дей. Улыбайся». Кевин давно научился отличать приказ от просьбы — в «Гнезде» не просили. Там указывали: что делать, какие упражнения выполнять, что есть и с кем разговаривать. Он нервно сглотнул. Казалось, этот страх навсегда врос в него, стал частью ДНК.       Внезапно его вырвало из плена прошлого обеспокоенный голос Ники, не выпускавшего из рук пульт:       — Минус один...       Кевин уже хотел уточнить, что тот имеет в виду, но его опередил серьёзный, слегка дрогнувший голос Дэн. Она инстинктивно искала поддержки, крепко держа за руку Мэтта:       — Что думаешь, Кевин? Стоит попытаться?       Кевин мотнул головой, стараясь отогнать наваждение, и упёрся взглядом в экран телевизора — тот самый, что Вайвак специально поставил для разбора матчей. Увиденное заставило его скривиться. Рико, будто ни в чём не бывало, давал интервью, и в его голосе ясно проступали фальшивые, притворные нотки грусти, которые Кевин научился распознавать с первого вздоха: «Очень жаль, но никто не застрахован от несчастных случаев...»       Взгляд Кевина метнулся к бегущей строке внизу экрана, выхватывая ключевые слова: «Натаниэль Абрам Веснински доставлен в больницу... Врачи заверяют, что жизни ничего не угрожает...»       Безжизненно повис в его руке листок с тактикой «Драконов». Теперь всё это казалось таким несущественным.       В голове тут же защелкали шестерёнки, сцепляясь в чёткую, пугающую цепь. Натаниэль Веснински. Натаниэль. Третий номер «Воронов». Сын Балтиморского Мясника.       Эта последняя часть была известна считаным единицам. Кевин отдал бы всё, чтобы не знать этого. Он навсегда запечатлел в памяти, как Натан Веснински лишил жизни человека прямо у них на глазах. В той комнате были он, Рико и Натаниэль. От зрелища крови и плоти даже мелкому садисту Рико стало дурно, а Кевин побелел, будто выпавший за окном снег.       Пока Кевин утопал в мрачных воспоминаниях, вся команда — за исключением разве что Аарона, уткнувшегося в телефон с лентой новостей, и Элисон, внимательно изучавшей свежий маникюр, — смотрела на него в ожидании реакции. Даже Эндрю, обычно предпочитавший не вникать в командные дела, если это не касалось его Монстров, наблюдал пристально. Похоже, Кевин и вправду стал частью их… «семьи», если это странное собрание душ можно было так назвать.       В груди что-то болезненно кхнуло, а в руке, где когда-то был перелом, пробежала знакомая фантомная боль. С невероятным облегчением Кевин вздохнул, когда в комнату вошёл Ваймак, мгновенно забрав всё внимание на себя. Он, без сомнения, был уже в курсе изменений в команде противников.       Кевин попытался стать как можно менее заметным, хотя сама эта затея казалась абсурдной — особенно когда на нём была рыжая толстовка с огромной белой лисьей лапой на спине и белые шорты с огненными полосами по бокам. Он чувствовал себя живым, кричащим сигналом.       Суровый взгляд Ваймака скользнул по команде, на мгновение задержавшись на Кевине, будто сканер, считывающий его напряжение. Голос тренера не терпел возражений и вырезал все лишние мысли:       — Все на поле, быстро! Треннировка уже семь минут как идёт!       Ваймак отошёл в сторону, пропуская игроков. Замыкающим, как всегда, неспешно шёл Эндрю.       Разминка помогла немного собрать мысли в кучу. Так значит, если в результате этого «несчастного случая» Натаниэль оказался в больнице, то «Вороны» потеряли хорошего игрока… Отличным Кевин не мог назвать никого — с детства он усвоил, что предела совершенству быть не может. Именно поэтому он продолжал гонять по полю по ночам, на которые скрепя сердце его привозил Эндрю.       Пока Кевин выжимал из себя все соки, бегая под холодными лучами прожекторов, Эндрю обычно дремал на скамейке запасных, не проявляя ни малейшего интереса к происходящему. Со временем Кевин перестал этому противиться, хотя поначалу его это бесило. Он пытался убедить вратаря, что дополнительные тренировки полезны и повысят их производительность на поле, за что каждый раз отправлялся «в пешее эротическое» — далеко и надолго.       Их диалоги всегда шли по одному и тому же сценарию. Кевин выкладывал свои, как ему казалось, железобетонные аргументы. Эндрю делал вид, что слушает, а потом просто говорил:       — Иди нахуй, Дей.       «Лис» с натяжкой можно было назвать даже удовлетворительной командой. Первое время Кевин уже начал думать, что проблема в нём самом, однако разговор с Ваймаком расставил все точки над «i». Более того, тренер вручил ему личные дела всех игроков — для изучения, чтобы он знал, с кем имеет дело.       Даже сейчас, на обычной тренировке, в воздухе витали нытьё и жалобы на «бесчеловечный» режим. Кевину всё время хотелось огрызнуться, что этот режим — для малолеток, которые и так выиграют их, не успев даже выйти на поле и взять клюшку в руки. Он плевался ядом, кричал, пытался вводить санкции — но кто бы их слушал?       Раздался резкий свисток Ваймака, возвещающий об окончании тренировки. Но Кевин, не сдерживаясь, замахнулся и швырнул мяч прямо в пустующие ворота — те самые, которые Эндрю демонстративно игнорировал, всем видом показывая своё отношение к подобному времяпрепровождению. Радости этот точный бросок не принёс.       Приняв душ и ни с кем не прощаясь, Кевин без стука вошёл в кабинет Ваймака. Тренер сидел за столом перед ноутбуком. Напряжённо сцепив пальцы, Кевин выдохнул:       — Он нам нужен.       Это прозвучало не как просьба, а как констатация факта. Ваймак не отрывал сосредоточенного взгляда от экрана, продолжая что-то печатать, изредка сверяясь с бумагами. Кевин знал, что уточнять, кто именно нужен команде, не требуется — Ваймак понял его с полуслова.       Кевин уже готов был обрушить на тренера шквал аргументов, представить детальный анализ пользы такого шага и расписать все риски — которые он был готов взять на себя целиком.       Ваймак наконец закончил и поднял на него взгляд:       — Можешь взять Эндрю.       Кевин замер, сделав глубокий вдох — лишь сейчас осознав, что от напряжения задержал дыхание. Он расслабил забитые после тренировки плечи.       — Ты с нами? — в его голосе прозвучала откровенная мольба.       В таком состоянии Кевин был не лучшим переговорщиком, и Ваймак прекрасно это знал. Он лишь кивнул и добавил, щурясь:       — В выходные навестим больного.       В груди Кевина поселилось долгожданное тепло. Поддержка Ваймака вселила в него уверенность в задуманном — а это дорогого стоило, ведь тренер редко утруждал себя заботой о чьих-либо чувствах. Особенно когда речь шла о подростках, которым нужно было жёстко указывать на факты, упрямо ими игнорируемые. Он всегда действовал под лозунгом «это вам же на благо», жёстко контролируя команду, давно разделённую на два лагеря: «нормальные» и «монстры».       Значит, у плана Кевина были все шансы воплотиться в жизнь. И принести с собой изрядную долю проблем — в этом он не сомневался ни секунды.       В голове уже прокручивалась первая идея: поставить Натаниэля на позицию нападающего. Задатки для этого у него имелись, несмотря на то что в «Воронах» он был защитником. Можно было, конечно, оставить его на привычном месте, но здесь возникало несколько «но».       Во-первых, на позициях защитников уже прочно стояли Мэтт и Аарон. Мэтт Кевина полностью устраивал, а вот Аарон… Ему не хватало скорости и мощи. Хотя Кевин прекрасно знал, что младший из близнецов мог быть столь же свиреп, как и старший, — если создать для этого подходящие условия. Но времени на раскачку у Кевина не было. Да и Эндрю вряд ли пришёл бы в восторг от такой рокировки.       А во-вторых, Кевину отчаянно нужен был нападающий, с которым он мог бы сработаться. Потому что играть в связке с Сетом было сущим наказанием: тот всё делал наперекор, плевал на тактику и любой план…       В спину Кевину раздался строгий, уставший голос Ваймака:       — Ты же понимаешь, что он может не согласиться?       Кевин замер, уже успев коснуться дверной ручки. Такая мысль, конечно, приходила ему в голову, но была тут же вытеснена железными доводами. Доводами о том, почему его план возвращения Натаниэля в спорт — единственно верный. И почему тот не сможет сказать «нет».       Во-первых, «Воронам» не нужен испорченный товар. Таким, как он сам когда-то был — тем самым Кевином, который «случайно» сломал руку на горнолыжном курорте. Хотя на самом деле всё обстояло иначе. Гораздо мрачнее.       Во-вторых, если не он, это сделают либо Хозяин, либо Рико. А ни тот, ни другой не терпят, когда что-то идёт не по их воле. Если на них ещё мог как-то повлиять Натан, то сейчас он был в тюрьме. И Кевин, если честно, не представлял, как Мясник воспитывает сына и вообще волнует ли его то, что творится в «Гнезде».       А значит, существовал немалый шанс, что Натаниэлю, как и ему самому когда-то, не захочется возвращаться в ту клетку.       Ваймак ждал ответа. На его лице играли тени — время неумолимо двигалось к вечеру, но синяки под глазами выступали всё явственнее.       Кевин обернулся. Его голос прозвучал твёрдо и непреклонно:       — Он согласится.       Ваймак тяжело вздохнул и откинулся на спинку кресла. Старая мебель протяжно скрипнула, разрывая тишину, успевшую осесть в кабинете. Ноутбук уже погас.       В голосе тренера послышались усталость и отчаяние:       — Кевин…       Очередная попытка достучаться до него могла обернуться очередным провалом. Наверное, с Кевином Ваймаку было сложнее всего. Он был ему больше, чем тренером... И поэтому каждую неудачу Кевина Ваймак воспринимал слишком близко к сердцу.       Но Кевин уже решил:       — Он согласится. Я сделаю для этого всё.       Возражений больше не последовало. Кевин шмыгнул в коридор и направился обратно в раздевалку. Щёлкнул выключателем — свет холодно вспыхнул под потолком, озаряя пустые скамейки и тишину. Все уже разошлись. Монстры, как и договаривались, ждали его на парковке.       Кевин забрал свою спортивную сумку, лежащую по полу, куда заодно запихнул и ноутбук — сегодня он им так и не пригодился. Вышел на улицу.       На дворе моросил холодный осенний дождь, набухая в тучах и грозя вот-вот перерасти в настоящий ливень. Кевин натянул на голову капюшон и быстрым шагом направился к стоянке. На привычном месте стоял чёрный внедорожник Эндрю. Рядом с ним, прислонившись бедром к капоту, неподвижно замер его хозяин. Он курил, рассеянно глядя на мокрую дорогу. Красная точка сигареты трепетала в предвечерней мгле и отражалась размытым бликом в луже у его ног.       Не говоря ни слова, Кевин прошёл мимо, рывком открыл дверцу и устроился на пассажирском сиденье. Принялся копаться в карманах, пытаясь нащупать наушники. В этот момент сзади раздался встревоженный, мягкий голос Ники:       — Кевин, всё хорошо?       Кевин неопределённо промычал что-то в ответ, уставившись в окно. Ему не хотелось разговоров. Хотелось, чтобы они уже поехали.       Хлопнула дверца со стороны водителя. Эндрю молча устроился за рулём, повернул ключ зажигания, и двигатель отозвался негромким рычанием. Машина плавно тронулась с места, вливаясь в вечерний поток машин, уверенно увозя их обратно — в общежитие.       Кевин поморщился: от одежды Эндрю, от салона — от всего тянуло едким запахом табака. Он нажал на кнопку, и стекло со скрипом опустилось на пару сантиметров. Ворвался влажный ветер, неся с собой свежесть и горьковатый дух опавших листьев.