остановившееся время

      — время смерти 14:53, мне очень жаль.       слова врача оглушают, выталкивают из головы все остальные мысли.       смерти, смерти, смерти… время остановилось.       он смотрит на бледную, посеревшую кожу, на руку, свисающую с края кушетки, на грудь, которая больше не вздымается.       мыслей в голове нет, там мечутся в истерике остатки самообладания, пытаясь собрать воедино тело, которое захлёбывается в рыданиях на полу палаты экстренной медицинской помощи.       это должно было быть самым лучшим в мире отпуском. самой красивой историей любви, которая начиналась так трепетно…

***

      — ээээй! хватит, не плачь, прошу тебя! да помогите же мне! кто-нибудь!       уён не прекращает попыток поднять юнхо с пола, хоть как-то привлечь его внимание, приподнять голову, вытереть его слёзы. он не осознаёт.       он не видит, как пальцы проходят сквозь тело плачущего, как вздрагивает парень от каждого его прикосновения, что вызывает лютый холод, уён чувствует, что что-то не так, но не понимает.       — каждый раз одно и то же…       уён оборачивается на голос и видит мужчину в красивом, элегантном костюме, что лениво подпирает плечом дверной косяк, подпиливая ногти пилкой.       — ты меня слышишь? помоги мне его поднять! он не реагирует, просто плачет, я ничего не могу понять… да помоги ты!       рывок, с которым уёна поднимают и разворачивают к кушетке, заставляет челюсть клацнуть, а голову болезненно дёрнуться.       — ты умер, дорогуша. могу зачитать свод правил, законов, полагающихся плюшек…              — что? что это… — уён в ужасе смотрит на то, как от его тела отсоединяют системы жизнеобеспечения, как накрывают тканью, как юнхо просит минуту, соскребая себя с пола, подтягивая к кушетке с его мёртвым телом. — нет, нет, нет… ЮНХО, ЮНХО, НЕТ! Я ЗДЕСЬ, Я ВСЁ ЕЩЁ ЗДЕСЬ! обернись, пожалуйста, я здесь, я рядом…       вой молодого мужчины, который потерял любовь всей своей жизни, смешивается с криками ещё не покинувшей мир души, создавая непередаваемую ауру печали, горя и безысходности.

***

      — ты говорил, что мне положены плюшки. — уён наблюдает за юнхо, стоящим рядом с его могилой, с щемящей тоской и бесконечной любовью во взгляде.       похороны прошли в ужасно горестной атмосфере. абсолютно внезапная смерть — разрыв аневризмы, о которой он даже не подозревал. вот ты молод, красив, любим. а вот ты уже мёртв. глупо. и очень обидно.       — как ты заговорил… совсем недавно я был «тварь чистилищная» и «бездушная скотина», — мужчина хмыкает, но всё-таки достаёт ветхий список, манерно зачитывая, — пункт тридцать четыре: душе, что умерла не в своё время, из-за халатности небесной канцелярии или иже с ними, полагается компенсация в виде последнего желания, с ограничением на возвращение в мир живых. можно заказать себе вечный оргазм или кайф. на худой конец застолбить место в райских кущах…       — шутки у тебя дурацкие. — уён ёжится, будто всё ещё может чувствовать холод.       он подходит ближе к одиноко стоящему юнхо. парень уже не плачет, просто нечем. уён, не сдержавшись, проводит рукой по его щеке, отчего тот вздрагивает, зажмуривая глаза сильнее. это в последний раз. уёну больше такого шанса не представится.       он по привычке, которая теперь уже ни к чему, вдыхает полной грудью и тихо, но уверенно говорит, глядя на тонущего в своей боли парня:       — я хочу, чтобы в его жизни появился человек, который научит его жить заново. который полюбит его, перевернёт мир с ног на голову. который будет ценить его больше жизни, будет оберегать, холить и лелеять. будет верить в него всем сердцем. я хочу, чтобы он снова смог любить. и прошу, проследи, чтобы он не закрылся от этого чувства. это моё последнее желание.

***

      юнхо так хочет поговорить с кем-нибудь, кто не был их общим другом. только с кем? все разговоры сводились к скорби, а он уже был ею переполнен. вот-вот взорвётся или рассыплется на части. прошёл год, а боль так и не отпустила.       до конца рабочего дня остаётся не так много времени, но перекур сейчас кажется необходимым выбором.       никто не замечает мужчину в красивом, элегантном костюме, который проходит через весь офис, улыбаясь. покрутившись у рабочего места юнхо, он хмыкает, ещё раз окинув взглядом вокруг, и внезапно растворяется в воздухе, словно дымка.       а на столе, прямо под обложкой блокнота, остаётся лежать визитка, на которой красивыми буквами выведено: «сон минги, кризисный психолог. всё, что вы чувствуете, — важно».