Стань моими глазами.

Марико поправила подол длинной шерстяной юбки и повязала на шею теплый шарф. Зима в Химедзи была не слишком холодной, однако от пронизывающего ветра легкая одежда не спасала. Луч редкого солнца преломлялся в стеклянной поверхности шкафчика. Марико потянулась за белой баночкой, освещаемой солнцем. Выход на улицу вызывал дрожь в теле и легкую тошноту. Она глубоко вздохнула и высыпала в ладонь две розовые капсулы, готовый стакан с прохладной водой оказался в руке. При взгляде на лекарства Марико вспоминала бескровные лица ее галлюцинаций. Врач уверял, что при исправном приеме таблеток галлюцинации прекратятся. Но они не прекращались. Гладкая поверхность капсул скользнула по языку. Прохладная жидкость мягко протолкнула их дальше по горлу. Марико чувствовала, как медленно продвигалось лекарство. Возможно она сама отвергала лечение, не доверяла врачам и доводила себя до галлюцинаций. Она вздрогнула и наспех поправила волосы, перед тем как выйти из комнаты. Из гостиной доносился тихий голос тетушки. Ей отвечал незнакомый женский голос. Марико замедлилась на середине лестницы. Ее не было видно, зато она отлично слышала разговор. — Девушка она хорошая. Послушная, хозяйственная и скромная. Непонятно где не шляется. Да только вот все никак ей мужа найти не можем. Боюсь, так и останется одна. Часики тикают, скоро уже никому не нужна будет. — А чего она у вас еще без жениха? Симпатичная же. — Ох, — тетушка шумно выдохнула. — Не от мира сего она. С детства проблемы с головой. В психушке лежала, а сейчас на таблетках сидит. Кто такую замуж возьмет? — Горе-то какое... Сочувствую тебе, подруга. Стыдно иметь такую племянницу. Марико скрипнула ступенькой под ногой и быстро спустилась. Разговор сразу же стих. — Здравствуйте! Тетушка, у нас гости? — она приветливо улыбнулась. Тетушка натянула улыбку и закивала. — Да-да, давняя подруга зашла. А ты куда, Марико? — Хотела купить продуктов, чтобы приготовить сябу-сябу на ужин. — А-а. Ну иди, моя девочка. Будь осторожна! Ее собеседница поддерживающе закивала. Марико поспешно вышла на улицу. Ее лицо побледнело, губы сжались в тонкую полоску. Никто из них не видел, что рядом с подругой тетушки сидел мужчина, облаченный в свадебное хаори и хакаме. И он внимательно следил за ней пустыми глазницами. К горлу подступил соленый ком. Марико сглотнула. Легче от этого не стало. Ей захотелось оказаться как можно дальше от дома. Ноги сами понесли ее в сторону рынка. *** Комбини впустил в себя вместе с холодом очередную покупательницу. Женщина в сером пальто взяла одну из закусок. Ей оказался онигирадзу. «Сойдет» — пронеслось в мыслях. Она не ела несколько дней после смерти своего кота. Желудок выворачивало наизнанку. Устоять перед желанием поесть не удалось. В кармане завибрировал телефон. — Да, это Имамура Хиде. Я вам писала. У вас еще остались котята? — Извините, последнего забрали до вас. Может, вас заинтересуют кролики? — Мне это не подходит. До свидания. Хиде убрала телефон в карман и взглянула на онигирадзу в руке. Обычно Клякса ютился у ее ног во время похода в магазин, а старушки вечно говорили что-то об очень послушном котике. Заплатив за покупку, она вышла на улицу. Ослабевшие пальцы разорвали упаковку. Холодный рис был невкусным, однако сейчас Хиде не могла представить себе поход в ресторан. Она со злостью жевала слипшийся низкокачественный рис и смотрела на проходящих мимо людей. Клякса был ее напарником с самого детства и прожил долгую насыщенную кошачью жизнь. Его смерть была естественной. Хиде ясно осознавала это и почти смирилась. Но ее привычная рутина встала. Она не могла работать вслепую. Сначала Хиде планировала взять взрослого кота, чтобы не тратить время на воспитание котенка. Рациональные доводы в конце концов не выдержали сентиментальности. Мысль о том, что новый напарник покинет ее еще раньше, чем прошлый заставляла сжимать кулаки до болезненных ощущений. По улице шла девушка. Хиде старалась не цепляться взглядом за прохожих, однако что-то в этой девушке ее привлекло. Незнакомка выглядела совсем юной. Хиде не могла определить ее точный возраст. В Японии пропагандировалась женская худоба. Незнакомка выглядела юной как раз из-за худобы. Ее черты лица казались прозрачными. Из-за длинной юбки Хиде не могла увидеть ног девушки, но она была уверена, что они были бы тонкими. Была ли незнакомка модницей? По тому, как она смотрела по сторонам и спешно шла по улице можно было сделать вывод о преследовании. Может быть незнакомка похудела от стресса? Хиде нахмурилась. Она не обладала даром и интуицией. Приходилось рассчитывать на холодный ум и анализ. Незнакомка резко остановилась посреди улицы и уставилась в пустоту. Если она не ошибалась... *** Он шел за ней. С самого начала, от дома. Марико привыкла к галлюцинациям с детства. После того как она чуть не утонула, ее начали преследовать навязчивые образы. Врачи говорили, что это последствие травмы. Она исправно посещала психологов и психиатров, однако образы продолжали появляться. Иногда они были словно настоящие. Могли коснуться Марико. В такие моменты сердца сжималось, а сознание пыталось скрыться в беспамятстве. Мужчина, преследовавший ее, был одной из тех реалистичных галлюцинаций. Марико видела, как он шевелил губами и издавал непонятные звуки. Она шла быстрее. Никто вокруг не видел его. Люди проходили мимо. Просто очередная галлюцинация. Нужно будет попросить доктора выписать новые таблетки. Мужчина исчез. Марико осмотрелась. Напряжение отступало. Его нет! Она улыбнулась и хотела продолжить свой путь. Но замерла. Он остановился прямо перед ней. Его губы двигались быстрее и быстрее. Белые руки потянулись к Марико. *** Хиде не хотелось ошибиться. Если она наткнулась на обычную сумасшедшую, то просто потратит время. Сейчас она никуда не спешила, но тратить время на полоумных не хотелось. Холодный металл в кармане постепенно согревался о кожу. Хиде направилась к незнакомке. Та продолжала смотреть в пустоту и дрожать. Подцепив пальцами дорэй, она вытащила руку из кармана и потрясла ей перед девушкой. Мелодичный звон трижды пропел свою песенку и смолк. Незнакомка несколько раз моргнула, затем взглянула на Хиде каким-то щенячьим взглядом. — Исчез? — сухо спросила она. Незнакомка медленно кивнула. — Одаренная, значит. Духов видишь, но при этом талант прожигаешь, — Хиде ухмыльнулся, разглядывая лицо девушки с особой строгостью. Что-то в незнакомке манило ее и одновременно отталкивало. Встретить одаренного в толпе было большой редкостью. И, что еще обиднее, такие люди все до едина имели хороших наставников и в напарниках не нуждались. Раз эта дурочка осталась без наставника, Хиде могла заменить ей своего кота. — Оно может вернуться. Ты же не хочешь этого? — Нет... Пожалуйста, скажите, как вы это сделали? Я... Я так больше не могу, — незнакомка задрожала и от этого зрелища стало противно. — Будешь слушаться меня и духи тебя больше не тронут. Договорились? *** Тихое шипение мяса на углях звучало особенно громко в тишине. Марико перевернула якитори. Мясо приобрело приятный золотистый оттенок и сочную корочку. Пока мясо жарилось, она достала баночку юдзукосе. Маленький столик был застелен фиолетовой скатертью. Тарелки лаймового цвета создавали интересный контраст. Наконец, якитори было готово. Марико положила несколько бамбуковых палочек с сочным ароматным маслом на тарелку и добавила в уголок немного соуса юдзукосе. Хиде не любила аодзиру, поэтому Марико высыпала зеленый порошок только в свой стакан с соком. Сняв фартук и вымыв руки, она уселась за стол. Пальцы сжали подол юбки. Они работали вместе уже несколько месяцев. За это время Хиде успела вломиться в дом тетушки и организовать переезд Марико. Привыкнуть к грубости напарницы было трудно, однако та в конце концов немного смягчилась. — Мы отправимся в замок Белой Цапли, — Хиде с громким стуком поставила на стол банку пива. В одно из заданий она рассказала Марико о себе. Хиде не должна была стать охотницей. В ее семье поимкой духов занимались мужчины. Всех мальчиков из семьи Имамура в детстве пытались убить, чтобы пробудить дар. Не всегда это выходило, но это был единственный способ пробуждения дара. Однако братья Хиде отказались становиться охотниками. Они обладали даром и глава семьи возлагал на них большие надежды. Но те предпочли нормальную жизнь. Вопреки этому, Хиде с самого детства проявляла интерес к ремеслу поимке духов. Отец позволял ей наблюдать за тренировками. Когда братья покинули дом семьи Имамура, отец Хиде от отчаянья начал обучать ее, чтобы семейное дело не погибло. Хиде в отличие от братьев не пробудила дар и была обычным человеком. Ее отец смог выковать из обычной девушки полноценного охотника. Благодаря особой катане, она могла контактировать с духами, а «слепота» компенсировалась различными методами. В том числе и напарник-животное. Напарник... Как только Марико переехала к Хиде, она перестала принимать лекарства и чувствовала себя намного лучше. И все же, к безумной охоте на духов и дару привыкнуть было трудно. — Почему туда? — В замке поселился сильный дух. Тебе придется побыть приманкой. Этот дух ищет кого-нибудь, чтобы утащить с собой на тот свет. Умер видимо с сильными эмоциями и стал Юрэй. Ты красивая, поэтому подходишь. Нарядим тебя в кимоно и отправишься гулять по замку, — Хиде принялась за еду. Марико заметила, что при взгляде на якитори глаза охотницы блеснули. — Это ведь опасно... Юрэй реагируют на дар агрессивнее остальных духов. Не отвлекаясь от еды, Хиде ответила: — Любой дух опасен. Так что не ной. Я не дам ему навредить тебе. Есть еще якитори? *** Хиде затянула оби на розовом кимоно и отошла на несколько шагов. Она в очередной раз подметила худобу запястий Марико. — Волосы пускай распущенными останутся. Марико кивнула и всмотрелась куда-то в темноту. Они пробрались на территорию замка ночью. Дух как раз появлялся в полночь. Катана в ножнах была начищена до блеска. Хиде осмотрела аскетичный интерьер без особого интереса. — Когда увидишь его, скажешь, что дочь крестьянина и ищешь господина Накамуру. Я буду рядом. Поняла? — Угу. При слабом свете луны Марико и сама походила на духа. Когда она направилась вглубь здания, Хиде долго следила за ее хрупкой фигуркой. *** Кровь растекалась по ткани кимоно как причудливый цветок. Такой же цветок распустился и внутри Хиде. Она чувствовала внутри себя зимнюю стужу и вдруг началась весна. Хиде затолкала Марико в маленькую комнату. Она опоздала всего на несколько секунд и дух успел ранить напарницу. Острые когти прошлись по задней части шее, срезав длинные волосы и оставив три глубоких пореза. От вида дрожи Марико и кровоточащей раны цветок внутри тела распускался сильнее. Дрожащие руки нашли в сумке специальную мазь. Крышка не хотела поддаваться. — Потерпи, — тихо пробормотала Хиде. Шея была рассечена до мяса. Марико сидела тихо. Ее лицо побледнело, но она не плакала. Крышка покатилась по полу. Хиде взглянула на мазь. Ее нужно было согреть и только затем нанести. Охотница наклонилась к склянке и взяла мазь языком. Горько. Одной рукой она схватила Марико за подбородок, другой придерживала за плечо. Язык коснулся раны. Горечь мази смешалась с металлическим вкусом крови. Марико вздрогнула и тихо застонала. Хиде продолжила зализывать рану. — Ты не должна была пострадать, — ее голос обжег кожу девушки. — Прости.