Память о вас.

      - ...то! Кайто!       Доносилось это откуда-то сверху, но определить, насколько далеко источник звука, не выходило. Голову будто заполнили бетоном, вытеснив абсолютно все мысли и заменив их тяжёлым гулом. Голосок, кажется, был напуганным и беспокойным, периодически дрожал и едва ли сдерживался от того, чтобы не сорваться на крик. Хотелось бы, может, об этом подумать, но думать не получалось и от этого становилось ужасно неприятно. Что, уже и порассуждать спокойно нельзя?! Ну, видимо, да. Наверное, единственное, что оставалось сделать – открыть глаза и хоть немного осмотреться. Однако даже это сейчас не представлялось возможным. Тело просто не слушалось. Где-то в глубине сознания, словно дождевой червяк, которого пробудили холодные капли дождя, заставив выползти на поверхность, начинала просыпаться тревога. Но, надо думать, хуже от этого должно было быть только ему самому.       - Кайто..!       Его продолжали настойчиво звать, словно боясь, что, если вдруг перестанут повторять это имя из раза в раз, подобно мантре, то он продолжит лежать и больше не встанет вовсе. По крайней мере, создавалось впечатление, что он лежит. Голова, кажется, упиралась во что-то мягкое, а ладони - во что-то прохладное. Возможно, пол, застеленный линолеумом или паркетом..? Но этого невозможно было сказать наверняка, совсем не осмотревшись.       - Кайто!       Что ж такое. Неужели, он настолько кому-то нужен? А может, это вовсе и не к нему обращение? Хотя, никого другого слышно не было. Да и больше ничьего присутствия рядом не ощущалось. Значит, это его имя? Кайто? Такое странное. Словно чужое. Да и, опять же, кому он вдруг понадобился настолько сильно, что его пытаются растрясти от, судя по всему, глубокого и вполне спокойного сна? При чём буквально «растрясти». Его плеча коснулись чьи-то руки. От тряски перед глазами заплясали круги и «звёздочки». К горлу подступил ком. Казалось, что его сейчас вывернет наизнанку прямо так, в полу-сознательном состоянии. Перспектива задохнуться в собственном завтраке (или обеде) была не самой желанной, поэтому пришлось попытаться сесть.       Открыть глаза до сих пор не получалось. Руки поддались с большой неохотой. Все мыщцы словно разом отказали и стали жить своей жизнью, решая, стоит им сейчас подчиняться желаниям их обладателя или нет. Благо, кто-то заботливо поддержал и помог сесть. Только от этого затошнило лишь сильнее, а перед, и без того закрытыми, глазами всё поплыло. Возможно, решение сменить положение было слишком опрометчивым. Да, пожалуй. Очень глупым. Зато голос стал ближе и, кажется, зазвучал чуть более отчётливо. Теперь точно можно было сказать, что он принадлежал девушке (что, в целом, было понятно и до этого, на самом деле). Она говорила, говорила и говорила. А что? Да чёрт его знает. Разобрать не получалось. Это скорее было похоже на лепет ребёнка или белый шум, не имеющий никакого смысла.       Наверное, стоило открыть глаза? Хотя бы по той причине, что было любопытно, кто пытается что-то донести так долго и упёрто. При этом, вероятно, не понимая, что Кайто едва ли разбирает слова.       Далось это, кажется, с ещё большим трудом. Стоило ему поднять веки, как всё тут же поплыло ещё сильнее, заставив накрениться набок и опереться на руку, которая чуть подрагивала от резкой нагрузки после долгого бездействия.       - Кайто! Боже мой, прости. Прости, прости, прости... – вдруг заговорили над самым его ухом, обхватив шею руками. Девушка уткнулась носом ему в плечо, периодически подрагивая и чуть трясясь. Ладони её были неприятно холодными. С чего бы это вообще...       Стоп. А какого чёрта она вообще на нём так повисла, собственно. Ей что-то нужно? Да и за что прощения-то просит? Голова всё ещё неприятно гудела, пусть мутная пелена и немного спала с глаз. По крайней мере, теперь получалось разглядеть голубые хвостики и ещё несколько силуэтов рядом. И самой взрослой среди них выглядела девушка с короткими каштановыми волосами... наверное, они были короткими. Так казалось на первый взгляд. «Хвостики», тем временем, его отпустила и чуть отодвинулась, теперь внимательно рассматривая. Будто в первый раз видит, честное слово. Однако... вопрос о том, какого чёрта тут вообще происходит, оставался открытым.       - Как ты? Всё в порядке? – единственный пока знакомый голос зазвучал тише и едва заметно дрогнул. А Кайто сидел и смотрел на собеседницу. Они знакомы? Где-то виделись? Или уже давно дружат? А, может, вообще встречаются? Хотя, это вряд ли. Ей же, на вид, лет 16 едва есть. Ему ведь больше, вроде как. Так..? Или он ошибается..? Голова заболела ещё сильнее от такого количества внезапных вопросов. И единственное, на что хватило сил:       - Кто Вы?       Собственный голос прозвучал чужеродно. Хриплый, едва различимый, он словно принадлежал кому-то, кого Кайто и не знал никогда. Чужому человеку, явно не самому приятному. Девушка перед ним резко взрогнула и замерла, распахнув глаза так широко, что они показались вдвое больше, чем должны были бы быть. Или это просто перед глазами опять всё плывёт..? «Старшая» тихонько подошла к ней и, аккуратно взяв за плечи, помогла встать. Да они что, шутят все?! Что за странные скорбные лица?! Будто кто-то умер, честное слово! Если они так за него пекутся, то он жив и почти здоров! Да, немного мутит и голова болит, но это сущие пустяки!       - Кто вы? Что тут происходит? – чуть твёрже (как показалось только ему) спросил Кайто, надеясь, всё же, добиться ответа.       - Кайто! Ты что, ничего-ничего не помнишь?       - Совсем ничегошеньки? Вот прямо вообще?!       - Кайто-Кайто, а меня, меня помнишь???       - Или меня??? Ну, скажи хоть словечко!       Перебивая друг друга, замельтешили перед ним... Кажется, парень и девушка? Близнецы, судя по всему. Не могут же случайные люди быть так похожи внешне. Ещё и разговаривать так синхронно. От этого гомона голова разболелать пуще прежнего. Какие же звонкие и взбалмошные эти двое. Однако злиться на них не хотелось, да и не получалось. К тому же, при всём возможном желании, повысить на них голос, дабы немного угомонить, не вышло бы. Просто не хватило бы сил. Благо, вместо него это сделала «Старшая», шикнув на них. И, что удивительно, это сработало. «Близнецы» мгновенно затихли, синхронно переглянулись. Девочка пожала плечами и, взяв брата за руку, утянула за собой, ближе к остальным. «Старшая», вероятно, имела тут какой-то авторитет... Может, из-за возраста? Хотя, это ведь не всегда показатель. Уважение ещё нужно заслужить, тем более у таких сорванцов, какими предстала эта парочка. Да, с ними, наверное, приходилось туго. Вне зависимости от того, сколько лет было тому, кто находился рядом. «Близнецы» быстро переключили своё внимание на «Хвостики», которая выглядела ну совсем печальной. С чего бы это, справшивается? Хотя, все здесь казались странными. И вели себя соответствующе. «Старшая», тем временем, аккуратно подошла к Кайто, ненадолго ушедшему в размышления и, присев перед ним, аккуратно взяла за руку.       - Эй, Кайто, как себя чувствуешь? – с какой-то странной нежностью спросила она, смотря на него с улыбкой. Мягкой, но немного печальной.       - А... Я в порядке, только голова болит. – отвечать с прежней уверенностью и твёрдостью больше не получалось. Уж слишком его растопил тон, в котором обращадась «Старшая». – И, всё-таки, могу я послучить ответ на свой вопрос?       - Ах, да, само собой. Но только после того, как ты немного поспишь.       - Извините, но, мне кажется, я и так спал достаточно.       - Тебе сейчас важен отдых. Не упрямься. – прозвучало это твёрже, но с той же теплотой.       Спорить не было ни сил, ни желания. Тихо вздохнув, Кайто кивнул. Вопросов меньше не становилось, скорее даже наоборот. Почему она так беспокоится о нём? И почему так ласково говорит? Как с человеком, которого сейчас пытаются не напугать, потому что травма его настолько страшна, что лучше быть в счастливом неведении.       - Ну... В таком случае, позвольте узнать, как Вас зовут?       - Мейко.       - Что ж, тогда... Я рад знакомству.       - Да... Взаимно. А теперь, отдыхай.

***

      За время, что успело пройти после пробуждения (уже второго, ибо в первый раз вышло уснуть ещё раз), Кайто смог немного прийти в себя и оправиться от тошноты и головокружения. Даже успел немного поболтать с «Близнецами» (а для собственного удобства, он дал им номера один и два, соответственно). И, стоило признать, их болтовня жутко изматывала! К тому же, было заметно, как оба нервничали. Особенно девочка, – близнец номер один – которая всё время жалась к брату и, кажется, должна была вот-вот оторвать его несчастную руку, на которой красным цветом было выведено «02». Впрочем, этот же атрибут присутствовал и у неё самой. Татуировка, вероятно. Хотя, откуда ей было взяться у детей? И почему эта мысль не вызвала в нём ни капли диссонанса вообще? Но логику искать тут было бесполезно, пожалуй.       Это было даже дураку понятно, особенно после осознания, что место нахождения было... никаким? Почти буквально. Всё вокруг было таким светлым, что поначалу пришлось минуты две, а то и больше, привыкать к этому. Не удивительно, что в первый раз он едва ли смог разглядеть тех, кто с ним говорил. Никаких стен, потолков, хоть чего-то, что свидетельствовало бы о том, что это – дом или любое другое помещение. Но, видимо, сейчас смущало это только его (опять же, то равнодушие, с которым Кайто принял это, слегка пугало). Конечно, было бы здорово понять, к кому следует обращаться за ответами на вопросы... Но пока в голову приходили только «Хвостики». Уж слишком запомнилась.

***

      - Мне так жаль, очень жаль, прости меня, прошу, я не хотела, совсем не хотела... – Мику сидела, сжавшись в комочек и уткнувшись носом в колени. Без конца бормотала одно и тоже, словно это могло хоть чем-то помочь.       На деле же, напоминание себе о чувстве вины лишь усугубляло ситуацию, так что сейчас голос дрожал так сильно, что половину слов разобрать уже не выходило. Казалось, что она вот-вот сорвётся и просто разрыдается, подобно ребёнку, который потерял любимую игрушку или слишком сильно разволновался, когда кого-то из родителей не было слишком долго.       Лука, до этого словно немного неловко мявшаяся в сторонке, наконец подошла и аккуратно присела рядом. Открыла было рот, чтобы что-то сказать, но вовремя себя остановила. Нет, это было бы слишком резко. Сейчас следовало действовать как можно мягче. Мику ведь и правда просто ребёнок, по сути. Ребёнок, решивший взвалить на себя так много ответственности, что успел позабыть, что ему всего лет шестнадцать, а на вид, может, и того меньше. Но вести она всегда себя старалась, подражая старшим. Тем, кого искренне уважала. И одним из них был Кайто. Посему, эмоции, которые испытывала несчастная, были вполне понятны. Либо они все хоть немного, да были связаны и просто улавливали состояние друг друга куда легче, чем обычные люди. Однако, даже так, решиться хоть на какое-то действие было тяжело. Мику, тем временем, замолкла и теперь лишь чуть дрожала, тихо поскуливая, словно ей было больно не только эмоционально, но и физически. Хотя, такое тоже исключать не стоило. Психосоматика и всё прочее... Наконец, собравшись с мыслями, Лука мягко, аккуратно приобняла девочку. Всё ещё молча, нужные слова подобрать было тяжело. Мику на мгновение замерла, словно осознав что-то, а после затряслась пуще прежнего и, не стесняясь, разрыдалась, мгновенно «разгруппировавшись» и крепко вцепившись в Мегурине.       - А..! Мику, Мику, ну, что ты, тише..! – вскинув руки, протараторила Лука, мгновенно пожалев об этом. Почему тут не оказалось Мейко вообще?! Где она, когда так нужна?! Уж она-то точно должна была знать, как вести себя правильно. Не то, что Лука, которая, кажется, даже испугалась такой реакции. Может, она просто сделала что-то не так..? Ну, не могла же Мику расплакаться так сильно на пустом месте, особенно учитывая её нрав и принципы. Впрочем, она, кажется, даже не обратила внимания на это замешательство.       - Я всех, всех подвела! Лучше... лучше бы вообще ничего не было и я на его месте оказалась! – завывала Хатсуне, прижимаясь к Луке ещё крепче. – Это я виновата! Я, я, только я! Прости меня, мне очень жаль, прошу, прости!       - Нет-нет, ни в коем случае, не нужно было, чтобы ты была на его месте. То есть..! Здорово было бы, если бы никто на его месте не оказался, даже он и... эм...       Мегурине осеклась, чуть прикусив язык. Осторожно, словно боясь снова сделать только хуже, снова обняла подругу одной рукой. Вторую положила ей на макушку и начала мягко, аккуратно гладить. Да. Наверное, Мейко додумалась бы до этого сразу. Но она ведь не Мейко. А сравнивать себя с другими не стоило. Да и сейчас было не самое подходящее время для этого.

***

      - Эм... Прошу прощения? – Кайто огляделся, в поисках «Хвостиков», надеясь, что хоть кто-то, да отзовётся. Имён он до сих пор не успел запомнить, так что приходилось ко всем обращаться на «извините», «стойте», «эй» и прочее, вставьте сюда свой вариант, в зависимости от ситуации. И это, надо сказать, было весьма неловко. Тут ведь не так много народу, чтобы вообще никого не запомнить!       - О, Кайто! Искал кого-то?       Отозвавшись на своё имя, он чуть ли не подпрыгнул, когда обернулся и обнаружил ту, кого искал, прямо у себя за спиной. Как она вообще... Хотя, стоило привыкнуть, что это место законам логики не совсем поддаётся. И не важно, что Кайто сам не понимал, о каких таких «законах» он вспоминал из раза в раз.       - Да. А... можно ведь обращаться на «ты»? – получив одобрительный кивок, он продолжил: – Тогда, как раз тебя и искал. Понимаешь, у меня очень...       Кайто замолк, всматриваясь в лицо собеседницы. Едва заметно покрасневшие глазки и нос, чуть искусанные губы и взгляд. Внимательный, явно старающийся не выдавать той грусти и печали, что в них читалась, если приглядеться.       - ... Очень? Что? Говори, не стесняйся, всё объясню и проясню, если надо, то хоть раз сто повторю!       - Всё в порядке?       Чёрт знает, кто его дёрнул задать этот вопрос. Тем более, едва знакомой девочке! Но, с другой стороны... Это вообще что-то меняло? Ребёнок есть ребёнок, даже если ведёт себя более ответственно, чем некоторые взрослые. И, если уж Кайто заметил что-то неладное, разве он не может задать вполне обычный вопрос? Хотя бы чтобы успокоить душу и убедиться в том, что всё хорошо и за кого-то не стоит беспокоиться слишком сильно. Хотя, даже если бы «Хвостики» ответила, что она в полном порядке, поверить в это вышло бы с трудом. Почему-то даже с пустой головой в глаза бросалось столько деталей, что с ума сойти можно.       - А..? Да-да, всё более, чем хорошо, не бейспокойся об этом! Так, чем могу помочь???       Кайто тихо, немного снисходительно выдохнул и, чуть помедлив, аккуратно погладил её по голове, словно это было чем-то обыденным. Словно это движение уже успело войти в привычку. Хотя, казалось бы, с каких пор...       - Не стоит, лучше отдохни немного. Выглядишь неважно...       С этими словами он развернулся и медленно пошагал дальше, оставив «Хвостики» в полном замешательстве и недоумении. И... ему показалось, или у неё на глазах выступили слёзы..?

***

      - И что это значит?!       - Лука, о чём ты?       Мейко замерла, в изумлении смотря на подругу, которая явно была настроена не очень доброжелательно. От одного только взгляда становилось не по себе и хотелось побыстрее скрыться где-нибудь, лишь бы не попадаться на глаза. Тем более, когда обычно эти глаза всегда смотрели на тебя со спокойствием, даже уважением. Но не сейчас. Сейчас от этого не осталось и следа. Чистое раздражение, возмущение, злоба и капелька страха в одном флаконе под названием «Разъярённая третья» (в честь татуировки «03» на плече).       - Ох, конечно, ты ведь не в курсе того, что происходит вокруг, конечно! Как же я так позабыть-то могла?! – Лука скрестила руки на груди, сделав несколько шагов к собеседнице. – Вместо того, чтобы помочь Мику, ты... Чем ты вообще занята, а?! Что такого важного у тебя вдруг появилось именно тогда, когда ты нужна ей?! И не только ей, ты нужна всем! Рин, Лену, Кайто...       - И тебе.       Прозвучало это настолько резко, что на несколько мгновений повисла тишина. Мегурине, которая только что была готова буквально разорвать подругу вдруг замолчала, теперь смотря на Мейко с искренним удивлением.       - Да что ты о себе..! – договорить она не успела. Мейко мягко приобняла её и чуть прижала к себе. Однако оставила возможность отойти. Всё же, Лука имела право злиться. Как и все остальные, впрочем. Только делу вряд ли поможет постоянная ругань и обвинения. В конце концов, если так подумать, то теперь уже не важно, кто и в чём виноват. Сейчас главное просто всё исправить. Вернуть на круги своя.       - Прости, если я действительно не оказалась рядом, когда была нужна кому-то из вас. Просто я хотела проверить, всё ли в порядке с секаями и другими «мной» и теми детьми. Но теперь я здесь. И, если хочешь, ты можешь высказать всё, что обо мне думаешь. Или можем обсудить дальнейший план действий. Ты хочешь поговорить о чём-то из этого?       Мегурине сильнее прижалась к ней и, наконец, обняла. Уткнулась носом в плечо и пробубнила тихое, едва разборчивое:       - Нет. Не хочу.

***

      Спустя какое-то время, Кайто начал постепенно узнавать своих сожителей, если можно так выразиться. Даже запомнил их по именам. И, надо признать, они казались куда менее замудрёнными, чем его собственное. Кто ж его так обозвал, спрашивается? Впрочем, задать такой вопрос кому-нибудь напрямую было бы уж слишком грубо, так что все подобные размышления приходилось держать при себе. Хотя иногда казалось, будто все тут видят его насквозь. Так, мало того, они ещё и привычки его знаюли уж слишком хорошо, даже близнецы (которых, как оказалось, звали Рин и Лен, что показалось Кайто весьма забавным и немного символичным). В особенности это относилось к «Старшей», имя которой было Мейко. И, видимо, в своём определении он оказался не так далеко от истины. Иногда и впрямь казалось, будто она является матерью, наставницей и старшей сестрой для всех и сразу. И, почему-то, где-то в глубине души ему хотелось быть таким же примером для всех остальных. Для взбалмошных Рин и Лена, для спокойной, но иногда колкой Луки (имя которой запомнилось с удивительной лёгкостью), для молодой, но очень ответственной (и тревожной, по совместительству) Мику, которую он изначально обозначил для себя, как «Хвостики»... И для Мейко. Хотя, для неё он скорее был бы опорой. Почему? Просто ему казалось, будто они ровесники. Ну, или хотя бы примерно одного возраста. С Лукой разница ощущалась немного большей, но не слишком значительной. Ну, а ситуация с близнецами и Мику даже объяснений не требовала и была совсем очевидной. Но, как бы то не было, со всеми ними он ощущал странную, но очень тесную связь. И это, наверное, было чем-то странным, ибо какой в этом смысл, если знакомы он от силы несколько дней.       Хотя, понятие «времени» в этом месте можно было считать весьма условным из-за того, что тут абсолютно всегда было светло и как-то пусто. Но, при этом, никто не называл данное простанство «пустотой» или «ничем». Это тоже вызывало уйму вопросов. Как и то, имело ли это пространство хоть какие-то границы или было просто бесконечным? Так ещё и посмотреть на то, как иногда резко кто-то появлялся или исчезал, и вовсе с ума сойти можно от паранойи! А это ведь лишь часть того, что мучило его разум. Хотя, Кайто очень быстро понял, что смысла задавать вопросы нет, так как ответа не даст никто. Даже Мику, которая, кажется, должна бы разбираться в этом больше остальных (по крайней мере, такой вывод напрашивался при одном только взгляде на отношение к ней других). Мейко, к великому сожалению, тоже была бессильна. Посему, не оставалось ничего иного, как собирать эти вопросы в копилочку, словно коллекционные монеты или фантики, которые складываешь в альбом так, будто это что-то действительно ценное и дорогое. Чего, конечно, не скажешь о недопониманиях и сомнениях, которые служили только лишней головной болью (а её и так хватало с лихвой, кстати).       - Ай, стой!       - Догони сначала!       Знакомые голоса отвлекли от размышлений и заставили повернуться. Близнецы крутились по кругу, пытаясь перехватить друг друга непонятно зачем. Хотя, им, наверное, не нужен был весомый повод для этого. Особенно учитывая, что диалог звучал несколько бессмысленно. Можно было лишь предположить, что Рин что-то стащила у Лена и теперь просто дразнила его, при этом зная, что он запросто может её поймать. По крайней мере, Лен выглядел как тот, для кого это не составило бы особого труда. Приглядевшись, Кайто убедился в своём предположении. Действительно, стащила. И не а-бы что, а наушники, поэтому внешность второго казалась немного непривычной и даже слегка неполноценной.       - Да ну отдай уже, не смешно!       - Не-а!       - Стой!       Естественно, слушать брата Рин не собиралась. Это, кажется, раззадоривало её только сильнее. Поэтому она поспешила прервать это замкнутый круг с попытками перехвата и кинулась бежать, не особо следя за дорогой. Так что уже через пару минут влетела в Кайто, который наблюдал за всем происходящим, сомневаясь в надобности вмешиваться в их... конфликт, если можно было так сказать. Но теперь, видимо, он оказался впутан в это без согласия. В конце концов, если бы Кайто не среагировал вовремя и не поймал Рин, которая потеряла равновесие, то беды было бы не избежать! Это преувелечение, конечно, но, в любом случае, не хотелось бы, чтобы кому-то из них было больно или неприятно. Лен, который бросился следом за сестрой, но успел затормозить вовремя, замер и во все глаза глядел на Кайто. Рин, словно подражая ему, рассматривала своего «спасителя».       - А... Прости-прости, я не хотела! И спасибо, ага... – немного растерянно произнесла Кагамине, когда её наконец отпустили.       - Всё хорошо, не переживай. Ты не ударилась?       - Я? Нет, вроде нет.       - Вот и хорошо, я рад. Но, всё же, верни Лену наушники. А то без он прям на себя не похож. – Кайто сам не заметил, как заулыбался во время этого немного бессмысленного и не очень информативного диалога. Но было в нём что-то особенно тёплое. И знакомое.       Что удивительно, Рин действительно его послушала и вернула наушники брату. Наспех поблагодарив его снова, Лен шустро схватил сестру за руку и потащил за собой. Рин же обернулась к Кайто и помахала ему.

***

      «- Боль может сближать людей. Даже больше, чем можно подумать. - И поэтому Мафую смогла двигаться вперёд, да? Благодаря помощи нииго?»       - Эм... Мику?       Та слегка дернулась, услышав своё имя. Быстро потёрла лицо и только потом обернулась к Кайто, который смотрел на неё с лёгким недопониманием, но заинтересованностью. Подошёл и аккуратно присел рядом (опять же, на что? Не понятно).       - Что это у тебя?       - А, это... Не бери в голову, просто, эм... Не знаю, как тебе правильнее объяснить.       Небольшой предмет в её руках напоминал осколок, который чуть заметно светился лёгким голубоватым светом. Почему-то от него исходило странное, но знакомое тепло. Можно было бы подумать, что Кайто это просто кажется, однако, вместо их отражений в нём были... Тоже они, но словно совершенно в другой ситуации? Странно. Вариант с тем, что это был осколок зеркала отпадал сразу же (да и откуда тут вообще зеркалу взяться). Тогда...       - Я просто не думала, что когда-нибудь мне придётся это объяснять тебе.       Размышления прервал чуть дрожащий голос Мику. Она отвернулась и прикрыла изображение на осколке ладонью, будто пытаясь спрятать его не только от Кайто, но и от себя.       В каком это смысле «не думала, что когда-нибудь это придётся объяснять тебе»??? И к чему был акцент на последнем слове? Вряд ли он был намеренным, конечно, но это всё равно вызывало тучу вопросов. К чему так выделять его? Он что, должен был знать больше других? Или столько же, сколько другие (что сейчас он мог бы приравнять к «ничего»)? Что ж, плюс несколько вопросов в копилку. Итого... гора и ещё маленькая тележка. Замечательно. И ни одного ответа. Вообще прекрасно. Кайто тяжело вздохнул и глянул на притихшую Мику.       В последнее время он настолько сильно проваливался в размышления, что накрепко выпадал из реальности, совершенно забывая о том, где находится. От этого, естественно, легче не становилось. Особенно сейчас, когда рядом с ним сидела девочка, которая выглядела так, будто потеряла что-то очень дорогое для неё.       - Послушай, я всё ещё совсем ничего не понимаю, с трудом иногда могу назвать вас всех по именам, но... Это ведь был мой голос, да? И твой? Что это за осколок?       Говорить он старался как можно мягче, лишь бы не спугнуть и не задеть ненароком Мику, которая всё ещё не смотрела на него, а теперь и вовсе зажмурилась. Что воспринималось как «меня тут нет, я в домике». Но это не раздражало. Может, будь Кайто на её месте, то тоже бы так делал. Однако, легче не становилось и от этого.       - Ты правда иногда забываешь, как нас зовут..? – тихо спросила Хатсуне ещё более дрожащим голосом, который так и норовил пропасть или сорваться.       - Ну... я не хочу тебя обманывать, поэтому да. – на то, чтобы сформулировать этот ответ понадобилось, наверное, около двух минут. Кайто уже успел пожалеть о том, что не обдумал также свои предыдущие слова и, видимо, задел-таки Мику за живое. Хотя, как он мог вообще догадаться, что её может зацепить, если даже не знал её толком? С другой же стороны, если на этом осколке тоже они, то, выходит, знаком он с ней дольше, чем помнит? И тогда, получается, он просто-напросто позабыл всё это, как сон? Если так, то почему? Осознав, что он снова ушёл в размышления, Кайто чуть тряхнул головой и в спешке добавил:       - Думаю, мне просто нужно чуть больше времени на то, чтобы запомнить всё. Знаешь, это как... Как когда знакомишься с новым человеком и запоминаешь сначала его особенности внешности, голос, отличительные черты, а потом уже - всё остальное откуда я вообще это знаю?. К тому же... а..?       Он замолк, осознав, что Мику смотрит на него. Пристально, не отрываясь. Будто изучая. Но нет. Было в этом взгляде что-то иное. Печальное и горькое. Растерянное. Так смотрит ребёнок на того, кто когда-то был его авторитетом, но сейчас... Нет. Хватит уже вдаваться в эти размышления. Всё равно толку от них никакого. Но сказать что-то ещё Кайто просто не успел. Мику прижалась к нему как можно крепче, едва не уронив этот несчастный осколок, который и послужил причиной для начала этого диалога. И, если быть откровенным, Кайто уже жалел о том, что решил поддаться любопытству. Было стыдно за каждое сказанное слово. За каждое своё действие. И сейчас, когда это маленькое несчастное чудо так крепко прижималось к нему, словно ища поддержки или защиты...       - Ну, что ты, всё хорошо. – тихо заговорил он, поглаживая её по голове и стараясь хоть немного успокоить. – Всё хорошо, видишь, Мику? Я рядом.       И чёрт его дёрнул это произнести вслух. Стоило только прозвучать последней фразе, как Мику зашмыгала носом, едва заметно трясясь от сдерживаемых слёз. Она крепко, что было силы вцепилась в одежду Кайто, словно боялась, что он вот-вот исчезнет. Испариться, как утренний туман. Или сон. Едва ощутимое наваждение, которое искажается даже от лёгкого дуновения ветерка, а каждая попытка прикоснуться к нему оборачивается неудачей. И сейчас, судя по всему, это и было для Хатсуне страшнее всего. Но, к великому сожалению, он никак не мог понять этого, как бы не стрался.       Действительно, куда ему пропадать? Судя по тому, что он слышал, он был тут и до этого. К тому же, это объяснило бы то, что все знают его слишком хорошо и даже не скрывают этого. Но, если он их не помнит... Могло ли это значить, что он, по какой-то причине, потерял память? Если так, то это бы ответило на ещё большее количество вопросов. И, тогда, могло ли быть так, что этот осколок, который лежит на коленках у Мику, содержит в себе чьи-то воспоминания?       На секунду испугавшись того, что осколок упадёт и разобьётся, Кайто аккуратно забрал его и отложил в сторону, надеясь, что никто не подойдёт и случайно не наступит на него. После мягко приобнял девочку и начал гладить её по голове. Возымело это точно противоположный эффект и она расплакалась пуще прежнего, утыкаясь носом в грудь Кайто. И от этого даже ему самому стало дурно и тоскливо.       - Прости, прости меня! Я правда не хотела, честное слово! Я не знала, что так будет..! Я..!       - Чш-ш-ш, всё в порядке. Ты не виновата ни в чём. Всё хорошо. Я же здесь, разве нет? Обнимаю тебя, говорю с тобой. Это ведь я на том осколке, да? Вместе с тобой.       Если быть честным, Кайто даже сам не до конца осознавал сказанное. Просто говорил всё, что приходило в голову. Времени на то, чтобы обдумывать всё это он себе просто не дал. И завершающим штрихом стало:       - Всё будет хорошо. Чтобы не случилось, мы это исправим.       - Не-е-ет, я не знаю, что делать, Кайто! Я не знаю! Я ужасно глупая! – заливалась Мику ещё сильнее, уже не сдерживая дрожи в голосе и слёз. – Я даже не смогла убречь тебя, как я могу оберегать хоть кого-то из этих детей?! Я не заслуживаю их доверия, не заслуживаю! Я не заслуживаю хоть капли доверия и от вас! Прости меня, прошу!       - Мику, не говори так. Если я сказал, что мы всё исправим, значит так оно и будет. Обещаю.