Выбор за тобой

– Держи, Гермиона, ещё один коктейль тебе не помешает, – Джинни удалось протиснуться через веселую компанию неподалёку и принести очередной напиток Грейнджер, стоявшей в отдалении у небольшого столика. – Спасибо, Джинни! Гарри не говорил, что соберется столько людей, это ведь Рождество, как ему удалось собрать столько народу, – повторила она, озираясь по сторонам. – Это ведь Гарри, сама знаешь, вряд ли кто-то откажется от возможности побывать на вечеринке самого Гарри Поттера. А он и рад. “Мы все должны выдохнуть и научиться общаться!” — немного передразнивая интонацию Гарри, сказала Джинни. — Тем более теперь из-за работы в аврорате он пересекается с таким количеством людей, что я уже перестала запоминать каждого, – Джинни видела, что плечи подруги все еще напряжены, хотя она собственноручно принесла ей третий коктейль, – Ну же, Гермиона, попробуй расслабиться. Жаль, что Рон не смог прийти. Он отправил мне сову. Кажется, твой парень собирается стать лучшим игроком следующего сезона, – ухмыльнулась Джинни. – Да, Рон на сборах. Если честно, не помню, когда он проводил дома больше четырех дней подряд, – быстро проговорила Гермиона и тут же пожалела о своих словах. Она не собиралась жаловаться сестре своего парня на то, что тот пропадает на играх и сборах. Не сегодня. – Ты всегда можешь поехать с ним, уверена в отделе тебе согласуют любую командировку, которую ты попросишь, – мягко улыбнулась Джинни, словно извиняясь за свои слова. Она знала, что Гермиона не пойдет на это. Знала, но не понимала подругу сердцем. Она-то была готова следовать за Гарри везде, куда занесет его очередное расследование или особо секретное задание. Ей уже приходилось оставаться одной тогда, когда больше всего на свете она хотела быть рядом с ним. Пять лет назад она поклялась себе, что больше такого не допустит. Гермиона не стала отвечать подруге, она задумчиво смотрела вперёд, в который раз думая о том, что ни её карьера в Министерстве, ни жизнь с Роном не принесли ей ни счастья, ни душевного покоя. Она не могла, как раньше, искренне доказывать Джинни, что работа в Министерстве – это то, что важно для неё, что это ее путь, который она представляла ещё будучи на пятом или шестом курсе. Ведь оказалось, что большую часть гребаной работы занимала документация, ведение отчетности, бесконечный анализ и реструктуризация процессов. Гермиона давно потеряла ответ на вопрос, зачем она этим занимается. Это грызло её изнутри. Но признаться в этом кому-то кроме себя, у нее не было сил. – Я поражаюсь твоим организаторским способностям, Джин. Уверена, что Гарри в последний момент придумал всё это, но как тут уютно, – как будто вторя ее словам теплый смех раздался из другого конца залы. Вокруг сновали веселые, расслабленные люди. Кого-то Гермиона знала хорошо. “Почти вечер встречи выпускников”, - подмигнул ей Гарри получасом раньше, когда она только аппарировалась. – Спасибо, что заметила, Гермиона. Я в последние три дня почти не спала, придумывая, как вместить здесь всех гостей из списка Гарри. Ты удивилась бы, увидев некоторые фамилии, – хитро улыбнулась Джинни. Гермиона уже собиралась спросить, каких еще неожиданностей ей ждать от вечера, который по ее планам должен был быть тихими, семейными посиделками, но Джинни, услышав звон разбившегося стекла (кто-то умудрился разрушить заколдованную башню из бокалов с шампанским), быстро метнулась в ту сторону. – Гермиона, держи коктейль, – услышала она знакомый голос откуда-то сбоку. К ней пробирался Гарри. Нет, эта семейка точно решила споить её сегодня. Неужели они думают, что несколько коктейлей позволят ей забыть об их неприкрытом обмане, “маленьком сюрпризе”, как назвала это Джинни. Грёбаная вечеринка с кучей гостей, которую бы Гермиона точно пропустила, если бы хоть кто-то удосужился рассказать ей о масштабах вечера. – Спасибо, Гарри, – сказала Гермиона немного сквозь зубы, – ты превзошел себя! – Да, даже не ожидал, что все согласятся, – искренне улыбнулся тот. Гермиона фыркнула. – Ты выглядишь просто потрясающе! Кажется, я еще не успел тебе этого сказать! Гермиона снова фыркнула. Потрясающе! Она собиралась на семейный ужин Поттеров-Уизли, поэтому в какой-то момент ей показалось милым надеть вязаный свитер Молли Уизли, который она подарила ей в прошлое Рождество, не изменяя своей традиции. Свитер! Когда все вокруг щеголяли искусно сшитыми вечерними мантиями и платьями. Не то, чтобы её сильно заботил ее внешний вид, но диссонанс был слишком явным, чтобы она могла его игнорировать. – Нет, я говорю серьёзно! – возмутился Гарри так, как будто Гермиона уличила его в лести, – этот изумрудный цвет в сочетании с твоими волосами… я, конечно, не очень разбираюсь, но выглядит здорово! Молли отошла от предубеждений насчет изумрудного, да и все мы. Меня это радует, – Гермиона почувствовала, что Гарри говорил уже не только о цвете ее свитера. – Спасибо, Гарри. Мне тоже нравится этот свитер. К Гарри и Гермионе быстрым шагом приближалась Молли Уизли, как будто почувствовав, что кто-то хвалит её подарок. – Гермиона, дорогая, с Рождеством! Как жаль, что Рон не приехал. Я уже отправила ему сову, — поджала губы она, — Рональду нужно чуть больше думать о своей семье! – как удивительно Молли Уизли умела за секунду переходить с теплого тона на угрожающие интонации. Гермиона улыбнулась и обняла Молли в ответ. – С Рождеством! Рон передавал вам наилучшие пожелания! – Я только что говорил Гермионе, как ей идет этот свитер! – Гарри улыбнулся свекрови. – О, и впрямь, очень хорошо, Гермиона, – потрепала её по руке волшебница, – мне очень льстит, что вместо вечернего платья ты выбрала именно его. Гермиона улыбнулась, сверкнув глазами в сторону Гарри. Он виновато приподнял уголки губ. Гарри легким движением руки пригласил свекровь на танец, и Гермиона мысленно поблагодарила друга: она бы не выдержала дальнейшего разговора о Роне. Музыка становилась громче, все больше пар появлялось на импровизированном танцполе. Большинство успели выпить огневиски и великолепных коктейлей, рецептами которых с Джинни поделилась Флер. Те, кто не танцевал, вели оживленные разговоры. Смех и звон бокалов раздавался то тут, то там. Гермиона смотрела вокруг так, как будто заглядывала в окно рождественского домика из магловского сувенира — шара со снегом и милым домиком внутри. У нее был такой в детстве. Она всерьез не злилась на Гарри и Джинни, просто не могла злиться. Они правы. Людям нужны такие вечера. Пять лет прошло, но время не смогло стереть печать войны, которая появилась на лицах волшебников. Все как будто заново учились радоваться, учились доверять друг другу, учились не оглядываться на звон стекла или слишком резкий хлопок. Гермиона была уверена, что увидит здесь не только пуффендуйцев, когтевранцев и гриффиндорцев. Гарри, как никто, отстаивал право слизеринцев вновь интегрироваться в общество, быть его частью. Конечно, тех, кто не принимал самого непосредственного участия в войне, или, если и делал это, то вынужденно, опасаясь за свою семью или спасая близкого человека. Или тех, кто искренне раскаивался. Или тех, кто был способен на раскаяние. Милосердие. Вот о чем твердил Гарри с первой минуты после смерти Волан-де-Морта. Не убивайте тех, кто не оказывает сопротивление. Защитите тех, кто просит о защите! Способность Гарри к прощению восхищала Гермиону. Она, хоть и присоединялась к его словам, сердцем не могла полностью разделить его позицию. От размышлений Гермиону отвлекла фигура молодого мужчины, возникшая прямо перед ней. – Гермиона, как я рад тебя видеть! Это самый вкусный коктейль, который я пробовал! Держи, – глаза Невилла искрились теплом. Парень вырос и возмужал так, что Гермионе казалось, тут замешана магия. Иначе как объяснить, что нескладный подросток, угловатый и мешковатый одновременно, превратился в высокого, стройного, гармонично сложенного мужчину, с умным взглядом и доброй улыбкой? – Спасибо, Невилл, здорово, что ты здесь! – Гермиона попыталась сосчитать, каким по счету должен был стать этот коктейль, но мысленно махнула рукой, – ты прямиком из Хогвартса? – Да, сегодня в замке осталось не так много ребят, с ними Макгонагалл, Хагрид и мадам Помфри. Они щедро предложили остальным учителям развеяться, тем более кажется, что Гарри собрал здесь просто всех, кого смог вспомнить! Это так здорово, мне снова семнадцать по ощущению, – рассмеялся Невилл. – Как там в Хогвартсе, Невилл? Тебе нравится преподавать? – Хотел бы я сказать, что там всё по-старому, — Невилл задумчиво посмотрел куда-то выше головы Гермионы, — Конечно, нет. Нам все еще приходится восстанавливать и сам замок, и все процессы, – в интонациях Невилла Гермиона услышала серьёзные профессорские нотки, и это было то, к чему она все ещё не могла привыкнуть, – Но там хорошо, мне нигде не бывает так хорошо, как в Хогвартсе, – взгляд Невилла немного затуманился. – Я не знала, что замок до сих пор не восстановлен, – нахмурилась Гермиона. – Да… Ты знаешь, есть места, о существовании которых я не знал. И уж тем более о том, что их нужно восстанавливать. Магический замок, если мы хотим, чтобы он продолжал быть самым безопасным местом, не так то быстро отстроить. Ты бы знала, сколько магии мы вливаем в каждый его уголок. А людей не хватает. И учителей до сих пор не хватает. А еще проклятия, которые так и ждут, что на них наткнется какой-нибудь первокурсник. Грёбаные пожиратели метали их, кажется, даже не думая целиться, когда убегали из замка. Некоторые из них оказались с отложенным действием, как бомбы у маглов, знаешь. Гермиона пыталась сфокусировать взгляд на Невилле и придать лицу обеспокоенное выражение. Мерлин. Эти коктейли. Не обошлось без секретных ингредиентов Флер. Невилл улыбнулся, глядя на Гермиону. – Пойдем потанцуем, Гермиона. Обещаю отдавить тебе обе ноги! – по-ребячески усмехнулся парень. – Я бы с радостью, но кажется мне нужно немного проветриться, еще увидимся, – она сжала руку Невилла, надеясь, что того не огорчит ее отказ. Все же, убеждала она себя, он сделал это только из вежливости, сам Невилл терпеть не мог танцевать, насколько помнила Гермиона. Ведь не могло же и это измениться? Она, постаравшись стать невидимкой, пробралась к боковому выходу. Конечно, дом Гарри Поттера не был маленьким, но сегодня здесь точно поработали с чарами внутреннего расширения. Выйдя на улицу, Гермиона осознала, что не захватила пальто. Ругнувшись про себя, она наколдовала согревающие чары. И тут же почувствовала, что изрядно напилась. Стоило пообедать перед тем, как ехать сюда. Или хотя бы закусывать в процессе. Мерлин, тебе не восемнадцать лет, Гермиона. А ты не можешь наколдовать нормальные согревающие чары после … скольких-то там коктейлей. Ногам было уже почти горячо, а вот по спине пробирался декабрьский мороз. Не желая признавать поражение, Гермиона пыталась дышать полной грудью. Голова кружилась, а ноги были ватными. Но понемногу морозный воздух помогал. Она запрокинула голову: среди черного ночного неба везде, где только мог выхватить взгляд, кружились огромные хлопья снега. Дом был подсвечен к празднику, и все вокруг немного напоминало сказку. Сердце Гермионы сжалось. Всё было хорошо. Вокруг всё было отлично. Ее друзья отмечали Рождество, не боясь нападения пожирателей. Они строили планы на рождественские каникулы, обменивались подарками, обнимали друг друга, пусть чуть крепче и дольше, чем нужно, но все же выглядели и чувствовали себя по-настоящему хорошо. И у Гермионы все в порядке. Она здорова, она работает в министерстве, о чем и мечтала, она живет с парнем, который поцеловал её много лет назад, там, в тайной комнате. И при этом она глубоко и беспросветно несчастна. И еще больше несчастна от того, что не знает, что порождает в ее душе такую тоску. А как бороться с тем, чего не знаешь? Как бороться с врагом, которого не видишь? Гермиона покачнулась и вздрогнула. – Грейнджер! – послышался бархатный голос, немного растягивающий гласные звуки. Она повернулась так резко, что потеряла равновесие.